Ничто не истинно, все дозволено

Юнги знал, что Чимин был хорошим омегой. Милый, добрый, излучающий свет. Конечно, он, как и все люди, не был идеален, но очень стремился к этому. Именно это благое стремление сыграло с его организмом подлую шутку. Постоянные тренировки и занятия, строгая диета, изматывающие концерты и гастроли привели к тому, что у Чимина сбился график течек. Если говорить точнее: стал абсолютно непредсказуем. На самом деле все было не так страшно. Большинство проблем, вызванных физиологическими различиями вторичного пола были решены еще десятилетия назад. Везде свободно продавались всевозможные подавители и нейтрализаторы запахов. Были созданы специальные отели для пережидания циклов, а также оборудованы госпитали для особо запущенных случаев. Законы и этические правила, касающиеся межполовых отношений изучались еще с начальной школы. Повсеместно велась массовая борьба против предрассудков и стереотипов, которые все же присутствовали в обществе. Несмотря на все это, внезапная течка Чимина, что случилась после одного из выступлений, заставила парней понервничать. Скорее всего катализатором послужил выброс адреналина. Все-таки ответственность на сцене и эмоции, которые испытываешь под тысячами восхищенных взглядов - нечто невероятное. Чимин каждый раз выкладывался на полную и тот раз исключением не был. Они отработали свою часть на большом шоу и запыхавшиеся, но счастливые ушли за кулисы. Вот только пройдя буквально пару метров Чимин замер и издал тихий жалобный звук, больше похожий на скулеж. Юнги среагировал быстрее всех. Несмотря на то, что он был бетой, хорошо чувствовал каждого мембера группы. Он прекрасно отслеживал, когда альфа Намджуна бесновался и был готов проявить агрессию, несмотря на, казалось бы, невозмутимый вид лидера. Или, когда Тэхен переставал проваливался в транс из-за течек, что проводил рядом с макнэ группы, позволяя Чонгуку заботиться о себе. Никто не говорил об этом, но в группе сложились своеобразные схемы взаимодействий, которые здорово помогали упростить жизнь. Некоторые вещи иногда удивляли Юнги, он не раз намекал, что единственным адекватным человеком он считает Хосока, который тоже был бетой. Того, казалось, не смущали, ни перепады настроения Чимина с Тэхеном, ни периодически пытающийся взбрыкнуть против лидера Чонгук. Как ни странно, в такие моменты здорово помогал Сокджин. Его самоконтролю можно было только позавидовать, немногие сходу понимали, что Джин омега. Причем омега Намджуна, его истинный. Возможно, именно из-за наличия пары Намджун крайне спокойно отреагировал на потекшего Чимина. Чего было не сказать о Чонгуке, который, будто в трансе, побрел в сторону Пака, пока его за локоть не схватил Тэхен. Юнги, уже в этот момент загородил собой Чимина от всех, чисто интуитивно. Они никогда не обсуждали течки, понимая, что это может оказаться слишком смущающим. Обычно Чимин не очень тяжело переносил эти дни. Чаще всего просто закрывался в своей комнате и требовал только еды и таблеток. Он не особо капризничал, но сторонился почти всех. Правда, без проблем переносил присутствие Юнги. Даже мог молча прийти к нему в комнату и пристроиться рядом, не отвлекая от работы. Бета ни за что бы не признался, ни себе, ни другим, что ему льстило такое доверие от Чимина в минуты слабости. Он никогда его не прогонял, изредка сам приходил к нему в комнату, посмотреть фильм или поговорить, чтобы омега не скучал в одиночестве. Но в тот раз все было немного по-другому. У Чимина давно не было течек. А даже самый профан знал, что первая течка после долгой задержки могла быть сильнее и ощущаться куда тяжелее. Те, кто проходил через подобное, рассказывали, будто их сжигало изнутри от желания и боли. Юнги чувствовал немного изменившийся запах и понимал, что дело дрянь. Будто в подтверждение его мыслей Чимин ухватился за его рукав и смущенно начал говорить что-то: то ли оправдывался, то ли просто хотел чего-то.        — Намджун, давай я и Чимин поедем прямо сейчас в общежитие? Сил нет с кислой рожей сидеть до конца этого концерта. Вы же без нас справитесь, верно? Можно было бы сказать и прямо, но Юнги уже видел, как покраснели чиминовы уши от неловкости, как осторожно он перебирал ногами, пытаясь уменьшить неприятные и липкие ощущения.        — Можно. Я попрошу, чтобы подогнали машину. До этого старайтесь не шастать нигде кроме гримерки. Юнги серьезно кивнул, вдруг прижавшийся к нему Чимин еле слышно заскулил снова. Выдержать тяжелый взгляд Намджуна было не сложно, сложнее было удерживать омегу, потому что тот сползал по боку, его не очень хорошо держали ноги.        — Ты точно сможешь о нем позаботится?        — Да, да, не беспокойтесь. Что, черт возьми он нес тогда!? Позаботится он… К его чести, он старался. Как только добрались до дома, к счастью без происшествий и лишнего внимания, Чимин отказался ложиться в своей комнате. Говорил, что там душно, просился побыть у Юнги. Пришлось согласиться и отвести в свою комнату. Парень без возражений уложил омегу на кровать и даже вручил свою новенькую пижаму. Он ее ни разу не надевал, да и вообще купил только потому, что однажды увидел похожую на Чимине. Иронично, что он же ее и надел. Темно-синий костюм из шорт и футболки смотрелся на омеге просто умилительно. Пока Чимин неохотно переодевался, Юнги успел забежать на кухню и принести немного еды. Все же они ничего не успели после выступления. Свой собственный голод Юнги ощутил только тогда, когда увидел с какой жадностью Чимин начал есть. Течка, конечно, сводила с ума, но никто еще не отказывался покушать в ее самом начале. Прожорливость омег перед началом цикла часто становилась поводом для шуток. Юнги считал это глупым и стереотипным. Понятно же, что при удачном раскладе омеги выматываются морально и физически. Было бы приятно думать, что Чимин с таким удовольствием поглощает нехитрые сэндвичи только потому, что их сделал Мин, но это казалось нереальным.        — Юнги, — большие глаза Чимина смотрели с непривычным мокрым блеском, — принесешь мои таблетки? — омега неловко заерзал на кровати и задышал чаще. Хотелось его погладить, успокоить.        — Нет, нет, тебе их сейчас нельзя, Намджун написал, что доктор запретил давать тебе что-то гормональное сейчас, — Чимин громко сглотнул. На его пухлых губах остались хлебные крошки. Юнги бездумно убрал их, ощущая подушечкой пальца мягкость и тепло.        — Что мне делать? — сердце сжималось от того, каким беззащитным и растерянным выглядел сейчас омега.        — Постарайся поспать. Может все не так плохо? Чимин растерянно кивнул и улегся, неловко подтягивая к себе одеяло. Юнги пожелал ему спокойной ночи и хотел оставить в тишине и покое, но Чимин начал хныкать, потом, кажется понял, что делает и замолчал. Он выглядел самым несчастным человеком на свете.        — Эй, ты чего? — Юнги опустился рядом на колени, погладил друга по плечам и, немного подумав, неловко обнял. Он не очень привык выражать заботу через прикосновения, но касаться Чимина казалось чем-то естественным.        — Не уходи. Я понимаю, что ты устал, но просто, я не хочу оставаться здесь без тебя.        — А, сказал бы сразу, — Юнги попытался усмехнуться по-доброму, показать, что нет ничего страшного в том, что Пак просто не захотел быть один. Это он дурак, не понял сразу. Чимин затих и все же лег, укрываясь одеялом. Какое-то время все погружалось в покой. Юнги испытывал удовлетворение от того, что Чимин находится в безопасности, он мог протянуть руку, чтобы проверить это. Сидеть подле своей же кровати, занятой омегой становилось неудобно, конечности затекали, самого Мина клонило в сон.        — Ты можешь лечь со мной, — наткнувшись на нахмуренный взгляд Юнги, Чимин кротко пояснил, — Ну, тебе ведь неудобно. Юнги не знал, чем думал, когда действительно залез на кровать, немного приперев омегу к стенке. Тот перекинул руку через него, мол, чтобы с кровати не свалился. Юнги не посмел ее убрать. Сладкий и аппетитный аромат рядом дурманил голову, хотелось совершенно бестактно прижаться к местечку за чужим ухом, чтобы полностью вобрать запах в легкие и раствориться в нем. Пришлось одернуть себя, но Чимин заерзал рядом и придвинулся ближе, тычась носом куда-то в шею. Он опять издавал жалостливые звуки. Юнги инстинктивно прижал его ближе к себе, скользнув рукой между матрасом и чужим боком. Чимин боднул его, будто в одобрение, и робко закинул свою ногу на его бедро.        — Хочется, чтобы тебя погладили, да? Омега не ответил, только смущенно спрятал глаза, уткнувшись прямо в ямочку между ключицами. Было тепло и вкусно и Юнги казалось, что нечего краснеть за такие прекрасные ощущения. Хотелось приласкать Чимина, чтобы ему стало лучше, чтобы он не переживал.        — Ну что ты? Смущаешься? Такой милый. — Юнги принялся гладить мягкие чимновы волосы. Было приятно, но то, как омега чуть ли не урчал, ластясь к теплым рукам, было еще приятней.        — Так хорошо…. — Сердце Юнги дрогнуло от гордости за то, как чувствовал себя Чимин рядом с ним. Правда, его тут же отрезвила одна мысль…        — Эх, тебе бы альфу на самом деле. Он бы смог тебе помочь как следует. При том, что Юнги иногда принимали за альфу за его решительность и иногда грозный вид, все же до альфы он не дотягивал. Не мог он тягаться с настоящими альфами. Хотя сам Намджун говорил, что иногда спорить с Юнги непросто. Чимин же после такого заявления заметно напрягся, а потом замотал головой.        — Хен, мне никто кроме тебя не нужен.        — Ну что за глупости ты говоришь, маленький? Тебе надо еще своего истинного встретить.        — Юнги, заткнись! — прозвучало так пронзительно, что отбило желание спорить, — Ты бы знал, как вкусно пахнешь. Мне нравится. Очень нравится. Ты побудешь со мной? От таких откровений Мин совсем растерялся. Он понимал, что Чимину сейчас нужна ласка и забота и, честно, он готов был дать все, что тот захочет. Но, Чимин смотрел на него с такой жадностью, топя в своем головокружительном запахе, так тесно прижимался, так млел от его прикосновений, что Юнги хотелось большего. Того, что ему не положено, ведь…        — Я же бета. Сначала ничего не происходило, а потом Чимин мелко задрожал, выскользнул из теплых объятий. Он прижался спиной к стене у кровати, поджав ноги к себе и неловко пытаясь завернуться в одеяло. Что-то уютное и теплое, что витало между ними, раскалилось и, казалось, загорелось, грозясь истлеть и пропасть насовсем.        — Я…Боже, прости. Должно быть, для бет течные омеги выглядят отвратительно. Юнги не мог поверить своим ушам. Здесь, в темноте небольшой общажной комнаты такой талантливый и прекрасный человек, ломался от того, что его сущность отвергали. Но это же было совсем не так! Он все не так понял.        — Прости меня, Юнги. Ты всегда меня терпел, а я…а я такой мерзкий, — омега все еще жался к стенке, но теперь то и дело поглядывал на дверь. Ну уж нет, Юнги его выпускать из своей кровати не собирался.        — Ты не мерзкий, Чиминни, — он осторожно приблизился к парню, беря его за руки, переплетая свои пальцы с чужими, — Ты прекрасный, самый красивый. Это он говорил убедительно, заглядывая в покрасневшие глаза. Не удержавшись, он оставил поцелуй на заплаканной щечке, а потом еще один и еще, остановившись у самых губ.        — Знаешь, я не думаю, что течные омеги мерзкие. В любом случае, точно не ты. Ты сейчас очень красивый. Такой ласковый, вкусный, — выдохнул в самые губы услышав робкое:        — Правда? Юнги поцеловал. Мягкость чужих губ, несмелое движение навстречу, все это вытеснило любые сомнения:        — Правда, — Юнги провел ладонью по немного вспотевшим прядям у висков, погладил, как нравилось Паку. Он совершенно не подозревал, что выдаст Чимин в следующий миг.        — Хочешь почувствовать, как мокро у меня между ног? Юнги на пару мгновений перестал дышать, а потом Чимин приглашающе развел ноги и стало совсем не до шуток. Запах возбужденного омеги вызывал в голове яркие и непристойные фантазии.        — Ты уверен?        — Как видишь, — Чимин прикусил свою пухлую нижнюю губу, смущенно потупив взгляд. Юнги нахмурился, он вечно хмурился, когда впадал в раздумья.        — Не пожалеешь потом?        — Нет. Сам чувствуешь же. Мне с тобой будет хорошо. Наконец решившись, Юнги навис над Чимином, который, несмело улыбнулся. У него крышу сносило от чужой податливости и покорности. Он просил приподняться, чтобы снять одежду, раздвинуть ножки, немножко прогнуться. Его омега исполнял все в точности так, как он говорил. Юнги не мог перестать целовать Чимина в губы, в чувствительную шею, да и казалось, что он отметил губами каждый участок прекрасного тела.        — Почему ты еще в одежде? — Возмутился Чимин и принялся стягивать с Мина все, что по-его мнению мешало их занятию. Юнги пытался помочь, но Чимин справлялся так, что не будь они рядом почти все время, он решил бы, что омега постоянно кого-то раздевает. Укол ревности от одной лишь возможности, что Чимин проводит так время с кем-то другим, заставил Юнги наброситься на омегу с еще большим желанием. Член Чимина оказался чуть меньше, чем у Юнги. Не то чтобы он сравнивал, но было любопытно. Он обхватил его ладонью, пару раз провел по длине на пробу, поражаясь нежности тонкой кожи.        — Не останавливайся… Его никогда еще не просили так. Надрывно, почти задыхаясь от ощущений. Юнги и не остановился. Чужая природная смазка пачкала руки, но ему было все равно. Мин, дурея от запаха, дрочил омеге и был абсолютно счастлив. Он наблюдал удивительное зрелище из целой гаммы эмоций на лице Чимина Омеге потребовалось немного. И пары минут не прошло, как Пак излился ему в руку, содрогаясь всем телом. Юнги, не долго думая, прижал его к себе, поцеловал, зашептал в ухо всякий бред. И про то, какой его мальчик красивый на пике, и какой он молодец, как долго терпел и о том, что он сам чуть не кончил, слушая чужие стоны.        — Хен…        — Да, милый.        — Ты же понимаешь, что мне этого не хватит, — Чимин смотрел внимательно и решительно, но на его щеках разгорался румянец стремительно, — Не мог бы ты взять меня?        — Ох…. Если омега решил идти до конца, то Юнги его не остановит, не сможет сопротивляться обаянию. Но его в любом случае следовало подготовить.        — Позволишь? — Юнги раздвинул чужие, чуть подрагивающие ноги, проникая пальцами в еще расслабленное после оргазма тело. Чимин не стал зажиматься, потек так, что смазка стекала на темные простыни. От такого вида Юнги побоялся, что кончит даже не начав. Сперва плавные и осторожные движения становились смелее, настойчивей. Юнги не смел оторвать взгляд от лица Чимина, пытаясь отследить малейшее недовольство. Омега лишь чуть хмурился, еле заметно улыбался и прикрывал глаза, когда Юнги проходился пальцами по раздраженному комочку нервов внутри. Чимин стал пахнуть еще приятнее, что-то в его запахе заставляло неведомого зверя внутри Юнги довольно урчать. Даже если Чимин с кем-нибудь проводил редкие свободные часы за закрытыми дверями, Юнги был намерен доказать, что никто не сравнится с ним. Чимин вдруг завозился, повернулся спиной и прогнулся так, как для омег привычно было представать перед альфами.        — Так будет удобней.        — Так обычно у альф принято брать омег?        — Ага, — и чтоб окончательно выбить весь оставшийся воздух из легких Чимин добавил: - Не верю, что ты согласился сделать это со мной. Нет, нет, нет. Такое чудо как Чимин он никому бы не отдал. Юнги уткнулся лбом в чужой загривок, потерся, будто ласковый кот и оставил пару коротких поцелуев на задней стороне вспотевшей ароматной шеи. Чимин приподнял бедра, чтобы недвусмысленно упереться задницей в стояк Юнги, прося скорее войти в него. Он был услышан. В одно движение Юнги заполнил Чимина собой и замер. Он выдержал паузу, дал время привыкнуть к ощущениям, чтобы потом начать двигаться, набирая темп. Трахать омегу оказалось до одури приятно, его тело отзывалось на каждый толчок. С Чимином было многое приятно делать, но это, кто ж знал… Чимин тоже должен был знать, какой он классный.        — Был бы я Альфой, я бы ни дня твоей течки не пропустил. Я бы оставил тебе метку. Да, да, я бы точно оставил тебе метку. И заставил бы принять меня полностью, вместе с узлом. Я бы отказался вытаскивать, даже если бы ты попросил. Но ты бы не попросил, верно? Не то, чтобы он ждал ответ, сейчас Чимин мог только издавать почти звериные звуки, но он точно слышал, что нес Юнги и, по всей видимости, ему нравилось. Юнги остановился и слегка приподнялся, чтобы посмотреть на блестящую от пота спину и подрагивающие плечи, не удержался, чтобы поцеловать каждый выпирающий позвонок. Чимин недовольно фыркнул и сам попытался насадиться на Юнги.        — Такой нетерпеливый… — Юнги несильно шлепнул Чимина по заду, чтобы неповадно было своевольничать. Пытаясь казаться немного дерзким Мин пытался скрыть факт, что ему нужно было хоть немного отдышаться. Когда он опять начал двигаться, срываясь на бешеный темп, Чимин не мог сдержать свой голос. Его стоны Юнги мог бы слушать вечно, но в нем вдруг проснулось любопытство.        —Был бы я альфой, ты бы выносил моих щенков?        —Да! Хочу щенков от тебя!        —Ты просто невероятен. Было очень жарко и душно, Чимин был абсолютно ненасытен. Даже когда Юнги дотянулся и начал ласкать стоящий омежий член. Бета потихоньку выбивался из сил и продолжал двигаться только потому, что не мог остановиться на полпути. Не тогда, когда его омега требовал глубже, сильнее, больше. Ему нужно было настолько больше, сколько ему бы смог дать альфа. От досады у Юнги защипало в глазах. Он прижался плотнее, ускорился, сам застонал от нахлынувших с новой силой ощущений. Потому что он ни с кем и никогда не хотел дойти до конца так сильно. Никого не желал удовлетворить так отчаянно. И вселенная, или кто там наверху, услышала его мольбы, которые он прятал в шепоте, что бессвязно бормотал, задыхаясь от кайфа. Чимин кончил захлебнувшись стоном, чуть ли не съезжая с кровати, которую они умудрились немного отодвинуть от стены в процессе. Юнги даже выйти не успел, как его накрыло следом. Чимин вроде не возражал. Стало так легко.        — Ты как?        — Я… Даже в темноте Юнги видел, как Чимин пытается подобрать слова. Он никак не мог выровнять дыхание и раз за разом облизывал свои пухлые губы. Юнги не удержался, поцеловал и тут же испугался, что сделал лишнее. Будто вся та близость и вседозволенность между ними испарилась вмиг. Чимин не ответил, но и не оттолкнул. Все стало каким-то неоднозначным. Юнги не думал, что они окажутся в том положении, в котором оказались.        — Ладно, отдыхай пока. Я принесу нам воды. Скорее всего вот так сбегать было не самым правильным решением, но Юнги правда нужно было многое обдумать. Натянув только штаны, он вышел на кухню и наткнулся на Намджуна с Сокджином.        — О, вы уже вернулись. А что не сказали?        — Мы подумали, что было бы крайне неловко побеспокоить тебя минут пять назад, - съязвил Джин. Намджун кивнул в знак согласия.        — Как Чимин? — все-таки Намджун хороший лидер, правильные вопросы задает с порога.        — Ему лучше. Но…        — Что такое? Судя по звукам, вряд ли ближайшие несколько часов будут какие-то «но», — кажется Юнги ошибся. Джин не язвил, просто забавлялся ситуацией. Эти двое были спокойны. Юнги понимал это, потому что не раз видел, как они ведут себя в стрессовых ситуациях. Это явно была не она. Намджун не спеша пил кофе облокотившись на тумбочку, а Джин…Джин видимо просто говорил с ним о чем-то, пока сюда не заявился Юнги в одних штанах.        — Вы не видите слона в комнате. Чимину нужны таблетки либо альфа.        — Кто еще чего не видит, — Джин почти театрально всплеснул руками.        — Чимин никого кроме тебя к себе не подпустит. А про таблетки я уже писал, врачебный запрет.        — Но я не альфа.        — Но ты это ты. В воздухе повисла напряженная тишина, пока наконец Юнги не взорвался.        — Вам легко говорить, вы ведь с Намджуном истинные! А я… Он не смог закончить фразу, потому что Намджун подавился кофе и пытался откашляться, пока Джин похлопывал его по спине, смотря на Юнги огромными от удивления глазами.        — Ты сейчас серьезно?        — Ну да, а что? — Кимы переглянулись между собой, будто что-от решая.        — Мне казалось, что все в группе знают, что это всего лишь легенда.        — В смысле? Вы не…?        — Нет, конечно, — звонко рассмеялся Джин, уютно прислонившись к плечу Джуна, который улыбнулся ему, обнажая очаровательные ямочки. - Научно доказано, что истинных не существует. Несмотря на безумное число фанатиков, верящих в обратное. Юнги растерялся. Уже не первое потрясение за вечер, но более болезненное. В мировоззрении Юнги концепт истинных пар был возведен в культ чуть ли не с детства. Найти идеальную пару было одной из важнейших задач альф и омег. В какой-то мере он чувствовал себя более свободным, так как от рождения был избавлен от этой миссии. И все же сомневался, пока не узнал о Сокджине с Намджуном. Они в очередной раз уверили Юнги в том, что рядом с каждой прекрасной омегой, должен быть не менее прекрасный альфа. Поэтому он никогда не позволял представлять себя рядом с омегой, даже с самым чудесным из всех, кого он знал. Неужели он зря себя останавливал?        — Мы переспали еще в первый год после дебюта. Так вышло. Когда в агентстве прознали, мы смогли всех в том, что это не наша оплошность, а судьба. И они повелись, — Джун сжал чужую ладонь, что до этого лежала рядом и теребила рукав его кофты.        — Или очень хотели верить в подобную чушь. Это ведь даже удобно: если мы вместе, то никаких проблем с возможными девушками.        — Ушам своим не верю. Юнги мог бы догадаться. Истинность невозможно было подтвердить документально, только сама пара могла ее «осознать» и поверить в идеальную совместимость. То, как иногда ругались и ссорились между собой Кимы, нельзя было назвать идеальным.        — Да забей, какая разница вообще? Мы просто любим друг друга, как бы пафосно это не звучало. Поэтому не отрицай свои чувства только потому, что они не подходят под привычный шаблон.        — Ага, вот Чимин не парится.        — Ты вот зачем это сказал!? — возмутился Джин, с осуждением смотря на своего «истинного». Они явно знали больше, чем говорили. Но сейчас было не до этого. Сейчас Юнги собирался наконец налить воду и вернуться в комнату к Чимину. Поэтому особо не вслушивался в начавшуюся перепалку.        — Прости, что так долго. Ребята вернулись, я пересекся с Кимами на кухне. Он протянул стакан с водой, который Чимин принялся жадно пить. Бедный, Юнги не должен был оставлять его тут одного.        — Чимин, — позвал Юнги.        — Мгм.        — Я просто хотел сказать, — нужно было собраться с силами, — Если для тебя не проблема, что я бета, то я могу быть рядом. И не только сейчас. Понимаешь?        — Погоди, дело было только в этом? Ты правда…я тебе…я имею в виду, что.. — только идиот бы не понял, что пытался спросить Чимин.        — Ты мне нравишься, очень.        — Это хорошо, очень хорошо. Ты мне тоже, давно и… Наверное, Чимин мог бы еще много говорить, но он замолк, когда Юнги положил свою ладонь на пухлую щечку, приближаясь к его губам. И почувствовал себя совершенно счастливым, когда Чимин первый сократил расстояние между ними, даря поцелуй.