Ромашковое поле

—привет!— Громко и чётко сказал высокий блондин. Карие глаза что отливали янтарно-жёлтым сверкали на свету летнего Солнца, пока загорелая кожа смотрелась с волосами кантрастом точно так же, как и светлые веснушки на слегка пухлых щёчках. —привет, Феликс— Мягко улыбаясь поприветствовал его мужчина сидящей на скамейке, закуривая очередную сигарету. Младшему это мало нравилось, и он между прочим говорил об этом. Не раз и не два. Сводя светлые брови ближе к переносице, присел совсем рядышком на старую деревянную скамейку, пялясь на никотиновую палочку. В секунду после он её нагло отбирает, туша об края скамейки после чего втаптал в сухую траву с песком —я же тебе говорил не курить. Это очень вредно— По детски надувая щёчки промолвил юноша, стряхивая то что осталось на скамейке от сигареты. После повернулся на собеседника который так же легко и по детски хмурится. Феликс действительно единственный человек что видел восьмого таким нежным, беззаботным, милым и черезчур открытым. —я не могу, это меня успокаивает— Скрестил руки на груди тот, фыркая и отворачиваясь. С чужой стороны послышалась тихая усмешка. Видимо, младшего позабавила реакция мужчины. —ладно, потом тебя отругаю. Я хотел показать тебе одно красивое место, которое ты пока что не видел— Переводя тему с радостью воскликнул блондин, поправляя причёску. После он встал скамьи, улавливая непонимающий взгляд алых глаз, которые так сильно любил. Пару раз хлопая ими, Пик всё же встал следом. —не верю что чего-то не видел тут— Тихо усмехнулся он, заправляя спавшую прядь волос за ухо. На лице появились мелкие ямочки от улыбки, на которые Феликс всегда обращал внимание. Они смотрелись так мило на его мордашке... Но улыбка куда лучше. Бросив юркий взгляд на протоптанную людьми узкую тропу, с хитринкой улыбнувшись, младший взял любимого за его ладонь. Теплую, родную, маленькую по сравнению с его. Сжимая так, как будто более они не встретятся никогда в своей жизни. Улыбка стала лишь шире и понаглее, вызывая недоумение и подозрение в чём-то. В принципе, Пик был прав. Довольно резко младший побежал вдоль той тропинки, от чего мужчина сходу чуть не плюхнулся на землю, теряя какое-либо равновесие. Тем не менее, оклимавшись, он тоже побежал. Запыхаясь и улыбаясь, пытаясь держать дыхание ровнее, смотря в затылок этого взрослого ребёнка. *** —прибежали!— Пытался отдышаться Феликс на лице которого было счастье. Улыбка до ушей и красные от быстрого бега щёки дополняли его образ добрячка. Пик тем временем, как дед, делал те же попытки взявшись за свою многострадальную поясницу. Пару минут спустя, неожиданно его подхватили на руки, куда-то уводя. Видимо, чуть подальше. Ладони, а после предплечья машинально обвели шею своего любимого, прижимаясь к нему настолько близко, насколько это было вообще возможно. Личико покраснело от ушей до любимых блондином щёчек, которые он тискал чуть ли не каждый день. —Эй, поставь меня на землю!!— Смущённо и быстро пролепетал мужчина, поджимая ноги теснее друг к дружке. Его подняли позорно, прям как принцессу. Диснеевскую. Его же никак не слушали, продолжая идти вперёд. На горизонте виднелась мелкая речка. Неконец, рогатый додумался оглядеться по сторонам. Вокруг поле, засыпанное кучей белоснежных ромашек с жёлтой серединкой и сочно-зелёным стеблем. Любимые цветы.. Простые, но очень милые и лёгкие. Чем-то напоминали и самого Феликса. Хотя.. Он скорее был бы подсолнухом, нежели ромашкой. —тебе нравится?— Ласково чмокая Красную щёку заинтересовался младший, присаживаясь вместе с рогатым на травку, пытаясь не задеть хрупкие цветки. Кстати о рожках.. Их Феликс изредко называл ушками, что раздражало и смущало лидера. Очень сильно. На действия того он лишь забавно зажмурился, лицом уткнувшись тому в шею —да.— Кратко выразился мужчина что прямо сейчас сидел у младшего на коленках. Как же стыдно. Но тем не менее он никак не сопротивлялся, лишь прижимаясь к тёплому телу. Медленно, но веснушние щёки Феликса тоже начали покрываться более густым румянцем. Сам он чуть поудобнее расположил на себе фиолетового. Аккуратными движениями пальцев легко отодвинул от шеи, поднимая голову чуть выше, держа за подбородок. Как же Феликсу нравились эти большие глазки. Такие милые, как и сам мужчина что всем кажется грозным и непоколебимым. Но в его руках он таял, позволяя видеть все "плохие" эмоции. Трогать где захочет. Внезапно целовать. Всё это можно было только Феликсу, заколдованному этим неуверенным взглядом. Дальше последовал лёгкий поцелуй в мягкие, покрасневшие губы. Удивившийся такому блондин лишь широко раскрыл янтарные глазки, так же рядея от накатившего удовольствия и смущения. На поцелуй он ответил, обвивая спину старшего руками, прижимая его грудь к своей. Проведут они тут время до позднего вечера, даже ночи. Просиживая его под небосводом, всматриваясь и указывая на звёзды, пытаясь разглядеть в них не только созвездия, но и свои придуманные силуэты