Удержи в своих ладонях осколки моей души

Глубокая ночь давно вступила в свои права, только слышен редкий успокаивающий шум волн, да стрекот насекомых. "Весёлый Роджер" мягко покачивался на волнах, напевая свою песню — колыбельную сосновых досок, скрипящих мачт и грубого такелажа¹. Команда спала — корабль бодрствовал. Он повидал слишком многое, чтобы спокойно спать. Узкий лунный луч упал на пол тёмной капитанской каюты, коснулся большого барометра² и засверкал на открытых стенках фонаря. Мутные стëклышки зря старались поблëскивать — копоть и грязь, накопленная годами не то что свет не пропускали бы, но даже не позволили весëлому блику станцевать причудливый танец на стенках. Под фонарём был большой стол, сплошь заваленный картами и бумагами, а лежащая сверху на них роскошная треуголка с плюмажем³ находилась в опасной близости к полной чернильнице. Каюта не была пуста, отнюдь, в ней было аж два человека. Ну, это только если считать фею человеком, конечно, но о этом позже. На узкой койке лежал спящий молодой красивый мужчина, а у его горла был приставлен тонкий кинжал. Одной руки у спящего не было — вместо неë поверх одеяла покоился зловеще блестящий крюк. Над койкой стояла совсем юная девушка, с кудрявыми белокурыми волосами и пугающе блестящими глазами. Примечания: Такелаж¹ — снасти. Канаты, верёвки и т.д. Барометр² — прибор для измерения давления. Плюмаж³ — перья на шляпе/ шлеме. Служат как декор или опознавательный знак.