С Днëм Рождения, любимый

— И не дай бог, хоть одна фотка просочится... Чонгук ходил по квартире за бегающим из комнаты в комнату Тэхëном, который пытался собрать вещи. Вылет через четыре часа, а он ничего ещë не уложил. — Зай, а ты не видел мою футболку Гуччи? — Ебучи. Ты меня слышишь? — Да, да, только менеджер уже через два часа приедет, а я ещë не собрался. Чонгук перехватил за руку пробегающего мимо Тэ. — Только попробуй парижский сценарий провернуть, ты у меня не три дня сидеть не сможешь, а неделю. — О, Гук-ииии, я же и не против, — мурлыкающе проговорил Тэ. — Так и не от члеенааа, а от ремняяя, - в тон ответил Чон. — Ух, ты, бедээсэмные планы вынашиваешь, да ты ж, мой дабл-банни. Тэхëн вырвал руку и сам наступая, упираясь в грудь, дотолкал Гука до стены. — Ты же знаешь, как заводишь меня своей ревностью, обожаю когда ты такой грозный. Тэ прижал Гука к стене, провел носом по щеке, с шумом втянул воздух. — И твой запах... ты всегда такой свежий, чистый, что хочется тебя испачкать. Тэхëн провел языком по острой линии челюсти до уха, зажал мочку зубами и потянул. — Гук-и, не заводи меня, а то я опоздаю на самолëт, и мне Vogue такую неустойку выставит. — А мы быстро... — И без прелюдий, времени нет. А смысл в прелюдии, если стоит жëстко у обоих, если желание вскипятило кровь. Тэ громко стонет, уткнувшись в подушку, максимально прогибаясь в пояснице, выставив аппетитные ягодицы, которые красные от гуковских нехилых шлепков, толкается на встречу, мощному движению бëдер. Шлепки тел, хлюпанье смазки, хриплые стоны младшего и пик напряжения в узелке простаты, по которой вбивается нехилый член, стимуляция рукой, все быстро доводит до высшей точки желания. Громкий стон — Гук-ииии, дрожь по телу, оргазм накрывает яркими фонтанами, разрывающимися под закрытыми веками. И Чонгук, не отставая, хрипя, резко отстранясь, довел себя до конца рукой, спустил на округлые булки, свалился рядом. — Тэхëн-а, ты меня с ума сведëшь когда-нибудь. Почему ты так меня заводишь? Чонгук вжал в себя спину Тэ, обнял руками и ногами, слизнул капельки пота на шее. — Какой ты вкусный. Я тебя своим слоником даже внутри чувствую. — У тебя не слоник, а слонище. Завтра предрелизник, а у меня ноги не сдвигаются, ты меня затрахал за эти три дня. — Это профилактическая мера. Ты ж, секс ходячий, вот и пусть от тебя веет аура удовлетворенности. — Кто-то в пафос от перетраха ударился? Нахрена мне кто-то, когда у меня лучший ëбарь в мире? Это мне надо переживать, что секс-машина без присмотра остаëтся одна. — Эта секс-машина любит только своего рычащего зверя, — прошептал Чонгук, целуя. Как хотелось наоставлять засосов, чтобы сияли на этой шее, этих ключицах, демонстрируя занятость великолепного тела. Но нельзя, перед съемками они всегда старались сдерживаться, все на после, как это тело приедет домой. — Это у тебя день рождения, так то. И хер знает, кто тебя поздравлять будет, так что это мне нужно переживать. — Вот и попереживай, твоя очередь. — Убью нахрен и переживать не буду. Выпускай меня уже. Тэхëн пытался выбраться из сжавших его рук и ног. В последний раз, сдавив крепко и шумно вдохнув запах, Чонгук разжал объятья, но напоследок смачно шлëпнул по попе. — Да, блядь, — взвизгнул Тэхëн, — и так жопа болит. Я в душ, а ты ищи Гуччи и без рифм. Кое-как, вдвоëм, бегая по квартире, собрали чемодан. Тэхëн покидал самое необходимое в объëмную сумку, оделся. Чонгук налил две чашки чая. Есть пятнадцать минут на новую порцию нотаций. — Чтобы всегда был в доступе на телефоне, только попробуй не ответить и камеру чтоб включал всегда. Никаких фоток с левыми мужиками. А шест ещë раз увижу, сам знаешь в каком месте он окажется. — Гук-и, ты сам только не чуди, и не дай бог напьëшься, точно прибью. — У меня традиция, мне лайв вести, как раз тебя и дождусь. ______ Тэхëн в напряге — переговоры, графики, концептуалка, съëмки, грим, коллекция, репетиции... И контроль — его зайцу дома не сидится. То Чимин заскочит, то Джину папа 30 бутылок вина привëз, то 97-лайн, провались он пропадом, вот всем до его драгоценности есть дело. Как не вовремя эта встреча, как не хотелось уезжать. Но работа, есть работа, сольники — их ответственность, надо учиться самим продвигать себя. Хорошо, что поддержка друг друга есть, семья бантан — это вместе навсегда, это опора по жизни. А вот любимое счастье жизни скачет с места на место, встречается с кем попало, на звонки периодически не отвечает, пока дозвонишься, все губы искусаешь, но это и неплохо — на фотках сексуальнее будут выглядеть. Но самая большая проблема — мысли переключить, работа всегда большая ответственность. Один раз договорившись, бантаны решили, что будут выкладываться пополной, независимо от проблем и состояния. Есть общее реноме, репутация, честь группы, и они не подведут друг друга никогда. — Приеду, прибью. А сейчас работа... Тэхëн придирчиво оглядел себя в большое, идеально чистое зеркало гримëрки, придал движениям томности, прорепетировал, огонëк злости жестил взгляд, придавая сексуальности, которая готова покорять всë и всех. — Хорош. Тигр идет завоëвывать мир... зайца съем попозже. _____ — Чимин-и, Джин-хëн, может пора завязать с пьянками, завтра Тэ прилетает, мне бы хоть выспаться, да и лайв надо сделать, меня же ждать будут. — Вот сейчас ещë бутылочку и закругляемся. — О, Тэхëн-и звонит, а чë мне-то? На сам говори, — Чимин протянул телефон. — Айщ, я же свой на зарядку забыл поставить. — Ну, и получите пиздюлей, — заскрежетал заразительным смехом Джин. Чонгук разблокировал телефон и расплылся в улыбке увидев сонное любимое лицо на экране. — Тигрëнок, как я по тебе соскууучился. Чонгук сложил губы в трубочку и чмокал, имитируя поцелуйчики. — Чон Чонгук, какого хера ты не отвечаешь? Ты опять напился, я же тебя предупреждал. Я завтра прилечу так тебя выебу, что ты даже встать не сможешь... — Э, вы свои постельные разборки наедине обсуждайте, а то мы тут с Чимин-и, как на съëмках 50 оттенков серого, — тормознул разговор старший, забирая телефон. — Вы голубки одинаковые, сам в Париже отрывался, а тут твой дэрэ празднует, паритет. Тэхëн-и, скажи спасибо, что мы его домой притащили, сейчас напоим и он в постель свалится, там тебя и дождëтся. — Мне на съëмки пора, приеду я вас всех... — Нееее, нас не надо, — хихикнул Чимин. Джин отключил телефон. — Ну, чë в клубешник? Там закрытая вечеринка, только свои, — Чимину не сидится на попе ровно. — Я за, надо градусы переварить, — активность Чонгука двигает на подвиги, а выпитое затуманивает мозг, не давая оценить обстановку. Уже в такси Чонгук вспомнил, что телефон он так и не зарядил. Но через час, влившись в энергичный ритм, двигался в такт музыке на танцполе. Чимин делал фотки и скидывал в kakaotalk в общий чат. — Ща Хоби-хëн еще подтянется. — Мне домой пора, выспаться надо успеть. — Давай хëна дождëмся. _____ Тэхëн в бешенстве собирал сумку. С работой справился на отлично, фанатов ждëт фееричная фотосессия, портфолио получилось идеально, V будет сверкать ярче звезды на небе. Ни одного малюсенького косяка не наделал. После Парижа, получив пиздюлей от всех, кто только мог их дать, Тэ вëл себя по-пуритански тихо, работа, телефон, спать, телефон, работа. Но этот блядский день рождения. Он переодически хватался за телефон. Никто не отвечает. Фотки, скинутые в какао от Чимина, добавили злости. — Блядь, ты у меня неделю сидеть не будешь, обнимашки он там устроил, танцует он, говорил ему дома сидеть, сука, я тебя наручниками к батарее пристегну... Уже сев в самолëт дозвонился до Юнги. — Тэхëн, какого хера ты мне названиваешь? 35 пропущенных, ты не охренел? Я работаю, у меня альбом на носу, чего ты доебался? — Хëоооон, — жалобно протянул, — ты не знаешь где мой шляется? — Ты долбоëб? Мне только следить за вами не хватало, достали. Они из клуба звонили, там все зависали. Джин домой должен был его отправить, спит твой без задних ног. Ничего с ним не случилось. Себя вспомни, а у младшего днюха, у него повод есть, расслабился. — Хëооон, прости, мне просто не отвечал никто, я волновался, ты же знаешь, что ему пить совсем нельзя. — Хм, вам обоим нельзя, у нас даже напиться всем вместе не получится, мы с Джином с вами не справляемся. Ладно, сам-то как? Всë получилось? — Да, всë удачно, я вписался в концепцию коллекции идеально. Все довольны. Хëн, спасибо и прости, что отвлекаю, но если что, позвони мне, пожааалуйстааа, — просяще протянул младший. — Айщ, достал меня уже ваш детский сад. Косячите вы, а отдуваюсь я. — Но, мы же тебя любим. — Всë, отстань, хорошего полëта. Мин, уткнулся в компьютер, ему нужно было свести песню. Альбом практически готов, осталось отшлифовать и можно отдавать на суд фанатов и критиков. Страшно. Как они поддерживали Хосока, как тот даже спать не мог, как его трясло от переживаний. У Юнги сейчас уже сводит внутри от сомнений. А что если не зайдет? Надо всë выкинуть из головы. Но шло медленно, он постоянно бросал взгляд на телефон, отвлекался, переживания за младших засели в голове. — Айщщщ, придурки. Юнги набрал телефон Чонгука. Не доступен. Позвонил Джину. — О, Юнги-я, ты к нам решил присоединиться? Приезжай, мы тебя ждëм. В трубку звучал пьяный и громкий голос, на фоне били басы. — Джин-и, Чонгук с вами? — Они с Чимином давно уже уехали. — Блядь, а ты сам не мог отвезти? Они ж по дороге ещë куда-нибудь завалятся, их же контролировать надо или ты хочешь мирить их потом, тебе Парижа не хватило? — Ну, с Тэ мы справимся, это с Чонгуком было сложно, да и шест он с собой в самолете не повезëт, — засмеялся, вспоминая, как шест из рук Чонгука вырывали. — Норм всë будет, если чë звони, подъеду, Джуна разбудим на крайняк. Закончив разговор, Юнги набрал Чимина, Чонгука — абонент недоступен. Бубня под нос ругательства, быстро собрался, захватил аварийные ключи. Они все сделали друг другу запасные ключи на всякий случай. Юнги звонил в дверь уже минут пять, Чонгук не открывал. Тэхен приедет через пару часов, а Чонгук неизвестно где. Он открыл дверь запасным ключом. Храп услышал из коридора, богатырский сон свалил милого кролика. Ну, хоть дома, дальше разберëмся. Мин зашëл в комнату, включил свет. В кровати спала обнявшись парочка, видимо, как доехали, так и свалились спать, даже не раздевшись. — Подъëм, идиоты. В ответ Чонгук только зачмокал и перевернулся на живот. Чимин приоткрыл щëлочки, увидел Мина и рот расплылся в улыбке. — Юнгиии-хëооон... Пытаясь хоть немного включить сознание, огляделся. — А почему я не дома? А-аа, я же Гука провожал. А мы чë, уснули? А Тэ где? — Тэ будет через два часа, если не хочешь пиздюлей получить, буди это тело и тащи в ванную, как хочешь, но приводи в чувство. Чимин согласно кивнул и начал расталкивать Чонгука. — Тигрëнок, не сейчас, давай ещë поспим немноооожечко... — Сейчас твой зверь приедет, вот тогда и поспишь, брысь в ванную, — командовал Мин. — А где Тэ? Чонгук, наконец-то, продрал глаза, но соображаловка ещë не заработала, он искал глазами Тэхëна, но постепенно до него доходило. — А сколько времени? А Тэ уже прилетел? Айщ, Чимин-и, какого хрена мы в клуб поехали? А моя транса, фанаты же ждут. — Ага, транса. Камеру включить? — Не, Хëн, не надо, — дернулся Чонгук, — а Тэ где? — Будет через два часа и он в бешенстве. Ты какого хуя телефон выключил? — Точно, телефон, я же так и не зарядил. Хëн, — можно я не буду его включать? Я боюсь, что Тэ меня убьëт. — Он, как приедет, все равно убьëт тебя. И правильно сделает. Чима, веди его в ванную, а я пока доставку закажу. Жрать, ведь нечего? Чонгук виновато покачал головой. Чимин потащил его под душ.Через пару минут оттуда донеслись недовольные крики. Мин набрал службу доставки и сделал заказ. Чимин вернулся, виновато опустив голову. — Хëн, извини нас, чëт, мы перебрали. Гук-и там отмокает, я ему сейчас чая крепкого заварю, через час будет как огурчик. Через час умытый, чистый, приходящий в себя Чонгук, сидел на кухне и пил чай. Чимин бегал по квартире и наводил порядок, Юнги принял заказ с едой. — Ребят, спасибо, вам большое, вы меня спасли. — Это и нас касается, нам ни фига ваши разборки не упëрлись. Только ты уж постарайся не выпендриваться, сейчас ты накосячил. Улыбка разъехалась по лицу Чона. — Хëн, я постараюсь. Тэ нравится... — Вот подробности мне не надо рассказывать, ваших игрищ мы и так насмотрелись. — А вы можете не уезжать, со мной подождать? При вас Тэ успокоится, а потом я уже сам справлюсь. Главное, чтобы он разговаривал, пусть поорëт, вы его отвлечëте. — Гук-и, давайте вы между собой сами разберëтесь, мы сделали, что могли, дальше ваша очередь. Чонгук кивнул согласно. — Спасибо вам. Чтобы я без вас делал? — Пиздюлей бы получил, а так словесных словишь, перетерпишь. Чимин-а, ты там все убрал? Поехали, нам пора сваливать, Тэхëн скоро будет. Тэхëн шипит тихо на все стороны, багаж долго получал, все о чëм-то спрашивают, на выходе куча журналистов. Но нацепив улыбку, спрятав все за радостное лицо, прошëл, всем помахал, попозировал, больше не рисковал пробегать, как в прошлый раз, сел в машину, помахал рукой кричащим фанатам. — Доброе утро, сонбеним, — улыбаясь поздоровался с менеджером. — Хорошо долетел? Поспал в самолëте? — Да, спасибо, всë хорошо. Устал только, домой уже скорее хочется. — Ты хорошо поработал, молодец. Доедем быстро, пробок нет ещë. Тэхен прикрыл глаза, старался расслабиться. Он пытался угомонить волны ревности, которые разливались в груди. "Надеюсь, что хоть дома спишь, кроля. Ух, я тебе устрою". Внутри никак не успокаивалось, перед глазами чиминовы фотки с видео из какаотока, но внешне держал себя стойко, никаких эмоций. Доехали быстро. Тэ попрощался, зашëл в дом и вызвал лифт. Он дышал, как всегда делали, когда сильное волнение перед концертом мешало. — Только бы дома был. Тэхëн вошëл в квартиру. Тишина. Ну, и где он? Чонгук вышел из комнаты на встречу. — Тигрëнок, ты приехал, я так соскучился, — и взгляд виноватый, глаза большие, честные, широко открытые. — Скучал, значит? Чонгук раскрыл руки, идя навстречу, хотел обнять, но Тэ наклонился и проскочил мимо. В комнате бросил сумку, снял украшения, достал домашнюю одежду, и мимо виноватого Чонгука прошëл в душ. Надо успокоиться, контрастный душ поможет. Чонгук стоял под дверью. Когда Тэ ругается, это нормально, хуже, когда игнорит, это редко бывает, чаще наоборот — Гук дуется, поэтому и надо скорее вывести на эмоции. Он очень не любил, когда Тэхëн злился внутри себя. Он решился — открыл дверь. Тэхен стоял под душем, уперевшись руками в стену, вода струйками стекала по бархатной смуглой коже, хотелось ртом ловить эти ручейки. Чонгук тихонько разделся и вошëл в кабинку душа, обнял. — Тигрëнок, ты такой красивый, я по тебе так соскучился. Тэ резко развернулся и прижал младшего к стене. — Ты скучал? И когда же ты успел? Со своими друзьями? Или может на танцполе? Всем всë продемонстрировал, наобнимался достаточно? Тэхëн снова заводился. Чонгук голый, красивый, притягательный, такой желанный и такой покорный, все выслушивает, и только жадность во взгляде, который приковался к губам. — Тэ, прости, я не собирался в клуб, так случайно получилось, а телефон разрядился, я забыл на зарядку поставить.— А у самого в глазах огонь разгорается. — Как я могу извиниться? Что ты хочешь? Тэ любил жëсткого, доминирующего Гука, но иногда, поменяться местами было очень возбуждающе. Сейчас хотелось самому наказать, выплеснуть всю ревность — сегодня он будет приказывать. — На колени. Чонгук, кивнул, не отводя взгляд, опустился. Как его заводил такой Тэхëн. Покоряющая властность в глазах его парня действовала на всех, внешняя красота и мягкость в сочетании с таким взглядом, затягивали любого, кто бы с ним не общался. Но, глядя на Чонгука, этот взгляд всегда был тëплым, мягким, обволакивающим, но когда Тэ злился, то был пиздецки сексуальным, хотелось быть полность в его власти, он готов исполнять любое желание. Да, Тэхëн умел быть очень властным. Длинные пальцы собрали волосы, сжали до боли, потянули, ткнули голову в пах. — Соси. Чонгуку повторять не надо, он сам хочет, он сам заведен, его член дëргается только от вида такого Тэхëна, как же это охрененно. Чонгук провëл рукой по члену, который уже стоял, пальцами прощупал все венки, широко прошелся языком по стояку, слизнул выступившую капельку, втянул в себя, вызвав низкий, хриплый стон. Техëн толкнулся навстречу, глубоко, резко, вызвав кашель, но не давая отстраниться. — Будешь терпеть, я хочу трахнуть твой рот хорошенько. Взгляд больших глаз, в которых появились слëзы и огонь от возбуждения, заводил ещë больше. — Давай, малыш, постарайся , доставь мне удовольствие. В ответ Гук простонал, вибрация вызвала дрожь по телу, заставляя двигаться сильнее в этот рот, глубже. Чонгук вцепился в бëдра, сам насаживаясь и толкая на себя, вода из душа смывала слëзы и слюни, которые не получалось сглатывать. Тэхëн на секунду вышел, давая вздохнуть, перевести дыхание. — Умница, постарайся ещë, я хочу глубоко. Чонгук кивнул, его так возбуждало, когда Тэ был таким властным, его член дергался, требуя внимания, он потянулся к нему. — Не смей, я не разрешаю. Рот открой пошире и расслабь горло. Тэ толкался, каждый раз двигаясь глубже, пока член не достал до задней стенки, сжимая волосы, насаживался жëстко, резко. Чонгук терпел, сдерживал рефлексы, ему так нравился такой Техëн, нравилось заводить своего парня до эмоций, когда он отбрасывает всë, отдаваясь наслаждению, нравилось, что он так заводит его, и плевать, что дыхания не хватает, что слюны полный рот, член уже дëргается, сдерживаться невозможно, возбуждение подступает, стон прошелся по члену, рефлекторно сжалось в глоткé горло, сдавливая головку. Тэ низко прорычал, сделал несколько резких, глубоких движений и кончил, не давая Чонгуку отстраниться, пока оргазм не отпустил. Чонгук сел на пол, откашливаясь, душ смывал все последствия, в горле жгло от проглоченной спермы и трения, но возбуждение на пике, не спадало. Тэхëн присел рядом на корточки, провел мягко по щеке. — Умница, малыш, ты хорошо постарался, мне понравилось. Тэ вышел из душа и стал вытираться полотенцем. — Тэхëн-и, — хриплым голосом позвал Чонгук, — а как же я? Я очень соскучился. — А ты наказан, не отработал ещë. И только попробуй сам себя трогать, накажу надолго. И быстро в постель, я хочу ещë. Прелюдия длилась не долго. — Мой малыш готовился? — Пальцы внутри растягивали мышцы. — Ждал своего папочку? — Ну, я предполагал, что сегодня буду снизу, — со стоном отвечал Чонгук, — папочка точно будет злиться. — Какой же ты у меня умный, золотой малыш, не зря тебя так зовут. Те сидел между раскрытыми бедрами, три пальца внутри двигались, выбивая дрожь и стоны самого красивого тела в мире. Завораживающее зрелище, возбуждающее. — Перевернись и встань на колени. Чонгук послушно выполнил. — Прогнись, раздвинь ноги. Тэ смотрел на шикарную картину — самый охренительный, самый красивый, такой желанный — его парень. Он потянулся за телефоном. — Тэ, мы же договаривались, нам нельзя. — Я хочу для тебя сфотографировать, хочу чтобы ты увидел себя, какой ты невероятно красивый. Щёлкнула камера телефона. — Посмотри на себя, представляешь как ты меня заводишь? — Ну, норм, только ты красивее, я тебе тоже покажу в следующий раз, только может хватит болтать, трахни меня уже, это тело хочет твой член. Тэхëн удалил фотку. — Сегодня я решаю когда трахать. Тэхëн любовался, гладил спину, проходил по косточками позвоночника пальцами и языком, сжимал талию, упругие ягодицы, пальцы водили по бедрам, язык лëгкими касаниями выводил узоры на коже. Чонгук стонал, прогибался сильнее, выпячивал, подставляя попу. — Тэхëн-а, пожалуйста, я не могу больше. Тэ сам уже возбудился, сам хочет внутрь. Он выдавил гель на ладонь, размазал по члену. Вошëл резко, глубоко, полностью, выбив стон боли и возбуждения. Не давая привыкнуть, двигался жëстко, грубо, попал по простате. Чонгук дëрнулся, низко простонав. — Тэ, ещë, пожалуйста. — Не так быстро, малыш, кончишь, когда я разрешу. Тэ менял угол не давая подстроиться Чонгуку, тот стонал, извивался, предэякулят капал на простынь. — Перевернись. Чонгук лëг на спину, в глазах туман от желания, бëдра широко раскинуты, растраханная дырочка пульсирует, дыхание хрипит в поднимающейся груди, возбуждение на пике. Тэхëн закинул ноги себе на плечи и вошëл, как же хорошо стенки его сжимают, больше нет сил сдерживаться. — Малыш, ты можешь кончить, я тебе разрешаю, — сказал прерывисто, жëстко вбиваясь и проходясь по простате. Волны оргазма прошли по телу Чонгука, белëсая струйка брызнула на живот, стон разрядки вырвался из напряжëнного горла, рот открыт, яркая феерия взорвалась в голове, — Техëооонааа... Спазмы сжали член Тэ, он двигался, продлевал оргазм своего парня, сам доводя себя до пика. Еще несколько глубоких, быстрых фрикции и Тэ кончил внутрь, со стоном упал на Гука. Оба шумно дышали, двигаться не было сил. Восстановив дыхание, Тэхëн приподнялся на локтях, приблизился, прошептал в губы. — С Днëм Рождения, любимый. Давай проведëм этот год счастливо. Он коснулся легко губ. — Я люблю тебя, Тэхëн-и. Чонгук приподнял голову и сам впился в любимые губы, как он давно этого ждал. После парочка сидела на кухне, уплетая еду, заказанную Юнги. Тэ рассказал о поездке, фотосессии, коллекции, которая ему понравилась, о том, что он присмотрел рубашку для Чонгука, которая ему точно подойдет, посмотрели анимашку "Твоë имя", выпили бутылку вина в честь праздника. Хорошо было провести время вдвоëм. — А почему тебе никто не звонит? — А я так и не включил телефон. Сначала боялся, что ты будешь злиться, а успокоить тебя будет некому, а потом не захотел, чтобы нас дëргали. — А я тоже отключил телефон, хотел побыть только с тобой. — Тэ, а я ведь трансляцию так и не провëл, меня, наверняка, фанаты ждут. — Может поспим хоть немножко, а потом сделаешь трансляцию? — Я за. Сейчас всë равно сил нет. Сразу уснуть не получилось, но зато спалось крепче. ______ — Эй, вы, голая парочка, просыпайтесь, сколько спать можно. Чонгук у тебя через три часа дэрэ закончится, а ты трансу обещал, — звонкий голос Джина растормошил сонное царство. — Блядь, Тэ, давай ключи заберëм у всех, — сонно пробормотал Чонгук, накрываясь одеялом. — Давай, а ещë замок новый поставим, на всякий случай. — Айщ, но трансу надо сделать, придëтся вставать. — Гук-и, только в этот раз, давай не на два с половиной часа, ладно. — Сегодня в час уложусь, обещаю, — Чонгук натянул пижаму, — оденься, я за чаем, давай по тортику и я на трансу пойду. — Неее, никакого чая, пьëм вино. Джин вкатил сервировочный столик с закусками и бутылкой вина. — Джин-хëн, мне с фанатами общаться, песни петь, я лучше сока выпью. Но настойчивый старший хëн, стакан влил в любимого макнэ. — Ну, вот, зато зажиматься не будешь, расслабишься и получишь удовольствие. Хотя удовольствие уже было, — Джин сам смеялся над своими шуточками. — Так, все, я пошëл настраивать лайв, а вы допивайте и хëну пора домой, вас нельзя вместе оставлять, вы шумные слишком, а аппаратура чувствительная. — Я поздороваюсь с фанатами, поздравлю тебя и уеду, все норм будет не переживай. Прошло все норм, почти. Почти не проговорился хëн, почти не засветился Тэ. Пока провожал хëна, Тэ молча сунул им по стакану вина, залпом выпив, почти не пьяным вернулся на трансу, но в итоге всë прошло хорошо. Уже в постели, счастливый, довольный, обнимая своего любимого тигрëнка, Чонгук провалился в сон. Завтра будет новый день. Пусть он будет счастливый.