ООО Стикер

Соглашения Лидии Марина Георгиевна отсмотрела быстро. Лидия в принципе научилась полностью справляться с их визированием, оставались мелкие огрехи, замечать которые должно было научить время. Страховать ее пора было заканчивать. Адвокат Дина приехала сразу после обеда. Решение вышло выигрышным, да и дело о цессии было элементарным, поэтому говорить было особо не о чем. А вот помощь коллег в сборе документов по следующему конкурсу на создание национального контента в виде компьютерных игр ей очень пригодилась. Участников предыдущего конкурса по контракту для Министерства промышленности, торговли и развития предпринимательства Новосибирской области на создание игры «Крестовый поход Рыцарей» она проверила. Их было пятеро: ООО «Стикер», ООО «Глобал», АО «1Д», АО «Меркурий» и ООО «Программные технологии». Нужно было обдумать их. В шесть Дину и Лидию она отпустила и занялась проверкой присланного контракта. В рамках проверки на добросовестность она запросила учредительные документы и доверенность. Одна статья договора была своеобразней другой. Перечитывать приходилось по несколько раз, чтобы понять, что, все-таки, предлагалось. Раздел «Разрешение споров» всем параграфом она удалила и переписала, указав Арбитражный суд Новосибирской области. Реквизиты были указаны старые: какое-то время назад их обходила бухгалтерия с уведомлением. Теперь можно было выпить кофе, а затем просмотреть контракт на предмет замечаний еще раз и отправлять. Зазвонил мобильный. На экране высветился Павел, брат бывшего мужа и по совместительству начальник налоговой инспекции, в которую она сегодня ходила. Она включила громкую связь и пошла к микроволновке подогревать кофе. — Марин, однокурсница моя ненаглядная, ты Игоря без штанов хочешь оставить? Марина Георгиевна хмыкнула, но отвечать ничего не стала. Так всегда было: Павел сглаживал косяки ее теперь уже бывшего мужа. Но на этот раз ее терпение иссякло. — Он, признаю, болван, ты права, во всем права, но, пожалуйста, не надо так резко, - Продолжила без ответа разглагольствовать трубка. — То есть раздел имущества по закону, ты называешь «резко»? - Марина Георгиевна взяла косметичку из сумки и пока гудел подогрев кофе принялась приводить себя в порядок. Пшикнула запястье и изгиб шеи духами. Микроволновка пискнула. — Марин, не заводись. Тебе не нужна эта треклятая машина. Ты на эмоциях хочешь сделать ему больно. Я знаю тебя со школы. Игорь дурак, а ты злишься, - Она закончила прихорашиваться и посмотрела на себя в зеркало. О, она не собиралась прощать предательства. Игорь не поддержал ее в самый ответственный, нужный ей момент, сбежав на свой склон, и оставив одну готовиться к оперативному вмешательству и удалению внематочной беременности. Она прошла чистку в одиночку и подала на развод. — Отдаст он тебе деньги в полуторном размере и разойдетесь полюбовно. Не нужны вам споры. — Двойном, - Она сложила принадлежности в косметичку и забрала из недр печи теплый кофе. Прошел почти год, а ей поныне было больно. Сначала они откладывали беременность, считая, что слишком заняты собой и работой. Спустя пять лет брака она забеременела, и долго собиралась на первое узи, не думая, что у нее могли быть какие-либо неприятности. Будущие трудности никак ей не просигнализировали. У нее была диагностирована двурогая матка с рудиментарным, гормонально активным рогом. Это была врожденная аномалия анатомического строения матки, заключающаяся в расщеплении единой полости на два рога, сливающихся в нижних отделах. По словам врача, несмотря на нормальное развитие плода, соответствующее десяти неделям, сохранить и выносить ребенка в рудиментарном роге матки в третьем триместре было невозможно, так как имело тяжелые последствия как для матери так и ребенка и сопровождалось увеличенным риском разрыва матки, вращением плаценты, послеродовым кровотечением и другими тяжелыми акушерскими осложнениями. Беременность признавалась внематочной и подлежала удалению. После пришлось проходить курс реабилитации и пить антибиотики в течение полутора месяцев для предотвращения инфекционных осложнений. Детородная функция у нее полностью восстановилась, но вынашивание плода с тех пор требовало постоянного тщательного контроля и наблюдения. Ее бывший муж Игорь, безответственный и не думающий о других безбашенный альпинист, готовился ехать на Килиманджаро, и отчасти, из-за него, она до последнего отсрочила первое узи, в начале ослепленная влюбленностью, и бесконечно доверяющая его бесчисленным отговоркам и занятости сборами, одновременно снедаемая страхом от его предложения подняться вместе за компанию. Она жутко трусила даже подумать о занятии скалолазанием. Игорь не был готов к семье или не считал ее достаточно важной. За пять лет она не успела разгадать его отношение и понять, что потерялась в конце списка его увлечений. Узнав о необходимости операции и удаления их ребенка он пожал плечами и уехал на свою гору. — Хорошо, в двойном, - Согласился он. - Ты вьешь из меня веревки. — Нет, просто ты согласен, что, бросив меня одну в больнице, твой младший брат неверно поступил, - Не удержалась и подчеркнула она. Но Павел смолчал и не стал оправдывать брата. Потому что она была права. Игорь бросил ее одну как будто речь не шла о ее жизни и жизни их ребенка! Знать его она больше не хотела. Обсуждать это с братом Игоря она не намеревалась. Она продолжила, сменив тему: — Паш… Как ты думаешь, кто, все-таки, уничтожил документ Стикера? - Она присела на кресло. Отпила кофе, окатившее язык приятной теплой волной. В виновность Генерального директора ей не верилось, здесь она погорячилась. Иностранец, не знакомый с их правилами, не успел бы со всеми договориться. Но подделывать чужие документы она терпеть не могла. Чувствовала себя будто испачканной. Узнать правду очень хотелось и наказать. Колесико прокручиваемой мыши дошло до конца контракта. Она прочитала документ и открыла почту. — Ищи среди участников последнего конкурса. Для города это было событие. Лакомый кусочек делили. Сто процентов кто-то из старых друзей Министерства промышленности, торговли и развития предпринимательства Новосибирской области постарался. Тут ты снова злишься. Я чувствую, своего Генерального директора сотрешь в порошок за малейшее неповиновение, - Она заливисто рассмеялась на это обвинение и отправила исполнителю контракт с замечаниями. Отсмеявшись, объяснила: — Ты же знаешь, как мне нравится заниматься каллиграфией на окнах. В этом случае АО «Меркурий» и ООО «Стикер» отпадают. Одни созданы буквально вчера, а второй не будет этим заниматься, хотелось бы мне верить. Остаются ООО «Глобал», АО «1Д» и ООО «Программные Технологии». — «1Д» - это гигант, Марин. Им такие игры неинтересны. — Как сказать. Оставим для ясности. Значит двое: ООО «Глобал» и ООО «Программные технологии». Завтра пробью их по базе и выясню. — Солнышко, сбавь обороты. Ты помни, я за тебя боюсь. — Не захлебнись коньяком, налоговый инспектор. Засуну в список недобросовестных поставщиков. Век будут знать с кем связались. — Спасибо, Марин. Я буду рад, если вы с Игорем расстанетесь миром, чтоб он не нажил врага. — Расстанемся непременно, - Они попрощались, и она отключила связь. — В России абсолютно не умеют делать что-либо вовремя, - Она вздрогнула и посмотрела на стоящего в дверях в пальто Валерия Константиновича. Возможно, он ждал, когда она закончит разговор, и что-то слышал из ее слов. — Так я вас, простите, не задерживаю, - Хмыкнула она. — Зато я задерживаю вас и сопровождаю домой. Вы сегодня достаточно поработали. Вот нахал! Ее обида еще не выветрилась, пусть он ничего незаконного не сделал, а он явился как ни в чем не бывало. Вести с ним разговоры ей было некогда, следовало выполнять контракт и смотреть по сторонам. — Объясните, с чего вы сделали обо мне такой вывод? — Какой вывод? - Она залпом допила кофе и выбросила пустой стаканчик в корзину для мусора под столом. Она завершила работу компьютера. — Говорю и воспринимаю на слух, я с пробелами. За двадцать лет отвык от русской речи. Зато читаю на пятерку. Из статьи в гугле, я понял, что вы прировняли меня к бандиту. Уверяю Вас, что о взятках, откатах, как вы их назвали, первый раз я услышал от Вас и в принципе не намереваюсь что-либо подобное когда-либо делать. Экран компьютера погас. Можно было уходить. Его заверение в собственной честности ее развеселило, и, вставая с места, она чуть прикусила нижнюю губу, но в глазах отразилось веселье. Скорее бы наладил работу филиала, переадресовал бы его по доверенности кому-нибудь и возвращался жить к себе в Мюнхен, Берлин, Гамбург, где он там обитал… Она пошла к гардеробу, но он опередил ее на пару шагов. Снял с вешалки и развернул к ней полушубок. Марина Георгиевна просунула руки в рукава и накинула полушубок на плечи. —Уехать, прошу, не предлагайте, - Он улыбнулся, глядя ей в лицо. — Тогда готовьтесь к трепке, - Мрачно сказала она, оглядывая опустевший кабинет. Валерий Константинович погасил свет, и они оба вышли в коридор. Она вставила в замочную скважину ключ и провернула несколько раз. — Вы обещаете мне не лезть в эти разборки? — В какие разборки? - Сделала вид, что не понимала она. Они шли вдоль череды закрытых кабинетов и на повороте свернули к лифтам. На серебристой стене красным горела кнопка вызова. Валерий Константинович нажал ее первым. — Ни с «Программными Технологиями», ни с обществом «Глобал». — Вы слышали? - Не стала она возмущаться. — Слышал. И раз мы об этом заговорили, попрошу пока никого не устраивать ни в какие списки. Двери лифта распахнулись, и он пропустил ее вперед. Чтобы заняться хоть чем-то, она стала его рассматривать. Лоб у него был высоким, брови раздвинутые и чуть скошенные внутрь, глаза завораживающе зелеными, а волосы жгуче черными, коротко подстриженными. Мужчина был коренастым, чуть выше среднего роста. Под черным деловым костюмом при движении угадывались тугие мышцы, обозначая регулярное посещение спортзала. Она питала слабость к крепким мужским фигурам и сильным рукам. Внутри зарождалось смутное чувство трепета, и она постаралась задвинуть его подальше. Лифт дотащился до первого этажа, двери распахнулись, они вышли. — Я обещаю Вам, я разберусь, но не хочу, чтобы вы что-то делали за моей спиной. — Даже так. Мирок контрактников в нашем городе узок, - Они вышли из здания. Воздух был холодным. Марина Георгиевна поёжилась и встряхнула головой, убирая попавшую на лицо прядь. Слов «Все равно найду» не прозвучало, но Генеральный директор их разгадал. Внимательно на нее посмотрел и покачал головой. Они подошли к ее серебристому пежо. Замки клацнули, когда она нажала на кнопку разблокировки. Он сдался: — Будь по-вашему. Просмотрите свои выписки, расскажите мне по результату. — Договорились, хорошего вечера, - Она села в машину. Завела мотор и поехала.