Моя любимая Нуна

В понедельник я иду на работу уже с лучшим настроением. Ведь у меня появился шанс попасть в команду Мин Сук. —Собираемся быстрее! —кричит мужчина-менеджер. Я каждый день вижу так много Стафф, что не успеваю запоминать их имена.—он обводит взглядом артисток, , которые сонно зевают, и потягиваются. По их виду можно было понять, что с них только что стянули одеяло. —Ну же! —Уже все почти готово. —я выкладываю нужную косметику на стол. Все стилисты, по совместительству мы ещё и визажисты, бегаем по всей гримерке. —Как можно скорее отправляем их в дорогу. Я крашу девушку, ужасаясь с того, сколько необходимо нанести тонального крема на и так идеальную кожу. —Прекрасный получится образ. —говорю я. Девушка не отвечает, и утыкается в телефон, лишь старясь не шевелиться, чтобы облегчить мне работу. Я благодарна ей за это. Я не слишком хорошо знала эту группу, вроде они недавно дебютировали. —Какого хрена?! —в коридоре слышатся ругательства. —Где Сэм? —Что такое? —переполошилась Мин Сук. —Кому я нужна? —Госпожа! Почему мой образ состоит из этого? —говорит парень. Я узнаю его. Это Хенджин. Он держит пресловутые штаны, которые мы нашли на складе. Между прочим, красивые штаны. —Я в подобных не танцевал лет десять! Почему вы не постарались над нашими образами? А Бан Чану опять кроп-топ дали. —Что? —милым голосочком переспрашивает девушка. —Он недоволен? —Нет, ему все равно. —Вот и хорошо. —Я это не надену! Почему вы разрешили Хану заказать штаны, а мне нет? —Давай разберёмся, но не тут. —Мин Сук оглядывается по сторонам. —Пошли. Я хмыкаю. Неужели Хан и Хенджин до сих пор враги? А как же их комната? Неужели это все подстроено? Но мои мысли рассеиваются, когда в гримерку заваливается парочка мемберов. —Хенджин, тебе вообще-то идут эти штаны. —раздаётся голос Хана. Я изрядно напрягаюсь. Но Хан даже не смотрит в нашу сторону. Возможно потому, что он бы и не увидел. —Ты шутишь? Я думал, у тебя хороший вкус. —Ты похож на продавца рыбы, который вынужден носить такую униформу, потому что другие штаны ему жаль. —жёстко подытоживает Джисон. Хенджин не обижается, а лишь отмахивается от парня, как от назойливой мухи. —Могу предложить это. —улыбается Минхо, и достаёт из-за спины видоизмененные трусы. —Здорово. —почему-то Хенджин остаётся доволен. —Ладно, извините, что потревожил. —он кланяется, и выходит из гримёрки. —Это было легко. —пожимает плечами Минхо. —Пошли-ка. —Мемберы уходят, и мы продолжаем работать уже в более тихой обстановке. Я улыбаюсь про себя случившемуся. Эта ситуация меня успокоила, и я даже не поняла почему. Возможно потому, что Джисон не сильно изменился. Он остался прежним, однако простить меня ему будет сложно. Но я буду пытаться, попадаясь ему на глаза так часто, как только могу. *** Я дожидаюсь следующих выходных. С Ханом мы почти не видимся, лишь пару раз, когда мне нужно было что-то взять у них на съемочной площадке, я увидела его хмурый взгляд на себе. Я стараюсь отпустить ситуацию, но это напряжение между нами будто становится ненавистью, которая не может заставить меня не думать об этом. На выходных я решаю навестить родителей. С наступлением взрослой жизни ценишь эти поездки, ведь одной жить сложнее. —Я рада, что тебя взяли на работу. —обнимает меня мать. —Я знала, что ты у меня самая умная. И красивая. —она треплет меня по щеке. —Но почему стилистом? —спрашивает отец. Он тоже сидит на кухне, хотя давно допил чай. Эта привычка взрослого поколения оставаться подолгу на кухне в детстве меня раздражала. Я люблю поесть в одиночестве. Но сейчас я рада поговорить с родными людьми, с которыми не виделась долгих четыре года. —Очередь. В Корее сильно развита безработица. —я пожимаю плечами. —Пусть пока так. —Я верю, что ты справишься. Стилист отличная работа для женщины. —Обслуживающий персонал так себе работа. —говорит отец. —Так она найдёт себе подходящего мужа. —Хм. —я хмыкаю. Нет, мужа как-то не особо хочется. Ипотека, дети и все. Прощай, молодость. —Как там твои парни? Дарят тебе цветы? —спрашивает мама, когда отец уходит. Она заводит такие разговоры, когда его рядом нет. —В Америке было пару раз. —А тут? Кстати, ты не виделась с Джисоном? Я задумчиво тру чашку, скашивая взгляд на пол. Почему она вдруг решила про него спросить? И у моей сестры в комнате все ещё висит наша фотография. Почему? —Мама, он приезжал сюда? В эту квартиру? —лишь предполагаю я. —Ты с ним виделась? —я вру, отрицательно качая головой. —Приезжал. —говорит мама. Значит, пока меня тут не было, Джисон не забыл меня? —И давно? —в том, что парень заглядывал к моим родителям нет ничего удивительного. Однако от этого у меня появляется необъяснимая надежда, что мы с ним не так далеки. —Нет. Он приезжает довольно таки-часто. Говорит, что рад видеть нас. Они стали хорошо общаться с Ха Нылем. —я опускаю голову, задумываясь над этим. Может и правда ради Ха Ныля. У парней довольно таки похожий склад ума. Но спросить у своего брата, что они делали с Джисоном, когда он к нам приезжал, сейчас я не могу, Ха Ныля не было дома. *** —Эй, вы закончили? —кричит Мин Сук. —Идемте за мной! —она ловит мой взгляд и кивает. —Будем готовить этих недотёп и недомодников к красивым съёмкам. —Л-Ладно. —я удивленно качаю головой. —Стрэй Кидс? —Доверю тебе Хана. Ты хорошо себя показала. —девушка подмигивает мне. —Почему его? —Я знаю, что ты его фанатка. Это можно понять по обуви. —довольно говорит Сэм. —Ясно. —я так и не догнала, как она это поняла, но сейчас это не главное. Сейчас главное, не сорваться, и не заистерить. Ведь в последнее время с каждым агрессивным взглядом мои нервы только натягивались, как струны у Паганини, так и норовясь порваться. Мне хотелось заорать: «Какого хрена ты меня так ненавидишь?» Я стараюсь справиться с стрессом, спокойно вздыхая и выдыхая воздух. Но мой план провалился. Я замечаю на себе взгляд Джисона. Он такой же задумчивый и недовольный. Я стараюсь не обращать внимания, и заниматься своими делами. Но я проношусь мимо его стола, и задеваю бутылку воды. Она падает на пол. —Ой. Джисон тоже нагибается, чтобы поднять ее, и мы чуть не касаемся друг друга руками. —Ащ. —парень щурится, глядя на меня. —И все же мы теперь работаем в одной компании. —говорит он, и в его голосе я будто слышу недовольство. Тогда я не выдерживаю, и начинаю его злить в ответ. Пусть я и виновата, но женщина не даст себя в обиду. —Верно. —говорю я. —Ужасно достало. —Что именно? —Твоё поведение. —говорю прямо я. Во мне кипит злость, и я кладу бутылку на стол, а сама тороплюсь выйти из гримерки, пока слёзы обиды не выступили на глазах. Не могу поверить, что теперь мы враги. —Поведение? —я оглядываюсь назад на удивлённый тон, и разочарованно вздыхаю. Хан решил пойти за мной. —Только не нужно сейчас пояснять, что виновата я! Я и так это знаю, ясно? —зло говорю я. Джисон молчит, будто что-то говорит. Затем тон его голоса сменяется на какой-то тихий, с отблесками грусти, и наклоняя голову, смотря мне в глаза он говорит: —Ты не попрощалась со мной. Почему ты не попрощалась со мной? Я оглянулась по сторонам. Мне не нравилось то, что мы выясняем это в коридоре. Видимо, парень был того же мнения. Он пошёл прямо, опять не обращая внимания на мою растерянность, и не останавливаясь, подвёл меня за руку к двери. Мне это напомнило школьные времена, когда мы с Джисоном чуть не теряли друг друга в толпе. Он брал меня за запястье, и вёл за собой. Я задумываюсь над его словами. Мы должны поговорить спокойно, и я пытаюсь утихомирить своё сердце и учащенное дыхание. —Я не смогла попрощаться. —говорю я, оглядываясь по сторонам. Это была студия звукозаписи. Тут никого не было. —Мне... Мне еле хватило смелости написать письмо. Я ненавижу свои чувства к тебе. —говорю я, закрывая лицо руками. —Они всегда были преградой. Повисает тишина, и Джисон ее нарушает, заговорив первым, после продолжительной паузы: —В нашем случае это не так. —я бросаю взгляд на парня. Он тоже волнуется, хоть и старается не подавать вида. Джисон, человек, который выступил сотню раз на сцене волнуется передо мной? Видимо, для него это важный разговор. —Что ты хочешь сказать? —мой голос звучит очень тонко и тихо. —Если бы я знал это раньше. Когда ты уехала, я побежал в аэропорт, ведь я хотел тебя увидеть. Я думал, что ты скоро приедешь, и мы поговорим! —он с возмущением смотрит на меня. —Прости меня. Я пойму, если ты не захочешь меня больше видеть. —говорю я, едва всхлипывая. Хан не обращает внимания на мои слова, и продолжает говорить. —Я ездил к тебе каждый месяц, чтобы увидеть твою комнату. Твои родители думали, что я сошёл с ума по тебе, потому что эти глупые оправдания про то, что я пытался что-то разобраться в кодах твоего брата, были нелепые. Я просто хотел увидеть что-то твоё. —я задерживаю дыхание. Я ему дорога. Однако, я все равно не могла бы смотреть ему в глаза после признания. — Ты помнишь мой день рождения? Я вздрагиваю, вспоминая тот день. Почему парень решил это вспомнить? Тогда был наш первый поцелуй, хоть и случайный. И последний. —Я поцеловал тебя, и мне было ужасно стыдно. Я не хотел рушить нашу дружбу из-за того, что я хотел тебя поцеловать. Я видел в тебе всегда не только подругу, но и девушку. Я подрался из-за тебя, потому что ненавидел этого придурка за то, что он к тебе что-то испытывает. И то, что он смеет про тебя плести эти ужасные слова. Черт. Это было всегда. И даже раньше, не только сейчас. Я не понимал этого, пока ты не ушла. Мне тебя не хватало. —Джисон немного заикался. До меня только сейчас доходит смысл его слов. Он что сейчас пытается мне ответить взаимностью..?! —Что ты несёшь?! —я встаю от нахлынувших эмоций. —И в моем случае не страх мешал мне признаться тебе в чувствах, Нуна. —А что тебе мешало? Может ты лжешь? —я почти не слышу себя со стороны. Мою движет досада, и нарциссическое желание задеть его. Потому что я не могу справиться с грузом несправедливости, который я сейчас чувствую. Я должна испытывать радость, но вместо этого получаю разочарование. —Я не лгу. —парень подходит ко мне ближе, и дергает меня за руку. Я отдёргиваюсь, и встаю. У меня возникает желание убежать. От того, насколько изменился Джисон. И то, каким он серьёзным тоном он это говорит. —Я люблю тебя, Нуна. Я давно тебя люблю. Я застываю, и позволяю ему снова взять меня за руку. Я тихо таю, и время кажется таким тягучим и медленным. —Скажи, что тоже любишь меня. Скажи, что за эти четыре года ты не разлюбила меня. Прошу. Я закрываю глаза, и качаю головой, снова пытаясь извиниться за то, что ушла. —Прости меня...За то, что я так поступила с тобой. Я думала, что так будет лучше. —Ты должна была поговорить со мной. Я бы не пошёл сюда,в эту компанию, скажи ты мне это раньше. —его слова звучали слишком пылко, но правдоподобно. Я неверяще трясу головой. —Не может быть. Наш разговор прерывается. Раздаются шаги, и мы испуганно переглядываемся. Нельзя, чтобы нас застали в одном месте. Люди и так подозревают невесть что. —В шкаф. —говорит парень. И я понимаю, что он ничуть не изменился. Мы еле залезаем в маленький шкаф для оборудования, и вовремя прикрываем двери. Раздаётся стук каблуков по полу, и тихое кашляние. —Чаги, может не тут? —Точно не тут. Я слышу чьё-то дыхание. Кто тут? Я затыкаю рот Джисону, который стоит чуть ли не обмотавшись вокруг меня, и его начинает трясти от беззвучного смеха. Едва мои глаза привыкают к темноте, я замечаю что наши лица очень близки. —Ага! —свет попадает прямо в глаза. Кто-то открывает шкаф. —Так и знал, что вы тут. Извращенцы! —торжествующе восклицает Минхо. —Это мы извращенцы? Сзади стоит Мин Сук. Она вытягивает лицо, едва видит нас с Ханом в обнимку. Мы шустро вылезаем, и как ни в чем не бывало улыбаемся. Как будто не выясняли только что свои чувства. —Чем это вы хотели тут заняться? «Не здесь.» —передразнивает Джисон парня. —Мы с Джимин испугались, что Стафф увидят нас вдвоём, поэтому и залезли в шкаф. Просто вы же знаете, им дай хоть малейший повод... —А что вы конкретно делали в шкафу, когда спрятались? —вопросом на вопрос отвечает Минхо. Джисон хлопает ладонью по лбу. —Ничего. —зачем-то оправдываюсь я. —И как ты нас нашёл? —Я слышал чьё-то дыхание. —меня пугает слух этого парня, но я молчу. —Эй, вы собираетесь приносить еду? —дверь открывается, и на нас смотрит недовольный Чанбин. —Есть охота. У нас скоро съёмки. Хенджин скоро упадёт в голодный обморок. —это было странно, потому что сорок минут назад был обед. Но делать нечего. —Точно! —я достаю пудру из сумки, и принимаюсь поправлять макияж Хана. Сейчас я чувствую себя очень странно. Но счастливой, не задумываясь о том, что ждёт нас в будущем. Любуясь проделанной работой, я все же решаю пойти за едой, и сообщаю об этом ребятам. —Я с тобой. —говорит Хан. Он смотрел на то, как я его красила, и теперь задумчиво ощупывает кожу. —Только быстрее! —кричит нам вслед Чанбин. Мы слушаемся его, и несёмся вперёд по коридорам, сломя голову, как маленькие дети. —Что-то я запуталась. —я останавливаюсь, и оглядываюсь по сторонам. —Где выход? —Я шёл за тобой. —говорит Джисон, для которого агенство должно было стать родным домом. —Ну пошли тогда туда. —показывает он в сторону красивой красной лестницы. Мы забираемся наверх, и заходит в аутентично украшенную дверь. —Что это за место? —я оглядываюсь, и вижу знакомое место. Тут чёрный диван, и много проводов с оборудованием, которые периодически мигают красным и зелёным. —Это комната Чана. —поясняет Джисон. —Что-то я не вижу тут еды. —А, так ты все таки хотела за едой пойти? —разочарованно говорит парень, садясь на кресло, и постукивая по выключенной камере. Мы молчим, смотря друг на друга. Мы должны привыкнуть к таким событиям, ведь для нас это слишком резко. —Ты так изменилась, Джимин. —говорит парень. —Ты стала такой красивой. Хотя ты всегда была прекрасной. —Правда? —Правда. —Ты тоже. —я сажусь рядом с парнем, и улыбался, глядя ему в лицо и глаза. Он настолько прекрасен, что у меня в груди все замирает. —Можно я сделаю это трезвым? —я приподнимаю брови, не понимая, о чем говорит парень. Джисон улыбается своей привычной улыбкой, и наклоняется вперёд, целуя меня. Мы просто касаемся друг друга неумело губами, и это был самый нежный поцелуй в моей жизни. Он был настолько невинным, что если его чем-то назовёшь, он был бы цветком. Я не верю, что это происходит наяву, и не могу прийти в себя от того, как реагирует мое тело на его прикосновения. Джисон лишь продолжает целовать меня, ничего не требуя взамен. —Они заждались. —я отстраняюсь, нежно проводя пальцем по щеке парня. Это могло бы длиться вечно, но нас могут начать искать. —Не смеши. —Джисон тоже отстраняется, как ни в чем не бывало. —Чанбин не останется голодным. У нас тут дела поважнее, не находишь? —Какие дела? —Давай тайно встречаться? —после слова Джисона «тайно» мы становимся серьезными, потому что понимаем всю серьёзность происходящего. —Потому что не можем себе позволить говорить об этом всем. Хотя я очень хочу это рассказать о том, что моя первая любовь теперь рядом со мной. Джисон всегда умел говорить красиво, когда не волновался. Но его слова никогда не были пустой болтовнёй. Даже в его шутках была правда. —Хотя не так. Моя вечная любимая Нуна теперь рядом со мной.