Тысяча живых звезд

      Уен шумный, буквально в любой толпе его пронзительный голос со сладкой хрипотцой можно было услышать: будь это съемки клипа или какой-либо фестиваль; но когда Уен с Саном занимались сексом, то первый лишь прерывисто дышал, изредка срываясь на приглушенные стоны куда-то в локоть. Так, ко всему прочему, Уен никогда не раздевался полностью и просил выключать свет каждый раз.       Сан как-то пытался спросить причину, но Уен лишь отмахнулся и сказал, мол, волосы грязные; но на самом деле ответ не был никак связан с ними.       — Ен-а, от тебя приятно пахнет.       Вечером, когда ужин завершился, а все разошлись кто-куда, посвящая свободное время каким-то личным делам вне группы; Уен и Сан остались в общей гостиной досматривать последнюю серию нововышедшей дорамы: оба были любителями драм, поэтому подобное времяпровождение было прекрасным в их случае.       Неожиданная фраза, кинутая Саном, когда главная героиня убегала от убийцы по переулкам под смешной саундтрек, заставила Уена отвлечься от происходящего по телевизору и с недоумевающей физиономией обернуться.       — Спасибо, — неуверенно поблагодарил Уен, смотря прищуренным взглядом на Сана, — ты что-то задумал?       Сан просто так ничего не говорил, особенно, когда буквально всю серию молчал, как рыба. А тут раз, прижался носом к волосам, понюхал, так еще и комплимент сделал.       — Ничего я не задумал.       Сан обиженно поджал губы, изображая из себя невинного утенка, и лег на плечо Уена, при этом потираясь щекой о ткань футболки. Уена так и не отпустила мысль о том, что Сан придумал что-нибудь коварное на его бедную душу. И он не прогадал, потому что буквально через секунду, Сан уткнулся носом в чужую шею.       — Хотя нет, у меня возникла одна идея, — влажные губы, пока Сан тихо говорил, мимолетно касались кожи Уена, от чего тот вздрогнул.       Вот оно. С этого Сану и стоило вести вечернее шоу, которое он так непринужденно начал: — Может пойдем в мою комнату?       — Не пойду я в твою комнату, пока там Юнхо, — шутливо возмутился Уен, уворачиваясь от назойливых губ Сана, которые тот тянул к его бедной шее вновь и вновь.       — А я об этом уже позаботился, — Сан, не замечавший никаких преград по достижению внимания Уена, продолжил: — Ему сейчас превосходно в компании Минги.       Снова подозрительно зыркнув, Уен будто просканировал лыбящегося Сана: — Тогда иди в душ, от тебя потом несет.       Хитро фыркнул Уен, наигранно отодвигая липнувшего Сана к его туше. От Сана, так-то, потом совсем не несло — просто Уену было необходимо время на передышку перед сексом. Парень он умный, сразу понял к чему клонил Сан.       Сидя в темноте общей комнаты Юнхо и Сана, желание Уена заниматься сексом пропадало с каждой минутой; и оно бы совсем уплыло восвояси, если бы в комнату не зашел Сан. Собственно, из-за которого в голове Уена шестеренки двигались в ускоренном темпе, так и не находя нужных пазов.       — Не включай свет, — то ли попросил, то ли приказал Уен, когда заметил руку Сана, тянувшуюся к выключателю.       — Ен-а, но я навернусь, пока дойду до тумбочки — ничего не видно.       Уен слабо выдохнул и потер переносицу двумя пальцами. Да, он понимал, что если Сан такое сказал, то он точно поскользнется или чего похуже: — Только потом выключишь?       Но Сан ничего не ответил: может согласился мысленно, а может — сделает это позже. Пока он копошился в тумбе, ища, по-видимому, презервативы и смазку; Уен все также думал. Домашняя футболка противно прилипала к спине по причине тревожности, из-за которой холодный пот скатывался по спине. Он не боялся Сана и его действий, он боялся своих реакций на удовольствие, доставляемое его парнем.       Каждый раз, когда дело доходило до интимной близости — Уен стеснялся всего себя, начиная с макушки и заканчивая большими пальцами на ногах.       Уен любил смеяться по поводу и без, чтобы смех был заразительным, а на глазах выступали слезы; но все это обычная реакция на шутки или их творение. Только с первого их раза он не хотел произносить громких звуков изначально. Волнение, что Сану разонравится процесс, заволакивало его по самые гланды. А пресс, на который он каждый раз забивал в зале, был вишенкой на торте сомнений и разочарований Чон Уена.       — Уен, — Сан, заметивший, что Уен подвис, и только по дрожащим ресницам было понятно, что он не изваяние, водрузившееся на его кровать, — Уен-и, ты спать хочешь что ли?       Сан заглянул в глаза, почти касаясь чужого носа своим; а Уен, вернувшийся из мыслей, чуть ли не отпрыгнул от резкого появления.       — Не, задумался немного, — и в доказательство того, что он в порядке, улыбнулся одними губами, — ты же выключишь свет?       Сан слегка нахмурился: меж бровей образовались морщинки, а губы, словно за ниточки, изогнулись в грустной гримасе. Уен не понимал реакции, потому что обычно Сан просто делал то, о чем его просили.       — Может, расскажешь, почему каждый раз, когда мы занимаемся любовью, ты просишь это сделать? — мягко спросил Сан, присаживаясь рядом на кровать и скрещивая ноги в позе лотоса. Он не лез к Уену, давая тому сосредоточиться на ответе.       — Я стесняюсь, — Уен обернулся к Сану, закидывая ноги на кровать и садясь в ту же позу. Рука неосознанно потянулась почесать заднюю часть шеи. На озадаченный взгляд Сана, Уен продолжил: — Не тебя, а именно себя. Думаю, тебе бы не было приятно слышать мой громкий голос даже тогда, когда мы трахаемся. Свет прошу выключить, потому что у меня нет отчетливых кубиков. Мягкий живот ведь не привлекателен.       Закончив говорить то, о чем Уен ни разу не заикнулся за несколько лет, он от неизбежности какого-либо ответа Сана, опустил голову, рассматривая свои ногти.       — Ен-а, — Сан осторожно коснулся двумя пальцами чужого подбородка, заставляя поднять голову так, чтобы встретиться глазами. Уен не заметил в Сане каких-либо изменений, он смотрел внимательно, пока губы не изогнулись в трепетной, почти заботливой, улыбке. В той, когда ямочки на щеках показывались, а глаза превращались в яркие полумесяцы, в которых явно можно было отыскать звезды: — твой голос прекрасен всегда, я бы хотел услышать твои громкие стоны. Неважно, что кто-то из ребят нас потом будут винить за неудавшийся отдых, — Уен прыснул в кулак, когда крайняя фраза сорвалась с губ Сана, — а на твое тело я готов смотреть в любом виде.       — Правда? — Уен, не отдавая отчета своим действиям, подполз ближе к Сану и уселся сверху на его бедра. Это было трудным решением, но теплый взгляд карих глаз напротив, в которых будто плескался темный шоколад, без приторных вкусозаменителей, и удобные бедра Сана не давали отказаться от содеянного.       Раз сегодня день раскрепощения — Уен взял план на решительные действия, где ведомым был пока что Сан. Кладя руки на чужие щеки, которые все еще были влажными и мягкими после пенки для лица, Уен не верил, что может обладать таким мужчиной; но сокровище под именем Чхве Сан, досталось Уену, и ради него он готов кардинально меняться.       Касаясь губами шеи, Уен всегда инстинктивно искал родинку под ухом, но сейчас он мог просто ее увидеть, та была совсем маленькой, словно звезда среди тысячи себе подобных. Уен восхищался Саном: даже когда тот еще не познал всех прелестей качалки.       Сану оставалось лишь тлеть, как огонек на фитиле свечи, пока его шеи и груди касались губы Уена, который не торопился в своем желании буквально облизать. Но Сан совсем не был против, он лишь слабо выдыхал на несдержанные укусы, и потом вовсе откинулся на подушку.       Руки Уена были горячими, когда он касался тела Сана, когда он лелейно обводил пальцами рельеф пресса, стремительно спускаясь к кромке спальных шорт. Сан прерывисто вздохнул, когда Уен обхватил его член сквозь ткань, нарочно водя по чувствительной головке; прерывисто выдохнув из-за долгожданного касания к его возбуждению, он слегка выгнулся в пояснице.       И тогда Уен понял, что не стоило ему думать о внешнем своем виде, когда они занимались сексом, потому что он многое терял. Терял чуть ли не божественный вид своего парня, которому не терпелось больших касаний, большего трения кожи о кожу.       Брови изогнулись, а перед глазами мелькали одни звезды, стоило Уену надавить на плоть чуть сильнее.       Но Сан не желал заканчивать, так и оставшись в противных штанах, поэтому убрал чужую руку под недоумевающий взгляд и кое-как стянул шорты вместе с трусами: — Иди ко мне.       Нетерпение Сана ментально передалось и Уену, и также наспех снимая свои вещи, он лег рядом. Кровать была узкой для двоих человек, но им было не впервые ютиться, что говорить, они в темноте умудрялись даже не сваливаться наземь.       Часто темноту считали чем-то сокровенным и интимным, происходившее в ней подвержено особому шарму, который доступен в ночи или за закрытыми шторами. Наблюдать за вздымавшейся грудью Сана, за его трепещущими ресницами и красными щеками — было необычно, как и видеть влюбленный взгляд: — Не смотри так, ты меня смущаешь, — пробормотал Уен, утыкаясь куда-то в подмышку Сана, ища косвенную защиту.       — Я не могу не смотреть на свою любовь иначе, — Сан обхватил руками торс Уена, притягивая ближе, когда казалось, что ближе уже некуда.       Пульс Сана был учащенным, казалось, за десять секунд он превышал тридцать два удара, как после физической нагрузки, но морально он так-то и пробежал сорокакилометровый марафон по выдуманной Сахаре.       На эти слова Уен лишь улыбнулся одними губами и оставил мимолетный поцелуй на груди, там, где находилось сердце под кожей и мышцами с костями.       — Ты чего так волнуешься? — удивился Уен, резко перекидывая ногу через бедро Сана, заставляя того при этом перевернуться на спину, и залез сверху.       — Непривычно, — только и вымолвил в ответ Сан, бесстыже рассматривая Уена, восседающего на нем, — непривычно видеть тебя такого при включенном свете, — признался он наконец.       — Мне стоило сделать это раньше, — Уен хотел было сказать: "Стоило довериться тебе раньше", — но сделал он это уже давно, и в надуманной фразе не было никакого толку.       Только стоило Уену отойти от раздумий, как он осознал, что сейчас сидел верхом на Сане, при включенном свете, так и чужой член плотно прижался к его ягодицам. Боже! И всю эту красноречивую картину прекрасно видно!       — Коснись меня, прошу, — промямлил Сан, смотря любяще-просящим взглядом на Уена, пока поглаживал упругие смуглые бедра. Нетерпеливый.       Но, исходя из личного плана Уена на этот вечер, он не должен был потакать желаниям Сана.       — Нет, я сам буду удовлетворять нас, — Уен игриво провел ладонями по своей груди, избегая сосков, а после одну из ладоней смачно облизал, при этом смотря только в глаза напротив, и собственнически обхватил эрегированную плоть пальцами. Реакция Сана не заставила себя долго ждать: он томно выдохнул и закрыл глаза, у него не осталось моральных сил терпеть такого сексуального Уена во всей красе. Раньше, последний был в точности таким же, вечно проворачивая какие-нибудь фокусы в их половой жизни, но сейчас Сан это видел так четко и красочно, что готов был молиться всем Богам во Вселенной. А Уен, не уступая и своим потребностям, плавно покачивался, потираясь ягодицами о распаленную кожу Сана, пока надрачивал чужой член.       — Уен, перестань! — всхлипнул Сан от переполнявших эмоций и чувства скорой удовлетворенности, когда Уен намеренно водил большим пальцем по головке.       И Уен почему-то послушался, или же просто устал сидеть в таком положении, и поэтому лег сверху. Их тела плотно прижались друг к другу, и теперь не было ни единого сантиметра между ними: они дышали одним воздухом на двоих, достигали удовольствия общими усилиями и, наконец, нежелись в посторгазменной неге, как ни странно, тоже вдвоем.       — Тебе действительно стоило заставить меня не выключать свет намного раньше, — заметил Уен, когда пелена с глаз спала, а Сан уже позаботился об их чистоте, вытерев влажным полотенцом остатки спермы и капли пота.       — Я не хотел тебя заставлять, — угрюмо произнес Сан, поджимая губы, — я уважаю твой комфорт и готов его обеспечить, в каких бы обстоятельствах мы ни были.       У обоих изо рта вырвался нервный смешок, ибо последнюю фразу они негласно списали на сегодняшний вечер, который завершился прекрасно: Уен не стеснялся себя, а Сан услышал его голос, не так громко, как рассчитывал, но у него будет достаточно времени в будущем для этого.