sᴄᴀʀʟᴇᴛ ꜰʟᴀᴍᴇ ᴏꜰ ᴘᴀssɪᴏɴ

      Скрип колёс и легкий толчок под бок вырывают молодого парня из раздумий, и тот не хотя оглядывает сначала особняк, возле входа которого кишат сливки общества местного городского округа, после чего переводит взгляд на соседа.       — Мне обязательно быть здесь? Ты же в курсе, что я не люблю все эти шумные мероприятия и фальшивые улыбки, — юноша вопросительно вскинул бровь, хотя прекрасно понимал, что от него так просто не отстанут.       — Ты такой же представитель нашей семейной корпорации, как и я. Поэтому меньше слов, Харгривз, пора за дело, — только Пятый намеривался открыть дверь, как его тут же отдёргивают за локоть, обращая на себя внимание. — И пожалуйста.. постарайся в этот раз не натворить чего-нибудь. Я не собираюсь снова извиняться перед деловыми партнёрами.       Брюнет молча сверлил взглядом собеседника, пока тот не отпустил его пиджак. Подъехавшая позади машина морганием фар дала понять, что стоит поторопиться и отпустить наконец личного водителя, дабы тот разместился на парковке. Поправляя края черных пиджаков, что те выбрали согласно дресс-коду, и натянув свои фирменные улыбки, парни прошли ко входу. Благодаря своим известным на всю округу и эксцентричным личностям, уже не спрашивают их имён, а приветливо и с легким поклоном головы пропускают во внутрь помещения, раскрывая тяжёлые молочного цвета двери.       Молодых людей встречает помещение, по которому неторопливо бродит интеллигенция, мило беседуя друг с другом на деловые темы, спокойная музыка внутри здания, и более оживлённая за его пределами, а именно, на заднем дворе, напитки и легкий перекус к ним. А также шик и блеск декора особняка, архитектура которого приводила в восторг.       — К твоему сведению, — Номер Пять, как его величали по его же просьбе, наклонился поближе к уху сводного брата, дабы никто лишний не услышал, — если бы не я, в тот вечер ты бы так и не доехал к своей девушке, а разлагался бы в сырой земле где-то за пределами Лос-Анджелеса по вине тех самых мастеров переговоров наших конкурентов, хренов ты Гетсби.       От холодного взгляда и самой невинной улыбки, что служила маской для оглядывающих новоприбывших зевак, и сквозь которую проговаривались эти леденящие душу слова, шатену стало не по себе. Тот сглатывает осевший ком в горле. Хладнокровный брат умел задеть за живое своей беспардонной прямолинейностью, и, не выдержав напора киллера, уводит взор на толпу, бурча себе под нос.       — Ненавижу тебя.       — Взаимно, Галлагер.       Эйдан действительно дорожит всем, что имеет в своей жизни. Он любит шиковать и гонится за деньгами, которые позволяют продвигать семейный бизнес дальше. Но больше себя и работы он переживает за свою семью и девушку. Эта популярность всегда будет подвергать дорогих ему людей опасности. Либо его самого могут лишить жизни жадные до власти предпринимательские акулы, либо же ближайшему окружению не сдобровать. Парень не торопился вот так просадить свою жизнь, а желал ещё побыть на белом свете и разделить свои годы со своей любовью.       Кстати говоря, о ней. Сквозь толпу о чем-то лепечущих высокомерных лиц пробиралась русоволосая девушка, разодетая в шикарное серебристое вечернее платье и держащая в своих утонченных руках два бокала игристого шампанского. Приближаясь к парням с лучезарной улыбкой, она тут же приобняла сначала Пятого, затем Эйдана, одаривая того кратким поцелуем в губы.       — Рада вас видеть, мальчики! Выглядите как всегда потрясающе. Я вас заждалась и думала испить уже этот второй бокал, — по-девичьи надув губы, та взглянула на свою вторую половинку.       — Мм, это мне? — Харгривз блеснул приветственной улыбкой, обращая внимание на себя, и уже потянулся к стеклянному сосуду, но рука брата тут же опередила его затею, обхватив ножку бокала.       — Размечтался, — хмыкнув, Галлагер тут же небольшими глотками смочил высохшее горло, с удовольствием смакуя алкольные нотки, пока их не прервал сторонний голос.       — Добрый вечер, Пятый Харгривз, Эйдан Галлагер и Эшли Уильямс. Вы не против фото для статьи?

* * *

      Вот уже второй час юноша в строгом костюме-тройке бродит по коридорам величественного особняка миллиардера калифорнийского городка. Ему знатно поднадоели все эти красивые речи, коими они с братцем пылили перед коварными бизнесменами, вовлекая тех в прибыльные для обеих сторон сделки. Воспользовавшись моментом, Пятый ускользнул подальше на второй этаж и допивал очередной бокал винного напитка. Хотелось скорее просто уединиться от надоедливого шума, но и нельзя спускать глаз с Галлагера. Можно сказать, что Харгривз был в роли бесстрашного защитника на таких мероприятиях, чем не единожды спасал шкуру старшего, а вот переговоры лучше вел шатен со своим подвешенным языком и доброжелательным общением.       Усталые от мерцающих огней хрустальных и высоких люстр зрачки улавливают лунный свет, выглядывающий из-за плотных и увитых золотыми нитями тёмных штор. Это был балкон. То что нужно. Молодой парень смело шагает вперёд, лицом окутываясь в ночную прохладу и тем самым слегка отрезвляя разум.       По двору также гуляли разодетые как с иголочки мужчины и женщины, обмениваясь друг с другом комплиментами и элегантно попивая алкоголь. Статные официанты не перестают бегать с подносами ко столам, разливая шампанское по фужерам и разнося фрукты с канапе. Возле нешумных фонтанов с вылепленными фигурками амуров во всю играет живая музыка, что завораживает пением и инструментальным исполнением. А где-то за пределами бесконечных лабиринтов бережливо пророщенной растительности со своими закаулочками сего царства виднеется широкоруслая река, на спокойной глади которой мерцают отблески от света прибрежных фонарей.       Номер Пять вальяжно подносит напиток к своим сухим губам и, обхватив краюшек стекляшки и легким движением запрокидывая бокал, до последней капли опустошает сосуд от пьянящей жидкости. Тепло и легкая терпкость с колючими пузырьками растекаются по стенкам горла, а голову приятно кружит, на мгновение размывая картинку, предоставляемую взору. Фужер отставляется на поверхность балюстрады, и сам парень опирается локтями о поручень, с выдохом осматривая свои швейцарские наручные часы. Почему-то время так предательски медленно шло. Казалось, что вечер так и не закончится, а будет длиться вечно. Хотелось уже просто расслабиться и не думать о работе. Глазницы прикрываются, а подушечки пальцев устало потирают веки.       Как вдруг до чуткого слуха доносится размеренное постукивание каблучков о кафель позади него, а острое обоняние улавливает знакомый аромат французского парфюма.       — Вот уж кого не ожидал сегодня тут встретить, так это тебя.       — Я тоже рада тебя видеть, Пятый Харгривз.       Брюнет оборачивается полностью, опирается корпусом о балюстраду и с нескрываемым интересом разглядывает с ног до головы грациозно подкрадывающуюся юную леди, на лице которой сияет ухмылка.       — Твои глаза во мне дыру прожгут, — шелковистый голосок ласкал витающий от спиртных молекул разум, и взор парня наконец поднимается к тёмным, как и сама ночь, глазам, что смотрели точно на него.       — Такую даму сложно сразу рассмотреть. Особенно когда на ней облегающее и открытое красное платье, — Номер Пять не будет собою, если не бросит парочку откровенных и флиртующих фразочек. — Что за дело тебя сюда привело, Картер?       — То же, что и у тебя. Крупная сделка. Но, — девушка подошла уже совсем близко и руками осторожно ухватились за края воротника пиджака, якобы поправляя его, — давай сейчас не о работе. Не желаешь расслабиться и скрасить своё одинокое пребывание на этом скучном мероприятии?       Пленительная, подобно дикой кошке, брюнетка перешла на тихий шёпот, руками поднимаясь выше к шее. Парень же ухмыльнулся и прикусил свою губу, опьянёнными зрачками следя за каждым слетающим словом из алых губ. Он явно был не против как-то отвлечься от всей вечерней суеты, позволяя соблазнительнице вести свою игру. Изящные девичьи пальчики соскользнули по затылку в копну волос, вызывая длинными ноготками табун мурашек по всему уже возбужденному телу.       — Что ты делаешь? Нас не должны видеть. Не здесь.       Расстояние между лицами значительно сократилось, и жар замедленного дыхания опаляет лица, ещё больше дурманя разум друг друга. А от мыслей, что их могут выловить с потрохами, сердце и вовсе готово было выпрыгнуть из груди.       — Тогда веди нас в другое мес..       Молодой человек не даёт шанса договорить и нетерпеливо уводит вглубь утопающего во тьме коридора, обхватив за талию юную особу. Та в свою очередь негромко пискнула от неожиданности и поторопилась за парнем. Резкое волнение и в то же время желание накрыло кареглазку с головой. Пятый скрывается вместе со своей спутницей за дверью первой попавшейся комнаты, попутно проверяя на наличие посторонних. Звонкое и спешное постукивание каблучков наконец затихает, переставая выдавать своё присутсвие. С распахнутыми во всю глазами Картер пытается разглядеть в полутьме лицо Пятого, но её тут же прижимают к двери, прикладывая указательный палец к накрашенным губам.       — Чтобы ни единого писка. Ты меня поняла, Мия? — горячо и шумно выдыхает у губ, стараясь разглядеть её эмоции.       — Смотри, сам не пискни.. Папочка, — влажный язык кончиком прошёлся вдоль приставленного пальца, бросая вызов гормонам юноши.       Шалость кареглазки явно удалась, ведь в ту же секунду её подхватывают за бёдра и усаживают на ближайшую тумбу, которая на радость обоим пустовала. Харгривз с рычанием впивается в пухлые губы Мии, сплетаясь язычками и звонко причмокивая. Крепкие и жилистые ладони юноши в своей хватке сжимают упругие ягодицы, пока девушка льнёт насколько это возможно ближе к Пятому и руками зарывается в густые волосы, оттягивая те у корней.       — Пять, подожди.. твой телефон..       Вибрация гаджета прочувствовалась во внутреннем кармане пиджака. Хоть парень старался не обращать внимание на мешающий в данный момент звонок, ему пришлось оторваться от губ любимой и взглянуть на экран, всеми возможными матами про себя обзывая абонента. Чёртов Галлагер. Как всегда не вовремя.       — Подождёт, — цыкнув, врубил беззвучный, пряча обратно смартфон.       — Вдруг что-то случилось? — не переставала беспокоиться Картер, накрыв ладони молодого парня, застопорив.       — Он уже взрослый мальчик. Пусть в коем-то веке сам о себе позаботится. К тому же, он тут тоже не один.       Лёгкое беспокойство всё же таилось. Но сильнее было чувство раздражительности от того, что прервали утехи сладкой парочки.       — Тогда продолжим, amore mio.       Такое предложение Харгривзу было очень даже по нраву. С похотливой ухмылкой тот накрыл своими губами нежную шейку тёмноволосой девушки, до мурашек покрывая невесомыми и мокрыми причмокиваниями. Запах дорогих духов по-особенному раскрывал аромат притягательного тела, что опьяняло хлеще всякого шампанского.       Юная леди не отстаёт и стягивает душащий галстук, тем самым прижимая лохматую голову ближе, и с придыханием лепечет мольбы у виска, в блаженстве смыкая накрашенные ресницы. Гормоны с ней сегодня пошутили злую шутку, стоило только в толпе разглядеть до боли знакомый силует. Если бы не надоедливые бизнес-партнеры, то она бы точно сорвалась в сторону таинственного возлюбленного. Внезапная боль электрическим током пронзила плечико, на котором лямка платья цвета страсти сползла к локотку.       — Харгривз!       Возмущённый голос и острые ноготки, что впились сквозь белоснежную рубашку в крепкий торс молодого человека, ненадолго отрезвили юношу. Тот принялся виновато зализывать место укуса от несдержимаемого аппетита, но не переставал оголять плечики, а затем и вовсе ладонями стал задирать подол винного платья.       Вожделение безжалостно било по сосредоточению всех чувств и эмоций. Маленькие ручки Мии, которые уже давно скинули мешающий пиджак и расстегнули черный жилет вместе с рубашкой, поглаживают чувствительную зону по над кожаным ремнем. Щелчок, и пряжка со звоном растёгивается, а штаны и боксёры Номера Пять стягиваются, высвобождая наружу от натираемой ткани стояк. Облегченный выдох срывается прямо на ключицу Картер, после чего вылетает и жаркий стон парня, стоило только мягкими подушечками пальцев коснуться разгоряченной плоти.       — Такой сексуальный, когда стонешь, — мурлычет ему на ушко и следом легонько прикусывает мочку, довольствуясь его реакцией.       — Ты безжалостна, Мия..       — А что такое? Папочке не нравится? — ручонка скользит вдоль истекающего в предэякуляте члена и несильно сжимает его, пока губы целуют острые скулы юноши.       — Ответ тебе прекрасно известен, малышка.       Пятый подлавливает мягкие губы своего объекта обожания и ненасытно утягивает их в усладительный поцелуй. Венистые руки пошире раздвигают ножки, а затем отодвигают краюшек кружевных трусиков. Промежность утопает во влаге, и пальчики измазываются естественными соками кареглазой дамы, следом проникая меж складочек и разрабатывая пленительное тело.       Кажется, только от длинных фалангов, умело двигающихся в ней, Картер готова была тут же расстаять в объятиях юноши. Как и Харгривз, которого распаляли до дикого огня девичьи ручки, ласкающие стоячий орган, то стягивая кожицу и показывая красную головку, то натягивая обратно. Стройные ножки, что были облачены в чёрные чулочки из полупрозрачного капрона, запрокидываются на бёдра парня и подтягивают к себе ближе столь желанного человека.       Терпение каждого из них лопается, словно срываются канаты, удерживающие внутреннего оголодавшего зверя. Дикого зверя, готового в первую же секунду расправиться с намеченной целью. И потому уже не медля, Номер Пять устраивается удобнее и проникает стволом в узкие ребристые стеночки, что с жадностью принимают в себя длину достоинства возлюбленного. Шумные выдохи срываются в громкие стоны, а руки цепляются за тела друг друга, будто за спасательный круг.       Медленные толчки. Рванные вздохи. Мимолётные поцелуи. Прикусывания и оттягивания губ. Горящее пламя в глазах. Духота помещения. Влажные от пота и соблазнительные тела, что сплелись в жарком танго. И отдалённый гул разговоров и музыки..       Пара уже во всю предавалась своему далеко не детскому развлечению. Темп толчков увеличился, шлепки бёдер становились всё громче. Как бы они не старались изо всех сил сдержать свои протяжные стоны, удавалось это с огромным трудом.       — К.. кажется.. я кого-то.. слышу.., — девушка еле выдавила из себя эти слова, но её тут же заткнули, обрушившись на распахнутые губы наглым поцелуем, и не выпускали из плена, обхватив затылочек и не задумавшись смяв волны уложенной причёски. — Мм.. пфа.. пя.. Ааахх..       Ещё пара толчков с игнорированием сопротивляющегося мычания, и хрупкое тельце Мии сначало бросает в дрожь, сжимая внутри себя в пульсации партнёра, а потом и вовсе размякает, из последних сил удерживаясь за шею юноши и ненадолго закатывая глаза. Выпустив охающий ротик из объятий своих губ, парень полностью утопает в полученном экстазе. Семенная жидкость стекает по оголенным участкам бёдер, пачкая собою и мебель.       — Чёрт тебя подери.. Ты зачем так сделал? Я же сказала, что.., — отдышавшись, Картер опрокидывает голову на контрастно холодную стену и медленно отходит от приятно кружащего ощущения.       — ...что там кто-то ходил. Да, я тоже слышал шаги. И потому наши стоны не должны были услышать, — облизывая нижнюю губу, Пятый задержал взгляд на вздымающихся от тяжелого дыхания грудях, удерживаемых кружевом бюстгальтера.       — Ага, и лишить нас дыхания было твоим планом? А если бы зашли? У охранника несомненно имеется ключик отсюда.       — Тише, переживашка, — ладони нежно обхватили румянные щёчки томного личика, а губы легонько накрыли приоткрытый ротик. — Всё обошлось. Остальное уже не важно.       Глаза цвета горького шоколада уставились на тёмное от отсутствия освещения лицо парня, очерчиваемого только боковым уличным светом Луны, что без сомнений завораживало, и Мия с тяжёлым выдохом снова прильнула к покусанным губам, прижимаясь ближе к уже родному телу.       Харгривзу и Картер приходится скрывать свои отношения ото всех. Изначально это был просто служебный роман двух одиноких и амбициозных людей. Но со временем чувства всё обострялись, а встречи становились всё желаннее и страстнее. Находиться на расстоянии долгое время им становилось подобно пыткам. Но и рисковать сейчас и раскрываться миру было тоже опасно. В особенности Номер Пять боялся последствий отношений. Ему уже доводилось терять близких людей, и он не хочет подвергать жизнь девушки какой-либо угрозе. По крайней мере, не сегодня, когда их сама судьба без предупреждений свела в дальнем уголке архитектурного здания.       Наспех поправляя своё одеяние и прическу, оба поочерёдно выскальзывают из комнатки огромного особняка. Пятый тоскливым взглядом провожает силует брюнетки, что поправляла длинные серьги, когда-то подаренные юношей, и виляла бёдрами на другом конце коридора, неторопливо спускаясь по ступенькам ко всем гостям. Различные мысли закрались в голове после этой, на самом деле, незапланированной встречи. И стоит эти мысли рассудить вместе с дамой сердца на совместных выходных.       Улыбнувшись своим же размышлениям и тому, что только что произошло в стенах этого здания, молодой парень направился к выходу на улицу. Только вот совсем из головы вылетел один значительный нюанс, который тут же нарисовался перед ним.       — Где тебя черти носили? Уууу.., — уже хотел было налететь с отчитываниями, Эйдан тут же застопорился, окидывая брюнета вопросительным взглядом и растягиваясь в ехидной улыбке.       — Чего вытаращился? — Пятого такие рассматривания напрягали, но он уже догадывался, в чем причина. Времени нормально привести себя в порядок не было.       — Да так, ничего. Ясно теперь, где пропадал, — с умешкой Галлагер поправил прическу брата. — Кстати, красивый цвет помады.       Тот указал на выглядывающий красный след, красовавшийся на белом воротнике и удачно прикрываемый пиджаком, а Харгривз уже был готов провалиться под землю. Так близко Штирлиц ещё не был к провалу.       — Кому тут удалось вскружить голову хмурому дядьке? — старший стал оглядываться на всех поблизсти, в надежде увидеть эту счастливицу. — С кем это ты успел сегодня покувыркаться?       — С твоей училкой, — колко ответив на надоедливые распросы, губы исказились в саркастичной улыбке.       — Идиот, — не оценив такую шутку, шатен пихнул Номера Пять в плечо. — Я давно уже понял, что у тебя кто-то есть.       — Зачем звонил? Случилось что?       Младшему уже порядком надоел этот разговор, и хотелось скорее перевести тему, на что Эйд лишь обреченно вздохнул. Как бы тот не пытался вытянуть из него ответ на интересующий вопрос, выходило безуспешно.       — И да, и нет.       — В каком смысле?       — С новыми партнёрами разговор прошёл как по маслу. За что спасибо ещё и Эшли. А вот некоторые сотрудники нашей фирмы сливали информацию конкурентам. Надеюсь, ты знаешь, как с такими предателями поступить? — такие вопросы чести компании, касающиеся крысятничества и допроса с пристрастиями, Эйдан всегда доверял младшему с его давней работой наёмником, про которую, естественно, больше никто не знал в бизнесе.       — Можешь на меня расчитывать, Галлагер.       Так как тусовка почтенных господ города, прожигающих свою жизнь, подходила к завершению, юноши стали удаляться к подъезду у сооружения, где их ожидали чёрные автомобили. Только вот старший уезжает со своей спутницей, а Харгривз отправляется с личным водителем в своё холостяцкое убежище. Ещё сидя в кожаном кресле дорогого авто, он усердно начинает раздумывать, как поступить и с Мией Картер, желая уже официально представить ту своей девушкой, и ломает голову над высланными досье некоторых недоброжелателей.       Дисплей смартфона, отложенного на соседнее пустующее сидение, внезапно засветился, завибрировав, а на экране показался неизвестный номер телефона. Густые брови делового парня свелись к переносице, а в голове уже всплывали предположения о том, кто решил потревожить его. Рука хватает телефон, а палец свайпает зелёный значок, принимая вызов.       — Слушаю.       На той стороне послышался до боли знакомый голос, что очень тихо шептал в динамик телефона и был явно в ужасе, а где-то вдали слуху доносились и сторонние грубые голоса. Юноша не на шутку испугался. Сузившиеся зрачки распахнутых глаз въелись в спинку переднего сидения, другая рука до скрипа сжала ткань брюк, горло резко пересохло, а сердце с бешенной скоростью забилось, норовя выпрыгнуть из груди.       — Где ты? Что по близости? — дальний громкий крик и выстрел разрезали слух, но тут же Харгривз немного успокоился, когда тихий и дрожащий голосок родного человека судорожно описал место. — Скоро буду. Не смей заниматься самодеятельностью.       Связь обрывается на том конце провода, и Пятый командует водителю разворачиваться в противоположную сторону, на что тот выкручивает руль на пустой ночной дороге и выжимает педаль газа в пол, по приказу спеша на помощь.