Just a Matter of Time

В январе 1988-го года происходят три события, которые меняют жизнь Уилла. Первое: он чуть не умирает (снова). Второе: он помогает уничтожить Векну и закрыть врата в изнанку раз и навсегда. И третье: Майк Уилер целует его. Только одно из этих событий удивляет его по-настоящему. И это не первое и не второе. Третье происходит так: Майк пробирается в больничную палату друга незадолго до полуночи, а точнее примерно через шесть часов после того, как Уилл, к сожалению, чуть не умер. Ну или, если Уилл относился бы к себе лучше, он бы сказал — через шесть часов после того, как он, к счастью, чуть не умер. Он помогал Эл убить Векну с помощью силы, которая, как оказалось, была у него всегда, но о которой он узнал только недавно. Да, конечно, он помог спасти мир, но это всё не так уж и важно. Майк пробрался в палату после того, как тайком выбрался из своей. Всё его тело в порезах и синяках, но обработано, так что беспокоиться больше не о чем, и сейчас на его лице полная решимость. Этот его взгляд Уилл ассоциирует с очень упрямым Майком, который если принял решение, то никто и ничто его не изменит. Уилл не уверен, понял ли Майк, что он проснулся, когда юноша тяжело садится на его кровать. Джойс ушла час назад, чтобы принять душ дома, потому что Уилл попросил её немного отдохнуть. Он немного ёрзает в кровати, что заставляет Майка поднять на него свой взгляд. — Знаешь, ты чуть не умер. — начинает Майк, как только понимает, что Уилл уже проснулся. Тон парня звучит менее сердито, чем ожидал Байерс. Если уж на то пошло, то этот тон Уилл слышал только в редкие моменты, когда Уилер плакал у него на глазах. Он был уверен, что Майк пришёл, чтобы отчитать его за попытку пожертвовать своей жизнью ради спасения всех остальных, но теперь он в этом не уверен. — Но не умер же. — отвечает Уилл, жестом показывая на очень даже живого себя. — Ты чуть не умер. — повторяет Майк, и на этот раз Уилл видит, как плотина прорывается и тот начинает всхлипывать всерьёз. Он никогда раньше не видел его настолько расстроенным, даже после ужасной смерти его отца от лап Демопсов летом 86-го. Уилл, не зная, что делать, меняется с лежачего положения на сидячее, что, должно быть, является сигналом для Майка, который, осторожно, беспокоясь о травмах Уилла, обхватывает его руками и продолжает плакать. — Тише, Майк, всё хорошо, я жив. Генри мёртв, мы с Эл уверены в этом. Я больше не чувствую его присутствия, а врата закрыты. Мы можем двигаться дальше. — шепчет Уилл, надеясь, что его слова помогают. Вскоре тело Майка перестаёт дрожать, он поднимает голову и смотрит на Уилла сквозь свою кудрявую чёрную чёлку. — Когда всё случилось... когда ты просто лежал там, весь в крови и грязи, я будто попал в свой самый худший кошмар. Казалось, ты не двигался в течение нескольких часов, и всё, о чем я мог думать, это о том, что я больше не смогу без тебя. Ты мне очень дорог, Уилл, и пока мы искали любые признаки того, что ты жив, я успел начать жалеть, что так и не сделал то, чего хотел всё это время. Глаза Майка красные, но серьёзные. Уилл замер, сердце бешено колотится в его груди и ждёт, что будет дальше. — И что ты хотел сделать? — спрашивает Уилл прерывая ненадолго возникшую тишину между ними. Он не может вспомнить, когда в последний раз Майк был так близко. — Это. — отвечает Майк, и тянется вверх, осторожно касаясь своими губами губ Уилла, целуя его медленно и нежно. Уилл же со своей стороны находится в состоянии шока в течение долгих секунд, прежде чем ответить на поцелуй. Уилл сходит с ума, эмоции зашкаливают, а внутри всё горит. Он никогда не надеялся, что это произойдёт, да, он мечтал об этом раньше тысячи раз, но даже после того, как Майк и Эл расстались, он никогда не думал, что Уилер сделает это по собственному желанию. Они лежат и целуются, кажется, несколько часов, но на самом деле, скорее всего, прошло лишь пару минут. Когда они наконец отрываются друг от друга, Уилл чувствует, как на его губах расползается улыбка. — Всё... нормально? — аккуратно спрашивает Майк. Он выглядит виноватым и краснеет так мило, что Уилл был просто вынужден утянуть его в ещё один долгий поцелуй. — Да, конечно. Я хотел этого на протяжении многих лет. — признаётся Уилл, краснея. — Ты что- — Да... я думал это очевидно... — Возможно, ну, то есть я не был уверен, но подозрения были, — Майк наклоняется для очередного поцелуя, но останавливается и отстраняется с широко раскрытыми глазами. Спрашивает с лёгкой тревогой в голосе: — Подожди, я что, только что забрал твой первый поцелуй здесь, на больничной койке?. Уилл качает головой. — Нет, мой первый поцелуй случился ещё в Леноре, парень по имени Сэм поцеловал меня за театром во время обеда. Он и его семья переехали через неделю и с тех пор я о нём ничего не слышал, — признаётся Уилл, который вообще-то никогда и никому не рассказывал о Сэме. — О, а... нормально, что я немного завидую этому Сэму? — спрашивает Майк. — Не нужно. Мы целовались всего-то раза три, и я не думаю, что это было искренне. Он классный, но вообще не мой типаж. Мне больше нравятся засранцы с золотым сердцем. — шутит Уилл, заставляя Майка тихо хихикать. — Всё сходится, мой тип — наполовину милашка, наполовину засранец, так что да, я думаю мы подходим друг другу. — признаётся Майк, целуя щёку Уилла. — Не знаю, можно ли сказать, что я наполовину засранец. — Ты буквально уничтожил Векну почти в одиночку с помощью способностей, о которых ты знал сколько? Шесть месяцев? Ты даже уничтожил изнанку. По-моему это и значит «засранец». — Ну, как скажешь. — Уилл наклоняет голову. — Ты потрясающий Уилл, и мне жаль, что я так долго не мог тебе этого сказать. И что мне понадобилось столько времени, чтобы понять, что я, знаешь ли, люблю тебя. — Ты... любишь меня? — спрашивает Байерс, мягко говоря, шокированный таким признанием. И не важно, что Майк это буквально пробормотал и сейчас просто смотрит на него сквозь свои длинные ресницы. — Да, люблю... разве ты не понял? — Эм, нет... то есть, я думал, что нравлюсь тебе, ты всё таки, ну, только что поцеловал меня, но не знал, что ты влюблён в меня. — О, что ж, я влюблён. Это даже смешно... я действительно... влюблён в тебя. Уилл просто обязан снова поцеловать Майка, собственно, это он и делает. Уилл вливает в поцелуй всю свою любовь, на которую только способен, чтобы Майк не сомневался — Уилл чувствует к нему то же самое. — Я влюблён в тебя тоже. Если тебе вдруг нужно было это услышать. — говорит Уилл и Майк улыбается на эти слова и первый забывает как дышать. Сердце Уилла почти останавливается, он никогда не видел такой улыбки. Майк не задерживается надолго, ему приходится всё так же тайком покинуть палату и вернуться в свою. Судя по всему, он сильно ударился головой во время финальной битвы, плюс к этому получил ещё несколько неприятных ранений, на которые наложили швы, но в остальном он чувствует себя очень даже хорошо, и по идее уже этим утром его должны выписать. Уилл же должен остаться ещё на два дня, пока его не сочтут достаточно здоровым для выписки. Похоже, у Майка теперь есть привычка — тайком пробираться в комнату, пока тот спит. Потому что прямо сейчас он проскальзывает в окно Уилла через несколько часов после его возвращения домой, тем самым разбудив его. Кто бы мог подумать, что спасать мир оказывается так утомительно? — Господи, Майк! Ты меня напугал, — воскликнул Уилл, когда Майк выпрямился после того, как выпал из полуоткрытого окна. — Прости, я не специально! Я хотел присутствовать на твоей выписке, но мама попросила посидеть с Холли. — Зачем было так вламываться? Ты мог просто постучать в дверь, ты в курсе? — Не знаю, подумал, что это романтично, нет? — отвечает Майк, садясь рядом с Уиллом на кровать, тот же в свою очередь краснеет, ненароком вспоминая о их поцелуях две ночи назад. — Тогда считай, я польщён. — смеётся Уилл. Остаток времени они проводят путаясь друг в друге, целуясь и разговаривая. Уилл признаётся, что пока хочет сохранить их отношения в тайне. — Я больше не стыжусь того, что я гей или моих чувств к тебе. Я знаю, что остальные ребята не будут против из-за, ну... Робин и Эдди, но я хочу, чтобы наша жизнь была... спокойной какое-то время. Это, наверное, бессмысленно, да? — спрашивает Уилл, пытаясь доходчиво объяснить Майку, почему он хочет, чтобы их отношения пока были в секрете. — Да нет, думаю, это имеет смысл. Мы заслужили нормальной жизни после всего пережитого дерьма. Честно говоря, я тоже не думаю, что готов к тому, чтобы все узнали об этом. — Рано или поздно... — Да. Конечно да. Но я даже не знаю как назвать себя. То есть, я знаю, что люблю тебя, но до этого я любил и Эл. Просто серьёзно, не знаю, думаю ли я так только о тебе или о других парнях тоже. Честно говоря, последние восемь месяцев в моей голове происходил полный бардак, когда я пытался во всём этом разобраться. — Ты можешь любить и тех, и других, знаешь, Дэвид Боуи любил. Кажется, это называется бисексуальностью, — отвечает Уилл, надеясь, что его слова помогают. — Это, наверное, как раз про меня, но... это вообще нормально? — спрашивает Майк, смущаясь. Уилл быстро целует его в губы и отвечает: — Конечно. Ты ведь любишь меня, правда? — Да! В этом я точно уверен. — Тогда всё в порядке. Лично мне понадобилось очень много времени, чтобы смириться с тем, что я гей. В любом случае чтобы не случилось я здесь, с тобой, ладно? Сумасшедшие вместе, так? Майк улыбается уж слишком мило и прислоняет свой лоб ко лбу Уилла. — Да, сумасшедшие вместе. — И.. партнеры? — робко спрашивает Уилл. — Партнеры. — подтверждает Майк, скрепляя их слова поцелуем. После этого они мало разговаривают, но Уилл не жалуется. В начале февраля в Хоукинсе выпадает первый снег — впервые с тех пор, как изнанка проникла в их мир. В школе каникулы из-за праздников, поэтому в доме Байерсов-Хопперов устраивают вечеринку, поскольку у них самый большой задний двор, и это становится одним из лучших дней на памяти Уилла. — Так, ладно, я предлагаю обойти замок Байерс 2.0 и подкрасться справа. Ту сторону у них охраняет только Робин — предлагает Дастин, когда они собираются в небольшой кружок. Они решили поиграть в захват флага, разделившись на две команды. Уилл, Дастин, Макс, Стив и Джонатан против Майка, Эл, Лукаса, Робин и Эдди. Нэнси же, вскоре после финальной схватки с Векной, вернулась в Эмерсон, а Эрика осталась сегодня со своими друзьями, заявив, что даже если они вместе спасли мир, все они всё ещё остаются кучкой задротов. — Это ничего не значит, Эл может прямо сейчас быть за углом, а мы даже об этом не знаем. — возразила Макс. — Да, но у нас для этого есть Уилл, мы поэтому их и разделили. — Я предлагаю просто закидать их кучей снежков спереди, а потом Уилл просто воспользуется своей силой чтобы украсть флаг, проще простого, — подхватывает обсуждение Стив. — Они только этого и ждут, к тому же мы с Эл договорились, что не будем использовать наши способности во время игры, она считает, что это жульничество, — отвечает Уилл, закатывая глаза. Он не понимает, как можно использовать свои силы вместо рук, чтобы просто скатать несколько снежков — это жульничество, а Эл хотела, чтобы все было по-честному, так что никаких способностей. — Но нам нужно что-то делать! — восклицает Дастин. Уилл вздыхает, а потом внутренне ликует, когда Джонатан наконец-то предлагает план. В итоге команда Уилла становится победителями, а Стив в последнюю секунду совершает безумный рывок за флагом. — Хороший день, да? — спрашивает позже Майк, когда они вдвоём с Уиллом свернулись калачиком под простыней. Они расстелили спальный мешок на полу, но даже им не воспользовались. Байерс был уверен, что как только родители узнают об их отношениях — о ночёвках можно забыть, поэтому они делали их, пока была возможность. — Да, мне понравилось, а тебе? — Тоже, но хотелось бы, чтобы мы не были в разных командах, — дуется Майк, вызывая у Уилла усмешку. Изначально Майк был в его команде, но Макс пожаловалась, что он её раздражает, и его поменяли с Дастином, потому что Макс, видимо, поссорилась с Лукасом и отказалась быть в одной команде с ним. Почему Макс и Лукас просто не поменялись местами, было для Уилла загадкой, но он не стал вмешиваться. — Я потом застал, как Лукас и Макс целовались возле замка Байерсов после игры, так что уверен, они помирились. — Клянусь, эти двое срутся только для того, чтобы повыпендриваться друг перед другом, пообещай, что мы никогда не будем так делать. — просит Майк. — Что-что, а ссориться с тобой я не люблю, так что могу пообещать, что не буду начинать срачи по глупым причинам. — заявляет Уилл, наклоняясь вперёд, чтобы скрепить обещание поцелуем. — Хорошо, я тоже не буду. Три дня спустя Уилл оказался очень далеко от города, уставившись на витрину местного цветочного магазина, готовясь пойти туда после школы. Он не решился купить цветы в Хоукинсе, потому что до его мамы обязательно дойдут слухи, а ему не нужно, чтобы она спрашивала, для кого он покупает цветы на День Святого Валентина. Но он все равно нервничает, потому что... захочет ли Майк вообще получать цветы? Или он посчитает это «девчачьим» подарком? Байерс выбирает вслепую, он знает только то, что если бы Майк подарил ему цветы, то Уилл бы просто превратился в лужу. В хорошем смысле. Поэтому, пытаясь быть романтичным, он покупает Майку цветы. Ну, или он купил бы их, если бы мог сейчас открыть эту чёртову дверь. — Ты прикончил межпространственного серийного убийцу, так что купить своему парню цветы тем более сможешь. — бормочет он себе под нос, пытаясь окончательно прийти в себя и войти в магазин. Когда он это всё-таки делает, его встречает буйство красок. Он думал, что выбор будет меньше, потому что пришёл в сам День святого Валентина, но, видимо, это не так. На кассе никого нет, внутри только один человек — суетливый бизнесмен, который пытается найти лучший букет из того, что осталось от разобранных роз, Уилл не засматривается на них, он уже решил, что не будет дарить Майку розы, уж слишком банально. Вместо этого Уилл просматривает букеты других цветов и подходит к жёлтым нарциссам, удивляясь, что они растут зимой. Но он уверен, что большинство цветов здесь выращивают в теплицах круглый год, так что он, наверное, не должен быть слишком удивлён. Яркий жёлтый цвет заставляет Уилла улыбаться, он напоминает ему о летних днях, когда он был ребёнком. Когда жизнь была намного проще, и всё, что требовалось, чтобы сделать его дни лучше — это яркая улыбка Майка. Что ж, жизнь снова становится простой, а улыбка Майка по-прежнему делает всё на свете лучше, так что решение даётся легко. Тот факт, что знает тайну о том, что любимый цвет Майка — жёлтый, тоже плюс. Перебирая букеты, он находит самый красивый из них. Затем просматривает стеллаж с маленькими бумажными карточками, что используют для цветочных композиций, и выбирает одну, с голубой каёмкой и достаточно большую, чтобы на ней можно было нарисовать эскиз. Выбрав, он направляется к кассе, за которой теперь сидит веселая девушка студенческого возраста. Бизнесмена нигде не видно, так что он, должно быть, сделал свою покупку и ушёл, пока Уилл искал свои цветы. — Всё в порядке? — спрашивает девушка, когда Уилл ставит свою покупку на стол. — Да, спасибо. — Они прекрасны, честно, приятно видеть, когда люди покупают что-то кроме роз в этот день. — продолжает она. Уилл, со своей стороны, просто кивает, не желая больше ничего говорить, потому что ему всё ещё немного неловко, когда дело доходит до светской беседы. К счастью, девушка не выглядит обиженной и просто сообщает ему общую сумму и даёт устные инструкции по уходу. Он благодарит её и быстро идёт к своей машине. Сверившись с часами, он видит, что у него есть ещё час до того, как он должен быть у Майка дома. Покопавшись в рюкзаке, он достаёт одну из своих любимых ручек и быстро рисует на одной стороне открытки двух парней, сидящих бок о бок на качелях. А на другой стороне пишет: «Для Майка. Сказать «да» было лучшим решением в моей жизни. С любовью от Уилла». Возможно, это... слишком мило? Но он надеется, что Майку понравится. После того, как он закончил, Уилл отправился в тридцати минутную поездку обратно в Хоукинс, чем ближе он подъезжал к дому Уилера — тем чаще билось его сердце. Сегодня вечером они собирались остаться дома одни. Холли была на ночёвке, а Майк уговорил свою маму сходить в спа и побаловать себя. В доме Уилла остались только Эл и Джонатан, а его мама и Хоппер уехали на выходные праздновать запоздалый медовый месяц/Валентинов день. Чем меньше Уилл думал об этом, тем лучше. Он рад за маму, Хоппер ей подходит, и то, что они поженились в здании суда незадолго до финальной разборки с Векной — ещё более прекрасно. Если у Эл или Джонатана и были подозрения по поводу того, что Майк и Уилл ночевали вместе в сегодняшний праздник, они, к счастью, ничего не сказали Уиллу сегодня утром за завтраком. Наконец, он сворачивает на улицу Майка и паркует машину на длинной подъездной дорожке Уилеров. Байерс вытирает вспотевшие ладони о джинсы, берёт нарциссы и рюкзак с пассажирского сиденья. Он пришёл вовремя, может быть, даже на несколько минут раньше, но вряд ли Майк будет возражать. Как только Уилл звонит в дверь, он слышит быстрые шаги, а потом на пороге появляется парень. Он переоделся после школы в мягкий зеленый свитер, который, как знает Уилл, он надевает только по особым случаям, и этот факт заставляет его улыбнуться. — Привет, ты как раз вовремя. — говорит Майк, отступая в сторону, чтобы Уилл мог войти в дом. Он быстро закрывает дверь и, сразу же утягивает Уилла в сладкий поцелуй. — Привет, это тебе. — немного нервно говорит светловолосый, протягивая цветы Майку, который смотрит на них с открытым ртом. — Цветы? Для меня? — шепчет Майк в тишине между ними. — Да... я хотел сделать что-то... романтичное на День святого Валентина, — бормочет Уилл, глядя в землю, прежде чем продолжить, — Наверное, это была глупая идея, и ты, может, даже не любишь цветы. Я могу просто подарить их Эл, когда вернусь домой завтра или... — Нет! — восклицает Майк, заставляя Уилла поднять глаза, когда его парень протягивает руку и осторожно берёт букет в свои руки, бережно держа его. Он смотрит на Уилла блестящими глазами, мило улыбаясь, продолжая говорить: — Спасибо, Уилл, они... идеальны. Я всегда хотел, чтобы кто-то подарил мне цветы. — Ты правда хотел? — спрашивает Уилл, немного шокированный услышанным. — Да, когда я был маленьким, папа постоянно дарил маме цветы. Ну, знаешь, ещё когда они действительно любили друг друга. И я надеялся, что однажды кто-то полюбит меня настолько, что подарит и мне. Так что да, Уилл, это очень романтично, я люблю их. И люблю тебя. Майк целует его снова, показывая всю серьезность его слов, и Уилл улыбается, соединяя их пальцы вместе, пока Майк тащит его на кухню, чтобы найти вазу, в которую можно поставить цветы. Уилл улыбается ещё шире, когда Майк наконец замечает открытку и смотрит на Уилла так, словно он повесил звёзды на небе специально для него. И если бы Уилл мог это сделать, он бы сделал, но честно, это самое малое, что он бы сделал ради него. — Ты заставляешь меня комплексовать, знаешь ли. — говорит Уилл, чтобы разрядить обстановку, и Майк беззаботно смеётся. — Я определённо не могу этого допустить. Они заказывают пиццу на ужин. Может быть, это не самый романтичный вариант, но эй, они всё ещё два парня-подростка. Да и кто сказал, что пицца при свечах — это не романтично? Позже они обнимаются под одеялами в подвале и смотрят «Новую надежду», цитируя фильм друг другу, как делали это бесчисленное количество ночей раньше. — Смотрим следующий или ты хочешь спать? — спрашивает Уилл, когда начинаются титры. — О, определённо следующий, но сперва, у меня есть кое-что для тебя. — объявляет Уилер. — Правда? — юноша заинтересованно вскидывает брови. — Конечно! Неужели ты думал, что я на наш первый День Святого Валентина уже в качестве пары не подарю тебе что-нибудь? — Я ничего не ждал, для меня достаточно просто быть рядом с тобой сегодня. — признаётся Уилл, пожимая плечами. — Да, и мне тоже, но ты заслуживаешь большего! — объясняет Майк, протягивая Уиллу небольшой завёрнутый пакет. Он открывает его и обнаруживает коллекционное издание своей любимой книги. — Обалдеть, Майк, как ты это достал? — спрашивает Уилл, задыхаясь. Он никогда не думал, что ему попадёт в руки экземпляр этой книги, поскольку они продавались только в нескольких книжных магазинах по всей стране, причём в Чикаго. Да и напечатана была всего тысяча экземпляров. — Ну, может быть, я заплатил Нэнси бешеные деньги, чтобы она достала её для меня, когда ты впервые упомянул о ней, а может и нет, кто знает. Я хотел подарить её тебе ещё на Рождество, но побоялся. — отвечает Уилер, открывая обложку. Он написал на ней послание, которое гласило: «Уиллу. Я знаю, как много эта книга значит для тебя, и ты тоже много значишь для меня. Больше, чем кто-либо другой, если честно. Счастливого Рождества. С любовью Майк.» Под сообщением Майк добавил ещё кое-что. Что-то, что наверное, было написано совсем недавно: «С Днём Святого Валентина Уилл! Надеюсь, на этот раз я набрался смелости, чтобы подарить это тебе. Я люблю тебя так сильно, что невозможно описать словами. С любовью Майк». — Майк, это... прекрасно. Я люблю тебя. — Уилл, кладёт подарок на журнальный столик и притягивает парня к себе для поцелуя. Вскоре они начинают целоваться, и Уилл оказывается на коленях у Майка. Они решили не торопиться с физической частью своих отношений — ни один из них не был готов, но прижиматься друг к другу телами всё ещё было приятно. Уилл неохотно отстраняется от поцелуя, а затем несколько раз целует лицо Майка, что заставляет его парня очаровательно хихикать, потом они чуть ли не засыпают, смотря фильм «Империя наносит ответный удар», поэтому просто тащат себя в постель, переодеваются в пижамы и, свернувшись калачиком, быстро засыпают. — Итак, что ты хочешь сделать на свой день рождения в этом году, Уилл? — спрашивает Лукас за неделю до самого дня рождения во время обеда. В отличие от предыдущего года, они все уселись за столик в конце столовой. Большинство людей и сейчас опасаются их, несмотря на то, что все в школе прекрасно знают, что именно их группа неудачников спасла весь город от разрушения. Хотя Уилл замечает, что в основном это те дети, которые вернулись в город как раз после того, как ворота были закрыты. Те, кто остались и были здесь во время всего хаоса, в основном смотрят на них широко раскрытыми глазами, как будто они недостойны находиться в их присутствии. Это, мягко говоря, немного нервирует. Вернувшись к настоящему, Уилл чувствует, как Майк сжимает его руку под столом, и он сжимает его руку в ответ. — Вечер кино? Мне вовсе не нужно что-то особенное в этот день. Посмотрим, может, Эдди побудет в качестве ведущего и сыграет с нами в D&D. — отвечает Уилл, оглядывая стол. — Я потом спрошу его об этом, он сегодня заедет за мной, так как у Стива смена в «Family Video». — вклинивается Дастин. — А если у него не будет времени, я что-нибудь придумаю. — нетерпеливо говорит Майк, заставляя Уилла пожалеть, что он подумал не о своём парне в первую очередь. — Я могу испечь торт. Твой любимый всё ещё шоколадный с арахисовым маслом, верно? — спрашивает Макс. — Да, но ты не обязана. — настаивает Уилл, не желая доставлять трудностей подруге. — Эм, нет, обязана. Я напомню: если бы не ты, я до сих пор была бы в коме и полностью слепая. — отвечает Макс так, будто бы это очевидно, заставляя Байерса покраснеть. Вытащив Макс из комы и почти полностью восстановив ей зрение, Уилл и все остальные узнали, что у него есть способности. Рыжая была полностью слепа, так что ей выписали очки, но даже это бы не помогло, если бы Уилл не вылечил её настолько, насколько смог, хотя бы немного. — Я помогу! Последние несколько месяцев мне нравилось готовить с Джойс. Папа говорит, что ему больше всего нравятся мои кексы. — улыбается Эл. Она сжимает запястье Уилла, сидя рядом с ним, и он улыбается сестре. Эл всё ещё работает над тем, чтобы называть Джойс мамой, время от времени она оступается, как сейчас, но Уилл не обращает на это внимания. Он знает, что она воспринимает Хоппера как папу, а Джойс — как маму, просто иногда ей бывает трудно, и в этом нет ничего такого. Уилл пытается набраться сил, чтобы спросить Хоппера, может ли он тоже называть его папой. Лонни, например, не заслуживает этого звания, поскольку Уилл ничего не слышал о нём с тех пор, как он впервые попал в изнанку. Насколько Уилл знает, его биологический отец мёртв, и его бы не удивило, если б он погиб в аварии за рулём в нетрезвом состоянии или в какой-нибудь канаве много лет назад с его то манерой пить. Мир стал бы от этого чище, в этом уж сомнений нет. — Ты ведь не злишься? — спрашивает Уилл Майка, когда они стоят у шкафчика его парня. Сразу за обеденным залом находится шкафчик Байерса, а вот его парня — ближе к кабинету истории. — Злюсь? С чего бы мне злиться? — спрашивает Майк, глядя на Уилла так, будто у него выросло две головы. — Ну, что я когда говорил о кампании D&D на мой день рождения, первым подумал не о тебе в качестве нашего Данж Мастера, а о Эдди? — Уилл спрашивает об этом, потому что его напрягало молчание Майка до конца обеда. — О, нет, я вовсе не злюсь. Эдди был нашим Мастером много лет, вполне логично, что ты подумал о нём. — Точно? Просто, если ты предлагаешь кампанию в твоём исполнении... это было бы круто. — Точно. И я спрошу у Эдди, сможем ли мы руководить игрой вместе. — Да? Это было бы идеально! Я скучал по тебе как по нашему Мастеру. — застенчиво признаётся Уилл. — Правда? — Конечно! Ты всегда пишешь такие хорошие сценарии. — Ты так думаешь? — так же застенчиво спрашивает Майк. — Да, думаю. То, как Уилер смотрит на него, становится привычным уже через два месяца их отношений. Уилл знает, что если бы они были наедине, парень поцеловал бы его прямо сейчас, но поскольку они находятся в школьном коридоре, Майк просто ласково сжимает его запястье. Это вызывает бабочек в животе Байерса, заставляя улыбку растягиваться на губах, пока они идут в класс вместе, касаясь друг друга пальцами каждые несколько шагов. Остаток недели проходит так же, как и большинство других с момента закрытия изнанки. Всё легко и просто, разница лишь в том, что каждый день после школы Майк проводит несколько часов у Эдди, а не у Уилла, пока они планируют кампанию по случаю его Дня рождения. Уилл не возражает, это даёт ему больше времени для общения с Джонатаном и Эл. К тому же Майк не раз просто прокрадывался ночью в его спальню через окно, так что всё нормально. — Последнее время ты выглядишь счастливее. — комментирует Джонатан субботним утром. Они завтракают вдвоём, поскольку Эл ночью была у Макс, а мама и Хоппер уже на работе. Уилл поднимает глаза от своей миски с хлопьями, немного удивлённый комментарием брата. Джонатан уже готов к своей смене в аптеке, что находится в нескольких городах отсюда. Там он проявляет плёнку, что ему приносят, платят ровно столько же, сколько стоит его обучение в «Roane Community». — Правда? — спрашивает Уилл. Конечно, в последнее время он чувствовал себя лучше, но не думал, что это так видно. — Да. — подтверждает Джонатан, но больше ничего не говорит. — Полагаю, это простое облегчения из-за, ну, знаешь, я больше не чувствую его, Изнанка закрыта. Думаю, мне очень помогло то, что я тоже приложил руку к уничтожению этого места. Я чувствую, что могу дышать спокойно впервые за... годы. Джонатан выслушивает Уилла и кивает. Через несколько мгновений Уилл замечает, что его брат ухмыляется, и напрягается, гадая, что именно прозвучит из его уст дальше. — Тот факт, что Майк постоянно залезает к тебе в окно по ночам, наверное, тоже помогает, да? Уилл давится хлопьями и кашляет, пока Джонатан смотрит на него, продолжая ухмыляться. Когда Уилл берёт себя в руки, он смотрит на него и краснеет от осознания, что его поймали. Ну конечно, Джонатан засёк их, Уилер, вероятно, один из самых неуклюжих людей, которых знает Уилл, поэтому он вряд-ли был совсем бесшумным, а комната Джонатана находится рядом с комнатой Уилла. Наверное, это просто везение, что комната Эл вместе с мамой и Хоппером находится дальше по коридору. — Эм... может быть. — признаётся он смущённо. — Он ведь не заставляет тебя скрывать это? Потому что я расскажу ему о такой вещи, как лопата, если понадобится. — Этого уж точно делать не нужно, мы оба решили пока держать всё в тайне. И Майк... он... всё правда хорошо. — шепчет Уилл, осознавая, что на его лице появилась влюблённая улыбка. — Я рад за тебя. — отвечает Джонатан, так же улыбаясь. — Правда? — спрашивает Уилл, немного в шоке. Джонатан не скрывает, что считает, что Уиллу нужно двигаться дальше, и что он может добиться гораздо большего, чем Майк Уилер. Но Уилл же уверен, что отчасти такие мысли связаны с его разрывом с Нэнси и последовавшими за ним потрясениями. — Слушай, я знаю, что был строг к Майку последние несколько лет, но я заметил, как он изменился в лучшую сторону за последний год. Я вижу, как сильно он заботится о тебе, и я не буду лезть в ваши отношения, пока это делает тебя счастливым. — Он делает, делает меня счастливым. И он, ну, любит меня. — говорит Уилл, пригнув голову, чтобы избежать взгляда Джонатана. Он никогда не делился этим с кем-то, так что сейчас у него по позвоночнику пробегают мурашки. Майк Уилер влюблён в него. Это самое лучшее чувство в мире. Джонатан больше ничего не говорит, но протягивает руку, чтобы сжать плечо Уилла, и ещё раз слегка улыбается. Это говорит о многом, и Уилл знает, что таким способом брат хочет сказать, что его секрет в безопасности. Не то, чтобы Уилл думал, что это не так, его брат — единственный человек, которому он когда-либо официально открывался. Он думает, что Робин и Эдди, вероятно, знают, может быть, даже Эл, но он ещё не признавался открыто. Он рассказывает Майку об этом разговоре позже в тот же день, когда его парень лежит в комнате Уилла, пытаясь отвлечь его, пока тот рисует. Формально Майк должен был работать над эссе, которое его учитель английского языка задал на весенних каникулах, но он, очевидно, забросил эту работу, и вместо этого надоедает Байерсу. Он лежит на животе на его кровати, положив голову на руки и закинув ноги на изголовье — по предвзятому мнению Уилла, он выглядит очаровательно. — Значит, он не против насчёт тебя? Нас? — спрашивает Майк после того, как Уилл рассказал ему. — Да, он сказал, что да. Он уже давно знает, что я гей, так что я был уверен, что всё будет в порядке. — отвечает он, глядя на картину перед собой, пытаясь подобрать нужный оттенок неба. — Ты не думал о том, чтобы рассказать остальным? — О том, что я гей, или о нас? — И о том, и о другом? — Подумывал, но я всё же пока хотел бы держать всё в тишине. — говорит Уилл, поднимая глаза вверх, чтобы встретиться взглядом с Майком. — Уверен? — Да, честно говоря, я хочу дожить до конца учебного года, а потом всё ещё раз обдумать. Ты не против? — интересуется Уилл. — Не против, но пообещай, что скажешь, если передумаешь. — просит Майк, и тон его голоса заставляет Уилла отложить кисть. Отойдя от мольберта, он подходит к кровати и опускается на колени перед головой Майка. Вблизи он видит беспокойство на чужом лице, и даже видит, что его глаза стали хрустальные. — Эй, что случилось? — шепчет он, поднося руку к щеке Майка и нежно потирая её большим пальцем в надежде успокоить. — Ничего, я просто глупый. — Если тебя это расстраивает, то это не глупость, Майк, пожалуйста, скажи мне. Майк слегка фыркает и закрывает глаза, прижимаясь к ладони Уилла, прежде чем начать тихо говорить: — Я боюсь, что сдерживаю тебя. Ты — удивительный человек, а я — идиот, который слишком долго не мог понять, что желание постоянно держать тебя за руку — это не то, что нормально делать с лучшим другом. Ты так много можешь дать этому миру, а что могу сделать я? Я — просто я, тупой Майк Уилер. — Майк, ты никогда не сможешь удержать меня. Помнишь, что я говорил несколько лет назад о том, что ты — сердце? Это до сих пор так, ты — моё сердце. Ты делаешь меня лучше, всегда делал. Я очень люблю тебя, придурковатого Майка Уилера. Ты все ещё мой лучший друг, человек, который делает мою жизнь лучше, просто своим существованием. Так что нет, ты меня не удержишь, это буквально невозможно. — говорит ему Уилл, надеясь, что его поймут. — Правда? — тихо спрашивает Майк. — Да, ты — мой человек, Майк, никто другой и близко на тебя не похож. — Ты тоже мой человек. — отвечает Майк, прислоняясь лбом к Уиллу. Тот не знает, как долго они так сидят, но ему всё равно. Он находится именно там, где хочет быть. — Во сколько Майк придет? — спрашивает его мама два дня спустя, когда они вместе делают сэндвичи на обед. — Откуда ты знаешь, что он придет? — спрашивает Уилл в замешательстве. — Ну, завтра же День твоего рождения, я подумала, что это само собой разумеющееся. — отвечает она, пожимая плечами. Уилл не обращает внимания на то, что Майк не делал так последние два года, и не важно, что один из них это было попросту невозможно, потому что Уилл был в Калифорнии, а Майк в Индиане, чем меньше будет сказано о его пятнадцатом Дне рождения — тем лучше. — Точно, наверное, я забыл. — отвечает Уилл, намазывая горчицу на ломтик хлеба перед собой. — Так... во сколько? Я должна убедиться, что еды достаточно для ужина. — О нет, не нужно, мы собираемся вместе поесть пиццу. — Звучит неплохо, тебе дать денег? — Нет, Майк сказал, что позаботится об этом. — отвечает Уилл, надеясь, что краснеет не слишком сильно. Майк сказал, что эта прогулка их первое официальное свидание. Хоть они и так проводили много времени один на один с тех пор, как начали встречаться. — Уилер снова придёт сегодня вечером? — спрашивает Хоппер, входя в кухню. — Да, а что? — отвечает Уилл, нахмурившись из-за такого вопроса. — Просто в последнее время он часто приходит. — отвечает он. — А что не так? — Уилл немного смущается. После ухода Лонни Майк почти всё время проводил в доме Байерсов, Джойс шутила, что у неё не два сына, а три. Только после возвращения Эл всё изменилось. — Нет, Уилл, всё в порядке! — восклицает Джойс, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Хоппера. Уилл знает, что Хоппер не самый большой фанат Майка из-за его бывших отношений с Эл, но всё же он думает, что тот его принял. — Просто интересно, может он нацелился на то, чтобы снова сойтись с Эл, вот и всё, — отвечает Хоппер таким тоном, что показывает, насколько этот вариант ему не нравится. Уилл задаётся вопросом — станет ли Хопперу лучше, если он узнает, что Майк встречается именно с ним, а не с Эл. — О нет, определённо нет, они просто дружат. — отвечает Уилл надеясь, что его тон достаточно непринуждённый. Он доел свои сэндвичи, взял порцию Эл и отправился на крыльцо, где сидит его сестра и слушает музыку. В этот момент он слышит, как мама говорит: — Хоп, Майк всегда проводил здесь много времени, а я шутила, что у меня три сына, когда мальчики были младше. Тебе правда не стоит беспокоиться о Уилере. Он вышел на улицу прежде, чем услышал ответ Хоппера. Подойдя, он похлопал Эл по плечу и протянул ей сэндвич, который приготовил для неё. Она взяла его, а парень уселся рядом с ней. — Что слушаешь? — спрашивает он. За последние несколько лет Эл стала одержима музыкой, и Байерс стал обращаться к ней за рекомендациями. — Сегодня только Мадонну. — отвечает она, откусывая кусок от Сэндвича. — Что, совсем плохо? — шутит Уилл, и Эл хихикает, прежде чем стукнуть своим плечом чужое. — Да, просто ничего нового. Мы с Макс хотели пойти в музыкальный магазин в торговом центре на этой неделе, хочешь с нами? — Конечно! Прошло так много времени с тех пор, как мы последний раз собирались втроём. — говорит Уилл, вспоминая те первые дни, сразу после того, как Макс вышла из комы. Они втроём были привязаны друг к другу, это утешало, ведь они не знали, может, этот день станет последним. — Да, ты стал больше общаться с Майком, — говорит она с лёгкой улыбкой, — Я знаю, что ты скучал по разговорам с ним, так что всё нормально. — Я уверен, Макс думает так же. — с сарказмом отвечает Уилл. Уилл удивлён, что рыжая до сих пор не сделала никаких пассивно-агрессивных комментариев по поводу того, сколько времени он теперь проводит с Майком. Но, опять же, компания по прежнему собиралась и проводила время вместе. Просто чаще всего, когда остальные уходили, Уилл оставался у Майка и наоборот, чтобы они могли побыть наедине. — Макс обрадуется, когда узнает, что ты пойдёшь с нами. — Я люблю тебя, Эл, надеюсь, ты это знаешь. — напоминает ей Уилл, осознав, что говорит это слишком редко. — Да, я знаю, и тоже тебя люблю. Я счастлива, что вы с Джонатаном теперь мои настоящие братья, долгое время я думала, что у меня не будет настоящей семьи. Я рада, что ошибалась. — говорит она, положив голову на чужое плечо. Парень обхватывает её рукой, и они съедают остатки обеда в комфортной тишине. Тем же вечером он сидит напротив Майка в их любимой пиццерии в том же городе, где Уилл покупал цветы. Одинокая пиццерия Хоукинса все ещё закрыта, владельцы сбежали из города после «землетрясения» два года назад и, по видимому, возвращаться не собирались. Ребята нашли это место семь месяцев назад, когда Макс наконец-то выписали из больницы, и они захотели отпраздновать это событие. К счастью, это не «Surfer Boy», ведь Уилл ел их пиццы более чем достаточно, когда жил в Калифорнии. Это был первый раз, когда они с Майком были здесь только одни. Он почувствовал дрожь возбуждения от осознания того, что у них сейчас свидание. — Ты хочешь заказать хлебные палочки или чесночные узелки к пицце? — спрашивает Майк. Уилл уже знает, что они собираются заказать пиццу наполовину с мясом, а другую без. (Только не смейте класть туда лук, потому что Майк его просто ненавидит). — Ты действительно хочешь заказать чесночные узелки? — Почему бы и нет? — Значит, ты просто не планируешь целовать меня в ближайшее время? — тихо шутит Уилл, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не подслушивает. — Подожди, а ты хочешь сказать, что не будешь целовать меня, даже если у меня изо рта несёт чесноком? — Наверное, я должен сказать да, но... если честно, мне всё равно. Я сказал это, чтобы поиздеваться. — признаётся Уилл, пожимая плечами. Большинство людей сочли бы поцелуй с человеком, от которого пахнет чесноком, отвратительным, но лично он не видит в этом ничего страшного. Это же Майк, в пятницу во время обеда его парень десять минут соревновался с Лукасом у кого громче отрыжка, если даже это не оттолкнуло Байерса, то он сомневается, что запах чеснока изо рта что-то изменит. — Значит, чесночные узелки? — Да, звучит идеально. Через несколько минут официантка принимает их заказ и приносит кока-колу. Уилл потягивает свою содовую и вздыхает, возможно, за последние пару лет у него действительно появилась зависимость от колы, а может и нет. Он просто рад, что они не пьют тот странный новый вкус, который так любит Лукас. — Ты уже думал о ком будешь делать свой исторический проект? — спрашивает Майк через несколько минут. — Я, наверное, просто переделаю свой проект по Алану Тьюрингу, который делал на первом курсе в Леноре. Думаю, он вполне подойдёт, поскольку мы говорим о Второй мировой. — отвечает Уилл, пожимая плечами. Ему придётся переделать свой плакат, но он уверен, что все его исследования всё ещё хранятся в коробке где-то в его комнате. — Он же математик, да? — Да, и он был ну... как я. — говорит Уилл, надеясь, что Майк поймет его так и объяснять не придётся. — Правда? Это круто. — отвечает Майк. — Я имею в виду, его чуть не посадили за это в тюрьму, но не получилось, потому, что он принял наркоты, которая в последствии сломала его психику, в итоге он покончил жизнь самоубийством. — отвечает Уилл, крутя соломинку в своем напитке. — Чёрт. — Не у многих из нас будет счастливый финал. — Зато у нас с тобой будет. — уверенно говорит Майк и заставляет Уилла улыбнуться. Они флиртуют весь ужин и смеются над самыми глупыми вещами, но не сказать, что Уилла это не волнует. Майк всегда умел рассмешить его сильнее, чем кто-либо другой, и это одна из причин почему Уилл так сильно его любит. Когда всё так хорошо, так просто... Байерс никогда в жизни не чувствовал себя настолько беззаботно. Спустя несколько часов, Уилла кто-то будит, он растерянно моргает в полумраке своей комнаты, замечает, что Уилер больше не лежит калачиком возле него, как это было, когда они засыпали, а стоит на коленях на полу перед ним хитро улыбаясь. — Почему ты не спишь? — спрашивает Уилл. — Поздравляю тебя с Днём рождения, глупый. Уже за полночь. — Что? Ты не мог подождать до утра? — спрашивает сонно Уилл. Конечно, ему было приятно желание Майка поздравить его первым, но спать всё же хотелось. — Мог, но я хотел быть первым. О, и это, кстати, для тебя! — Майк поднял с пола кекс, из которого торчала зажженая свеча. Его парень знал, что, хоть Уилл и любит торты, кексы он предпочитает ещё больше, и когда они были детьми, Уилер всегда приносил ему кекс на День рождения. — Майк. — прошептал Уилл, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы счастья от такого милого жеста. — С Днём рождения, Уилл, а теперь загадывай желание. Уилл закрывает глаза и задувает одинокую свечку, желая, чтобы Майк остался с ним навсегда. И он уверен, что это сбудется. Уилл открывает глаза и протягивает руку, чтобы притянуть Майка ближе и поцеловать чужие губы в знак благодарности. — Я люблю тебя и это всё... невероятно мило, но я очень устал, так что давай оставим кекс на утро и ляжем спать? — Конечно. — отвечает Майк, коротко целуя парня в лоб, после чего кладет кекс на прикроватную тумбочку и забирается обратно в кровать. Через несколько минут Уилл уже спит в объятиях Майка, чувствуя себя в безопасности и тепле. Празднование начинается в десять утра следующего дня. Эдди и Майк готовятся в гостиной к сегодняшней кампании D&D, пока остальные болтают между собой. — Стив сказал, что они с Робин придут позже, у них смена. О, и они возьмут с собой фильм. — сообщает Уиллу Дастин, открывая кухонные шкафчики в поиске закусок. — Круто, только никаких ужасов, ладно? — в жизни Уилла было достаточно фильмов ужасов, и он определённо не хочет смотреть их в свой День рождения. — Нет, кажется, Стив говорил, что выбрал «Клуб Завтрак» и «Принцессу-невесту», которую вроде только завезли в магазин, так что мы будем первыми, кто её посмотрит. — подтверждает Дастин. Несколько месяцев назад Стива повысили до менеджера в «Family Video», поэтому он всегда первым получал всякие новые фильмы. Уилл даже подумывал о том, не поработать ли ему там летом, а осенью — после школы. К тому же Робин переводится в четырёхлетний университет в Чикаго на осенний семестр, помощь не помешает. — Такс-с, гремлины, ваши мастера ждут вас в гостиной. — объявляет Эдди. Уиллу пришлась по душе кампания, которую придумали Эдди и Майк. Все остальные, включая Макс и Эл, которые редко играют с ними, тоже втянулись в игру. Векну и Демогоргона они отправили на пенсию ещё много лет назад, так что сейчас им предстоит сразиться с ещё бо́льшим злом. Часть, которая понравилась Уиллу больше всего — это когда он наконец выбрасывает нат-20 и побеждает дракона, что мешал им добраться до главного злодея кампании. Комната ликует, и Лукас даже подхватывает его на руки, чтобы покружить, пока они все смеются. Это лучший День рождения за последние годы, что он помнит. Стив и Робин приезжают как раз когда заканчивается игра, прихватив с собой фильмы и пиццу. Вскоре после этого с работы возвращается и Джонатан, и Уилл уверен, что запомнит эту ночь навсегда. Однако всё чуть не испортилось, пока они ели торт и вспоминали прошлые Дни рождения. Лукас повернулся к нему и спросил: — Эй, кажется, я никогда не спрашивал, да и это было два года назад, но что ты делал на свое пятнадцатилетие? Уилл застыл. Это единственная вещь, о которой он никогда не говорил ни с мамой, ни с Джонатаном, ни с Эл, ни даже с Майком. Он не знает, что должен сказать, чтобы остаток вечера не стал неловким. — О, просто катался на роликах. — бормочет он, глядя в свою тарелку. Не то, чтобы это была ложь. Они действительно катались на роликах. Просто никто не вспомнил, что у Уилла был праздник в тот день. Ну, или не никто. Дастин позвонил, а Лукас отозвал его в сторону, когда тот вернулся в Хоукинс, и извинился за то, что не позвонил, прежде чем подарить ему подарок. — Держу пари, Майк был ужасен в этом! — воскликнула Макс с ликованием, очевидно, представляя в голове, как Майк постоянно падает. — В чем я был ужасен? — спрашивает Майк, подключаясь к разговору. — В катании на роликах в День рождения Уилла два года назад. — говорит Макс с блеском в глазах. Майк нахмуривает брови и растерянно смотрит на Уилла. — Два года назад? Ты же был тогда в Калифорнии, а я здесь, мы не катались на роликах. — говорит он, чего-то явно не понимая. — Что? Тебя здесь не было, чувак. —вклинивается Дастин. — Неа, у нас ещё был «Адский огонь» в тот вечер, а ещё баскетбольный матч. — объясняет Майк. — Нет, это было 21-го марта. — говорит Эдди. — Вообще-то 22-го. — Чувак, игра была в ночь, когда Векна убил Крисси в моем трейлере, эти даты навсегда запечатлелись в моей памяти. — говорит Эдди. Уилл хочет исчезнуть. Когда он смотрит на лицо своего брата и видит шок, то понимает, что Майк не очень хорошо воспримет эту новость. — Не может быть, это неправда! Скажи им, что это не так! — восклицает Майк, наконец-то повернувшись к Уиллу. Он видит отчаяние и смятение в его глазах. — Нет, он прав, мы все забыли. — отвечает Джонатан. — Ребята, ничего страшного, это было два года назад, всё в порядке. — говорит Уилл, пытаясь заставить остальных в комнате продолжить ужин. Он не хочет, чтобы и этот День рождения был испорчен. Майку, очевидно, не нравится его ответ, потому что он встаёт и выходит из комнаты. Уилл бежит за ним по коридору, ничего не говоря пока они не оказываются в комнате Уилла и дверь за ними не закрывается. — Майк, всё в порядке. Это в прошлом. — Как ты можешь так говорить? Я в принципе ненавижу себя за то, как обошёлся с тобой в тот день, а тут ещё и выясняется, что я забыл о твоём Дне рождения тогда? Как ты можешь простить меня за это? — спрашивает Майк со слезами на глазах. — Прошло много времени, я давно простил тебя. На тот момент столько всего успело произойти: мама узнала, что Хоппер жив, Джонатан грустил из-за того, что Нэнси не приедет, Эл, думаю, даже не знала, что 22 марта мой День рождения. И ты был рад видеть Эл, а потом случился тот разговор на катке. Ничего страшного. Это просто какой-то там День рождения, Майк. — Но ты никогда не забывал о моём. — настаивает Уилер, и это правда, он не забывал. — Это не соревнование, Майк. — Я просто не понимаю, как ты можешь быть таким спокойным. Уилл делает глубокий вдох, подходит к Майку и заключает его в свои объятия. Прислонив их лбы друг к другу, он шепчет: — Ты разбудил меня в полночь, чтобы первым поздравить с Днём рождения, вспомнил о нашей традиции именинных кексов, спланировал целую кампанию D&D, разбудил меня сегодня утром целуя семнадцать раз — столько же, сколько мне и исполняется — и ещё один раз дополнительно на удачу. То, что случилось в прошлом, не имеет значения. Ты сделал сегодняшний день одним из лучших в моей жизни. Да, тогда это было отвратительно, но тогда в моей жизни всё было таким. Ты столько раз извинялся за то, что произошло, я понимаю твои чувства. Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я люблю тебя. Один забытый праздник никогда не изменит этого. — Я хочу всё исправить, я и ты на роллердроме на этих выходных. — наконец говорит Майк, и Уилл вздыхает. — Если ты после этого не будешь так сильно себя винить, тогда я согласен. — Это свидание. — говорит Майк и быстро целует его. Они возвращаются в гостиную, где неловко сидят остальные ребята. — Всё уже нормально, мы можем продолжить веселиться? Я бы хотел открыть подарки, а потом посмотреть «Принцессу-невесту». — объявляет Уилл. К счастью, все отпустили ситуацию, хотя выходя из туалета Уилла остановили Эл и Джонатан, извиняясь. Последнее, чего он сейчас хочет, это чтобы они сказали что-то маме, поэтому он выбивает из них обещанное этого не делать. Она и так достаточно расстроена тем, что её сегодня вызвали на работу. И всё же, несмотря на обещания, Уилл уверен, что Джонатан в конце концов расскажет ей. Больше никто не поднимает эту тему, и Уилл доволен. Майк — единственный, кто остаётся после того, как они посмотрели «Возвращение джедая». — У меня есть ещё один подарок для тебя. — говорит Уилер, когда они уходят в комнату Уилла. — Майк, тебе не нужно было дарить мне два подарка. — говорит Уилл, закатывая глаза. Майк уже отдал ему набор масляных красок, который он открыл вместе с остальными подарками. — Я знаю. Но технически я не купил этот подарок, я сделал. — отвечает он, протягивая ему что-то в форме книги. Открыв, Уилл видит очень красивый журнал в кожаном переплёте. Нахмурив брови, он открывает его по просьбе Майка на титульной странице и просто тает от того, что написал Уилер. Уилл, С Днём рождения! Я много думал о том, что хочу подарить тебе сегодня, а потом нашёл этот старый дневник, который бабушка подарила мне на Рождество несколько лет назад, и понял, что должен сделать. Я знаю, что не всегда хорошо выражаю свои чувства, поэтому я решил собрать всё здесь. Это книга стихов, которые я ассоциирую с тобой. Возможно, некоторые из них я написал сам, а может, и нет, кто знает. Наверное это слишком банально, да? Думаю, я просто пытаюсь сказать, что действительно очень люблю тебя, каждый день я благодарю вселенную за то, что могу провести свою жизнь с тобой. С любовью Майк. — Майк, это... — начинает Уилл, но не знает, что вообще сказать. Он перелистывает несколько страниц и проводит пальцами по написанным словам. Осознание того, что Майк сам написал некоторые из этих стихов — делает подарок ещё более ценным. — Тебе нравится? — Даже больше. Если честно, я не представляю как ты собираешься превзойти это на следующий праздник. — отвечает он шутливо, потому что если он просто промолчит, то начнёт плакать. Конечно, это слёзы счастья, но всё ещё слёзы. — О, Боже, не говори так! У меня есть время до Рождества, чтобы что-нибудь придумать. — Тогда лучше начать сейчас, — дразнит Уилл, — Спасибо, это... много для меня значит. Майк краснеет, но Уилл видит, что тот доволен. Встав с кровати, парень кладёт дневник на свой стол, зная точно, что будет листать его, как только Майк уйдёт. Подойдя к кровати, он обращает внимание на то, как Майк лежит, вытянувшись на подушках: на нем удобные треники и старая футболка, на ногах носки, ведь Уилл знает, как сильно его ноги мёрзнут. Сам Байерс собирался свернуться калачиком рядом с юношей, как они делали это много раз за последние несколько месяцев, но вместо этого решает немного отбросить осторожность. Прикусив губу от нервозности, он забирается на кровать, а затем перемещается так, чтобы облокотиться на талию Майка. Тот смотрит на него широко раскрытыми глазами, его руки автоматически поднимаются и ложатся на бёдра Уилла. — Привет, всё порядке? — спрашивает он. — Да, всё хорошо. — отвечает Майк, и Уилл слегка кивает, наклоняясь, чтобы поцеловать своего парня. Поначалу всё происходит не особо быстро и довольно мягко, но Уилл не может сдержать эмоций, и использует свой язык, чтобы подразнить губы Майка. Тот в ответ быстро открывает их, и при первом прикосновении их языков друг к другу Уилл чувствует, как по его позвоночнику пробегает электрический разряд. Не прерывая поцелуй, руки Уилла перемещаются на лицо Майка, прижимаясь к нему так, что он практически лежит на нём. Он чувствует, как поцелуи влияют на них обоих, и осторожно отстраняется. Проходясь дорожкой поцелуев по шее Майка, он убирает одну руку и тихо спрашивает: — Могу я прикоснуться к тебе? — Ты имеешь в виду? — тихо уточняет Майк, и Уилл кивает, не зная, как бы это сказать. — Да... а могу я потом...? — Да, я бы хотел. — отвечает Уилл невинно улыбаясь. Дальше всё происходит как в тумане. Уилл помнит только ощущение Майка в своей ладони, его руки на нём и выражение лица брюнета, когда наступает его оргазм. В этот момент Байерс чувствует себя так, как никогда раньше не позволял себе. Это опьяняет. Когда он кончает сам, он выдыхает, и Майк позже рассказывает, что свет немного мерцал, когда он это сделал. Это первый раз, когда они занимаются чем-то помимо поцелуев, но явно не последний. В субботу Майк и Уилл оказались на роллердроме одни. Очевидно, Майк пригласил и остальных, но у всех были свои планы. По крайней мере, так сказал ему его парень. Ну, Уилл не особо то и возражает, что они одни. — Не понимаю, как у тебя так хорошо получается! — восклицает Майк, когда Уилл проносится мимо него, наверное, в десятый раз. С каждым таким разом его парень всё более и более раздражается, что только веселит. — Может быть, я просто рождён для этого? — отвечает Уилл, притормаживая, чтобы проехать рядом с Майком, который почти всё время держался за бортик катка. — Или ты тайно катаешься на роликах всё время, но никогда нам об этом не рассказывал. — Никто и никогда об этом не узнает. — заявляет Уилл, пытаясь казаться загадочным, но, вероятно, ему это не удаётся, потому что он улыбается, когда говорит это. Майк оглядывается вокруг, чтобы посмотреть, нет ли поблизости других фигуристов, и тихо говорит: — Было бы намного проще, если мы могли держаться за руки. Уилл чувствует, как его сердце разрывается, потому что он сделал бы всё, чтобы иметь возможность держать Майка за руку прямо сейчас. Он помнит, как Майк и Эл крепко держались за руки, когда он катался позади них, и ему очень хочется, чтобы они с Майком могли сделать то же самое. — Я знаю, мне жаль. — грустно отвечает он. — Тебе не о чём сожалеть, это остальной мир должен это делать. Я бы держал тебя за руку куда бы мы не пошли, если бы не это постоянное осуждение. — Ты бы правда держал? — спрашивает Уилл. — Конечно! Надеюсь, когда-нибудь мы сможем. — Да, когда-нибудь. На несколько мгновений Уилл закрывает глаза, и представляет будущее. Будущее, в котором однажды они смогут быть свободными настолько, что им не придётся скрывать то, сколько они значат друг для друга. Но пока Уилл просто стучит по плечу Майка своим собственным чуть сильнее, чем обычно, чтобы увидеть, как его парень падает. Он радостно смеётся, глядя на то, как Майк плетётся позади него. — Я ненавижу тебя. — ворчит Майк, когда Уилл возвращается к нему, чтобы помочь подняться. — Нет, не ненавидишь. — Вот прямо сейчас ненавижу. — Не хочешь остановиться и перекусить? У них есть картошка-фри с сыром. — предлагает Уилл, и брюнет кивает, пока они идут к выходу с катка. Он усаживает Уилера за стол, заказывает еду, благодарит официанта, когда тот отдаёт заказ, и приезжает обратно к парню, который снимает свои коньки. — У меня будет столько синяков потом. — жалуется Майк, потянувшись за жареной картошкой. Уилл видит, как тот слегка морщится, и ему становится немного стыдно за то, что он его так дразнит. — Когда мы вернёмся домой, я о них позабочусь. — отвечает Уилл. — Ты не обязан, Уилл. — Да, но я хочу, это вовсе не сложно, да и мне не нужно больше экономить свои суперсилы для изнанки. — пожимает плечами он. Майк выглядит так, будто собирается возразить, но Уилл бросает на него взгляд, который, как он знает, заставит его парня замолчать, поэтому он просто вздыхает и соглашается. Плюс к этому не похоже, что Байерсу это в напряг. — Так как ты это делаешь? — спрашивает Майк позже, когда они сидят в подвале Уилеров. Уилл делает паузу и понимает, что Майк никогда до этого не видел, как тот кого-то исцеляет. — Ну, я кладу руки на рану, а потом просто представляю, как она заживает. На самом деле это не так уж сложно. — объясняет парень, пожимая плечами. — О, да, ты ведь просто лечишь синяки с помощью суперсилы, что в этом сложного, правда? — драматизирует Майк. Уилл закатывает глаза и жестом просит его закатать штаны, чтобы он мог увидеть синяки, которые точно должны были образоваться на коленях. Майк же на просьбу неожиданно встаёт и полностью снимает штаны, оставаясь в одних трусах. Уилл краснеет, а Майк только ухмыляется, точно зная, что делает. Он садится обратно, и Уилл вздрагивает, когда видит чёрно-синий оттенок, что образовался чуть ниже правого колена Майка. Он аккуратно кладёт туда руки и закрывает глаза, представляя, как синяк исчезает, превращаясь в ничто. Он слышит тихое «вау» со стороны другого юноши и чувствует, как по его венам растекается небольшая гордость. В отличии от Эл, которая пользовалась своими способностями всю жизнь, Уилл до сих пор иногда забывает, что может делать такие вещи, и Майк, вероятно, тоже. — Ну как, лучше? — спрашивает он, когда заканчивает. — Да, спасибо. — Обращайся. Для тебя в любое время, но думаю тебе стоит надеть штаны, а то будет неловко, если твоя мама наглянет. — говорит Уилл с дразнящей ноткой в голосе. Майк закатывает глаза, но одевается. — Значит, фильм? — спрашивает Майк, и Уилл кивает. Они выбирают «Назад в будущее». Брюнет возвращается к дивану и нервно смотрит на Уилла. — Что-то не так? — Нет, просто... можешь меня обнять? Вопрос немного удивляет Уилла, но не в плохом смысле. С мягкой улыбкой он заключает его в объятия, и Уилер усмехается, устраиваясь удобнее, кладя голову на грудь парня. Не то, чтобы Байерс никогда не держал Майка так, но это был первый раз, когда парень сам попросил об этом. Он нежно целует его в макушку и усаживается смотреть фильм. — Как думаешь, хороший ремейк? — спрашивает Майк, когда появляются конечные титры. Уилл обнимает его покрепче и снова целует в макушку, прежде чем подтвердить. — Отличный, спасибо, Майк. — Для тебя всё что угодно. После весенних каникул конец учебного года будто приближается со скоростью света. Некоторые события очень выделяются по как хорошим так и по плохим причинам: неожиданная вечеринка в честь 17-летия Майка, Эл в первые в жизни получает «А+» по естествознанию, Дастин заявляется к нему в гости после разрыва с Сьюзи, ища поддержки, Макс бьёт свой рекорд в «Dig Dug», Джонатан попадет в небольшое ДТП, Стив вместо выпускного устраивает ребятам вечеринку. Что ж, ещё больше воспоминаний о Майке — глупом, милом, и немного — придурке. Уилл вспоминает тот момент в середине мая, когда они впервые были обнажены друг перед другом и целовались. После этого он чуть ли не целую неделю не мог смотреть ему в глаза, потому что всё, чего он хотел — делать это снова и снова. В конце учебного года Уилл уговорил Стива дать ему работу в «Family Video», Майк тоже устроился на подработку в зале игровых автоматов, ведь несколько месяцев назад Эдди каким-то образом дали там должность менеджера. Это не самая шикарная работа, но они находятся рядом друг с другом, так что во время перерыва Уилл обычно может прокрасться у своему парню и утащить его в комнату отдыха, чтобы целоваться несколько минут. И когда июнь сменяется на июль, Эдди застаёт их за этим занятием. — Умираю, почему на тебе вообще эти шорты? — спрашивает Майк Уилла, проводя пальцами по краю его шорт. Байерс не может сконцентрироваться на чём-то одном, потому что Майк одновременно говорит это и проводит языком по самому чувствительному месту на его шее, что сводит с ума. — А что не так с моими шортами? — наконец спрашивает он, когда Уилер на пару секунд отстраняется от его шеи. — Уилл, они настолько короткие, что я вижу слишком много твоих бёдер, и это уже даже не смешно. — простонал Майк, снова соединяя их рты. — И это плохо? — спрашивает Уилл, когда они снова отстраняются друг от друга. Он смотрит на часы на стене и понимает, что у него осталось всего десять минут до конца перерыва. — Плохо — это когда я не могу их с тебя снять, чтобы сделать минет. — Майк! Ты не можешь так легко говорить такие смущающие вещи! — восклицает Уилл, краснея. — Но я только что это сделал. Вместо ответа Уилл просто втягивает его в очередной поцелуй. Медленный и горячий, и боже, как ему хочется, чтобы они прямо сейчас ушли и закрылись в кладовке. Ему кажется, что вот уже несколько недель в нём живёт гормональный монстр, постоянно жаждущий касаний Майка, но тот, впрочем, ничуть не лучше него, поэтому он особо не переживает по этому поводу. Но им определенно нужно поскорее рассказать об этом остальным, потому что в последнее время Уиллу приходится слишком часто скрывать засосы. — Уилер младший, твой перерыв закончился пять– воу! — Уилл отрывается от губ Майка и смотрит на дверной проём, где стоит Эдди. Он краснеет и немного отталкивает Майка, но его парень застыл в шоке. — Эдди! Эм... привет! — Майк, наконец, говорит очень высоким голосом, который, как знает Уилл, обычно таким становится, когда он уверен, что прямо сейчас попадёт в неприятности. — Я, конечно, очень рад за вас двоих, но, Уилер, твой перерыв закончился пять минут назад, а там ещё куча кентов, которые хотят выиграть свои призы. — отвечает Эдди, скрестив руки на груди, но Уилл видит ухмылку на его лице. — Ладно, эм... пока, Уилл, увидимся позже. — отвечает Майк, после чего молниеносно целует парня в щёку и исчезает за дверью. Байерс по прежнему сидит на стойке в комнате отдыха, немного ошарашенный и пытающийся прочистить мозги. — Итак. — начинает говорить Эдди, Уилл краснеет, благодаря вселенную за то, что он больше не возбуждён и спрыгивает со стойки. — Ты можешь... никому об этом не рассказывать? — с надеждой спрашивает Уилл. — Не переживай, я оставлю ваш секртик в тайне, но как насчёт того, чтобы вы с Уилером пришли в трейлер завтра после смены поболтать. — О чём? — Уилл, честно, сейчас был не в состоянии гадать, что хочет Эдди. — Ты серьёзно спрашиваешь? — отвечает Эдди, затем бросает на него взгляд, от которого Уилл краснеет ещё больше. — О, боже, нет, только не об этом. — А с кем ещё вы двое собираетесь это обсудить? Вы, ребята, знаете других геев, что могли бы вас просветить во всём? — Нет. — Ну, похоже, это легло на мои хрупкие плечи, так что завтра я скажу Уилеру когда вы сможете прийти. А сейчас тебе нужно вернуться к своей работе, пока Стив не начал трезвонить мне, ища тебя. Уилл кивает и быстро проходит через парковку, что разделяла зал с автоматами от «Family Video». Он входит через заднюю дверь и идёт смотреть, с чем Стиву нужна помощь. Остаток смены проходит медленно, и он тревожно постукивает по прилавку, ожидая, когда в зале погаснет свет, что означает — их смены с Майком закончены. Ему просто жизненно необходимо знать, что его парень думает о том, что произошло сегодня. Они уже несколько недель не возвращались к разговору о каминг-ауте, Уилл понимает — Майк ещё работает над тем, чтобы принять себя и рассказать всем. Эдди — хороший парень, помимо Джонатана, из тех кто узнали об этом первыми, и он определённо не будет их осуждать. — Ты в порядке? — спрашивает Уилл, как только они садятся в машину Майка. — Да, только немного смутила эта сегодняшняя ситуация, но в остальном в порядке. А ты? — Да, правда, переживаю насчёт завтра. —О, Боже, да, зачем ему вообще нужно говорить с нами? — Ну, а кто ещё будет вести с нами диалог о сексе? — Мы можем сами поискать. — отвечает Майк, и Уилл бросает на него взгляд. — То есть ты серьёзно думаешь, что мы можем найти информацию о гей-сексе в библиотеке? — недоверчиво спрашивает Уилл. — Ладно, наверное, нет. Но это всё будет так неловко. — По крайней мере, это будет не одна из наших мам или вообще Хоппер. — Откуда кому-то из них знать о гей-сексе? — Не знаю. — пожимает плечами Уилл. Он думает, что кто-то из них что-то знает об этом. Следующий день проходит как один миг. Майк молча везёт их к трейлеру Эдди (правительство купило им с дядей новый после того, как изнанка уничтожила старый). Они счастливы, что не приходится стучать в дверь, потому что Эдди сам их встретил и они пошли за ним. Уилл счастлив ещё больше, когда оказывается, что дядя Эдди уже ушёл на работу. — Садитесь куда хотите, мои юные падаваны. Что будете пить? — Кока-колу, пожалуйста, если у тебя есть. — отвечает Уилл, неловко усаживаясь рядом с Майком на диван. — И как долго вы двое вместе? — спрашивает Эдди, обходя диван и протягивая им стаканы с газировкой. — С января. — Чёрт, так долго? Я думал, с апреля. — говорит он, качая головой. — Мы настолько очевидны? — спрашивает Уилл. — Не совсем, но я не об этом хотел с вами поговорить. То есть, я, конечно, уверен — вы оба знаете, что нужно быть осторожными на людях, за пределами комнаты отдыха, игрового зала, очевидно, тоже. Вам, ребята, повезло, что владельцам плевать на то, что вы там появляетесь. — Мы знаем, просто... — говорит Уилл и смотрит на Майка. Он никак не может признаться Эдди, что в последнее время они возбуждаются буквально постоянно. — Да, вы подростки, я понимаю, — пожимает плечами Эдди, прежде чем продолжить, — Знаю, вы двое, возможно, не хотите говорить об этом со мной, но я просто хочу, чтобы вы были в курсе, хорошо? То, что происходит дальше, возможно, один из самых неловких разговоров, в их жизнях, но они уходят узнав много нового. Не сказать, чтобы Уилл не знал механики, касающейся настоящего секса и не сказать, что то, чем они с Майком занимаются вместе, не было сексом, но сейчас они говорили о том виде, который считается, как потеря девственности, он просто не знал, как сделать его комфортным для себя и Уилера. И у него не было особо много идей кто что должен делать, по крайней мере, он никому в этом не признается, кроме Майка, и то, только если он его попросит. Ещё Эдди рассказывает о ВИЧ и СПИДе. Уилл, конечно, знает, что Майк тоже девственник, но всё же полезно быть в курсе того, что является мифом, увековеченным в новостях, а что на самом деле правда. Даже если он на 100% уверен, что беспокоиться не стоит. — Что ж это... было познавательно. — говорит Майк, когда они уходят от Эдди, который предварительно пообещал, что всегда готов ответить на любые вопросы. — Да, — кивает Уилл. Он не может сейчас не посмотреть на Майка, чьи глаза смотрят только вниз на дорогу, — Ты же знаешь, что нам не обязательно делать всё то, о чём он говорил. Мне вполне нравится и то, чем мы занимаемся сейчас. — Мне тоже, но... я имею в виду... я иногда думал о том, чтобы сделать это раньше. — Думал? —удивлённо спрашивает Уилл. Он почему-то считал, что это слишком. — Да, а ты нет? — Тоже, просто... я переживал вдруг тебе не понравится. — Это же секс, как он может не нравится? — Ну, это вроде как... очень по-гейски? — спрашивает Уилл, слегка поморщившись. — А сосать твой член — нет? — издевается Майк. Уилл краснеет и шлёпает своего парня по плечу, который теперь уже смеётся. — Но... ты же понимаешь, о чём я? — Понимаю, но, Уилл, послушай, я согласен. Я хочу впервые сделать это с тобой, и опять же, если кому-то из нас не понравится, мы просто не будем делать это снова. То есть, конечно, я не говорю, что мы должны пойти к тебе прямо сейчас, но... когда-нибудь. — Хорошо. — говорит Уилл и бабочки наполняют его живот от этой мысли. — И я тут подумал, может, расскажем о нас остальным в ближайшее время? — Давай, а то я не хочу заставлять Эдди держать это в секрете слишком долго. Джонатан и так молчит уже несколько месяцев, и я, честно говоря, даже не знаю, как он до сих пор не проболтался маме. Майк задумчиво хмыкает, а Уилл просто смотрит в окно, наслаждаясь ясным ночным небом. — Можем сначала рассказать Эл? — спрашивает Майк, нарушая комфортную тишину. — Конечно можем. — отвечает Уилл, сжимая руку Майка. Уилл знает, как Эл важна для Уилера, и для него самого, безусловно, тоже, но как сестра, он не может представить свою жизнь без неё. У Майка же она занимает особое место в сердце. Он не ревнует, да и как это делать, когда Эл буквально заслуживает всей любви в этом мире после того, через что она прошла. Они решают рассказать всем на выходных во время вечера кино у Майка. Вся команда планирует быть там, так что это довольно хороший момент, чтобы признаться. В пятницу Уилл уводит Эл в сторону, чтобы рассказать ей первой, ещё он планирует сделать каминг-аут перед Джойс и Хоппером, Майк же пока не готов сказать своей маме, и Уилл не собирается настаивать, что бы он там не решил на этот счёт — это его решение, и Уилл будет уважать его, сейчас он просто рад, что Майк не узнает, что на этот счёт думает его отец — он абсолютно уверен, что Тед Уилер, если был бы жив, не сказал бы ни одного доброго слова о их отношениях. — Эй, ты не занята? — спрашивает Уилл у Эл пятничным утром, пока они завтракают. У него, в отличие от Уилера, сегодня нет смены в «Family Video». — Нет, а в чём дело? — Я просто хотел поговорить с тобой кое о чём. — объясняет Байерс. Девушка смотрит на него с таким выражением лица, будто умеет читать мысли, хоть он и знает — это не так. — На счёт того, что Майк чуть ли не каждую ночь пробирается к тебе в окно? — спрашивает она, и Уилл давится своей кашей. Почему сначала брат, а теперь и сестра спрашивают о Майке пролезающим в его окно именно тогда, когда он ест? — Откуда ты знаешь? — Уилл, я не глухая, и слышала его в твоей комнате по ночам, причём до этого его не было в нашем доме тем же вечером. И эти разговоры точно были не по рации. — О, ну... — Так что тебе не нужно ещё что-то говорить, я уже знаю, всё в порядке. — говорит девушка, протягивая руку, чтобы сжать чужую. — В смысле знаешь? — Слушай, я знаю, как выглядит Майк, когда влюблён, он тупо не умеет это скрывать. Он смотрит на тебя так, будто любит больше всего в этом мире. Конечно, я и раньше это замечала, но ещё я видела, как вы целовались на крыльце несколько недель назад. — О, боже. — испуганно говорит Уилл, потому что прекрасно понял, о каком именно моменте она говорит. Тогда они уединялись в замке Байерс 2.0, но когда пришло время расходится, они оттягивали этот момент как могли, поэтому просто целовались, прислонившись к перилам. Уилл уверен, что если бы они не услышали, как подъехала машина его мамы, он бы прямо там упал на колени и отсосал Майку. — Всё в порядке, я не сержусь. Я люблю Майка как друга, а тебя как брата, всё чего я хочу — чтобы вы оба были счастливы. — Ты кому-нибудь рассказывала? — спрашивает Уилл с покрасневшим, как помидор, лицом, прикрывая его рукой, смотря на девушку сквозь пальцы. — Нет, я знаю, что... некоторые не очень хорошо могут реагировать на то, что два парня целуются. — Хорошо. Майк хотел сам рассказать тебе, так что... может подождёшь пока он это сделает немного позже? Эл кивает и возвращается к своим вафлям. Даже спустя столько лет она до сих пор их обожает. Они улыбаются друг другу, и больше ничего не говорят. Они проводят день вместе, используют свои способности, чтобы заставить свет мигать поздним вечером во время грозы, много смеются, сплетничают о учениках в школе, Уилл рассказывает, что более чем уверен, что Стив абсолютно точно влюблён в Эдди, и Уилл даже не возражает, когда она красит его ногти. Он выбирает солнечно-жёлтый цвет, который напоминает ему о улыбке Майка. Потом Эл просит его накрасить свои ногти и выбирает электрический синий цвет. — У меня тоже есть секрет. — говорит девушка, пока ей наносят кисточкой лак на ногти. — Да? — Уилл переводит на неё взгляд. — Мне кое-кто нравится. — шепчет она с лёгкой улыбкой и румянцем на щеках. Уилл не видел её такой влюблённой с тех пор, как она встречалась с Майком, он помнит это выражение её лица каждый раз, когда она получала от него письмо, когда они жили в Леноре. — И кто это? — спрашивает парень, пытаясь сообразить, кто бы это мог быть. Есть несколько человек, с которыми Эл подружилась в школе, и это вполне может быть кто-то из них. — Поклянемся на мизинцах, что ты никому не скажешь, — серьёзно заявлет она, Уилл протягивает ей свой мизинец, и девушка в ответ обхватывает его своим, затем наклоняется к нему и шепчет: — Это Дастин. — Правда? — Уилл немного шокирован, но, возможно, не так уж и удивлен. Он заметил, что за последние несколько месяцев они стали ближе. Возможно, это результат того, когда группа из шести человек состоит из двух пар (даже если одна из них — тайна). — Он очень милый, я думаю... думаю, что я ему нравлюсь в ответ, но мне кажется, что он боится Майка. — Ну, больше ему не нужно его бояться. — Я то знаю это, а вот он — нет. — Скоро перестанет, не волнуйся. — Не волнуюсь, ты всегда говоришь такие забавные вещи, Уилл. — она покачивает головой. Парень чувствует, как же сильно любит её. Он так благодарен, что она есть в его жизни, что она здесь, с ним, во всём этом безумии, навсегда. — Пожалуйста, никогда не меняйся, Эл. — Только если ты тоже не изменишься. Они сжимают мизинцы, а потом отпускают. Майк приезжает через тридцать минут, заходит через главную дверь и отряхивает волосы от дождя. Он на девяносто процентов уверен, что Майк никогда бы так не сделал, если бы знал, что Хоппер дома, поэтому улыбается тому факту, что его парню сейчас комфортно. Уилл наблюдает, как брюнет оглядывается по сторонам, прежде чем заметить их с Эл, и с улыбкой садится к ним на пол. — Привет, чем вы двое занимались? — Просто тусовались и красили ногти. — говорит Уилл, показывая руку. — Выглядит прикольно, мне нравится, твои тоже классные, Эл. — Спасибо, Майк, как прошла смена? Макс приглашала меня прийти немного побесить тебя на работе, но я решила потусоваться с Уиллом. Она в итоге заходила? — невзначай спрашивает Эл, отчего Уилл разражается смехом. — Да, заходила, и я не понимаю, почему вам обеим так нравится сводить меня с ума, особенно этим летом. — Макс говорит, что ты очень смешно выходишь из себя. — Что ж, я буду очень рад, если она прекратит это делать, у неё для этого есть парень. — Да, но Лукас в баскетбольном лагере, если ты не забыл. — вклинивается Уилл. Как раз по причине отсутствия Лукаса, им пришлось отложить с признанием перед всеми. — Как бы то ни было, Эл, мы с Уиллом хотим в кое-чём признаться. — начинает Майк, и Уилл видит, как тот нервничает. Ему хочется сжать руку своего парня, успокаивая, но пока что он не хочет этого делать, пусть Эл уже всё знает. Это важно для Майка. — О чём? — Ну... ты же знаешь, как я раньше любил тебя? То есть, я всё ещё люблю, но только как подругу, не как девушку, но дело не в этом. — Да, я помню. — говорит Эл с едва скрываемым смехом. Она, конечно, может сказать, что уже всё знает, но Уилл теперь замечает, как она начала разделять любовь Макс к тому, чтобы заставлять Майка вести себя, как идиота. — Ладно, в общем я... некоторое время назад понял, что влюблён в Уилла, нет, не так, я люблю его, и он меня тоже. Поэтому мы встречаемся. Мы хотели сначала сказать тебе, потому что ты важна для нас обоих, и я не хочу, чтобы ты... — Майк, — Эл кладёт свою руку на его, и останавливает его монолог. Уилл тоже берёт его вторую руку. — Майк, я очень рада за вас с Уиллом, вы оба мне дороги, и я вас люблю. Уилер смотрит на неё ошарашенно несколько секунд. — Подожди, ты уже знала? — Она застала нас целующимися несколько недель назад. — признаётся Уилл, не желая больше молчать о том, что знает. — Когда она тебе сказала? — Только сегодня утром, он очень переживал, поэтому я сказала правду. И я не сержусь, Майк, думаю, вы идеально друг другу подходите. Эл встаёт и целует их обоих в щеку, после чего сообщает, что у неё планы со своей подругой Синди, она подмигивает Уиллу и тот понимает, что она на самом деле о Дастине, а после направляется к двери. Покачав головой, он поворачивается, чтобы посмотреть на своего парня, который до сих пор отходит. — Ты серьёзно так удивлен? — Я не знаю, что и думать, — отвечает Майк. — То есть, я рад, что она не злится или типо того, но я и предположить не мог, что она уже всё знает. — Ну, ты должен признать, что в последнее время мы были немного... безрассудны, когда вот так целовались. — флиртует Уилл, чуть улыбаясь. Майк наклоняется вперёд, утягивая парня в нежный поцелуй, но быстро осознаёт, что его мама и Хоппер могут вернуться с работы в любой момент, поэтому они просто играют в видеоигры до самого вечера. — О, приветик, Майк, останешься с нами на ужин? — спрашивает Джойс, когда они с Хоппером входят в дом. Позади неё мужчина несёт две коробки с пиццей, так что если так подумать, ничего страшного не случится, если он останется. — Если вы не против. — Конечно нет, мы заказали много пиццы. Уилл замечает, что Хоппер слегка закатывает глаза, но, по крайней мере, он никак не комментирует. На самом деле Байерс думает, что Джим просто разыгрывает представление, якобы ужасно ненавидит Майка, ну, он на это надеется. Он слышал от Майка о этом правиле трёх дюймов, Уилл очень надеется, что тот факт, что им по семнадцать, не заставит Хоппера снова ввести его. Да и к тому же ни один из них, очевидно, не забеременеет. Джонатан возвращается домой, пока они ужинают, и вскоре они впятером рассказывают, как провели день. Эл всё ещё гуляла с Дастином, хотя официальная история для родителей, что она гуляет с Синди. — У тебя сегодня происходило что-нибудь интересное? — спрашивает мама после того, как Хоппер рассказал о рутинном визите к Маллиганам — шумной семейке, живущей на другом конце города, недалеко от старого дома Байерсов. — Вообще-то, есть кое-что, о чём я хотел с тобой поговорить. — говорит Уилл, чувствуя, как начинает нервничать. Он прячет руки под стол, когда понимает, что они начинают немного дрожать. — О, в чём дело? — спрашивает она, немного обеспокоено. Хоппер тоже выпрямляется на своём месте. Уилл делает глубокий вдох. — Я не знаю, будет это сюрпризом или нет, но, мам, Хоп, я... гей. — признаётся Уилл, тупо смотря в свою тарелку. Он вздрагивает, когда чувствует, как рука Майка тянется к его руке и крепко сжимает. — Уилл, милый, посмотри на меня, пожалуйста, — парень с опаской смотрит в лицо Джойс и видит в её глазах только любовь. Она протягивает свою руку через стол, и видит, что одну из них уже сжимает Майк, поэтому берёт другую. — Я люблю тебя. Каждую частицу тебя, независимо от того, кого любишь ты. Понимаешь о чём я? Ничто и никогда это не изменит. — Я тоже люблю тебя, мам. — его глаза слезятся, пока он говорит. Он смотрит на Хоппера и надеется, что тот тоже признает его. — Малыш, я знаю, что не часто это говорю, но я люблю тебя. И горжусь тем, что ты мой сын. — говорит он немного жёстко, что, как знает Уилл, означает, что он сдерживает слёзы. — Да? — Да. — Даже если я встречаюсь с Майком? — спрашивает Уилл, поднимая их сплетённые руки, наблюдая, как глаза Хоппера сужаются. Он слышит, как Майк тяжело сглатывает рядом с ним. — Из всех людей на свете ты выбрал Майка Уилера? — спрашивает Хоппер через несколько секунд. — Я люблю его. — говорит Уилл, будто это всё так... просто, хотя так оно и есть. — Над твоим вкусом в парнях нужно поработать, но да, горжусь даже если ты встречаешься с ним. — Мам? Всё нормально? — спрашивает Уилл, поворачиваясь к ней. Кажется, она больше шокирована признанием в ориентации Майка, чем Уилла, но она кивает головой и мягко улыбается им. — Да, но есть некоторые новые правила, мальчики. — Я думаю, Уилер уже знает некоторые из них. — Три дюйма, сэр, я помню. — говорит Майк впервые с тех пор, как начался ужин и кивает. Джонатан же молчит, но Уилл и не ожидал, что он многого добавит, раз уже всё знает. Остаток ужина проходит без неловкостей, а потом Майку приходится возвращаться домой. Уилл целует своего парня у входной двери, наслаждаясь тем, что теперь они могут делать это, когда дома есть и другие люди. — Увидимся завтра. — шепчет он, перед тем как полностью отпустить Майка. — Я заберу тебя из «Family Video» около часа дня, люблю тебя. — Я тоже тебя люблю. Он дарит Майку последний поцелуй, прежде чем легонько подтолкнуть его к выходу. Со вздохом он прислоняется к закрытой двери, прежде чем присоединиться к маме на кухне. — Значит... Майк, да? — спрашивает Джойс, пока он помогает ей мыть посуду. — Ты так удивлена? — ухмыляется он. — Думаю, нет, — отвечает она, а затем задумчиво спрашивает: — Январь? — Мы были настолько очевидны? — спрашивает он уже второй раз за неделю. — Именно тогда ты стал счастливее, вернулся к тому Уиллу, которого я запомнила, когда ты ещё был ребёнком, до того, как началась вся эта история с изнанкой. Думаю, да, именно тогда тебе стало лучше, но ещё одной причиной стал ведь и Майк, да? — Да, он... так хорошо относится ко мне, мам, он любит меня. — Знаешь, точно могу сказать, что он всегда смотрел на тебя, как на звезду, просто теперь делает это чаще. — Думаешь, Хоп действительно заставит нас держать дверь открытой на три дюйма? Просто... никто же из нас не забеременеет или что-то в этом роде! И у нас не так много других мест, где мы можем быть вместе, понимаешь? — Знаю, так что я поговорю с ним, хорошо? Вы ведь... осторожны? Уилл покраснел и опустил голову: — Да, Эдди говорил с нами обо всём этом. — Хорошо, и если что, я не думаю, что кто-то мог бы быть для тебя лучше, чем Майк Уилер. — Мне тоже так кажется. — признаётся он. — Итак, мне, наверное, не стоит пробираться к тебе сегодня вечером через окно, да? — спрашивает Майк по рации на их частной линии позже тем же вечером. — Нет, но давай не сегодня. — Блин, а я так надеялся на полуночное свидание. — Боже мой, ты издеваешься. — смеётся Байерс. — Я пытаюсь быть романтичным. — Ты просто говоришь как идиот, но ладно, я всё ещё люблю тебя. — Хорошо, было бы очень неловко, если бы не любил. — Оу, и почему? — Потому что я тоже тебя люблю, тупица. — Тупица? Это что-то новенькое. — Уилл чувствует головокружение. Ему нравится дразнить Уилера, нравится, что они всё ещё могут быть самими собой, даже несмотря на такие изменения в их отношениях. — Да, но думаю, может... «милый» звучит лучше? Ну если ты не против. Даже на таком расстоянии и по не самому лучшему качеству сигнала, Уилл слышит трепет в голосе Майка. — «Милый»? — Да, но только если тебе это нравится. Я просто, ну, знаешь, думал о прозвищах, которыми парочки друг друга называют. Мне кажется это было бы неплохо... но опять же, если тебе не понравится, я больше не буду тебя так называть. — тараторит Майк, и Уиллу приходится его прервать. — Мне нравится, очень нравится. — признаётся Уилл, чувствуя, как краснеет его лицо. — О... круто. — Круто. — Боже, ну почему я такой неловкий? — Потому что ты Майк, и я бы ни на что тебя не променял. — Ни на что? — Ни на что. Они так и засыпают, разговаривая по рациям, Уилл надеется, что завтрашний каминг-аут пройдёт так же хорошо, как и все остальные. — Ты отложил «Челюсти», как я просил? — Уилл спрашивает Стива, когда приходит на работу на следующее утро. — Конечно, ты меня раз сто попросил. — отвечает Стив с лёгким раздражением. Уилл улыбается и стукает старшего по плечу. — Ну, была моя очередь выбирать один из фильмов на сегодня, так что мы смотрим его. — Разве ты не ненавидишь ужастики? Я отчётливо помню, как Дастин сказал мне, что убьет меня, если мы с Робин принесём хоть один хоррор на твой День рождения. — вспоминает Стив. — Только иногда, и не все, думаю, это в основном те, где речь идёт об одержимости и прочем, например, «Экзорцист» или «Кошмар на улице Вязов». А вот «Челюсти» просто напрягает, к тому же акула даже не выглядит настоящей! — Наверное могу понять, хоть и не смотрел «Кошмар» со времён «Векны», так что в этом есть смысл. И по крайней мере, ты не выбрал «Челюсти 3D». — Не правда! «Челюсти 3D» — это кинематографический шедевр, и ты это знаешь! Но вообще да, не очень весело смотреть фильм о чуваке, который преследует людей в их снах, после того, как столкнулся с ним в реальной жизни, не находишь? — Да, это не очень интересно. — соглашается Стив. Бо́льшая часть их смены проходит за непринуждённой беседой. Любимая игра Уилла в последнее время — смотреть, сколько раз он сможет упомянуть Эдди, прежде чем Стив покраснеет. Если эти двое не начнут встречаться в ближайшее время, то Уиллу определённо придётся привлечь не только Эл и Майка к попыткам помочь им сойтись. Особенно с учётом того, что осенью Робин уезжает. Стив, как оказалось, на самом деле очень безнадёжен, когда ему кто-то искренне нравится. Уилл считает, что это очень мило. — Увидимся потом у Майка. — Уилл машет рукой на прощание, когда его смена заканчивается. Стив машет в ответ, и Уилл подбегает к машине Майка. — Привет, как работа? — Хорошо, думаю, я уже близок к тому, чтобы расколоть Стива по поводу Эдди. — Уилл отвечает, улыбаясь. — Проще его, чем Эдди, я вчера пытался затронуть тему Стива, и знаешь, что он сказал? Спросил меня, не нужна ли мне его помощь в покупке презервативов! Презервативов, Уилл! — Раньше ты просил его о помощи в этом? — Что? Нет! Мы можем сами разобраться с их покупкой, когда нуждаемся в них. Нам не нужна помощь Эдди. — восклицает Майк, заставляя Уилла хихикать. Его парень действительно один из самых драматичных людей, которых он когда-либо встречал. — Ладно, ладно, никаких Эдди, покупающих нам презервативы. — Спасибо, а теперь, чем ты хочешь заняться, пока мы ждём, когда все соберутся у меня. Холли на празднике в садике, а Нэнси забрала мою маму на целый день, так что весь дом в нашем распоряжении. — Правда? Как тебе это удалось? — Нэнси, возможно, немного помогла; я рассказал ей о нас вчера вечером, когда она вернулась домой. — Рассказал? А почему я не в курсе? — Не знаю, я хотел рассказать тебе лично. Всё прошло... очень хорошо. Она обняла меня и всё такое. — Вау, здорово, Майк! Не то чтобы я думал, что она не примет тебя, но всё же! — Да, и она сказала мне, что у неё новый парень. Она немного нервничает из-за этого, поскольку это её первые отношения после Джонатана. — говорит Майк и Уилл сжимает его руку, как бы говоря, что понимает, что он имеет в виду. — Я сдержу секрет в тайне. — Не сомневаюсь, но вернёмся к моему первоначальному вопросу. Чем бы мы могли заниматься все эти пять часов? — О, у меня есть несколько идей. Они не дурачатся все пять часов, но сон после секса довольно затянулся, так что пришлось поторопиться, чтобы организовать всё перед приходом остальных. По возвращении домой Нэнси обнимает его и шепчет, как она рада за них. Это заставляет Уилла улыбнуться и сжать её в объятиях крепче. Остальные ребята приходят через несколько минут, и вскоре подвал наполняется голосами и общим хаосом. Уилл не уверен, когда самый лучший момент для признания, поэтому он просто последует примеру Майка. После долгих споров они решают посмотреть «Маппет-муви», который выбрала Эл. Это один из её любимых фильмов, Уилл не понимает, почему, но ей он всегда нравился. К концу фильма Байерс чувствует, как рука Майка касается его собственной, и он сжимает её, скрывая это одеялом между ними. Он надеется, что к концу вечера он сможет спокойно обнимать Уилера, как они делают это, оставаясь наедине. Когда фильм закончился, Лукас объявляет, что следующий выбирает он, потому что в прошлый раз он не смог этого сделать из-за баскетбольного матча. Никто с ним не спорит, и он, ликуя, берёт «Выходной Ферриса Бьюллера», который принёс с собой. Майк поворачивается к Уиллу, пока Лукас устанавливает фильм, и поднимает бровь, тот кивает в ответ. В комнате снова слышны разговоры, но Майку удается заставить их стихнуть. — Хэй, ребят, мы с Уиллом хотели вам кое-что сказать. — начинает брюнет, и это привлекает всеобщее внимание. — Вы с Уиллом? Что может быть общего у вас двоих? — спрашивает Макс, скептически глядя на них. Честно говоря, Уилл удивлён, что она ещё не догадалась. Уилер смотрит на своего парня, и тот снова кивает, давая понять, что он может это сделать. — Мы встречаемся. — уверенно заявляет Майк на всю комнату. Уилл не отводит взгляда от Майка, но наступившая тишина говорит о том, что все находятся в шоковом состоянии. — С кем встречаемся? — спрашивает Лукас через несколько секунд, а затем Уилл слышит «ау» с его стороны и понимает, что Макс, должно быть, дала ему подзатыльник. — Друг с другом, придурок. — закатывает глаза Макс, и Уилл, наконец, оглядывает остальную часть комнаты. — Это объясняет почему Уилл постоянно задерживается на перерыве. — говорит Стив, и комната смеётся. — О, поверь мне, Стиви, эти двое вообще не смотрят на время. — говорит Эдди, сидящий рядом с ним. — Эй, это мой брат, я не хочу ничего слышать! — говорит Нэнси, бросая в него подушку. — Так, подождите... я должен убедиться, я правильно понял, вы двое встречаетесь? — спрашивает Дастин, переводя взгляд сначала на одного, а потом на второго. — Да, Уилл — мой парень, а я — его парень. — Значит, если бы кто-то другой, скажем... пригласил Эл на свидание, ты бы не разозлился, потому что ты встречаешься с кем-то другим? — продолжает Дастин, и Уилл усмехается, наблюдая, как Майк прищуривается. — Если бы этот гипотетический человек не был полным придурком, то нет, я не против. Этот человек — придурок, Дастин? — Нет, точно не придурок. — Тогда всё в порядке. Мы просто хотим, чтобы все чувствовали себя хорошо. — говорит Майк и Байерс видит, как Эл покраснела, он показывает ей большой палец вверх, когда она ловит его взгляд. Она закатывает глаза, но видит, что она рада. — Это так круто, что вы вместе! И это ничего не меняет! Вы оба по-прежнему мои лучшие друзья! — Ага, и ничто не может разрушить нашу связь... это было чересчур мило, да? — спрашивает Лукас, и все недовольно стонут. — Есть такое, но спасибо. — улыбаясь говорит Уилл. — Думаю, ты мог сделать выбор получше, Байерс, но в любом случае, я не специалист. Я вообще встречаюсь с этим придурком. — Макс указывает на Лукаса, который выглядит оскорблённо. После этого разговора все успокаиваются, Уилл ловит взгляд Робин и улыбается в ответ на её едва заметный большой палец вверх. Он даже не пугается, когда Майк притягивает его к себе, обнимая, вместо этого он просто расслабляется в руках своего парня и наслаждается тем, что сидит в окружении своей семьи и улыбается. Десять лет спустя. — Просыпайся, соня, — пропел над ним голос. Уилл проворчал и залез под одеяло с головой, его ничего не волнует, он просто хотел поспать ещё: — Милый, тебе пора вставать. — Ладно, ладно... — Уилл, вылезает из-под покрывала, и встречает своего улыбающегося парня. — Ого, посмотрите кто это! — восклицает Майк. Сейчас слишком рано для Уилла. — Я ужасно скучаю по тем дням, когда ты не был жаворонком. — снова ворчит Уилл, буквально заставляя себя подняться с кровати. — Ммм, нет, ты не скучаешь, мы тогда постоянно опаздывали. Теперь мы опаздываем только если решаем заняться сексом именно тогда, когда на это действительно нет времени. — Напомни-ка мне ещё раз, зачем нам вставать аж в девять утра? — зевает Уилл. — Все сегодня придут на новоселье; мы, если помнишь, купили наш первый совместный дом, поэтому нам нужно прибраться, потому что сейчас всё выглядит так, будто тут ураган прошёлся. — напоминает Майк, подталкивая Уилла к ванной. —Хорошо, хорошо, иду... я могу как-нибудь убедить тебя присоединиться ко мне? — Как бы я ни любил тебя мокрым, но кто-то должен вывести Скайуокера на прогулку, пока он снова не помочился в холле. — объясняет Майк, и их щенок оживляется, когда слышит свою кличку и направляется к закрытой двери спальни, и бьёт по ней лапами. Майк поднимает брови, а Уилл только качает головой и идёт мыться. Пока Уилл принимает душ, он думает о этих десяти годах и не может поверить, что наконец-то они с Майком здесь. У них есть свой дом, не самый большой, но это их дом. После школы они оба поступили в колледж в Чикаго, Уилл — на факультет изобразительного искусства, а Майк — на писателя. Его партнёр сейчас работает над своим вторым романом, а Уилл устраивает выставки, ещё он работает преподавателем в местном ЛГБТК-центре. Сейчас они живут в пригороде недалеко от города, куда через несколько часов и съедутся все их родные и друзья. Они живут здесь уже три месяца, но Майк хотел приберечь новоселье на лето. Это будет первый раз почти за два года, когда все снова соберутся вместе. Уилл рад предстоящим выходным, хоть и знает, что к их концу будет полностью измотан. Он быстро одевается после душа и не удивляется, услышав звонок в дверь, пока готовит завтрак для себя и Майка. Судя по тому, что Скайуокер сейчас грызёт кость у ног Уилла, он уверен, что Майк заперся в своем кабинете, чтобы передохнуть несколько минут перед началом балагана. Открыв дверь, он не удивляется, увидев на пороге Стива и Эдди. Они живут всего в двух улицах отсюда, как раз они и помогли им найти это место. Если бы вы спросили Уилла десять лет назад, думал ли он, что Эдди Мансон когда-нибудь купит дом в пригороде, он бы рассмеялся. Но Эдди, по-прежнему ходящий со своими кудрявыми длинными волосами, и Стив были счастливы здесь, и это была одна из причин, по которой они с Майком переехали в этот район. — Каким образом вы уже проснулись? — удивляется Уилл, приглашая их войти внутрь. — Твой парень заставил нас пообещать, что мы приедем помочь убраться, чтобы ваш дом, цитирую: «Не выглядел так, будто тут ураган прошёлся», — Стив осматривается, держа руки на бёдрах. — Да, Байерс, нужно, чтобы всё выглядело просто идеально. Разве мама Уилера не должна приехать? — спрашивает Эдди. Уилл вздыхает и кивает головой. Майк ждал до колледжа, чтобы признаться матери, что он во-первых: бисексуал и во-вторых: состоит в длительных отношениях с Уиллом. Она восприняла это не очень хорошо, только чуть больше года назад она связалась с ними, получив их номер телефона от Нэнси. Они с сыном разговаривали по телефону раз в неделю, но до сих пор она не приезжала к ним в гости. Сейчас они вместе с Холли приехали, но к счастью остановились не здесь, а в городском отеле. — Не напоминай мне, Майк был очень взвинчен из-за этого. — Я поговорю с ним. — успокаиивает его Стив, и Уилл кивает в сторону кабинета Майка. Он никогда не думал, что доживёт до того дня, когда Стив и Майк так сильно подружатся, но он полагает, что так бывает, когда у вас обоих родители гомофобы. — А ты поможешь мне закончить завтрак. — Уилл приказным тоном подзывает Эдди к кухне. Через несколько часов на их заднем дворе оказывается очень много людей. Уилл заканчивает разговор со своими близкими друзьями из колледжа, когда замечает, что его сестра и Дастин проходят через раздвижные стеклянные двери. Извинившись, он подбегает к ним и заключает Эл в крепкие объятия, чуть приподнимая её и кружа, наслаждаясь её смехом. — Уилл, отпусти меня! — Прости, я просто так рад вас видеть. — извиняется Уилл, притягивая Дастина для объятий. — Мы тоже по тебе скучали! Ну и где твой парень? — спрашивает Дастин, и Уилл машет рукой через задний двор, где Майк общается с Лукасом, его невестой Жасмин, Стивом и Эдди. — Я занимаюсь грилем, так что он один там общается. — Макс уже здесь? — спрашивает Эл, оглядываясь по сторонам, ища глазами свою лучшую подругу. — Ага, последний раз я видел её, когда она разговаривала с Нэнси о той огромной статье, что она опубликовала в «Post» на прошлой неделе, — отвечает Байерс и Эл отходит от них. Уилл видит, что Дастин не возражает: — Как она? — спрашивает он, когда девушка скрывается из виду. — Хорошо, это... были тяжёлые несколько месяцев, но с ней всё будет в порядке. Ты же знаешь Эл сильнее всех нас вместе взятых. — рассказывает Дастин, глядя на свою жену с такой любовью, что Уиллу кажется, будто он тут немного лишний. После событий в изнанке Эл снова связалась со своей тётей и матерью, а восемь месяцев назад тётя скончалась от рака груди. Мама теперь находилась в доме престарелых, её состояние не поддавалось лечению, и даже Уилл не мог помочь, и Эл всегда говорила ему не переживать из-за этого, наоборот, благодарила за то, что он итак много для неё сделал. — О, да, это так. И возьми пиво, составишь мне компанию, пока я буду следить, чтобы бургеры не подгорели. Я хочу услышать о твоей новой работе? Думаешь это действительно стоит того? — Будем надеяться, что да, это выглядит многообещающе. — Давно хотел спросить, что за название такое — «Google»? — интересуется Уилл. — Это игра слов, «Googleplex», никогда не знаешь, вдруг эта штука действительно изменит мир. Уилл смеётся. Он обрадуется если то, над чем работает Дастин в Калифорнии, станет большим делом. Его друг — практически признанный гений, окончивший Стэнфорд будучи лучшим в своём классе. Они болтают ещё некоторое время, пока Дастина не подзывает Робин, и Уилл остаётся один у гриля на несколько минут, а потом рядом возникает его парень. — Еда почти готова? — Почти, а ты как, хорошо проводишь время? — Да, и признаться, с нетерпением жду, когда наши друзья по работе и колледжу разъедутся, и тогда начнется настоящая вечеринка. — Майк, вскидывает брови. Уилл смеётся над его движением, но вообще считает точно так же. Ему нравятся друзья, которых они приобрели после окончания школы, но он хочет провести остаток ночи с самыми близкими и родными. — Ой, ты просто хочешь удивить всех кампанией D&D, которую так хитро спланировал с Эдди. — раскалывает его Уилл. — Кто? Я? Да я бы никогда! — Ага, ну да, конечно. — Уилл, нежно целует его. Даже спустя десять лет он до сих пор не может поверить, что у него есть Майк, не может поверить, что они так далеко зашли (они предпочитают не вспоминать о той долгой, ужасной неделе, которую Уилл и Майк провели в разлуке, когда им было по двадцать лет), и он хочет прожить всю оставшуюся жизнь с ним. Бо́льшая часть гостей уходит в течение следующих двух часов, и остаются только ребята из Хоукинса. Майку не требуется много времени, чтобы привлечь всех к кампании D&D, все садятся в гостиной кто куда и улыбаются. Даже Макс играет, что вообще-то делает редко, да и Эл с годами стала чаще играть, но Макс по-прежнему присоединяется только в особые дни. Лукас, к всеобщей досаде, только что выкинул четыре и получил серьёзное ранение от дракона, охраняющего пещеру, в которую они пытались попасть. Майк просто ухмыляется за своей доской ДМа, и Уилл точно может сказать — ему ужасно нравится этот хаос. — Уилл, может тоже попробуешь? Нам нужна всего лишь семёрка или выше, чтобы пройти мимо дракона. — объясняет Эл, и Уилл кивает. — Дракон замечает приближающегося к нему священника и лениво на него смотрит, размышляя, а сможет ли этот человечишка превзойти его в силе, не многим удавалось пройти мимо него, но сможет ли этот? — громко рассказывает Майк, пока Уилл встряхивает кубик, а потом пускает его в полёт, вызывая оглушающее заклинание. Уилл с тревогой наблюдает, как кубик перекатывается и выпадает четырнадцать, вызывая по всему столу одобрительные возгласы. — Да! Кажется я всё ещё хорош в этом! — радуется Уилл. — Уилл Мудрый оглушает дракона и вместе с остальными членами команды медленно подходит к пещере. Внутри он видит что-то золотое и сверкающее, осмелится ли он проверить что это? — Что думаете, стоит рискнуть? — спрашивает Байерс у группы. — Так, у тебя же есть ещё очки? — интересуется Дастин, глядя на него с блеском в глазах. — Давай, ты точно должен пойти на это. — уверяет Лукас. — Ладно, я пойду и проверю. — заявляет Уилл Майку, который улыбается и бросает кости — выпадает подходящее число. — Уилл Мудрый проходит вглубь и удивляется, когда понимает, что это сверкающее золотое кольцо. — продолжает Майк, доставая из-за доски мастера чёрную бархатную коробочку. Уилл открывает рот в немом удивлении, когда парень показывает её содержимое и видит там золотое кольцо. — Охренеть, Майк. — только и может сказать Уилл, наблюдая, как его парень, любовь всей его грёбаной жизни, смущённо улыбается и обходит кофейный столик, чтобы теперь держать коробочку с кольцом прямо перед ним. —Уилл Байерс, я люблю тебя. Я не думал, что когда-нибудь смогу любить кого-то так сильно, как тебя. Ты самый удивительный человек, которого я знаю, и, да, сейчас это не законно, но надеюсь, что когда-нибудь мы сможем это сделать. И когда этот день настанет, я хочу иметь возможность называть тебя своим мужем. Так ты... выйдешь за меня? — Да, неужели ты думал, что я скажу что-то другое? — отвечает Уилл сквозь слёзы счастья, что наворачиваются на глаза. Улыбка Майка ослепительна, пока он говорит это, и Уилл притягивает его к себе для поцелуя под одобрительные возгласы окружающих. В какой-то момент он понимает, что Майк надевает кольцо на его палец, но он смотрит только на своего жениха, коим является Майк. Майк Уилер, чёрт возьми, его жених. Все окружают их в групповом объятии, и он точно слышит, как Дастин предлагает открыть шампанское. — Что бы ты сделал, если бы я не выбил нужное число? — спрашивает позже Уилл, когда они остаются наедине. — Возможно, тут немного помогла Эл. — ухмыляется Майк, и Уилл смеётся, потому что, ну конечно же, все их друзья были тут замешаны. — Ладно, я прощаю тебя в этот раз. — Только в этот раз? — А ты планируешь взять за привычку делать мне предложение? — Я думал об этом. — рассказывает Майк, заставляя Уилла покачать головой, но всё равно целует своего жениха. — Я действительно люблю тебя, Майкл Уилер. — Я тоже очень люблю тебя, Уильям Байерс, и это навсегда так останется. — «Навсегда» — звучит идеально. — соглашается Уилл. Он сворачивается калачиком рядом с Майком и мечтает, чтобы молодой он увидел их сейчас. Он хотел бы вернуться назад и сказать тому испуганному одинокому пятнадцатилетнему мальчишке, плачущему в кузове фургона с пиццей, что всё будет хорошо, что однажды все его мечты сбудутся. Ему просто нужно продержаться ещё немного. Это был лишь вопрос времени.