Добро должно быть с кулаками.

Лена уставилась на чёрный экран своего смартфона и подняла взгляд в окно. От такси, в котором минутой ранее скрылась её сестра, и след простыл. Грустно поджав губы, она покрепче сжала телефон и, забрав курточку с вешалки, вышла на улицу. Морозный ветер сразу же напомнил ей, где она находится, заставляя застегнуть куртку и накинуть капюшон. Выдохнув, она разблокировала телефон и набрала знакомый номер. — Да, — послышался сонный голос на том конце провода. — Зря я сюда поехала, — обречённо сказала Лютор, пряча ледяные ладошки в рукавах. — Я сейчас открою и второй глаз тоже, — серьёзно проговорила Зелина. — Сделаю кофе, и ты мне всё расскажешь, идёт? — Угу, — с грустной улыбкой на губах проговорила Лена. ** Миллс на другом конце города, как только вышла на улицу — поёжилась от холодного ветра, но даже это не смогло отрезвить её. — Карета подана, — прижавшись к спине брюнетки, мягко произнесла Эмма, поворачивая их к белому пикапу Toyota Tacoma. Реджина облокотилась на сильное тело позади себя и посмотрела на огромную машину перед собой. — Ты обладаешь магией? — повернув голову и касаясь щеки блондинки губами, спросила девушка. — Ум? — прикрыв глаза и наслаждаясь таким приятным контактном, то ли простонала, то ли проговорила Свон. Брюнетка опьяняюще улыбнулась, провела языком между губами, затем прижалась поближе и коснулась губами уха своей новой знакомой. — Моя шпилька только смотрится сексуально, на деле она очень не практична, — договорив это, она прикусила мочку уха блондинки. Удержавшись от рычащего звука, Эмма закатила глаза и, взяв девушку за руку, потянула за собой. Остановившись и открыв дверцу, она приподняла брови в поддразнивающем жесте, нахально улыбнулась, не показывая белоснежных зубов и, потянувшись к опоре, отодвинула дополнительную ступеньку. После подала руку брюнетке и помогла ей беспрепятственно залезть на пассажирское сидение. Карие глаза встретились с серыми, и их стало тянуть друг к другу, будто бы магнитом. Запрыгнув на эту самую дополнительную ступеньку, Эмма пригнулась и, просунувшись в салон, притянула брюнетку за лацканы пальто и страстно впилась в её губы. Реджина вцепилась ногтями в затылок девушки и стала так же страстно отвечать. Спустя минуту жарких поцелуев, горячего дыхания и блуждания рук, Свон отстранилась и, облизывая губы, попыталась привести дыхание в норму. — Если тебя так впечатлила моя машина, тогда ты будешь просто в восторге от моего дома. — Заинтриговала, — проводя кончиком языка по верхней губе, хрипло произнесла Реджина. От этого действия всё тело Эммы покрылось мурашками. Закатив глаза, она спрыгнула, закрыла дверцу, обошла машину и уселась на своё место. Заведя мотор, она кинула мимолётный взгляд на самую красивую женщину, которую когда-либо видела, и направилась к своему дому. ** — Как я могу рассказать ей про мужа, если это разобьёт её сердце? — раздражённо спросила Лена, медленно шагая и скрепя снегом под ботинками. — А как ты можешь позволить ей обманываться и дальше? — устало спросила Зелина, допивая уже четвёртую кружку кофе. — Я так устала, — останавливаясь и прикрывая глаза, сказала на выдохе брюнетка. — Дорогая, хватит морозить свою задницу на холоде, — мягко произнесла Джонс. — Прошу, отправляйся в свой номер, прими ванну и когда будешь в постели под миллионами одеял, набери меня. — Давай уже завтра, — зелёные глаза наткнулись на табличку «Сияние» — Я уже у гостиницы… ты права, мне нужен отдых, — нагло врали пухлые губы. — Тогда до завтра, сестрёнка, и прошу, попытайся абстрагироваться! Мы обязательно найдём выход из ситуации. — Да, ты права, — задумчиво протянула Лютор, подходя ближе к входной двери. — Я люблю тебя, — добавила она еле слышно, но эти слова были услышаны. — И я тебя люблю, хоть ты сменила фамилию. — Кто бы говорил! — Да как ты смеешь? Я это сделала после тебя, поэтому это не считается! — Нет, этого разговора я не выдержу! — театрально запричитала брюнетка. — Пока, — сказала она, после чего отключилась и зашла в кафе. Лена застала Кару переворачивающую последний стул. Девушка так очаровательно морщила нос, когда её взгляд наткнулся на жевательную резинку на обратной стороне стула, что Лютор не смогла сдержать нежной улыбки. Бормоча себе что-то под нос, Кара достала салфетку из кармана и принялась сдирать жвачку. — Думала успею до закрытия, — как можно мягче сказала Лена с лёгкой улыбкой на губах. Блондинка выронила салфетку и подняла обеспокоенный взгляд на нежданную посетительницу. — Лена… — прошептала она беззвучно. Зелёные глаза встретились с голубыми, и Лютор утонула в этом бушующем океане. Из-за нервозного состояния Кары казалось, будто бы на вечно спокойном лазурном побережье начинается буря. Но Лена с такой готовностью была готова войти в эту пучину, что даже этот шторм казался ей самой желанной штукой в мире. — О, а ты не говорила, что у нас клиент, — весело произнес Френки, заставляя девушке прервать зрительный контакт. — Я тогда сейчас, — он начал стягивать шарфик и расстёгивать курточку, показывая жестом, что готов вернуться на кухню. — Нет-нет, — поспешила остановить его брюнетка, — Я уже ухожу, — дружелюбно улыбнувшись, добавила она. — Глупости! — высоким голосом произнесла Кара, поспешно хватая гостью за руку. — Оставайся! Я ведь обещала однажды приготовить тебе своё фирменное блюдо, — со слабой улыбкой добавила девушка, в глазах которой было столько надежды и нежности, что Лена не смогла отказать. — Тогда я вам не нужен? — спросил повар, который уже почти скинул свою серо-красную куртку. — Нет, Фрэнки, всё хорошо, ты можешь идти. Мужчина очаровательно улыбнулся и, сделав шаг, притянул её в свои объятия. Лена сдержалась дабы не рассмеяться от того, что Кара практически исчезла из виду, барахтаясь в расстёгнутой курточке Фрэнка. Однако, когда он подошел к ней с распростёртыми объятьями, ей стало не до смеха, но сделать она ничего не успела. Оказавшись в жарких тисках, она всё же рассмеялась. — Объятия — очень важны в жизни! — пояснил повар с очень суровым видом. — До свидания, дамы, — добавил он и, открыв дверь, скрылся в густоте ночи. — Что ж, — одновременно сказали девушки, после чего неловко рассмеялись. — Давай я помогу, — первой успокоилась Кара и, подойдя, помогла ночной гостье снять курточку. — Спасибо, — тихо произнесла Лена, чувствуя себя невероятно смущённой. Дэнверс волнительно улыбнулась и робко посмотрела на брюнетку. — О, Бога ради! — не выдержала Лютор. — Я не должна была тебя целовать, прости! — прикасаясь к плечу девушки, с нервной улыбкой сказала она, а когда увидела, что Кара собирается что-то сказать, подняла вверх руку, показывая жестом, что не договорила. — Кара, мне нравится с тобой проводить время, правда! Кроме моих сестёр у меня нет подруг, и ты стала глотком свежего воздуха. Я правда не должна была целовать тебя. Просто я поддалась эмоциям. Ты должна меня понять! — изогнув брови, уже более устаканившимся голосом добавила она. — Этот день был просто великолепен и эти эмоции… и вообще, я не лесбиянка, — проронив смешок на последнем слове, закончила свой монолог Лютор. — День был и вправду великолепным, — спустя полминуты, которые для зеленоглазой показались вечностью, произнесла блондинка, неуверенно улыбаясь своим словам. — И я тоже не лесбиянка! — горячо добавила она, даже не осознавая, что затаила дыхание. «И я вообще-то замужем! Вот что нужно сказать!», — твердил голос в голове блондинки, но она предпочла сделать вид, что не слышит его. — Господи, это было так неловко, — улыбаясь, произнесла Лена, чьи плечи расслабились, лицо приняло более мягкие черты, а язык тела так и говорил том, что она чувствует себя комфортно. — Это точно, — сдвигая брови к переносице и глупо улыбаясь, поддакнула Кара. — Я не потеряла своего друга, мисс Дэнверс? — серьёзно спросила Лена, протягивая девушке мизинец. — Ни в коем случае! — слишком быстро ухватившись за палец, она чуть не сломала его, но брюнетка не подала виду. — Замечательно, тогда жду коронное блюдо. — Пойдём, ты удостоишься чести наблюдателя, — горделиво и слегка наиграно-высокомерно произнесла Кара, подхватывая подругу под руку. — Замечательно, — улыбнулась Лена. ** — Впечатляет, — произнесла Миллс, когда они подъехали к дороге, которая вела к поместью Свон. Через призму лобового стекла был виден весь дом. Казалось, будто бы они приехали к дому из новогодней сказки. Всё вокруг светилось в разноцветных гирляндах, во дворе перед домом стояли различные фигурки зверей, обмотанные теми же гирляндами. По краям аккуратной тропинке к широкому крыльцу стояли кролики в красных шапках. Но главное рождественское украшение было на крыше. На ней красовалась упряжка Санта Клауса с его оленями. Реджина дважды пересчитала, и их и вправду было девять. Всё это волшебство светилось разноцветными огнями, что манило и заставляло сидеть с приоткрытым ртом. — Ммгг, — самодовольно улыбнулась Свон, наслаждаясь реакцией. Девушка открыла дверцу и, выйдя с машины, хотела пойти и открыть дверь своей даме, но тут её сбили с ног. Миллс аж прикрикнула от испуга, так как была уверена, что на её новую знакомую напал белый медведь. Впав в ступор, она даже протрезвела и стала в хаотичном порядке думать, что же делать. Секунда. Две. Три, и она жмёт на клаксон. Распугав всех этим звуком, Реджина скидывает шпильки и, переползая на водительское сидение, выглядывает половиной корпуса из машины. — Эмма? — тихо шепчет она, всматриваясь в белоснежную кучу на земле. Не получив отклик, она вновь сигналит и вновь выглядывает, но на этот раз зовёт уже более грозно. — Эмма?! — Я в порядке, — смеясь, сообщает девушка, поднимаясь с земли и пытаясь оттолкнуть от себя огромную собаку. «Это не медведь… всего лишь мастифф!», — откидываясь спиной на сидение, рвано выдыхает Миллс, пытаясь себя успокоить. А если быть точнее, сейчас к Эмме лащился огромный белоснежный Тибетский мастифф. Девушка взлохматила ему шерсть на голове и, подойдя к машине, широко улыбнулась брюнетке, поправляя свою шапку и выглядя в этот момент невероятно свободно и беззаботно. — Оу, что случилось с твоей обувью? — Ничего! — буркнула Миллс, поворачиваясь и наклоняясь, пытаясь дотянуться руками до своих сброшенных туфель. — Эй, ты в порядке? — обеспокоенно спросила Свон, замечая взвинченное состояние брюнетки. — Нужно предупреждать о домашних питомцах! — отталкивая руку и спрыгивая самостоятельно на снег, недовольно сказала Реджина. — Я думала, что на тебя напал медведь! — тыкая в грудную клетку блондинки, эмоционально выдала она. — Для меня такого ещё никто не делал, — подходя вплотную и обнимая пусть и серьёзную, но невероятно красивую женщину за талию, мягко сказала Эмма. Поймав вопросительный взгляд, она добавила: — Меня ещё никто не спасал от медведей. — Знаешь что? — чуть ли не обиженым тоном начала Миллс, но её рот тут же закрыли наглым поцелуем. Она попыталась вырваться, но хватка Свон от этого становилась только крепче. Поэтому спустя несколько секунд она сдалась и приоткрыла губы, впуская настойчивый язык в свой рот. — Ты замёрзла, — чувствуя, как холодный нос брюнетки касается её щеки, сказала Эмма. — Пойдём, — беря свою гостью за руку, она хлопнула дверцей и уверенной походкой пошла по аккуратной тропинке к дому. Пёс, который до этого сидел на снегу, настороженно принюхался и медленно пошёл за ними. Внутри дом оказался таким же благоухающим, как и снаружи. Светлый интерьер подчеркивал благосостояние, а мебель, которая была явно сделана на заказ и в едином экземпляре, подчёркивала достоинство дома. — Мисс Свон, Вы вызываете интерес к своей персоне, — кокетливо произнесла Миллс, проводя указательным пальцем по длине подставки над камином. — Только интерес? — тягучим голосом спросила Эмма, которая сидела на спинке дивана и наблюдала за каждым движением брюнетки. Услышав это, Реджина развернулась и соблазнительной походкой направилась к девушке. — Моя очередь играть в игры, — сказала она таким соблазнительным тоном, что низ живота Эммы пронзила сильная дрожь. Лишь благодаря суперсамообладанию девушка не застонала. — Даже так? — хрипловатым голосом спросила блондинка, после чего кашлянула, пытаясь вернуть уверенность. — За каждый правдивый факт о себе ты будешь получать одну вещь из моего гардероба, — медленно расстёгивая пуговицу на рукаве, сказала Реджина, наслаждаясь реакцией девушки. — Я вегетарианка, — выпалила Эмма быстрее, чем следовало. Миллс сняла кольцо и кинула его на диван, чем заслужила понимающую улыбку блондинки, которая принимала её правила игры. — Я лесбиянка, — хитро промолвила Свон, на что Реджина только фыркнула и остановилась. Ей руки застыли на уровне пупка. — Ладно-ладно, в одиннадцать лет я упала с трамплина, и на моей спине красуется небольшой шрам. Реджина расстегнула последнюю пуговицу и скинула блузку с плеч. Шелк приятно обласкал кожу и лужицей упал на пол. — Покажешь? — прошептала она, смотря в малахитовые глаза напротив. — Обязательно, но позже, сейчас я хочу видеть тебя, — сконцентрировано произнесла Свон, блуждая глазами по подтянутому телу Миллс. — Я до жути азартный человек, — сказав это, она проследила за тем, как чёрные брюки спустились на пол. Сглотнув, Эмма остановила свой взгляд на кружевных чёрных трусиках, которые своей прозрачностью не скрывали тонкую дорожку чёрных волос на лобке. Не удержавшись, она прикрыла на секунду глаза и пропустила через себя очередной разряд возбуждения. Чувствуя, как нижнее бельё липнет к телу, она поёрзала на спинке дивана и, подняв взгляд, встретилась с карими, практически карамельными омутами. — В меня три раза стреляли, — закатывая рукав и показывая шрамы на плече, хрипло произнесла блондинка. — Ум, как опасно, — сексуально проговорила Миллс, заводя руки за спину и клацая застёжкой лифчика она освободилась и от этой части гардероба, кинув её себе под ноги. Глаза Эммы заворожено смотрели на аккуратные возбуждённые соски Реджины, а в мыслях она уже припадала к каждому из них губами и покусывала их, дразня языком и зубами. В её трусиках было слишком мокро, чтобы можно было сконцентрироваться на здравом смысле. — Я играю на гитаре, — тихо произнесла Свон, провожая взглядом чёрные трусики, которые медленно спали на пол. Аккуратно переступив через свою одежду, Реджина псевдо-скромно посмотрела в глаза блондинке и успела только ахнуть. Ведь девушка мгновенно подскочила и, приподняв её под ягодицы, понесла в свою комнату. Переступив порог спальни, Эмма припала губами к груди и вобрала столь манящий сосок в рот. Услышав шумное дыхание и тихий стон, она принялась его покусывать и зализывать. Всё так, как она себе и представляла, только в реале это сносило голову напрочь. Почувствовав ногами кровать, она кинула свою ношу на неё и, скинув футболку, завалилась сверху. Она хотела завладеть телом брюнетки, ласкать его ночь напролёт, чувствовать вкус, иметь, растягивать и наслаждаться стонами, но Реджина играла по своим правилам. Оставляя поцелуй на подбородке, она перевернулась и, оказавшись верхом на Свон, уселась поудобнее на её живот и стала медленно двигаться. Чувствовать горячий и влажный центр на коже было до такой степени невыносимо жарко, что Эмма стала двигаться с ней в одном темпе, пощипывая соски Реджины и сжимая упругие груди. Вдруг Миллс резко остановилась и, заведя руку назад, нащупала ремень штанов девушки. Она протиснулась под него и трусики одновременно и скользнула пальцами между гладко выбритыми половыми губами Эммы. Оторвавшись от мягкой кровати, девушка выгнулась в спине и, запрокинув голову, схватилась руками за простыни, выпуская со своего рта удивлённый полустон. — Какая ты мокрая, — сказала Реджина настолько глубоким и интимным голосом, что Свон могла поклясться, что готова кончить только от этого. — Такая скользкая, — продолжала она, скользя пальцами и дразня возбуждённый клитор лишь мимолётными касаниями. Эмма прерывисто поддалась бёдрами вперёд к пальцам, которые вальяжно располагались у неё в трусиках. — И такая нетерпеливая, — надавливая на клитор и начиная его стимулировать круговыми движениями, добавила брюнетка. Эмме понадобилось меньше минуты, чтобы увидеть звёзды под закрытыми веками. Громко простонав, она откинулась на лопатки и, рвано выдыхая, пыталась вспомнить, как правильно дышать. Тем временем Миллс стянула с неё штаны, трусики и, кинув их в неизвестном направлении, вновь оказалась сверху, только теперь прям на пульсирующем центре девушки. Свон вздрогнула от такого и открыла глаза. — Не так сразу, — задыхаясь, произнесла она. — Иди сюда, — добавила Эмма, касаясь ног Реджины и помогая переместиться к своему лицу. Когда колени брюнетки оказались по обе стороны от головы, Эмма провела ладонями по бёдрам, затем по упругой заднице и, приподняв голову, провела кончиком языка между половыми губами. Собирая сок и глотая его, блондинка прикрыла глаза в наслаждении и, сжав ягодицы Реджины, потянула её на себя, заставляя сесть себе на лицо и отдаться умелому языку. Чувствуя, как девушка на ней начала более хаотично двигаться, Свон делает движение корпусом и, поддерживая брюнетку под поясницу, переворачивает её на спину. После чего, оказавшись сверху, подтягивает её на кровати и, расставляя ей шире ноги, усаживается на неё, соединяя их центры. Восторженный стон Реджины был усладой для слуха и Эмма. Устраиваясь поудобнее и придерживая ногу брюнетки, она стала медленно двигаться. По комнате стали разноситься неприличные звуки соединения двух тел с избытком жидкости, и Эмме абсолютно снесло голову. Она стала трахать Реджину с такой скоростью, что спустя несколько мгновений они кончили с такой силой, что в глазах потемнело. Отдышавшись, Эмма оставила поцелуй на пересохших губах Миллс и, встав, подошла к шкафу, достала два бокала и бутылку шампанского. — По какому поводу, мисс Свон? — поднимаясь на локтях, спросила Реджина, любуясь спортивной фигурой девушки. — Мы так и не выпили за знакомство, мисс Миллс, — аккуратно открывая бутылку и подавая пустой бокал, ответила Эмма, после чего наполнила его, а затем и свой. — Тогда на брудершафт? — приподнимая бровь в фирменно стервозном стиле, спросила брюнетка. — О да, — облизнувшись, ответила Свон. Сделав несколько жадных глотков, она расплела их руки и, поставив хрусталь на пол, втянула Реджину в очередной страстный поцелуй. **