Маленький

Бумага. Ручка. Слезы. В последнее время слезы - это спутник от которого очень хотелось избавиться, но он приходил чаще. Эндрю вытер маленькой ладонью лицо и сидя в тёмной комнате при свете одного лишь малюсенького светильника, царапал на бумаге корявыми буквами про мальчика. Точнее сообщение этому мальчику. Он так делал, что бы не показаться слабаком. Потому что дрожь в голосе он не любил. Сегодня приснился кошмар. Маленький Эндрю его сильно испугался, но вот перед ним бумага, ручка и почти что вытертые слезы. Он шмыгнул носом и продолжил писать. В доме было давно тихо. Тихо и совершенно одиноко. Стульчик на котором он сидел лишь слега поскрипывал. Создавая какой-то неживой писк. Иногда он был монотонным и настойчивым, но это очень редко. Эндрю начинал о нем забывать как только писк пропадал. Теперь, когда он слегка успокоился, хотелось с кем-то поговорить, но пока он мог говорить только с мальчиком при помощи бумаги. Мальчика звали Натаниэль. Его рыжие кудрявые волосы и голубые глаза были самыми красивыми из тех, что ребенок вообще знал. Эндрю не помнит кто его так назвал, но мальчик был молчаливый и не заметный для взрослого. Также Эндрю не знал как давно стал с ним общаться. Но сейчас он царапает сообщение Натаниэлю. — Почему ты опять пишешь мне? Разве мы не договорились общаться так? — Эндрю шмыгнул носом,но уже тише и помотал головой. Сейчас нельзя шуметь, потому дописав корявое сообщение, вручил рыжему ребёнку в углу. Натаниэль взял листочек, а потом в голос зачитал: «Привет, ты сегодня надолго?» остальное он даже не заметил, только этот вопрос. — Я тут с тобой всегда. -обижено пробормотал мальчик и его голубые глаза сверкнули в темноте. -Я же твой друг, помнишь? Эндрю помолчал, стараясь успокоиться совсем. — Да, я помню.- он говорил шёпотом, но знал, что тот, кто должен его услышит. Конечно же он помнил. Сейчас ему 12 лет, и не так давно всё покатилось по наклонной, точнее он помнит, то не так давно, но что то усердно не давало ему вспомнить когда именно, но с ним есть Натаниэль. Он рядом, рядом когда кошмар сниться и рядом, когда он происходит. Иногда сидит тихо, иногда держит за руку, но Натаниэль всегда рядом. Просто Эндрю не знал пока что ещё сказать. А говорить хотелось. Хотелось даже кричать, но он знал, что внизу спит чудовище и если он хоть пискнет, то у него будут проблемы. Сбежать не получается. Старая, белая, дверь заперта на ключ, а на окнах решётки. Эндрю не получиться ни открыть дверь, ни пролезть в окно. В последний раз, когда он попытался это сделать, то столкнулся с проблемой высоты. И пока принимались решения, чудище успело заметить чем мальчик занят и заколотил окно, дополнительно к решётке. Но проблема даже не столько в запертой комнате, сколько в том что идти то особо некуда. Их обоих нигде не ждут. — Хочешь, порисуем? Я вот тебе кое-что стащил! -довольно улыбнулся парень рядышком, он достал из замызганной серой кофты какую-то сладость. Вроде пряник, в полумраке плохо было видно, но мальчик и этому обрадовался. — Рисовать не хочу. — буркнул Эндрю, но сладости взял. Это оказалось печенье, такого чудовище ему не приносило, значит это откуда-то с кухни. Натаниэль был смелым, Эндрю давно это понял. Теперь мальчик не только живёт с ним, но и таскает еду. Иногда ещё притаскивает плед, очень красивый, синий со звёздами. И очень мягкий, но чудище всегда это замечает и тогда становиться злее, чем обычно. По этой причине плед они договорились не брать. Чудище никогда не бьёт и не «играет» с Натаниэлем, он его даже не видел. Сам рыжик говорит, что это потому, что Натаниэль друг только Эндрю, никто другой не смеет больше его замечать. Но других тут и не было. Да здесь вообще ничего не было. Ручки и бумага только разве что. Вон стол у окна с решётками. Шкаф с одеждой, там они с Натаниэлем любят прятаться иногда. И обои, некрасивые, жёлтые в полосочку коричневого цвета. И пахли чём-то странным. То ли гнилым, то ли сырым. Нату они тоже не нравились, но в отличии от Эндрю он их зарисовывал. На обоях красовались всякие человечки и завитки. И пускай на обоях ручка рисовала очень плохо, рыжик часто рисовал животных, особенно котят, эти рисунки нравились Эндрю намного больше, чем всё в этой комнате. Живых котят у Эндрю никогда не было, но вот нарисованных как минимум трое. Чудище на это никак не реагировало, а значит можно просто наблюдать за этой выходкой, это не опасно. Ещё есть кровать, с одеялом и подушкой чудь больше чем голова Эндрю. Но мальчишки эту кровать тоже не любят, там происходят «игры» с чудищем. Потому Эндрю просто иногда засыпает в куче одежды что они с Натаниэлем вытаскивают во время пряток в шкафу. Одежда и без того не самая чистая, так что её не жаль. Ему тут плохо, но Нат всегда рядом. Всегда радует чем-то вроде мягких пледов и сладостей и всегда помогает чем может. Эндрю даже завидует что Натаниэль такой смелый и дерзкий, хоть иногда и молчаливый. А вот Эндрю боиться, и сейчас тоже. Он встал из стульца и подошёл к мальчику в углу и тихонько уселся рядом. Пока ещё больно, но он решил терпеть, всё равно этой ночью уже не уснуть, так что лучше грызть печенье и сидеть с Натаниэлем. Печенье оказалось вкусным, даже слишком! Хрустело и крошилось правда, но было вкусно. Лучше чем то что в целом приносило чудище. Эндрю отломил половинку и протянул Нату, но тот покачал головой. — Ешь ты. Вкусно? — Эндрю кивнул, стараясь не ронять крошки на голый пол. Грязный и без того. — Вот и чудно, я тебе ещё такого принесу! — даже с какой-то торжественностью заявил Натаниэль. А ещё он притащит пластырь и чистую ткань. Это мальчик пусть и не озвучил, но блондин давно выучил на что способен его друг. Но Эндрю был рад этому, такого друга сложно найти, особенно когда ты не уходишь из дома дальше, чем собственная комната. Нужно быть честным, так невозможно найти друга, но Нат его нашёл и теперь всем легче, да Эндрю не помнил как мальчик пришёл в его жизнь, но это единственная хорошая вещь в его жизни. И это печенье, оно тоже хорошее и коты нарисованные на обоях. Но Натаниэль пока самый лучший. Когда с печеньем было покончено, а кошмар немного забылся они решили, что сейчас самое время для пряток! Светильник не выключили, без него в комнате совсем грустно и даже страшно. Но Нат был и не против, он тоже не любил темноту и часто бил в окно, которое было забито снаружи решёток. Потому то в комнате всегда была темень. Прятки должны были быть тихими, но Натаниэль случайно перекинул стул. Они на миг застыли, но в доме по-прежнему было тихо. Стул был поставлен на место и они тихо продолжили, но все места где они прятались это были только темные углы, шкаф с одеждой, место под кроватью и стол. Вообще много где можно залезть когда ты маленький. Но и такие места со временем наскучивали. В этот раз им тоже очень скоро надоело, потому они завалились на одежду сброшенную на пол. Они были немного потными, но это не страшно, хотя бы потому что в этой комнате мало когда находилось что то по настоящему чистое. Так что они тихо отдыхали. — Сегодня пока тащил печенье увидел на кухне телефон! — ни с того ни с чего поделился Нат. Он иногда так делал с тех пор как появился. Но Эндрю трусил даже слушать об этом, потому что даже если он знал что в низу есть телефон то позвонить было некому. Никто его не заберёт, а если и заберёт то лучше не будет. Даже не стоит и думать что могло бы, иначе можно сильно расстроиться. — Бросай эти глупости, мне звонить не кому. А тебе? Натаниэль не задумывался. — Нет, нету. -Эндрю знал что Нат не грустит по этому поводу, друзей ни у одного из них больше не было, и другого дома кроме этой комнаты с грязным полом и забитым окном тоже. Взрослых, что могли бы приглядывать за ними тоже не нашлось, братьев или сестёр так и не появилось. За четыре года, что Эндрю тут пробыл это перестало быть грустным, наверное, потому что Нат тоже не грустил. Но Нат был смелым, а Эндрю был не таким. Эндрю хотел плакать от кошмаров и не мог уйти сам за печеньем. Чудище говорило, что достанет его всюду, если Эндрю выйдет. А в это мальчик верил. — Хм. Вот и я о том же. Нат, а ты в школу когда-то ходил? — тихо спросил Эндрю. — Нет, даже думать об этом не думал. А ты ходил. — Нат знал о всём что когда-то было с Эндрю, но они всё равно иногда говорят о школе, приюте, родителях… не то что бы это было интересно, но больше тем было мало. Почти не было, только книги ещё. Но их уже почти зачитали до дыр. -Только не долго, там много детей, не таких как в приюте. — Я и в приюте не разу не был. Не знаю какие другие дети. — Ну меня же ты знаешь. — возразил Эндрю, хотя понимал что это плохое сравнение, он знал что другие дети живут не так, что их дома отличаются и не только тем что в домах окна не забиты, а печенье не приходиться воровать. — Да, но ты не другие. Другие наверняка не захотят смотреть со мной на звезды. — Нат имел в виду то что нарисовал однажды на потолке. Эндрю тогда жутко досталось от чудовища за выходку с пледом, и на теле прибавилось синяков. А Нат придумал эту штуку с потолком, они туда едва смогли достать, а когда достали нарисовали подобие звёзд и планет, они и названия им придумали, и жителей. На одной из планет Нат пообещал поселить чудище, запереть его с такими как он сам и никогда не отпускать. В этом они сошлись мнением. Эндрю тоже хотел запереть чудище, потому что оно обманывает, делает больно и никогда не останавливаться. Этим он тоже отличается от других детей. — Ну другим эти звезды не к чему, они не понимают насколько они особенные. -Да. Но я сказал о телефоне не по потому что хотел что бы ты кому-то звонил, я кое-что слышал. Чудовищу кто то звонил и я услышал секрет. У чудища много секретов, Эндрю и Нат один из таких, эта комната одна из таких и ещё очень много. Хотя Натаниэль скорее секрет Эндрю, это даже как то уютнее, но он тоже все еще в этой комнате. Так что было не удивительно что есть ещё что то. Эндрю сел на куче одёжи и прислонился к стене, уже смотря на Ната. Тот продолжал тихо говорить. — Это секрет для тебя тоже. Был. Вот ты когда то думал о брате? Странный вопрос, но Эндрю не думал, не смел и мечтать. Но друг то у него появился, значит ничего удивительного что мог появиться и брат. Но это значило бы что чудище будет мучать уже их двоих… Эндрю почему-то хотелось расплакаться от этой мысли. — Не хочу брата. — прозвучало зло и обидно, но Нат всё понимал. — А чудище хочет. Он хочет такого же как ты. Я слышал что у тебя есть брат и он очень, очень похож на тебя. Думаю чудище собирается притащить и его сюда. — У меня в приюте не было братьев, откуда ему взяться, брату? — Я пока не знаю что да как, но я знаю имя! Чудище много раз его повторило, оно точно собирается «играть» и с ним. — заговорческим шёпотом произнёс Нат. Ему тоже стало тошно он своих слов. Имя. Нат знал имя мальчика что был похож на Эндрю и которого хотели сделать таким как он. Хотели запереть его, мучать. Но у Эндрю по прежнему был Натаниэль, а у того мальчика? Наверняка такой роскоши у него тут не будет. И всё бы ничего, но Эндрю знал, стоит этому мальчику тут появиться, как всё приобретёт другой смысл. Верить в это не хотелось, но Нат ему точно не врал. Он никогда не врёт как бы худо не было. А значит чудище и вправду хочет притащить сюда кого-то. Может это не брат Эндрю и Нат что то напутал, но ребёнок. Ещё один ребёнок тут. Это всё еще дикий кошмар. Эндрю подтянул колени ближе к себе и спрятал там лицо. Стало даже страшнее чем от кошмара. Всё тело стало мелко подрагивать. Но он старался не сдаваться и говорить уверенно. — Думаешь мы можем что то сделать? Я не хочу что бы кто то сюда попал, я не хочу быть тут. — Я думаю что у мальчика должно быть есть родители, и если мы поможем ему то он поможет нам! — Нат всё ещё шептал и видел как страшно Эндрю, но он храбрился за них обоих. -На кухне есть фотография, он твоя точная копия, я достану фото что бы ты посмотрел. Это может быть нашим шансом.-так вот к чему всё это. Конечно Нат не хочет помогать тому другому, он всегда думал прежде всего о них. Если сбежать с этим мальчиком, то можно вернуться вместе с ним, к людям этого мальчика, а там что то придумать, но мальчик это ключ к дверям его комнаты. Это выход. И пусть идти к незнакомцам плохая идея,но всяко лучше чем то что есть сейчас. Надежда. Единственное что всё ещё большая преграда, это чудище. — Натаниэль, ты не… — Я знаю что страшно, но ты только подумай. Мальчик тут появиться, он будет драться и тебе от этого не лучше, ты знаешь правила, а он их и слушать не станет, он все равно будет выбираться, а если мы поможем то у нас выйдет! Мы уйдём отсюда навсегда! У нас будет настоящий кот и печенье. А ещё самый тёплый плед, никто не будет больше делать больно. Дрю, подумай. Тихо говорил Нат и не смотря на весь ужас он подумал. О котах, печенье и пледе. О том что забрать это никто не сможет и стало легче. Совсем на немножечко. На мгновение он захотел этого… конечно делать этого нельзя, потому что то о чем он сейчас подумал, просто невозможно. Этого не произойдёт, никогда. Но с Натаниэлем так всегда. Он умеет заставлять думать и делать. Это самое страшное. Эндрю не хотел отвечать. Но никто и не требовал. Нат подсел прямо ему под бок и замолчал. Но даже если в комнате было тихо, Эндрю думал о том мальчике. Нат сказал что они похожи, но Эндрю давно не уверен как выглядит сам, зеркал не было даже в той подобии ванной комнаты, так что приходиться доверять слову Ната. Он стал задумываться о том какой именно у него характер, и как он живёт. Как такой же как Эндрю, но не он читает книгу где-то у дерева. Общается с кем-то кто был ему другом. Он думал о его одежде, комнате, родителе это не вызывало каких-то особых чувств но очень скоро благодаря этим мыслям Эндрю уснул. Проснулся от того что тело возле него исчезло. Это был Натаниэль, но Эндрю всё равно напрягся. -Спи, ещё пока можно. — сказал парень, но когда Эндрю открыл глаза в комнате уже не было никого. Он поспешил встать и подергать дверную ручку, она была ржавой, а дверь по прежнему запертой. Наверняка Нат ушёл за обещанным печеньем, пластырем и фотографией. Хотя последнего Эндрю и не просил, но Нат это принесёт. Думать о другом уже не получалось. Он помнил как первое время в этом доме мечтал о том что бы вернуться, помнил о всяких разных семьях и о Кесс, о ней помнил очень много, с ней в его жизнь пришло чудище. Но тогда он еще не думал о нем как о чудовище. Тогда это все было одним большим шансом на будущее где его будут любить. Тогда это были теплые обьятия и нежные слова. Сладкий запах булочек, трепетные прикосновения. Музыка с радио. Теплая постель. Дом.О таком он боялся мечать снова.. Но что бы не сойти совсем с ума все же начинал,мечтал о разных вещах пока валялся на кровати или был пристёгнут где-то к мебели, пока лодышки стирались в кровь. Со временем это всё пропало, воспоминания, вера, Кесс, но осталось чудище, а потом явился Натаниэль. Вот он начал менять многое. Да его по прежнему держали на привязи, дергая за ошейник, но с Натом ошейник перестал так давить и со временем всё стало терпимее. Кроме обоев, они всегда отвратительные. Но вот теперь этот мальчик. Он тоже пройдёт всё это, будет сперва рыдать, потом думать что его найдут, потом будет просить, а потом потеряет всякую надежду. Но может быть и иначе, на словах всё просто, Нат предлагает просто взять и сломать всё это, но это не просто и никогда не было. Голова уже болела от придуманных вариантов. Они никогда в серьёз не говорили о побеге. Хотя бы потому что вернуться к Кесс нельзя, она вернёт его чудищу. А любой другой и слушать не станет, ему не поверят. Замкнутый круг. А вот появляется ещё кто-то. Этот ребёнок уже начинает менять всё, а ведь ещё даже не появился. Страшно представить что их ждёт. Эндрю не волновал он сам, больше было страшно за Натаниэля. Пускай чудище его не видит, но мальчик то точно будет знать о нём. Это Эндрю совсем не нравилось. — Дрююю, ей ей! — Эндрю посмотрел на Ната, у него была полная кофта всего. Точнее печенья. Его там была куча. И отдельный пакет с прочим. Там же была и фотография, но её видно не было, Эндрю просто знал что если попросит то он её покажет. — Я снова попустил момент когда ты пришёл. — Эндрю всё ещё сидел в той же куче одежды и с листом бумаги. Он там писал что думает насчёт мальчика. Эндрю отказывается принимать его как брата. Нат ему улыбнулся и сел рядом. Разложил всю провизию, а потом пошёл и подпер запертую дверь стульчиком, что бы им не могли неожиданно помешать. Хотя это бесполезно. Дверь для чудища совсем не преграда, да его и не было дома, иначе Нат бы не ушёл за печеньем. В этот раз они кушали его вместе, запивать было нечем, но ребят это не беспокоит. Сегодня печенье было даже лучше на вкус. Наверное это из-за того что Эндрю больше не ел сам. Хоть они и молчали, но Эндрю знал что Нат думает о мальчике как и сам блондин. Все-таки рыжий знал куда больше о нём и слышит многое. Просто Эндрю не всегда просит об этом говорить. Но кажется эта ситуация просто тупиковая, если чудище приведёт мальчика, Эндрю не хочет что бы ему было так же плохо. Если мальчика будут искать, то они помогут найти его, а потом и себя, а дальше Эндрю позаботиться о них с Натаниэлем, потому что Нат не бросает его здесь одного. Решение принято. Если справятся здесь, то справляться и везде. — Нат? Покажешь фотографию? — Нат жевал печенье, потому улыбка вышла довольно странной, но фотографию он достал. Фотокарточка смотрелась в руках странно, но более странно смотрелось лицо оттуда. Блондинистые волосы спадали на глаза. Мальчик не выглядел грязнулей или забитым, скорее хмурым. На нём были очки в круглой оправе, в руках кепка. Он не смотрел на того кто фотографировал. Карие глаза смотрели куда-то влево. Навряд ли мальчик знал кто его фотографировал. На нём были простые чёрные штаны, белая футболка и рубашка в синюю клетку. Изображение было слегка размыто, а на плече мальчика был портфель. Ничего особенного, но Эндрю настолько давно не видел других людей кроме Натаниэля, что теперь смотрел не отрывая взгляда. Он подумал о том как этот ребенок будет выглядеть тут, среди этих паршивых обоев. Картина ему тут же не понравилась. — Вы очень похожи. — тихо сказал Нат. И только после этого Эндрю отложил фотографию. — Как его зовут? — стоило задать вопрос, как Эндрю тут же запихнул в себя печенье, больше оно не казалось таким вкусным, но это и не важно. — Аарон. «Аарон». Теперь у мальчика из его мыслей есть имя и лицо. Он больше не похож на что то бестелесное и серое в его мыслях. Теперь Эндрю знает что это Аарон, он носит очки, ходит в школу и возможно имеет друзей. Он ходит по улице, возможно у него есть родители, и он совершенно точно не такой как Эндрю. Теперь блондин думал какой у Аарона характер. Может он плаксив, а может наоборот никогда не проявляет слез. Может боиться чего-то как Эндрю. А может смелый как Натаниэль. Хотя второе точно нет, таких как Натаниэль нету больше во всём мире. Значит Аарон точно не такой. Было интересно примерять на мальчика разные роли, но ничего долго не держалось. Он витал в мыслях и не отпускал фотографию. Руки уже дрожали,но он не отпускал. — Что думаешь? — Нат не должен был спрашивать, потому что знал что он думает. Но он спросил что бы тот озвучил. Эндрю глубоко и судорожно вдохнул. Решение принято. Решение принято. Принято. — Мы поможем ему. А потом себе. Плевать на всех остальных. Чудище исчезнет, а у нас будет кот, плед и печенье. Аарон будет там где ему место. А мы там где нам. Решение принято. — в мыслях это звучало иначе, но теперь когда было озвучено Эндрю всё равно не верил в эти слова. А когда повернулся к Нату, понял что он верит. — Да! Коты, плед и свобода! — он хищно улыбнулся. — я пока ещё не нашёл ничего для нашего побега, нооо к приезду Аарона нужно готовиться. Эндрю кивнул, хотя пока и не представлял как избавиться от чудища. Тело болело ещё после его прошлого визита, не говоря уже о будущих. И хотя я это было мерзко но стабильно. Подумав об этом Эндрю разозлился и выплюнул — Вот бы размазать ему чём-то голову. — Или сжечь! А лучше и то и другое. Тогда он точно никому не станет мешать! -поддержал рыжий и это вдруг стало похоже на их игры. Как в тех зачитанных до дыр книгах. И хотя ничего весёлого в этих мыслях не было, но Эндрю просто хотел действовать и думать что может повлиять на что то. Хотя бы ради Натаниэля. *** Но действовать они начнут ещё не скоро. Сам план они придумали за ночь. Но вот с утра их ждал неприятный сюрприз. Чудище вернулось. И неприятнее всего было то что Эндрю вытащили в ванную комнату, после чего раздели запихнув едва не в кипяток и пристегнули там за лодыжку. Второй конец цепи был приделан к кафельному полу. А то что было на лодыжке ужасно натирали и болело. Но Эндрю старался отмыться как можно быстрее, и Натаниэль ему с этим помогал. Он отмывал волосы, а Эндрю занимался остальным, несмотря на горячую воду. Синяки темнели, а остальные раны болели, но они делали всё быстро. Быстро и аккуратно. Точнее Натаниэль делал все аккуратно, Дрю же растирал все раны в кровь и только добавлял себе увечий. Он дрожал, понимая что скоро его ждет нечто неприятное. Нат тоже это понимал, но ласково останавливал руки друга, что бы тот не калечился. Чудище что то громило в комнате, что то летело по лестнице в низ и был слышен топот. Каждый звук пугал Эндрю, но больше его напугал вид чудища. Его глаза блестели, а лицо было перекошенно улыбкой. Громадная туша носилась туда сюда хлопая дверями и кидая предметами. И если раньше появление Аарона не было таким уж реальным, то реакция чудища доказала что кто то да точно явиться. Прежде чем Эндрю забрали, они успели запихнуть Натаниэлю за пазуху мыло и зубную щётку. Сейчас Эндрю их нигде не спрячет, а значит чудище искать их и не будет. Правда мальчик сомневался что в таком состоянии он вообще обратит внимание на пропажу. Эндрю колотило совершенно от другого, и как бы он не старался успокоиться к встрече оказался не готов. Чудище о чём-то улюлюкало, пока заворачивал Эндрю в полотенце. Оно посмеивалось и намеренно сжималось тельце в руках до хруста. Как же Эндрю был к этому не готов… Оставалась надежда что у Натаниэля всё пройдёт лучше и он сможет достать что то ещё, по мимо мыла и щетки, пока это громадное тело не успокоиться у него было время… Вернулся Эндрю в комнату поздно и хромая. За ним любезно заперли дверь, но в этот раз он не думал обо всём этом, его волновала добыча. — Эндрю. — Ты унёс что то стоящее? — перебил он, рассматривая комнату. Она была чище. Обои всё ещё отвратительно пахли гнилью и сыростью, но в этот раз добавилось ещё что то что делало воздух в комнате невыносимым. Его старые вещи убрали с пола, сам пол был чудь менее грязным, кровать по прежнему одна, но перестелена, а шкафа и вовсе не было. Вот что так летело вниз. — В целом у нас с тобой есть зажигалка, бинты, пластырь, зубная щётка, мыло иии нам везёт, нож для хлеба. А ещё какая-то мазь, не уверен от чего она но она есть. — парень звучал тускло и расстроено, но всё что он смог украсть Нат разложил так что бы было видно обоим. Это было довольно много. С учётом того что в этом доме чудище мало что держало, с тех пор как Нат стащил плед и их засекли. Теперь осталось включить это всё в расчёт плана и поднять Эндрю на ноги. Тот к слову на них едва держался, а потому лёг прямо на прохладный пол, рядом с Натом, что сидел над добычей. Нож что он смог достать приятно согревал душу. Это было кое-что очень значительное, с этим можна было работать. — У нас ещё есть печенье. — Нет. — пробормотал Эндрю. Он устал и всё у него болело, есть ничего не хотелось, он даже позволил себе перекинуть ту дрянь что чудище считало пищей. Расчёт шёл именно на то что Натаниэль что то придумает, даже печенье и то всяко лучше что та серая масса. У Эндрю от неё гуло в голове. Сейчас же его просто тошнило, потому он достал фото Аарона. Они так и не отнесли его назад. Нат посчитал что этому мальчику и так дурно, раз чудище обратило на него внимание, уроду больше ничего не должно достаться, даже фото. А Эндрю не стал отрицать, чудищу и впрямь слишком много доставалось, того чего не должно если так подумать. Но даже думать было как-то сложно, потому он просто лежал на животе, стараясь и дышать через раз. Он был уверен что лицо опухло. Печальное зрелище. Но при этом упрямо смотрел в фотографию, думая что если им удастся всё закончить, то когда-то у него будет и такая рубашка. Он никогда не скажет Натаниэлю, но рубашка пришлась ему по вкусу. Честно говоря Эндрю услышал сегодня достаточно что бы убедиться, что сделает что угодно но этот мальчик сюда не явиться. -Чудище официально дало знать что теперь тут будет Аарон. Он назвал его моим близнецом. Не думаю что это буквально. Кажется у него фетиш на такого рода. Внешность. -скривился мальчик. Он отложил фото ко всей добыче. Ему было жаль того шкафа что выбросили из их комнаты. Одежды тоже не осталось, теперь спать придётся на одном одеяле на полу, и там же смотреть на звезды. А ещё не во что переодеться, и теперь когда Эндрю расколупает рану и оттуда пойдёт кровь, придётся носить всё заляпанное. — Неа, вы и впрямь очень похожи. Думаю у тебя вдруг и правда появился брат. — Просто заткнись, слушать тошно. — только что не на грани слез пробормотал Эндрю. Он не хочет верить в такую родственную связь. Не важно брат или нет, у этого нету будущего. Только бы всё получилось, а там уже Эндрю ничего не боиться. Ничего страшнее чем сейчас он представить даже не может. *** К огромному страху Эндрю и облегчению Натаниэля, Аарон явился. Конечно даже не на своих ногах, а в обмороке с связанными руками, ногами и ртом. Его втащили пока Эндрю спал в углу. Чудище бросило мальчика на постель без подушки и одеяла. Их забрал Эндрю и Нат на просмотр звёзд. На них они и спали когда дверь открылась. Нат был спокоен, а вот Эндрю колотило от ужаса, тело всё ещё болело, но разум замечал только ребёнка. Белобрысого мальчика, у него было очень бледное лицо, синяк на пол скулы, разбитая губа, порванная рубашка, и никаких очков. Рубашка была не такой как на фотографии, эта была в зелёную клетку. Он казался крепче даже чем Натаниэль, а это значило что возможно он не будет обузой, а действительно сыграет роль. Благо чудище не стало задерживаться. Оно сказало лишь: «Ну вот, смотри, Эй-Джей, теперь вам будет не так одиноко будем играть всё в троём. Здорово, да?» Ответа он дожидаться не стал, и так даже лучше, потому что Эндрю слишком колотило что бы отвечать. Да и на такую мерзость разве можно ответить? Эндрю точно знал что чудище имеет в виду под играми… Дверь хлопнула. Знакомый щелчок и вот их тут трое. Натаниэль подошёл к незнакомцу быстрее чем Эндрю успел прийти в себя. Он разглядывал Аарона с любопытством. Словно этого ребёнка не похитили, а он просто тут на курорте. Спит себе и всё. Сказать чесно, Эндрю не считал что мальчик выглядит на этой кровати не правильно. Было чувство, словно он не настолько чужой. Даже запах от ребенка исходил не такой уж и неприятный. Новый. Не мерзкий,что то сладковатое с острой ноткой. Но блондин предпочел моментально уничтожить любую приятную мысль о мальчике. — Развяжем его? — не отрывая взгляда от парня спросил Нат. — Не раньше чем очнётся. Не хочу огрести ещё от него.- Эндрю не спешил вставать, даже несмотря на новоприбывшего. Сегодня было ещё хуже чем вчера, и он планировал отдохнуть хоть немного. Завтра будет легче, но сегодня не один из них не встанет. Тем более что их новоприбывшим без сознания. — Вы так внешне похожи. Интересно что это за парень, откуда он такой? — Вот у него и спросишь. Печенье? — Нат обернулся к нему, потом кивнул и достал нычку с печеньем. Её они сделали вместе. Точнее сам тайник под полом. Не самое оригинальное место, но зато теперь там было удобно прятать печенье, а теперь ещё и краденые детали к спасению. Но Эндрю пообещал себе сделать что то поостроумнее. Есть спокойно плохо получалось, поскольку в низу были слышны шаги, но Эндрю поел на пару с Натом. Парень на кровати очнулся только после того как чудище притащило сухарей на двоих и две бутылки воды. Это значило что до завтрашнего вечера его не будет. А ещё открыл туалет. Что тоже не мало важно. Ванная тут была одна на нижнем этаже. Оборудована она была хорошо, а вот то что было в комнате Эндрю и Ната это была когда-то ванная, но оттуда убрали все, остались голые стены и унитаз. Её не открывали если чудище не собирались уходить на длительное время, сегодня собирался. И это время было как никогда кстати, хотя бы потому что так легче договориться с Аароном. Он точно не будет в восторге от того где оказался. Так что хорошо что чудище уберётся на время, а будет ещё краше если он свалит на всю жизнь. Когда Аарон пришёл в себя, Эндрю и Нат рисовали на обоях карту. Но стоило мальчику на кровати за копошиться, как они тут же бросили это дело. Нат удерживался подальше от ожившего мальчика и Эндрю взял всё в свои руки. — Ей, прекрати и я сниму верёвку. — голос слегка охрип после вчерашних «игр» но хорошо уже то что он вообще бы в силах что либо из себя выдавить. Парень застыл, видимо проверяет не послышалось ли, но больше не рыпался. Он смотрел на Эндрю и был явно удивлён. Это позволило Эндрю снять всё с рук и ног, а со рта парень снимал всё сам. — где я? — Эндрю слегка поморщился от того насколько был громким чужой голос. Натаниэль всегда говорил с ним тихо, а тут так сразу едва не крик. Мальчик был напуган и он отполз к стенке, подальше от всего. Хотя ему никто плохого ещё ничего не сделал. «в аду» подумалось Эндрю, но на деле он только отошёл по дальше. Говорить с Аароном не хотелось, он метался и сейчас поднимет крик. Это вообще не весело и плевать что чудища тут нету. Эндрю сначала хотел что то ответить, но потом просто замолчал и тихонько отошёл к карте что они рисовали только что. Это было что то про фей, но самому блондину не нравилась мысль о полете. Рыжик же был в восторге, ровно до того момента когда реальность не шлепнулась на них в виде проснувшегося мальчика. Нат тоже тихо сидел там но он в отличие от Эндрю следил за Аароном очень внимательно. — Ей, ты меня слышишь? Я домой хочу. Зачем я тут? Эндрю знал зачем, но боялся даже подумать о том что бы признаться. Потому снова промолчал. Нат тоже молчал. Толи не знал можно ли с ним говорить. Толи точно так же боялся. Хотя нет, Натаниэль не боиться, он смелый, значит причина в другом. — Прекрати кричать. -выдавил из себя мальчик, держа в руках ручку. Конечно рисовать он уже никак не хотел, а напряжение в теле отдавалось болью. Но пока надёжнее чем она, защиты не нашлось. Единственное что хоть немного усмиряло пыл ребёнка на кровати так это то что кажется ему дали что то по мимо удара по голове. Потому что через время его вырвало, он едва успел откатиться с кровати. Это даже вытереть было нечем. Одежду то забрали. — Во дела. -не впечатлённый зрелищем, фыркнул Натаниэль, кажется после того как ребёнка вырвало он стал сомневаться что такой «солдат» в их отряде сможет помочь. Не то что бы у него был выбор и всё же. После того как мальчик слегка успокоился, Эндрю перенаправил его в туалет, а сам снял с постели чистую простыню и убрал на полу. В комнате и так пахло далеко не розами. Аарона ещё раз рвало в туалете, а после он уснул, и пришлось убирать ещё и самого Аарона. Эндрю не пустил его в собственное спальное место, пусть оно и было на полу, а оставил на голом матрасе. Натаниэль всеми силами помогал убирать, он не ворчал и ничего не говорил. Но мысленно скорее всего делал разбор полётов, Эндрю и сам думал что делать, теперь когда их оставили в относительном покое лучше подумать над тем как быть и куда бежать. Конечно придеться ещё говорить и с Аароном, но почему-то с ним говорить не хотелось. Даже сам Натаниэль немного попозже в этом признался. — Он сильно нервничает. Это проблема. Говорил он задумчиво. И был прав, тут нервничали все, но нервы Аарона им делали погоду как никогда. Приходилось надеяться что когда мальчик выйдет из-под контроля таблеток что в него впихнули, то все станет попроще, в том числе и восприятие ситуации. — Если не сможет помочь я не буду сдаваться. Я хочу уйти, так или иначе.- Эндрю старался храбриться перед другом, мысль о том что у них есть какой-то шанс теперь прочно засела в сознании. И он хотел воплотить желание в жизнь — Уйти? — сонный голос вновь прозвучал со стороны кровати. Но по прежнему слишком громкий для Эндрю. — Ты слышал. — фыркнул мальчик сидя рядом с Натом, не хотелось и смотреть на парня в кровати. Его раздражала мысль что теперь нельзя было спокойно и обсуждать что то с собственным другом, теперь этот мальчик вмешался и в чужой разговор. Не его вина, но это так злило. — Ты так и не сказал где мы. — Там откуда нам надо сбежать. Дверь сейчас заперта и до завтрашнего вечера ее никто не отопрет. Можно быть спокойным. Лучше тебе еще поспать. — ядовито шипел Эндрю. Это был прямой посыл заткнуть рот. Но ребенок никак не хотел воспринимать его. Кровать немного скрипнула. И теперь уже просто пришлось следить за незнакомцем. Тот сначала просто сидел. Цвет лица больше не был таким бледным, а вот синяк расцвел как следует еще и опух. Аарон смотрел на обои в рисунках, затем на потолок в звездах. И только потом на Эндрю в одеяле. — Что за жуткое место? — вот теперь он звучал удивленно и значительно тише, что действовало на нервы не так сильно. Из Натаниэля вырвался смешок и сейчас они друг друга поняли. Потому что если Аарон считает их комнату жуткой, то ему явно стоит при хлебнуть реальности. — Это моя комната. Если у тебя есть что то получше, то милости прошу. — Твоя комната. — Аарон затих, посматривая то на забитое окно со щелями в досках, то на запертую дверь. -У меня есть подозрения что собственные комнаты не должны запираться только снаружи. Правда в моей замка и вовсе нету, только стул и нормальные обои. — заключил мальчик и сполз с кровати. Было видно что он чувствует себя хреново, но его больше не рвало. — Обои тут и впрямь мерзкие. -согласно закивал Нат. — Я над этим вообще то работаю. Аарон обратил внимание что за Эндрю есть еще кое кто. — Эти каракули твои? Да я в пять рисовал лучше. — Ну уж прости, не знал что ты художник, так бы все прикрыл. Натаниэль не был обижен тоном Аарона, по факту ему было все равно кто что думает о котах. Нат любил их так же сильно как и Эндрю. Этого было достаточно. — Вот покажешь нам мастер класс на своих обоях, а пока будь добр, заткнись. — все же вступился Эндрю. Кем бы не был Аарон за дверями этого дома, тут он не тот кто может вот так заявить что здесь одни каракули. Он ничего для этого не сделал. — Мне не разрешают рисовать на обоях. — Аарон встал на дрожащие ноги. — да и о чем я вообще говорю? Нас тут заперли, а я спорю о каракулях на обоях, ну и идиотизм. -ворчал он. Но Эндрю слышал только тихие смешки от Натаниэля. Он то точно знает как все тут не просто и этот заносчивый идиот явно только смешил рыжего. Эндрю же было не до смеха. Он вообще смертельно устал, смотря на этого парня, потому не упуская его из виду, пересел ближе к Натаниэлю прижимаясь к его плечу и опираясь спиной на прохладную стену. За все махинации пришлось расплатиться болью, но так было получше. Он позволил белобрысому мальчишке метаться по комнате. А сам не издал и звука, наслаждаясь тишиной перед реальной битвой. Он старался настроить себя на победу. У них были инструменты и реальный шанс выйти победителями. Эндрю был немного старше чем тогда, когда первый раз тут оказался. И теперь есть Натаниэль. Это автоматически облегчало задачу. Усложнял все Аарон и синяки, которые саднили даже когда он сидел. Но это будет по легче со временем. — Как думаешь, когда он уже устанет бегать? -все-таки спросил тихонько Нат. Он тоже не отвлекался от парня, но Аарон для него был скорее чем-то новым и диким, но Натаниэль его не опасался, скорее просто забавлялся. — Очень скоро. — Я вообще-то тут! — парень заполнял своим раздражением все пространство, а когда и оно выдохлось то просто приземлился рядом с парнями. Не на одеяло, но очень близко. — Почему меня сюда привели? И вы? Зачем вы тут? — Это тебя так чудище разукрасило? — Нат намерено упустил все вопросы. Это была не его тайна. Потому он просто молчал как и подобает хорошему другу. Аарон дотронулся до уродливого синяка в котором просматривался отпечаток ладони. Он долго молчал, хмурясь. А потом все же ответил. — Нет. — звучало уже не так злобно, скорее с обидой. — Нет? Ну не удивительно. Думаю если бы он реально тебя ударил то может ты бы и не проснулся. Эндрю? — Все может быть. — тихо согласился он. На самом деле чудище умело бить правильно, Эндрю даже был немного шокирован что чужой синяк не его робота. — Чудище это тот кто… — Сдохнет в скором времени. — продолжил за него Нат с сияющей улыбкой. Диалог не клеился во что то хорошее. С Аароном было сложно говорить. Может это от того что Эндрю не знал с кем имеет дело и что от него ждать. Слишком много острых углов и темных пространств. Да хотя бы вот этот синяк. Никто из них не хотел говорить ничего лишнего. Но все они в конце концов были только детьми. И им было страшно. Даже втроём против огромного чудища это было слишком. Вдруг Эндрю подумал о тех чудищах что есть за стенами этой комнаты. Конечно они казались нечем по сравнению с тем что проследовало его сейчас, но на минутку стало страшно за Натаниэля. Не хотелось что бы он вечно следовал за ним от одного монстра к другому. И пока мысли плавно утекали с одного злого угла во второй, Аарон снова тихо сказал. — Тишина как в гробу. — Ну тут так не всегда тихо. -Нат сейчас очень помогал Эндрю, потому что блондин был не намерен говорить с чужаком. Да и что то совсем клонило в сон. — не сомневаюсь. — Как он смог тебя сюда притащить? — спросил рыжий ступая на тонкий лед. Аарон нахмурился, а потом стал чудь бледнее. — Я… был неосторожен. Ушел из дому. Уже за темно было, а тут по голове и темнота. — очевидно что в таком парень не особо хотел признаваться, но все они тут в одной беде и даже если друзьями друг другу не станут, то выбраться просто обязаны. — Ты поссорился с кем-то дома. — это конечно не было вопросом, но сложить 2 и 2 оказалось не сложно. Такие темы разбавили любопытство Эндрю. По всей видимости выходило что кое кто пытался сбежать из дому и дал чудищу отличную возможность поймать себя. — Не то что бы прямо… в общем нету никакой разницы. Она бы успокоилась и я бы вернулся. А теперь что? — Аарон был по настоящему обижен. И за этим мальчики наблюдали с большим интересом. У самих то такого никогда не было. Они проявляли все иначе, а главным чувством был страх и гнев. Кто вроде Аарона знатно ворошил атмосферу и чувство было любопытное. — Толку то теперь от этом думать. — подливал масла в огонь Натаниэль. Он хотел вывести мальчика на детали. Все таки это ребенок не из их мира. Его сюда за несло по печальным стечениям обстоятельств. — но знаешь, шанс выбраться ведь еще есть. Так что подбери сопли. Меня, кстати, Натаниэль зовут. — рыжий протянул запачканную в пасте ладошку Аарону. Тот неуверенно ее пожал. — Аарон Миньярд. -имя они и так знали, но все же сделали вид что нет. — Это Эндрю. — все-таки сказал Нат, когда понял что друг был уже где-то на грани сна. Конечно он не смог бы спать если бы не был так вымотан. Но сейчас у мальчика хватало сил только что бы не упускать нить разговора и держать глаза полуоткрытыми. Аарон кивнул, рассматривая парня, видимо подметил как сильно они похожи. Но в слух пока ничего не предполагал. Нат и сам боялся говорить в слух об этом. Конечно ничего не поменяется, даже если Аарон действительно как-то связан родственно с Эндрю. Это просто не та ситуация. Но все-таки было любопытно знать как так получилось? Тишина покрывалом накрыла всех троих. Наконец каждый ушел в свои мысли и Эндрю очень быстро уснул. *** Проснулся он от очередного не слишком тихого звука. Что то вроде шелеста. Затем шепот. Эндрю резко открыл глаза, забыв что в комнате больше не только один Натаниэль. Он кстати сейчас очень усердно ковырял их тайник со всякими полезными вещами. Аарон сидел рядом с ним. Синяк стал уродливее, но лицо больше не искажала обида. Он скорее был мрачен но решителен. А Натаниэль спокойно о чем то ему бормотал. Слух все никак не хотел улавливать детали того что именно он говорил. Надоедливый писк въедался в мозг, монотонный и слишком громкий. Но и он вскоре пропал. Видимо кто-то все-таки постарался приложить его хорошенько головой. От этого проснулся жар злобы на чудище. И потому он решил не лежать как овощ, а поскорее выпутаться из одеяла и стать частью того что обсуждали мальчики. Это было важно как и все что происходило. Когда Эндрю подполз к ребятам Натаниэль прекратил изложение плана что они недавно придумали и обратился к Эндрю. — Ну как ты? — Печенье было бы кстати. — не хотелось говорить что все синяки на нем будто сговорились и принялись активно болеть после сна. Натаниэль все понял и без слов, так что очень скоро тайник был вскрыт, а все остатки печенья были разделены между Аароном и Эндрю. Сначала Эндрю думал что это не честно, но потом оставил это как есть, Натаниэль и так не особо любил сладкое, так что сухари его вполне устроят в случае чего. — Я правильно понимаю, вы хотите убить того огромного мужика. — уныло сказал парень, принимая бутылку с водой, но так и не открывая ее. Видимо был совсем не на то настроен. А может его все еще мутило. Что тоже вполне вероятно. — Иначе просто не получиться! — горячо подтвердил Нат. -просто дать дёру не выйдет. Оно везде доберется до нас. Легче закончить с этим раз и на всегда! — У нас просто не хватит сил. — все так же старался к чему-то подытожить Аарон. Но пока озвучить полностью мысль не мог. — Ты просто еще не понял что у нас больше нету выбора. Ставка идет совсем на другие вещи и лучше бы тебе это понять. — Нат протянул Аарону еще и фотографию с кухни. -вот это уже твое, держи. Тот кивнул, задумчиво пялясь на фото. Эндрю вспомнил как сам смотрел на него, представляя разные вещи. — Ну допустим у нас выйдет, а что потом? — Наконец-то спросил Миньярд, отложив фотографию. — Это ты нам скажи. Есть тот кто смог бы приютить на какое-то время? — осмелился спросить Эндрю. В этом вопросе было все их будущее. Парень не на что не надеялся, просто хотел услышать с чем им еще придется побороться. — Ну-у, мать точно нет. Но есть дядя с тетей и их сын. Он старше меня, думаю им бы было любопытно все что тут произошло. Николас точно бы не остался равнодушен. Вот он сможет уболтать родителей помочь всем нам– Николас. Вот еще одно имя, которое пока не имело лица, но оно появилось. Теперь это не просто какой-то «дядя» или «кузен» это то которого знал Аарон и тот которой не останется равнодушным. Стоило ли в это верить? Нет. Но шанс подразумевал риск. Навряд ли Николас будет чем-то хуже чудища. Так что Эндрю мирно промолчал на этот счет, поднимая другой вопрос. — А что не так с матерью? -очевидно что мало кто захотел бы взять к себе кого-то кто не был бы его ребенком. Но Аарон не говорил что мать будет рада хотя бы ему. Важное уточнение. Аарон сперва замолк, а потом простодушно тыкнул в свой синяк. Как будто он и должен был стать ответом. Но он и стал, куда худшим чем хотелось, но Эндрю и Нат точно поняли в чем дело. Вопрос отпал. Эндрю не знал о чем еще говорили Натаниэль с Аароном, но он кажется теперь доверял мальчишкам чудь больше, хоть и хотел показаться далеким от их проблем. Уныние снова их посетило. Вот еще одно чудище явилось. Интересно, сколько еще таких ждет их? Натаниэль вдруг хищно улыбнулся. — Еще одна причина побороться. — он не уточнил в чем состоит причина, но никто и не стал спрашивать. Они прогнали весь план еще раз, теперь Эндрю принимал во всем этом участие, внося правки и слушая варианты. Плевать что они обсуждали убийство, в этом было нечто спокойное и хорошее. Разговор из плана плавно перетек к кузену. Николасу. Имя которого вскоре сократили до обычного Ники. Аарон сказал что видятся они не часто, но к нему можно уйти в случае чего. Дядя Лютер точно что то сделает для того что бы все встало на свои места. Эндрю не понравились последние слова. Но для себя он решил что никакой Ники им не поможет, они с Натаниэлем туда не пойдут, он остро ощутил что это будет ошибкой. И кажется Нат опасался того же. Но оба молча слушали, понимая как важно все это было. В итоге все их важные разговоры пришли к лягушкам на обоях. — Эти обои настолько уродливы, что лягушки тут просто милашки. -к слову лягушки были отвратительными, и Натаниэль зашелся в хохоте, припоминая как Аарон называл его котов, при том что и сам не лучше нарисовал. Аарон не обиделся, просто отвернулся и продолжил рисовать что то на уродской лягушке. Эндрю сидел в одеяле и не разделял их веселья, на самом деле в голове пищало так настойчиво, что он уже ненавидел этот звук. Реальным он был только в его голове и это его беспокоило только в качестве помехи перед предстоящими делами. Ужин из сухарей и воды не влиял позитивно на его состояние, так что он старался быть в покое. Натаниэль заметил что Эндрю совсем худо, но мальчишки сказал что причина в Аароне, точнее он сам так думал. Было в этом мальчике что то такое… Он точно его никогда не встречал, но что то знакомое выжигало душу. Эндрю никак не мог понять в чем причина, а пищание все только усложняло. Но вскоре это перестало его беспокоить, потому что они решили прогнать план еще раз. Эндрю все никак не мог осознать насколько реальным было все это. И как стремительно могло закончиться. Он верил что у них хватит сил дать себе шанс. Вот только ватное тело все еще не подчинялось этой реальности. — Так, значит я должен воткнуть это прямо в висок? — уточнял Аарон, тыкая пальцем в нарисованный макет чудища. Делал он это не первый раз и было видно что он дико волнуется. Для Натаниэля это все было не больше чем их игра. Он задорно улыбался и исправлял «солдата» если тот говорил глупости. — Именно, со всей силы, и держи нож крепко! Запомни, на кону свобода и честь! — как командир роты говорил Нат. Это было так похоже на того мальчика что мирно составлял с ним карту фей или того кто рисовал маленький ключик от дома с кошками. Аарон сосредоточено кивал. Даже рубашку свою повесил на спинку стульчика, обсуждая как будут убираться с этого дома. Эндрю чувствовал весь накал страстей и очень скоро ему пришлось разгонять парней что бы те немного отдохнули, потому что нужно готовиться и набираться сил, а те только спорили и давили на мозги друг другу и Эндрю за одно. Аарона отправили спать на голом матрасе, вручив лишь подушку, а Натаниэль и Эндрю лежали на одеяле, всматриваясь в потолок и молча поддерживая друг друга. Эндрю только сейчас начал ощущать вес того что они делали и как круто это все меняет. Для себя он твердо решил, никаких больше семей. Он и Натаниэль отныне сами себе семьи. Аарона они отведут к Ники, а дальше они свободны. уж слишком высокая цена платиться за что то незначительное. Он почувствовал себя совсем малышом, потому что слишком сильно боялся этого вольного падения в будущее. — Полежи тут, я сейчас. -прошептал Натаниэль, прежде чем вскочить и уйти куда-то в глубь дома. Эндрю опять пропустил то как он смог это сделать. Вернулся он с пледом. Тот самый со звездочками. И Эндрю снова провалился в беспокойную темень, почти что счастливым. *** Планы составлять трудно, но вот куда труднее соблюдать все то что ты на составлял в приступе смелости. Сегодня они проснулись с тяжелым ощущением. И Эндрю удивился только тому что оно не пришло раньше. Аарон долго не хотел вылезать из постели, и Нат вручил ему одеяло. Плед они решили оставить в комнате для Эндрю. Тем не менее ситуацию это не улучшало. Пища в горло не лезла, а синяки и прочие ранения болели и только мешали. Настроение в край укатилась в кювет когда Натаниэль достал нож для хлеба. Точнее он вывалил на пол все содержимое тайника, но нож которым необходимо было проткнуть негодяю голову вгонял Аарона в истерику, Эндрю вселял какую-то апатию, а Нат все так же улыбался, но теперь совершенно холодно. — Сегодня это меньше похоже на игру. — не отрывая взгляда от ножа, заявил Эндрю. За этот нож было заплачено телом, от этого он казался только более опасным. Писк монотонно стучал по вискам. И он готов был размазать себе о бо что то голову. Это решило бы много проблем, но сейчас вместе с ним есть еще двое, чьи проблемы не решаться от того что погибнет Эндрю. Так что сейчас он не может себе этого позволить. Аарон не слушал не одного из них, он замотался в одеяло и просто лежал там, не желая смотреть на то что было на полу комнаты. Вчера он был куда смелее. Это начало злить Эндрю и он уже был готов вывалить Аарона на пол. Но Натаниэль быстро решил этот вопрос и смог договориться с Аароном словами о кузене. Это было единственное что влияло на мальчика хоть как-то. Он все еще был нервным и расстроенным, но одеяло оставил в покое. Конечно его можно бы понять, потому что Эндрю и сам боялся. А ему куда сложнее было выступить против чудища, потому что он точно знал что случиться в случае провала. И пускай преимущество в виде Ната было, провал маячил черной дырой в сознании. — Итак мы помним что должны сделать? -уточнил Натаниэль беря нож в руки. Он единственный кто оставался спокойным кто бы что не думал и не говорил. И он же сейчас и пугал Эндрю больше всего. Такой спокойный и смелый его Натаниэль. Эндрю и забыл каким может быть этот мальчик в силу своего возраста. — Я должен его отвлечь и сделать так что бы ты мог толкнуть его вниз по ступеням. — тихо говорил Эндрю, но ему отвратна сама мысль того что ему придется быть послушным для этой цели. Натаниэль кивнул, но все еще смотрел на нож. — Аарон? Ты единственный кто может это сделать, понимаешь? Иначе… — Я сделаю. -всхлипнул мальчик. Он растерял всю свою мрачную решительность, и готов был просто рыдать прямо тут, но никто ничего не решался говорить что либо по этому поводу. Эндрю успокаивать не умел, Натаниэль тоже. Что еще раз подчеркивало то насколько далеко их мира. Задача Аарона заключалась в последнем рывке, он должен был успеть спуститься в низ с ножом после открытия двери, и когда Нат толкнет чудище, всадить нож в висок. Рисков провала было слишком много. Что угодно могло пойти не так, но Эндрю пообещал себе что не допустит этого. Не тогда когда у них появилась реальная надежда. Он уже признал что и сам ее чувствует, чувствует шанс на жизнь не подобную той что есть сейчас. Что синяки не будут больше вечным спутником. В спальне можно будет не запираться, а коты не будут только нарисованной мечтой. И Натаниэль, ему больше не придется быть смелым, что бы таскать печенье. Его маленький друг будет счастлив как и он сам. Все может быть хорошо. Что касалось Аарона, то этот парень уйдет к кузену, к их миру он коснулся случайно, и ему стоит уходить к своей семье. Больше Эндрю ничем не сможет ему помочь. Да и нужно ли? У него когда-то была своя жизнь, и Эндрю никак не вписывался туда, так что сейчас ничего не поменялось. Лягушки хуже чем коты. Он никогда не хотел себе лягушек. Решающее событие должно произойти ближе к вечеру. Если считать по той провизии что им оставили, то чудище явиться к сегодняшнему вечеру, а вечер не сложно вычислить по свету из сщелей в досках окна. До этого времени они просто метались по комнате, сначала все молчали, а потом Натаниэль предложил почитать книгу, к своему стыду Эндрю умел плохо читать, но запоминал все что читал Нат, так что знал почти все книги наизусть. Конечно отказываться он все равно не стал, а только принес свою любимую книгу и присел рядышком с Натом на плед. Со временем к ним подсел и Аарон с одеялом. Его колотило и он был на грани слез, но плакать себе не позволял как и любой из них. Нож взирал на него с ладоней Натаниэля, напоминая что все реально, и любой промах будет стоит свободы. А потом еще кое чего важного. Эндрю слушал тихий голос друга, положив голову на стену позади себя. Он что то должен был вспомнить, что то важное. Но даже с его хорошей памятью что то не давало прийти к окончательному финишу. Сколько бы он не копался в своих мозгах, так и не смог зацепиться за что то что бы вывело его обратно. Он мог бы и дальше сидеть в размышлениях, почти не слушая что читал друг, но звук из-за двери вывел все страх наружу быстрее чем он осознал что все начинается прямо сейчас. Аарон испугано икнул, а Натаниэль затих, тихо смотря в книгу. Они превратились в ожидание. Сначала хлопок двери, стук об стол ключей, тишина. Потом звук воды из крана, снова тишина. Натаниэль протянул нож Аарону. — Прячь. Эндрю поднялся на ноги, убирая плед что бы не мешал. Теперь все еще больше болело от напряжения но он старался не замечать этого. Вот прозвучал первый скрип степеней, а их тут было одиннадцать. И каждая скрипела, вгоняя в ужас. Эндрю со злобой желал что бы чудище перещитало своим телом каждую. И здорово если еще до того как Аарон приложит к этому небольшую ладонь с ножом. На восьмой Натаниэль убрал подальше книгу, а Эндрю рукой загнал Аарона за спину, пытаясь защитить от будущего кошмара. Он вдруг перестал верить что выйдет, но ноги уже подвели его ближе к двери, что бы броситься чудищу под ноги и дать Аарону момент для маневра. Скрип последней ступеньки вернул монотонное пищание в голове.Пустые руки дрожали, но Эндрю до последнего не давал этому мешать себе. Нужно было что то для страховки, но ничего стоящего не было. Ключ провернулся в замке и вот дверь приоткрылась. Натаниэль уже был снаружи, а Эндрю заставлять себя двинуться. Ему хотелось воспринять это как игру, одну из которых придумал Нат. Что бы можно было спрятаться в шкафу. Но шкаф выбросили еще позавчера, а вместо него появился Аарон. Дрожащий и беспокойный. Похожий на Эндрю, но из другого мира. Мира где мать ударила его, а он просто ушел. Где был некий Ники к которому он хочет уйти. Где были лягушки, которых рыжий друг считал отвратительными. Эндрю не знал этого мальчика, но даже те детали что он знал уже заставляли его злиться и броситься в перед под ноги чудища. Он сам едва не рыдал, когда почувствовать омерзительное прикосновение к чужой огромной туше. Шевеление за спиной не заставило долго себя ждать. Чудище что то говорило, но Эндрю уже вцепился в него. Мешать долго он не мог, потому что был куда слабее, но факт неожиданности сыграл, это радовало, потом произошел рывок со стороны Натаниэля. Сомневаться в нем не приходилось никогда, но вот лететь с кем-то таким огромным как чудище было очень больно, особенно со своим избитым телом. Слеза все-таки вырвалась с глаза и он себе такого не простит. Только Эндрю еще не знал что на его лице так много крови и синяков, какая-то слеза там просто затеряется. Дрю не чувствовал ничего кроме боли и напряжения чужого тела. Звуки размылись, ладони жгли, но особенно болела голова. Словно Аарон что то спутал и проткнул висок Эндрю. Но мальчик не перепутал, в этом ему помог Натаниэль, они вместе всадили тупой нож в чужой висок еще до того как туша чудища успела размазать их самих по желтым ненавистным обоям. Конечно Эндрю не понял когда все закончилось, а когда его достали из-под окровавленного чудища не поверил что видит перед собой. Аарон был в крови, Натаниэль тоже. И он сам. Аарон все еще казалось готов был рыдать и сейчас все его поймут если так и произойдет, потому что это все? То есть они закончили? Или чудище прямо сейчас медленно встанет и зияя дырой в виске начнет хохотать с глупых мальчиков. А потом затащит их обоих на второй этаж и кошмар воплотиться снова? Но ничего не воплощалось, все было тихо. Даже писк в голове затих перед таки моментом. Все разрушил голос Натаниэля. — Ну вот и все, Дрю? — он и сам как будто не верил, хотя смотрел на еще теплый труп и сам помогал умертвить этот труп. Нож выпал из рук Аарона, он все никак не мог разрыдаться, как бы Эндрю этого не ждал. Синяк на его лице выглядел еще хуже под всему слоями чужой гнилой крови. Эндрю поднял окровавленое оружие, и прижал к себе, становясь чуточку уверение в своем переломаном тельце. — Получается так. В глазах темнело, хотелось уже что то с этим сделать. Писк вернулся и голова так болела. Страх не отпускал, ничего не отпускало, словно ничего не изменилось. Словно они все еще ожидают чего-то и боль не отрезвляла. Эндрю и не понял как закрыл глаза. *** Тихий писк. Прерывистый но очень настойчивый. Он все никак не хотел его покидать и это очень злило Эндрю .Слух уловил то что он был ровным. Вокруг было тепло по ощущениям и только отдаленно пахло старыми обоями с картой фей. Ощущения стали более правильным. Эндрю понемногу открывал глаза. Хотя они упорно не слушались хозяина, и буквально противились окружающему свету. Тоска вырывала все с грудной клетки. Первое что он подметил это что в комнате все такое светлое и совершенно не такое как там где он уже давно жил. Окно не забито, видя что там есть деревья и солнце, сердце пропустило удар. Он давно такого не встречал. По ощущению лет 100.По ощущениям он словно вообще попал куда-то не в тот мир. Тело было ватным, но двигать им и не хотелось, оно было слишком для него маленького, так что он еще немножечко побыл в сладостном покое, прежде чем подумать о своем маленьком друге. Монотонный писк теперь стал тревожным, как и сам Эндрю. Натаниэль. В последний раз он видел его там в низу, рядом с чудищем и братом. Они смотрели на все залитое кровью. Перепуганные, от того еще более агрессивные. В руках не хватало ножа, он пытался рассмотреть всего себя и ужаснулся, потому что больше не выглядел как ребенок лет двенадцати. Под белым одеялом конечно не было видно всего, но медленное осознание начало просачиваться. Он помнил лишь это, а потом конец. Конец пришел с голубыми глазами друга. Теперь этого не было. Он стал шевелиться, ему нужно знать где Нат. Он всегда где-то тут, друг не мог его бросить. Кто угодно но не Натаниэль. Он вдруг начал припоминать то что так усердно не получалось вспомнить. То что он обязан был вспомнить раньше, но так и не смог пройти границу реальности. Все стало наваливаться грузным, холодным комом на сознание и валить его с высоты многоэтажки. — Ей, ей, Дрю. Тихонько, тише слышишь? Уже все в порядке. -как спасительное тепло на невыносимый холод, прозвучал знакомый голос. Более взрослый, но все еще знакомый и чистый. Спокойный. Эндрю аккуратно посмотрел в лево от себя. Натаниэль был другим. Это был все еще его друг, но лицо словно старше. Волосы вовсе не рыжие, а каштановые, глаза пронзительно голубые. Но лицо с веснушками было совсем взрослым. Оно и должно было быть таким. Оно никогда не менялось на самом деле. Теперь Эндрю это осознавал, но не мог ничего сказать, только тихо смотрел. — Привет. — ласковая улыбка украсила лицо Натаниэля. Вот он тут. Не бросил, стоит рядом со слишком белой постелью в слишком белой комнате. Нет, не Натаниэль, Нил. Он стоял в потрепанной одежде и просто смотрел, переживая. Он пока не знал сниться ему это или нет, но чувства ликовали и он понял. Все уже хорошо. Все было хорошо, стоило только открыть глаза. И у него это вышло, он победил. Больше не надо бежать. Вдруг все вспомнилось. Вспомнилось что есть еще кое кто. Они его ждут, и в ту комнату с обоями он не вернётся. Ее никогда и не было. Чудище не придет хоть в сознании хоть нет. Они его победили во всех сценариях и вселенных, это конец. А остального он больше не боиться. Слеза могла бы прокатиться, но вместо этого он аккуратно прикрыл глаза, чужая теплая ладонь сжала собственные холодные пальцы, а дрожащее дыхание не хотело выравниваться, но он ушел с ада и не сам. Маленький Эндрю не мог и поверить в то что сейчас произошло, Эндрю по старше сейчас едва мог отдышаться от возвращения в свой расклад жизни. Писк все еще надоедал, голова болела, но мир не делился на четкие рисунки и размытые пятна темных углов комнаты. Еще много продеться пройти но он тут, они вернулись.