Карма

      Мужчина подскочил на кровати. Липкий, холодный пот тек по спине и лицу. Дыхание было тяжелым и прерывистым из-за редких всхлипов.       Глаза метались по темной комнате, пытаясь что-то найти. Комнату освещал далекий фонарь с улицы. Луна исчезла за тучами.       Рука метнулась к шнуру — резко загорелась лампа, на короткий миг ослепив тусклым светом. Мужчина судорожно ощупывал живот и бедро в поисках рваных ран, которые он до сих пор ощущал на себе. Кожа была привычно гладкой, подтверждая, что раны были не более, чем ярким сном разыгравшегося воображения. Кожа была влажной от пота, а не крови. Можно было успокоиться, но места, где во сне ему нанесли рваные раны, до сих пор болели.       Медведь. На него напал медведь, когда они с женой отдыхали в горах. Сначала умерла Лиза, а потом он. Перед глазами стояло то горное плато, а в ушах вибрировал рев разъяренного зверя. Боль от его когтей продолжала развиваться по телу, а сердце сжималось от горя от потери возлюбленной.       — Куда ночь, туда и сон. Куда ночь, туда и сон…

***

      — Ты чего подскакиваешь? — раздался хриплый, прокуренный голос.       — Сон. приснился, — раздалось в ответ. Голос был дрожащим, отчего казался еще более скрипящим, чем обычно.       — Что за сон? — мужчина подсел ближе, подтолкнул большой и огрубевшей рукой бутылку чего-то спиртного.       — Мне снилась будто моя прошлая жизнь. Там у меня были день, машины, большой дом и много любовниц. Все, чего бы я ни захотел, я тут же получал.       — Действительно, сон, — хмыкнул собеседник, сделав большой глоток из бутылки. Рассказчик же, забрав у знакомого бутылку, приложился к ней на пару долгих мгновений.       — Да, сон. Но кончился он плохо: меня убил собственный сын, — он сделал еще один глоток.       — Ни черта себе?! Это за что же? Из-за денег?       — Мужчина странно замялся и уставился на холодную сырую землю, которая заменяла им кровать.       — Не знаю, — наконец ответил он.       Говорить о том, что он изнасиловал невесту своего сына, он не стал. И хотя это был всего лишь сон, ему было нестерпимо стыдно.

***

      Максим Коробков не выдержал и трех дней. Этот невероятно реалистичный сон не давал ему покоя. И он все-таки решил проверить.       Судя по тому сну, его могила должна быть в Екатеринбурге. К счастью, деньги на внезапную поездку были.       Кладбище было тихим и мрачным. Некоторые могилы были чистыми, со свежими цветами; некоторые, неухоженными, за вьющимися цветами скрылись и имена с датами, и фотографии.       Медленно он шел по узким и широким тропинкам между могилами. Почему-то он знал, куда идти.       Могила мужчины, который приснился ему недавно (его могила?), находилась на относительно новом участке кладбища. Слева была свежая могила молодого парня с живыми цветами. Справа — могила какого-то благообразного старика, на которой не было цветов, но было очень чисто.       По середине стоял небольшой памятник с цветной фотографией. Внимательно осмотрев небольшую чистенькую могилу, Макс поднял взгляд на надпись:

«Нарышкин Сергей Владимирович 1984 — 2014 Защищай до конца».

      Значит, он все-таки существовал. И… этим Нарышкиным был он, хоть это и нелогично (ведь прошло всего четыре года с той смерти). Это странно. Нереально. Что это? Реинкарнация? Переселение душ? Второй шанс?       Реакция Макса была странно-индифферентной. Кажется, в он понял это еще в ту ночь, когда во второй раз (?) пережил те события. Сейчас эта невозможная правда только получила свое такое же странное подтверждение.       В голове было пусто. Вспоминался тот сон, каждая мелочь, которая тогда, в той жизни, была невероятно важна. Которой дорожил, которую берег.       Около часа он простоял у памятника, вспоминая. Потом, не решаясь пока покинуть кладбище, он неуверенно побрел по тропинкам.       Солнце стояло в зените на фоне ярко-голубого неба. Редкие хвойные деревья не давали достаточной тени, и скрыться от слепящих лучей было негде. Медленно идя по заросшей дорожке, мужчина погрузился в свои мысли. Голову от земли он не поднимал, и по сторонам не смотрел. Женщину, встававшую с колен, он не заметил. Короткое мгновение — и резкий удар от столкновения. Макс устоял, а вот женщина с негромким охом упала.       — Простите меня, — бросился к ней мужчина, помогая подняться.       — Ничего страшного, — проговорила женщина тихо. Она с благодарностью приняла помощь.       — Вы в порядке? Не поранились?       — Нет-нет, не беспокойтесь, — поспешила успокоить она взволнованного мужчину.       — Позвольте, я провожу вас, — категорически прозвучало в ответ. Женщина согласно вздохнула и оперлась на протянутую руку.       Прозвучит странно, но они разговорились. Медленно идя по пустом кладбищу, они говорили о музыке, театре, кино. Их прогулка по месту сна самой смерти затянулась почти на час. Наконец, они приблизились к воротам, где обменялись телефонами и, попрощавшись, разошлись в разные стороны. Уходя, они оба обернулись вслед другому.