Календарь

Гермиона мельком смотрит на часы на стене и быстро собирает волосы в неаккуратный хвост. Уже почти одиннадцать, игроки будут здесь с минуты на минуту. Закончив со своим подобием прически, девушка берет камеру и еще раз проверяет, все ли готово. Это была идея Пэнси. Три месяца назад Гермиона основала некоммерческую организацию по защите прав магических существ, но даже несмотря на статус героини войны, она не смогла собрать и половины той суммы пожертвований, на которую изначально надеялась. Когда Гермиона поделилась проблемой с Пэнси, та сразу же предложила идею с календарем. — У моей бабушки была куча эротических календарей, — сказала Пэнси, блеснув глазами. — Был один с рейтингом самых сексуальных авроров года, она хранила его в прикроватной тумбочке. Мне кажется, тебе нужно что-то такое. Пэнси предложила попросить игроков в квиддич помочь и сняться для календаря, и когда Гермиона поделилась планами с Джинни, та с удовольствием согласилась помочь. С помощью подруг Гермионе удалось собрать двенадцать знаменитых спортсменов, готовых приспустить штаны ради благотворительности. Трое из них будут с минуты на минуту. В дверном проеме показывается рыжая макушка Джинни. Девушка улыбается. Она пребывала в прекрасном расположении духа последнее время, воодушевленная, конечно, календарем, а не теми средствами, которые он принесет. — Ты готова? — Технически, да, — Гермиона кривится. — Психологически — нет. Ты уверена, что сама не сможешь сделать снимки? Тебе намного комфортнее находиться в обществе игроков в квиддич, чем мне. Джинни смеется. — Все будет хорошо! Расслабься. Мы с Пэнси будем рядом, подготовим парней. Если что-то пойдет не так, просто позовешь нас. Слышится стук в дверь. Гермиона резко и коротко выдыхает. Они здесь. Джинни улыбается еще шире. — Я открою. Постарайся дышать, ладно? Пришлю первого к тебе, как только он будет готов. Она закрывает двери, и Гермионе ничего не остается, как только ждать. Она слышит, как открываются и закрываются двери, слышит приглушенные голоса. Мужские голоса, смех и непринужденные разговоры, затем звук отодвигающегося стула. Наверное, Пэнси усаживает кого-то перед зеркалом, чтобы привести в порядок волосы. Гермиона покорно сидит и ждет, нервно стуча ногой по полу. За последние несколько недель она изучила искусство фотографии вдоль и поперек, так что она знает, что делать. Она не волнуется по поводу снимков. Нервничать ее заставляет тот факт, что игроки будут обнаженными. У Гермионы уже больше года не было секса, да и весь ее опыт сводился всего к трем мужчинам. А теперь три дня она должна постоянно находиться в одной комнате с двенадцатью разными обнаженными спортсменами. Трое сегодня, трое завтра и шестеро послезавтра. Так что она вполне имеет право даже вспотеть от волнения. Она все еще переживает, когда открывается дверь в студию. Гермиона вскакивает на ноги, убирая от лица прядь волос. Черт. Они еще даже не начали, а хвост уже разваливается. Девушка натягивает на лицо улыбку, готовая поприветствовать свою первую модель. Из трех запланированных сегодня парней первым заходит Оливер Вуд. На нем только пара боксеров, в руке он держит метлу. Гермиона с облегчением замечает, что, вообще-то, осталась невозмутима. Да, у Оливера шикарное тело, но девушка старается смотреть ему в глаза. Она напоминает себе снова и снова, что, скорее всего, он нервничает еще больше нее, ведь ему приходится стоять перед камерой в чем мать родила. Эти мысли быстро настраивают Гермиону на нужный рабочий лад. Они обмениваются парой фраз, и Гермиона просит Оливера встать у нужной стены, где выставлен фон и свет, а потом подсказывает, как лучше встать и как именно держать метлу. Они делают несколько фото в белье, Оливер постепенно тоже расслабляется и без какого-либо стеснения снимает боксеры. — Надеюсь, когда все закончится, мы все еще останемся друзьями, — шутит Оливер. Гермиона смеется. Он отбрасывает белье в сторону, и вот он — первый на сегодня пенис Гермионы Грейнджер. Вообще-то, член очень даже неплохой. Учитывая, что Оливер — счастливый обладатель очаровательной улыбки и роскошного тела, Гермиона уже мысленно подсчитывает возможную прибыль. Через несколько минут у нее есть фото обнаженного Оливера в разных позах, и спортсмен быстро натягивает боксеры обратно, а потом удаляется из студии. Девушка начинает надеяться, что, возможно, все будет не так уж и плохо. К сожалению, ее следующей моделью был Кормак Маклагген. Тело у него как у бодибилдера, он красуется перед камерой. В какой-то момент Кормак даже восклицает что-то типа "Я так чертовски хорош!", указывая на кубики пресса. Гермиона изо всех сил старается не засмеяться в голос. Ей не очень легко работать с Кормаком, но Джинни ясно дала понять, что он — один из самых популярных игроков Паддлмер Юнайтед. Держа в голове эту мысль, Гермиона сохраняет невозмутимость, когда Кормак снимает белье и предлагает сделать снимки, пока он отжимается и качает пресс. — Ну, знаешь, моя обычная тренировка, — он ей подмигивает. — Уверена, что не хочешь подойти поближе? Разумеется, у него встает во время фотосессии, однако Гермиона притворяется, что не замечает этого. Она читала, что для моделей это естественно, когда они снимаются обнаженными, так что девушка продолжает игнорировать стояк Кормака. Она делает еще несколько снимков, пока Кормак вытворяет бог знает что со своими руками, пытаясь показать бицепсы. У Гермионы всего пара минут, чтобы передохнуть, и не успевает она и глазом моргнуть, как пора возвращаться к работе. Даже зная заранее, кто будет ее третьей моделью, девушка абсолютно растеряна, когда в студию входит Драко Малфой. Не то чтобы она давно не видела Драко. Он один из ближайших друзей Пэнси, так что они довольно часто оказываются в одной компании. Он ловец в Стрелках Эпплби, а об этой команде знает даже Гермиона, которая, в общем-то, равнодушна к квиддичу, так что Драко еще и довольно часто появляется на страницах газет и журналов. Но на вечеринках Гермиона всегда видела его в повседневной одежде, а на фото в Пророке — в квиддичной форме, и ничто из этого не готовило Гермиону к тому, что она увидела сейчас. Его светлые, слегка влажные волосы уложены беспорядочными волнами, а одет он лишь в зеленые боксеры с рисунком золотого снитча. На упругом теле виднеются длинные шрамы от Сектумсемпры. Сама того не замечая, Гермиона смотрит ниже, где выступают косые мышцы пресса и под резинкой боксеров скрывается тонкая полоска волос. Девушка сглатывает, принуждая себя посмотреть вверх, но ее взгляд натыкается на проколотые соски Драко. Он... Они... Что? Мозг отказывается соображать. Когда Гермиона наконец-то возвращает себе способность говорить, то словно задыхается. — Привет. Спасибо, что согласился. Это очень много значит для меня. Брови Драко приподнимаются от удивления. Он абсолютно точно заметил, как она пялится. — Где ты хочешь, чтобы я встал? У меня между ног. Гермиона умоляет себя не сказать это, но черт возьми, именно там она и хочет, чтобы он стоял. — Здесь, перед задником, — девушка краснеет. — Сделаем несколько снимков в белье, а потом... Она не может закончить фразу. Да что с ней такое? Гермиона хватает камеру и жестом просит его приготовиться. — Никогда бы не подумал, что ты будешь делать снимки для эротического календаря, Грейнджер, — говорит Драко, крутя в одной руке метлу. — Что ж, да, — Гермиона смотрит на него через камеру. Как так, черт возьми, получилось, что у Драко Малфоя проколоты соски? И почему у нее между ног так влажно? Девушка откашливается. — Это идея Пэнси. Можешь слегка наклонить метлу? Да, и держи ее чуть повыше... Отлично. Эта поза была очень плохой идеей, потому что теперь пальцы Драко плотно обхватывают рукоятку метлы, а Гермионе мерещится, что у него в руках кое-что совсем другое. Это какое-то мучение. Она делает несколько снимков, затем просит Драко закинуть метлу на плечи. Мерлин, то, как эта поза выделяет его мышцы, просто безбожно. Его шея, плечи, руки — Гермиона хочет вылизать его всего. Наверняка она так реагирует на передоз обнаженных парней. Да, точно. Она не трахалась ни с кем уже вечность, потом видела голым Оливера, Кормака, и теперь просто сходит с ума. Слишком много мужских тел. — Прекрасно, — говорит Гермиона. — Сделаем теперь пару снимков без белья? Драко легко кивает, кладет метлу на пол и снимает боксеры. Святая Мерлинова мать. Гермиона на самом деле испускает стон. Драко так шикарен. У него огромный член. Она пялится, и весь ее профессионализм испаряется (жаль, что вместе с ним не исчезают и ее трусики), когда на ее глазах член Драко становится больше, тверже и поднимается к плоскому животу, демонстрируя ей несколько пирсингов снизу. Она готова прямо сейчас упасть на колени. — Грейнджер, — голос Драко низкий и больше похож на хрип. — Прекращай пялиться. Сначала снимки. Ее глаза расширяются от ужаса. Она только что изнасиловала Драко взглядом, и он... Когда их взгляды встречаются, Гермиона понимает, что он далеко не в ярости. Его глаза потемнели, а на губах играет похотливая, едва заметная ухмылка. Драко Малфой выглядит так, словно готов ее съесть. Его вид придает Гермионе смелости. — Сначала снимки, а потом что? Он поднимает с пола метлу и снова перекидывает ее на плечи, смотря прямо в объектив. — А потом я тебя трахну, если захочешь. У Гермионы пересыхает во рту. Она дрожащими руками делает снимок, заставляя себя думать о работе, а не о том, что Драко только что сказал. Она должна сделать хорошие фотографии. Она не может сделать плохие снимки Драко. — Надо же, — бормочет он, когда Гермиона делает еще пару кадров. — У тебя соски затвердели от возбуждения. Расстегни блузку. Девушка почти роняет камеру из рук. — Я... Это твоя фотосессия. Не я тут должна раздеваться. — Но никто не говорил, что тебе нельзя. Гермиона мельком смотрит на закрытую дверь, затем снова на Драко. Он приподнимает брови, дразня ее. Девушка кладет камеру и расстегивает несколько пуговиц блузки. Драко пожирает взглядом каждый сантиметр ее тела, а когда Гермиона останавливается, он хрипло командует: — Еще парочку, красавица. Гермиона подчиняется, и Драко шумно выдыхает, когда видит ее кружевной бралет. — Ты прекрасна. Она почти хнычет, ее голос дрожит. — Это слишком. Драко в ту же секунду становится серьезным. — Грейнджер, я не пытаюсь тебя ни к чему принудить. Прошу прощения, если зашел слишком далеко. — Нет, я просто... — она сглатывает. — Мне нравится. Это слишком, потому что... — она может признаться в этом только шепотом. — Я могла бы кончить уже прямо сейчас. Драко моргает, а затем его взгляд становится хищным, он смотрит на бедра Гермионы, скрытые от него юбкой. — Чего ты хочешь? — Сначала нужно сделать снимки, — Гермиона качает головой. Драко бросает метлу на пол и быстро подходит к ней, забирает камеру из рук. — Я могу прийти и в другой день. Его губы тут же оказываются на ее, Гермиона стонет, сжимая пальцами твердые мышцы на его плечах. Драко беспощадно ласкает ее язык своим и приподнимает ее изящное тело. Гермиона обхватывает его бедра ногами. Колечки пирсинга касаются ее через тонкую ткань трусиков. — Эти твои пирсинги... — Беспокоят тебя? — Драко спрашивает, не отрываясь от нее, как будто решительно хочет ее всю. Ну, не то чтобы Гермиона была против. Она трется об его член, отчаянно нуждаясь в ласках. — Нет, они просто чертовски хороши. Драко слегка приподнимает ее одной рукой и просовывает между их телами вторую. В ее трусиках так горячо и мокро. — Я готова, — говорит Гермиона, когда он достает руку, а на его пальцах блестит ее влага. — Трахни меня, умоляю. Драко отодвигает тоненькую полосочку белья в сторону и резко насаживает Гермиону на свой твердый член. Она кричит. Он такой большой, что не будь она так возбуждена, ей наверняка было бы больно. Но у нее между ног капает, так сильно она хочет Драко Малфоя. Девушка прикрывает глаза от удовольствия, мышцы растягиваются, впуская Драко глубже и глубже. Долго она не протянет, это уж точно. Драко снова целует Гермиону, прислонив ее к стене. Он трахает ее, сжимая одной рукой набухшую от желания грудь, а другой держа девушку в воздухе. Пирсинг стимулирует Гермиону внутри в таких местах, о существовании которых она даже не подозревала. Стоны становятся громче и короче, а Драко еще и еще увеличивает темп. — Скажи мое имя, — хрипло шепчет он. — Я хочу, чтобы все знали, кто тебя трахает. Гермиона хочет ответить, что все и так знают, потому что кроме них в студии никого нет, но оргазм так близок, что сейчас не время спорить. Когда стены вокруг ее сознания начинают рушиться, она громко вскрикивает и тянется к клитору. Гермиона стимулирует его всего пару секунд, а потом ее накрывает волной наслаждения, и, кончая, она несколько раз произносит имя Драко. Он не прекращает движения, пока она содрогается в сладостных муках оргазма, а когда девушка открывает глаза, тяжело дыша, Драко улыбается. Он так чертовски доволен. — Еще разок, — говорит он, целуя Гермиону в шею. — Позже, — выдыхает она. — Сначала я хочу, чтобы ты кончил. Пэнси и Джинни заявятся в любой момент. Драко не обращает на нее внимания, продолжая ласкать ее клитор пальцами. Гермиона сама не верит, что снова горит от желания — раньше она никогда не кончала больше одного раза. Она теребит сережки в сосках Драко, и тот стонет, учащая толчки. — Эрогенная зона? — улыбается девушка. — Даже не представляешь, насколько, — его пальцы усиливают нажим. — Это даже круче моих самых смелых фантазий. Гермиона слегка приподнимает брови, двигаясь бедрами ему навстречу. — Ты фантазировал обо мне? — Особенно после того как услышал, что ты будешь фотографировать меня голым, — подтверждает Драко. — Черт, я очень близко, а ты? — Я могу кончить второй раз и попозже, — настаивает Гермиона. — Нет, сейчас. — Не знаю, смогу ли. — Сможешь, — Драко обхватывает ее рукой, и девушка задыхается, когда он прикасается к ее задней дырочке. Его пальцы влажные от ее смазки, так что один легко проникает внутрь. В этот момент Гермиона точно знает, что сможет кончить второй раз подряд. — Кончай для меня, малышка, — говорит Драко, и Гермиона сотрясается от разряда электрического удовольствия. Перед глазами мелькают белые пятна. На этот раз Драко не приходится просить назвать его по имени, она и так повторяет его снова и снова. Его хватает еще на несколько резких толчков, и Драко тоже кончает. Гермиона стонет, чувствуя, как теплая жидкость разливается внутри нее. Он выходит из нее, и девушка едва стоит на ногах, по которым стекает жидкость Драко. Он выглядит потрясенным. — Ты в порядке? — Лучше и быть не может, — девушка улыбается. — Но хочу сразу оговориться, что я не со всеми своими моделями трахаюсь. — Я в курсе, — Драко наклоняется и целует ее. — Вуд и Маклагген не выглядели удовлетворенными, когда вышли отсюда. Гермиона смеется. — Я серьезно. Не хочу, чтобы ты думал, что все случилось только потому, что мы оказались в таких обстоятельствах. Это не так. — Знаю, — он аккуратно застегивает ее блузку. Такой сильный контраст с тем, как жестко он ее трахал буквально две минуты назад. — Я специально попросил Пэнси быть последним сегодня. Хотел попытать удачу. — Ты планировал со мной переспать? — Гермиона ахает. — Нет, — Драко смеется. — Хотя это была приятная неожиданность. Вообще-то, я хотел пригласить тебя пообедать вместе. — Ты никогда раньше не оказывал мне знаки внимания. — Не знал как, — признается он. — Но мне надоело молча фантазировать о тебе. Надеюсь, теперь заинтересованность очевидна. — По моим ногам течет твоя сперма, — девушка усмехнулась. — Думаю, ты весьма ясно дал понять о своей заинтересованности. Драко раздвигает ее ноги рукой, пачкая пальцы. Он подносит их к лицу Гермионы и не может сдержать стон, когда она с готовностью засовывает их в рот, слизывая все до последней капли. Он смотрит на нее с восхищением. Раздаются громкий стук в дверь и не менее громкий голос Пэнси: — Грейнджер? Драко? Вы уже закончили свои потрахушки? Щеки Гермионы вспыхивают, Драко смеется. Девушка берет со стола палочку и наспех накладывает на них обоих очищающее заклинание. Драко натягивает боксеры, снова целуя ее, как будто не может насытиться. Пэнси открывает двери. На ее лице просто громадная двусмысленная ухмылка. — Чтобы вы знали, это был самый громкий секс, свидетелем которого мне приходилось быть. Не хотите сходить пообедать перед следующим заходом? — Вообще-то, я хотел пригласить Грейнджер пообедать вдвоем, — Драко смотрит на Гермиону. — Ладушки, — Пэнси очень довольна собой. — Ну тогда увидимся позже. Она закрывает за собой двери, и Гермиона поворачивается к Драко. — Скорее всего, тебе придется прийти еще раз. Надо сделать еще несколько снимков. Он манит ее к себе, гладя по заднице. — Не проблема. Гарантирую, теперь ты меня будешь видеть намного чаще. Гермиона краснеет и улыбается. Именно на это она и рассчитывает.