My love has gone away

      Автобус движется, как мне кажется, слишком быстро. А может это из-за того, что я временами перестаю замечать всё, что происходит вокруг. На улице пасмурно, но дождь сегодня не обещали. Я даже не знаю, хорошо это для меня или же нет. Может, если бы на улице было холодно и капли хлестали по лицу, мысли и воспоминания не разъедали мою голову с такой силой.       Нужно подготовиться, мне скоро выходить. Люди стоят по разные стороны автобуса, чтобы можно было спокойно пройти к выходу. Некоторые смотрят на меня с интересом. Странно, мне не спалось последнюю пару дней, не думаю, что моё лицо выглядит лучше изюма.        На остановке из автобуса выхожу только я. Наверное это потому, что сейчас раннее утро среды и только один я еду на кладбище в это время. У людей, что едут на самом первом автобусе в будний день, вероятно, есть и другие цели.       Я прохожу пару поворотов и оказываюсь около кладбища.       На зелёной траве в несколько десятков рядов стоят множество бело-серых бетонных плит с портретами, именами и датами рождения и смерти людей.       Возле некоторых надгробий лежат искусственные цветы.       Значит, о них помнят, — думается мне.        Я прохожу ближе к концу и сворачиваю направо.       Здесь, под землёй, в седьмой могиле, лежишь ты, утерянная моя любовь.       — Привет, Чонин.       Говорю я и кладу искусственные цветы примулы на могилу.       — Сегодня твой день рождения.       Говорю отрывками с большими паузами, пытаясь держать голос ровным. И Господи, как это трудно! Мне нужно успокоиться.       — Я не знал, что тебе подарить, но потом вспомнил, что тебе нравилось слушать, как я пою.       Я прерывисто выдыхаю и смотрю прямо на фотографию на могиле, где ты улыбаешься своей солнечной улыбкой. Моей любимой улыбкой, той, которую ты дарил мне в трудную минуту — самой искренней и светлой.       Как же я по ней скучаю!       — Эта песня для тебя.       Я некоторое время смотрю в небо, чтобы избавиться от кома, что застрял прямо в горле. Немного придя в себя, сажусь на землю перед могилой, делаю глубокий вдох и начинаю петь.       Keep me here,       My heart is near,       И воспоминания настигают меня с головой. Я вижу нашу неловкую первую встречу в библиотеке, где ты ударился об угол стола, за которым я сидел, и пытался не кричать. Ты тогда показался мне таким маленьким и милым.       My love has gone away.       Я помню, как мы отмечали нашу первую годовщину. Я закупился сладостями и достойно, как мог, упаковал подарок для тебя. Отмечали у тебя дома. Ты подарил мне кулон, а я тебе кольцо. Мы смеялись с историй из жизни и ели мармелад. Ты выглядел таким счастливым, а я не мог перестать смотреть на тебя, когда ты улыбался.       Tell me true.       Перед глазами момент, когда ты уходил на учёбу, а я тебя провожал, ведь у меня тогда не было пар. Ты поцеловал меня в щеку и прошептал «Не скучай.». Я поцеловал тебя в ответ.       My heart is new       My love has gone away.       А вечером мне позвонили из больницы и сказали, что тебя сбила машина. Сказали, что ты умер на месте.       Мой голос срывается. Я не могу удержать слёзы, но не прекращаю петь.       It's ok.       Эти два года, я старался жить, но получается так себе. Наверное, ты бы меня за это наругал, но я не знаю, что мне делать. Что мне делать, если тебя нет?       I know someday i'm gonna be with you.       Я поменял телефон, ведь на старом на обоях был ты и галерея была наполнена тобой. Я никак не мог его даже включить. Спать я ложусь только на диване в гостиной, ведь я не могу лежать в кровати и понимать, что ты больше никогда не ляжешь рядом.       It's ok.       Мы были вместе пять лет, а порознь уже два. Сегодня твой день рождения. Тебе было бы двадцать четыре, но теперь тебе навсегда двадцать два.       I know someday i'm gonna be with you.       И, вероятно, скоро мне навеки будет двадцать пять.

***

      Большое облако закрывает солнце, даруя небольшое ощущение уменьшения жары. На кладбище нет никого, кроме двух парней, что кладут цветы на две соседствующие могилы.       — Минхо, как думаешь, Хёнджин поступил правильно?       — Не нам его судить, но, надеюсь, он там счастлив.       — Веришь в жизнь после смерти?       — А что ты предлагаешь?       — Перерождение?       — Возможно, но даже если так, пусть они станут парой и в новой жизни.       — Да, ты прав.       Они стоят так некоторое время, пока не раздается тихий всхлип.       — Хани? Ты плачешь?       — Да. Мне их не хватает. Я так хочу, чтобы с ними все было хорошо.        Минхо подходит и обнимает Джисона. Тот утыкается ему в шею и начинает плакать сильнее.       — Да, мне их тоже не хватает. Но теперь они вместе, да? А мы останемся здесь и будем помнить о них. Тише, тише.       Постепенно Джисон успокаивается и отходит, вытирая рукавами толстовки слезы.       — Пошли домой, хён.       — Хорошо.