Возрождение

      Наступила весна. В этом году зима была не холодная, а снега практически не было. Из-за такой странной погоды супруга Йегера часто болела и Рене приходилось практически сутками сидеть с их младенцем. Тайбер и не жаловалась, малыш спокойный, всегда слушался и быстро привык к ней, чужой женщине. Но Рене хотелось так же сплетничать, так же ходить на танцы, как и Саша, но она просто не могла. Но лучше бы она это сделала. Рене не могла простить себе то что сделала. Она никогда не смотрела на господина Йегера, никогда не рассматривала как мужчину.       Это случилось в последний месяц зимы. Рене и сама непоняла как позволила себе оказаться в одной постели с Эреном. Рано утром Тайбер просто сбежала, будто и не было ничего. Сама девушка думала что все быстро забудется, но после этого господин Йегер увеличил заработную плату и стал намного теплее относиться к ней, хотя больше между ними близости не было.       Рене стыдно смотреть Микаса в глаза. Госпожа всегда была добра к ней, а она её же предала. Но Йегер недогадывалась о том что случилось и когда снова заболела, то мальчишка Эрнст снова оказался в руках Рене. — Закрой пожалуйста окно шторами       Микаса бледнее чем обычно. Губы утеряли былой цвет и напоминали безцветные ниточки. Госпожа Йегер немного поднялся на локтях и потянулась к тумбочке где стоял стакан. Рене зашторила окно и помогла Микасе попить воды. — Иди к Эрнсту — Микаса упала на подушку и прикрыла глаза. — Я так хочу спать       Рене тихо направилась к выходу. Тайбер максимально тихо открыла и закрыла двери, чтобы не нарушить сон Микасы. Эрнст сейчас находился с отцом. Рене не хотела снова встречаться с господином Йегером. Ее волновали эти изменения в мужчине, этот ненужный флирт.       Они сидели в детской. Мальчик которому уже три месяца спокой находился на руках отца и смеялся, а Эрен держал в руках погремушку. Господин Йегер часто бывает за пределами дома, в столице, но после рождения сына он взял отпуск и снова прибыл в дом. — Ты пришла за Эрнстом? — он не смотрел на вошедшую девушку, он и так знал кто без стука может зайти в эту комнату. — Микаса совершенно тебя не бережёт.       Рене подошла к мужчине и забрала с рук ребёнка. Эрнст маленькой ладошкой ухватил за длинный светлый локон. Это больно и Тайбер зашипела. — Эй, малыш, нельзя так — Эрен выпутал волосы девушки с ладошки сына, но не спешил отпускать. Зелёные глаза Эрена встретили с серыми Рене. Йегер поднес пальцами светлый локон к верх. Они пахли ромашкой, он оставил лёгкий поцелуй.       Стук в детскую. Рене хочет отскочить от господина, их никто не должен видеть. Но Эрен не отпускает. Он продолжает так же держать локон. А двери открылись. Внутрь вошёл господин Аккерман. Последнее время Леви зачастил в этом доме. Он цикнул на эту картину. Леви знал о их отношениях. Аккерман подошёл к Эрену, мужчина погладил малыша по голове, а за тем посмотрел на служанку и опустил голову в приветствии. — Эрен, нужно обсудить некоторые дела — проговорил Леви, и прижмурив глаза уставился на Рене. — Без лишних ушей. — Да, конечно

***

      Кабинет Йегера находился в северной стороне поместья. Там меньше всего попадает солнечный свет и именно поэтому эту комнату Йегер забрал себе. Они шли тихо. Лишь чеканный шаг раздавался по поместью. Аккерман как всегда в военной форме, он уже успел дослужиться до полковника, обогнал Йегера. А ещё Аккерман был его родственником по супруге. — Микасе так и не стало лучше? — спросил Леви, не то что ему интересно было знать за состояние дальней родственницы, но нужно было как-то заполнить эту тишину. — Ей хуже, она последнее время ни с кем не говорит, только с Рене — ответил Йегер       Мужчины зашли в кабинет. Эрен замкнул двери чтобы никто не посмел помешать им. Аккерман сразу занял место в кресле и ожидающе уставился на Йегера. — И что же сподвигло тебе приехать ко мне? — Йегер занял место за столом, сложил руки в замок. — А ты за заботами о ребенке и за веселью с любовницей совершенно перестал интересоваться тем что происходит вокруг? — недовольно, как-то надрывно спросил Леви — Может просто ответишь — Эрену совершенно не нравились эти загадки, и то как на него смотрел Леви — Кирштайн нас кинул — прошипел Леви — он выдал Брауна и за это получил капитана.       Эрен не знал что он чувствовал. Его переполняла растерянность, гнев, злость, страх. А вдруг Браун расскажет о них, и тогда вся семья погибнет. Йегер и не знал как теперь смотреть в глаза Кирштайну, он же доверял ему. — Благо Кирштайн не знал о нас в этом деле, а наши псевдонимы им никак не помогут выйти на нас — Леви прикрыл глаза. — Иначе ты бы не ворковал с Тайбер. — И что теперь будет? — спросил Йегер, пропуская мимо ушей колкость Аккермана. — Брауна казнят, как и его супругу Хисторию. А все их имущество отдадут Кирштайну — выплюнул эти слова Аккерман — Не то что мне нравился этот парень, но он был толковым. Кстати что твой брат говорит? — Ничего — махнул рукой Эрен — он залёг на дно на Парадизе, но он упоминал о неком Форстере. — Слышал — хмыкнул Леви — он знатно потрепал марлийскую аристократию. Робин Гуд элдийский. Так его прозвали.       Дальше они продолжили говорить о новой военной кампании Марли. Леви возмущался, что новый генерал Гувер совсем туфяк, что только убьет солдат. Эрен же просто махнул головой. Ему это не интересно. В этот раз он в отпуске, но теперь он боится, что Кирштайн может что-то узнать и рассказать марлийцам. Йегер прикрыл глаза и откинулся на спинку кресла.

***

      Рене оделась по-теплее. Малыша укутали в большое теплое покрывало. Сейчас по-времени была прогулка. С собой Рене взяла Сашу. Они давно не прогуливались вместе. Браус просто светилась от счастья, ведь они так давно вместе не прогуливались. Эрнст практически сразу уснул, как только почувствовал свежий воздух. Саша рассказывала о своей тайной любви Никколо, что прибыл как повар в поместье Йегеров. Рене прям чувствовала с какой любовью Саша говорит о этом пускай и таком нахальном (а именно такое впечатление было у Рене о нем) парне. — Ой, а это правда что в тебя влюбился в капитан Кирштайн? — Саша это спросила тихо, и даже прижала руку к губам. Это были всего лишь сплетни.       Это случилось до рождения Эрнста и болезни госпожи Йегер. Рене только приступила к работе в поместье и мало кого знала. Она часто сидит в беседке в саду и плетет венки. Ей разрешали срывать цветы, лично госпожа Йегер дала такое разрешения. Слишком уж хорошо она плела венки. Вот и сейчас Тайбер занималась любимым делом. Сегодня в поместье праздник и некоторых слуг отпустили в отпуск. Среди них была и Рене. Дома у неё не было поэтому сама Тайбер осталась в поместье, а как только гости разьедуться, то та сразу пойдет в свою комнату. — И что такая милая девушка сидит в одиночестве?        Рене подняла голову и встретилась со светло-карими глазами, что с интересом рассматривали ее лицо в веснушках. — Так вы не просто золотая, а ещё и поцелованая солнцем — на его лице играла яркая, искренняя улыбка — прошу за мою бестактность, Жан Кирштайн. Лейтенант марлийской армии. — Рене. Рене Тайбер. Служанка в поместье Йегеров — девушка застенчиво улыбнулась и опустила голову. — Нет не верю, вы не можете быть просто служанкой — Кирштайн сел на лавочку, но держал дистанцию чтобы ничего плохого о самой девице не подумали. — Вы самая красивая служанка. А поверьте я в Йегеров видел много служанок и слуг.       Рене пустила смешок. Она не знала как реагировать на такой уж сомнительный комплимент. Кирштайн не казался ей опасным, даже наоборот. Он открыто говорил с ней, шутил. — Мне скоро нужно будет уезжать — сообщил Кирштайн — но я обещаю что когда-то ещё приеду — Все до сих пор обсуждают тот случай? — спросила у подруги Рене, на руках она покачивала ребёнка — Ну, он пару раз писал мне письма, когда был дома. — Эх, а мне Никколо не пишет письма — обижено пробубнела Саша — Так вы видите друг друга каждый день — Рене тихо засмеялась, — а ещё он тебе оставляет всегда свинные ребрышки. Ты представляешь как ему влетит от господина Йегера если он об этом узнает. — Это не так романтично — Саша круто мотнула головой, так что длинные косы ударили Рене по носу, на котором все так же были веснушки.       Браус и Тайбер умолкли. Эрнст спокойно сопел на руках служанки. Эта прогулка должна была закончиться как и все остальные, но к ним галопом на лошади бежал Спрингер. Он весь запыхавшийся, ели успел остановить лошадь. — Рене, быстро к госпоже. Она зовёт       Первая мысль, что госпожа узнала о том что её муж изменил ей, она испуганно глянула на Сашу. Та только подтолкнула Тайбер, чтобы та бежала. С ребенком на руках не побежишь, особенно если он спит. Зайдя в холл девушка отдала Конни ребенка и быстро стянула теплую шубу.       К комнате госпожи её провели Конни и ещё одна служанка. Войдя в комнату Микасы она увидела неприятную картину. Госпожа Йегер лежала укутана несколькими одеялами, вокруг ее кровати стоял врач Арлерт, Эрен и Леви. Конни передал на руки Рене ребёнка. — Рене, подойди пожалуйста — попросила Микаса. Взгляд Йегер немного расплывчатый.       Рене медленно подошла ко всей и стала по правую руку Эрена. Тот кивнул на нее взгляд. — Дай мне Эрнста       Тайбер передала ребенка Микасе. Она слабо прижала дитя, которое немного похныкало и успокоилось. — Рене, дай мне свою руку — Тайбер протянула руку Микасе и та протянула кольцо. То самле которым их обручили с Эреном. — Не думай что я не знаю о вас с Эреном, я сама дала ему благословение. Я знала что умру. Рене, пожалуйста будь всегда рядом с Эреном и Эрнстом, не оставляй их одних. Пообещай мне это. — Я обещаю — Рене приняла кольцо которое протянула ей Микаса.