Мафия

Кристофер задумчиво посмотрел в окно на тусклый ночной город, освещаемый лишь уличными дорожными фонарями, и вздохнул. Там, где-то вдалеке мерцают яркие вывески казино и шум неспящих улиц. Он любил Чикаго за его разнообразие: развлекательные районы были полны клубов, баров и пристанищ местных бандитских группировок, но в то же время были и тихие места, которые вызывали глубокую симпатию у тех, кто любил спокойствие по вечерам. Бан являлся одним из таких. Но это не означало, что мужчина отсиживается в своей квартире днями, когда не нужно выходить на работу, читая газету и куря сигару. Даже телевизор — новая нынче машина, созданная развлекать человека и доступная пока только интеллигенции, не была способна заменить театры, кино и азартные игры. Сегодня самый подходящий день для того, чтобы проветриться в недавно открывшемся казино «Winner», в котором это открытие празднуют уже четвёртый день. Да, он обязательно должен присутствовать там, познакомиться с девушкой, позвать её в ближайший отель… В общем, хорошо провести время в эти выходные. Спустившись на первый этаж, он ещё раз обошёл взглядом свой образ: чёрные волосы уложены идеально, мощная шея выглядывает из воротника выглаженной белой рубашки. Бабочка или галстук? Чёрный или коричневый? К коричневым брюкам он подбирает чёрную бабочку, отлично сочетавшуюся с волосами и дорогим ремнём. Лакированные туфли не новые, но разношенные, удобные. Осталось надеть шляпу и пальто, прежде чем выйти, но стоит ему коснуться рукой дверной ручки, как в дверь звонят. Кого привело к нему в этот поздний час? — Вам что-то нужно? Добрый вечер, — запоздало поздоровался Кристофер, внимательно рассматривая незнакомца. Молодой парень азиатской наружности слишком походил на леди с короткими светлыми волнистыми волосами по плечи, пухлыми бледными губами и красивыми глазами. Если бы он сам не принадлежал этой расе, точно бы счёл за девушку. — Куда-то торопитесь? — Парень буквально пропел, игнорируя сказанное Баном. Одет он был небогато, скорее, как нищий, но очень опрятно: бордовая льняная рубашка и тонкие брюки без ремня, изношенные туфли, которые лучше бы выкинуть, чем ремонтировать. Белая кожа и ключицы, выступающие из-под расстёгнутого ворота, расслабленная поза и приоткрытый рот быстро подсказали ему, зачем же на самом деле стоит здесь этот парень. — Я повторюсь, Вам нужна помощь? Если нет, идите дальше, иначе полиции сдам. — Мужчина так же проигнорировал вопрос блондина и собирался уже закрыть дверь. Гомосексуализм в стране уголовно наказуем, а тут мальчик ещё и проституцией занимается. Если его заставили это делать, Бан попробует ему помочь, но, если от него не отстанут, он вызовет копов. — Мне не нужна. А вот Вам нужна, Кристофер. — Незнакомец усмехнулся и прикусил губу. Сказанным, он заставил Бана замереть в недоумении. В ту же секунду глаза блондина почернели, не оставив ни одного белого пятнышка, что мигом навело на мужчину ужас и непонимание одновременно. Кристофер попытался закрыть дверь, но парень одной рукой смог её удержать. Ему не составило особого труда вальяжно пройти в квартиру, сунув руки в карманы и даже осмотреть её, пока брюнет, сняв шляпу, пятился от него к телефону. К телефону, который странным образом не работал, несмотря на то что провода были целы. Незнакомец спокойно ожидал, пока он наиграется в «побег рыбки из аквариума», и в конце концов дождался того, что они встали напротив друг друга. Бан был в замешательстве и ярости, потому что даже входная дверь после того, как парень закрыл её, не поддавалась. — Что за чертовщина? Кто ты?! — Спросил Кристофер прямо в лицо, всматриваясь уже в нормальные глаза. — Хёнджин. Твоя ночная бабочка на сегодня. Хёнджин улыбнулся и тут же коснулся указательным пальцем его лба, после чего мужчина провалился во тьму. * Очнулся Бан, сидя на стуле с привязанными руками к деревянным подлокотникам. Хёнджин, что стоял возле его открытого шкафа и любознательно рылся в аккуратно сложенных вещах, использовал прочные ремни, чтобы мужчина даже не попытался двинуться с места или освободиться. — Что это за фокусы? Ты какой-то первоклассный вор? — Мужчина спрашивает больше с интересом, намерения этого парня ему пока понятны — Хёнджин ищет драгоценности и наличные, спрятанные в сейфе. Блондин, услышав его голос, замер, перестав шуршать одеждой. — Денег за секс недостаточно? Обворовывал любовников после бурной ночи, а если сопротивлялись, усыплял? — Слишком много вопросов, Кристофер, — улыбаясь, качает головой он, рассматривая пиджаки на вешалках. — Откуда ты знаешь моё имя? Конкуренты подослали? — Нет. Это неважно. Расслабься. Как можно расслабиться, когда ты сидишь в обездвиженном состоянии, пока незнакомец переворачивает вверх дном твой гардероб? Бан перестаёт задавать вопросы, понимая, что этим ничего не добьётся. — Часы в тумбочке. Забирай и вали. Только не забудь освободить меня, — бросает мужчина, видя, как Хёнджин прочесал все полки и ничего не нашёл. Но парень с места не двигается, продолжает что-то искать. — У тебя столько рубашек. — Хёнджин вытягивает одну, бежевого цвета, и прикладывает её к телу перед ним, как бы примеряя на себя. Большая для такого стройного парня. — Я надену, не против? Любишь, когда девушка ходит в твоих вещах? — Ты не девушка, и ты вор. — Кристоферу приходится наблюдать за тем, как блондин оголяется перед ним полностью, и старается не смотреть в зону паха. Фигуре и грации его позавидует любая девушка, и он сейчас не понимает, почему не отвернулся, почему всё ещё смотрит. Старая одежда валится на пол, а рубашка, прикрываемая с трудом пах, застёгивается на две средние пуговицы. — Хм, мне от тебя ничего не нужно. Кроме тела. — Повторюсь, меня не интересуют парни. — Это была абсолютная правда. Но загвоздка заключалась в том, что Хёнджин выглядел очень страстно и феминно, что не укрылось от внутреннего похотливого самца внутри мужчины. Хочется взять и наказать его как следует. Как он этого заслуживает. — Что такое интерес? Никогда не знаешь, к кому он возникнет, и это не влияет на твои тупые установки, Кристофер. Босые ступни всё же зашагали бесшумно по мягкому ковру к столику, за которым Кристофер обычно наводит марафет перед зеркалом, и Хёнджин, специально-случайно выпятив свою пятую точку, принялся выдвигать ящики. Несмотря на целую коллекцию дорогих часов, колец и запонок, его взор зацепился за маленький чёрный футляр, который каким-то странным образом оказался в квартире холостяка. — Ох, подружка Мэри оставила тут кое-что… — Хёнджин слышит, как мужчина дёргается на стуле, спрашивая, откуда он всё это знает. Парень как обычно не отвечает, открывая колпачок и выкручивая алую помаду, почти новую и красивую. И такую блядскую, идеальную для его губ. — Я уверен, что я лучше неё, — с вызовом глядит на него Хёнджин. У Кристофера вены на руках вздуваются, ремни скрипят, но не поддаются. Без разницы, что задумал этот парень, но вторгаться в свою личную жизнь он не позволит. — Ты много о себе возомнил. — Разве? — Блондин наклонился к зеркалу и начал с особой аккуратностью красить свои пухлые губы, кайфуя от глубины цвета. Странный огонёк блеснул в его глазах, когда он увидел в отражении Кристофера. — Это твой фетиш? Следить за предполагаемыми жертвами и рушить из личную жизнь? — Я же сказал, что мне ничего кроме секса не нужно. Ты мне потом ещё спасибо скажешь. — Хёнджин грациозно подходит к нему и садится на бёдра, расставив колени в стороны и вдыхая его парфюм. Тонкий, не слишком грубый. Глаза его вновь чернеют, он шепчет на ухо: — Город уже заснул. Проснулась мафия. Довериться пока этому парню ну никак не получается, поэтому Кристофер не оставляет попыток освободиться. Стул не железный, дизайнерский, но из прочного дерева, которое очень трудно будет сломать. Он всё думает о том, как бы попросить Хёнджина самому развязать его. Мысли еле формулируются, потому что блондин, как змея, обвил руками его плечи, начал трогать его везде, говорить странные фразы полушёпотом, побуждающие расслабиться, отпустить ситуацию и просто получать удовольствие. Чёрная бабочка летит на пол, а рубашка расстёгивается на четыре пуговицы. Открывается вид на чистую кожу, которая вмиг окрашивается в красный: Хёнджин идёт поцелуями по ней, засасывая и покусывая в некоторых местах. — Развяжи меня, и я тебя выебу. Парень лишь усмехается, на ловушку не ведётся, пачкает его рубашку помадой. Крики о помощи теперь не сработают, ибо он подставит не только его, но и себя, приняв клеймо позорного слова «мужеложец». Блондин осторожно облизывается, чтобы не съедать косметику, и показывает свой грязный подбородок. Он будто вампир после кормёжки: кровь пачкает кожу и рубашку, глаза дикие, нечеловеческие. Кто он, чёрт возьми? — Я и так возьму тебя. — Хёнджин впивается жадно в его губы, ближе двигается, показывая своё возбуждение, и Кристофер глаза закрывает, пытается отвлечься на что-то, что в голову не приходит. Всё занято им. Он в каждом углу его сознания, в каждом воображении, как надоедливый ребёнок, которому нужно просто дать то, что он хочет, чтобы он отстал наконец. А Хёнджин голоден. Цепляется когтями, клыками в жертву, что крупнее его, усыпляет бдительность, а потом питается его энергией, таким же желанием. Оказывается, Кристофер хочет не меньше. Движения и прикосновения неведомым образом распалили его, пробудив что-то глубокое внутри него, грязное и неправильное. Захотелось увидеть, как парень измученно стонет под ним, умоляет остановиться. А Бан ускоряется, трахая жёстче, ставя на место непослушного слугу Сатаны. Или кем бы он ни был. А они могли бы быть неплохой парой. Как только Хёнджин высвобождает его твёрдый член из брюк, брюнет неохотно представляет, как красные губы обвивают его, оставляя следы. Кристофер глухо стонет, откидывая голову назад, когда парень ласкает языком головку и заглатывает полностью, сразу же выходя — дразнит. Туман в глазах не рассеивается, острое удовольствие вспышками проходится по телу, а блондин продолжает сосать, чувствуя, что навстречу толкаются, желая достигнуть разрядки. Но с чего вдруг? Они ещё не закончили, всё только началось. Хёнджин перестаёт любоваться исцелованным твёрдым членом и хватается за его плечо, чтобы другой рукой себя растянуть. — Признайся, представлял секс с мужчиной? — Ты первый в моём воображении. И единственный. Парень насаживается на его орган со сдавленным шипением и выдыхает, когда член полностью оказывается внутри. Кристофер не может сравнить эту узость ни с чем, шумно дышит с ним в унисон, его уже не пугают чёрные глаза. Хёнджин начинает постепенно двигаться, концентрируясь только на том, как прекрасно выглядит Бан и как он стонет, когда ему хорошо. Да, из мужчин чертовски трудно вытащить звуки удовольствия, но с Хёнджином никто не молчит. Кристофер, покрытый красными поцелуями, помогает ему двигаться, но скорости недостаточно. — Блять, развяжи меня. — Он уже в открытую требует, чуть ли не рыча, сглатывая накопившуюся слюну. — Нельзя так выражаться при людях, которых только встретил, Кристофер. — Блондин мычит стоны, лениво трахаясь, доводя обоих до бешенства. Бомба замедленного действия скоро сработает. — Я сказал меня развязать. На это Хёнджин ухмыльнулся, приняв приказной тон, и всё же полез к ремням. Руки Кристофера почувствовали свободу и вмиг полезли к талии юноши. На красные отметины было глубоко плевать, пускай сходить они будут долго. Бан понял, что сейчас отыграется, но действовать здесь и сейчас не спешил. Парень ещё поскакал на нём какое-то время, и тогда брюнет встал на ноги, не выпуская худого тела из рук, и бросил на кровать, пнув при этом в сторону надоедливый стул, брошенный с грохотом. Они целовались, пока мужчина снимал с себя неудобную рубашку, и когда та оказалась лежащей на полу рядом со стулом, резко вошёл в стонущего парня и начал буквально втрахивать в постель, выбивая скулёж с криками. Настала его очередь отыграться. Бан собрал в кулак длинные мягкие волосы и потянул назад, оголяя шею для укусов. Слишком часто они целовались. Блондин с закатанными глазами и покрасневшими щеками был таким великолепным, что мужчина не хотел его ни за что отпускать. Как ангел похоти, свалившийся с Небес. В какой-то момент Хёнджин почувствовал потерю контроля над ситуацией и выглядел максимально испуганным, но успокоился, когда Кристофер глубоко кончил в него, пульсациями заполняя своим семенем. В этот момент блондин помог себе рукой и тоже часто задышал, пока сперма пачкала живот и ткань рубашки. Мокрая одежда была тут же спущена, Кристофер не смог ничего даже сказать или спросить и тут же завалился спать, надеясь, что наутро найдёт все ответы на свои вопросы. А утро уже близилось, рассвет был уже на пороге, как и на пороге стоял Хёнджин, чистый, в своих старых шмотках и абсолютно довольный. Бан проснулся только через пару часов, удивился сначала отсутствию нового любовника, который ни номера своего не оставил, ни адреса, а потом ещё этот главный заголовок свежей газеты… «Масштабная перестрелка прошлой ночью в крупном казино «Winner». Число погибших поражает…» Было ли это совпадением или на него снизошёл ангел-хранитель, спасший от беды?