Жизнь

      За окном льёт ливень, у кого-то на небесах там ведро явно дырявое. Прохожие разбегаются, прикрываясь всем, что есть под рукой. Машины делают такой же перерыв от цикла туда-сюда. Лишь подростки, замученные жизнью выходят под эти обжигающие и в тоже время лечащие капли, чтобы почувствовать себя живыми.       Жить, жить и ещё раз жить. Ладонь находится в другой, обе крепко сжимают, боясь упустить этот момент навсегда, потерять тепло и то, что так бережно хранят их сердца. Взгляд наверх, грудь же двоих наполняется холодным, но свежим, воздухом. Свобода.       Ещё немного так постоят и побегут. Побегут, не куда-то в укрытие, а прямо туда, где скопились глубокие ямы и в этот момент там полно воды. Именно там эти души, словно испорченные струны, вновь исцелятся и двор окрасится их смехом. И там же белокурые замёрзнут до дрожи в теле, синих губ и прерывистых фраз.       Это их не остановит. Нет, они вышли чтобы почувствовать хоть что-то. Сейчас это именно тот момент, их ничего не остановит. Альбедо прижимается к Итэру, целует смазано в щеку и оба смеются. Не останавливаясь голубоглазый касается губ напротив своими и оттягивает нижнюю, вызывая у любимого смешанные, но приятные, чувства. Длинноволосый не желает уступать и перетягивает канат «власти» над ситуацией на себя и прижимает того к стенке домика, а носиком уже проводя по мокрой шее. Несколько секунд и резкая боль встряхивает тело, а изо рта вылетает тихий, смущающий, но очень милый звук. Хочется больше.. но это детская площадка, продолжать точно не здесь.       Кстати, временное укрытие – какой-то деревянный домик на детской площадке. Он небольшой, а ветер дует так, что приходиться прижиматься к друг другу. Контраст тепла тел и холода улицы был прекрасен. Шалунишки оставили начатое на потом, кажется, сейчас за их спинами вырастут крылья и они улетят туда, где им будет место. Но крылья что-то не появляются, как в каком-то дешёвом фильме или же мультике, да и блондины решают продолжить свою прогулку(свидание!).       Один по случайности падает в большую лужу, забивая огромнейший болт на свои волосы и переворачивается на спину. Закрывает глаза до тех пор пока над ним не появляется что-то, что закрывает от дождя. Альбедо. Переживания как по щелчку пальца уносятся, даже о том, как потом будет пытаться восстанавливать свою шевелюру. Это не важно, на данный момент. Не важно и то, что сейчас он одет в какую-то тупую и лёгкую одежду.       Глаза цвета жёлтого сфалерита устремляются вверх, вцепляясь в другие, оживленные и заинтересованные, точно изучающие и запоминающие каждую деталь, цвета голубого циркона. О да, чертята так и пляшут, от чего их обладатель не выдерживает и прикусывает нижнюю губу.       Протягивается ладонь и за неё тянут с неожиданной силой на себя, тоже намочиться, искупаться. У кого-то потом спина болеть будет, но это на потом. Сейчас они пытаются восстановить дыхание, после звонкого смеха, который чудно сочетается со звуком дождя.       Лежащий сверху проводит аккуратно пальцами по лицу и улыбается, видя сосредоточенность во взгляде снизу и вновь прилипает к губам. Пусть все знают, что он только его и больше ничей. Может же ведь он проявить так называемые права на своего партнёра?       В ответ тихая усмешка и очередной неаккуратный поцелуй. А что бы сказали люди? Счастливые люди, пусть продолжают. Заболеют, так заболеют. Бабушки точно перекрестились бы и долго не решались принимать тот факт, что их соседи такие «отбитые». Да и кого это должно волновать? Двадцать первый век, когда люди успешно преуспевают в моде – быть собой.       Берясь за ладони, сплетая леденющие и уже синие пальцы между собой, подростки расплываются в улыбке, словно довольные коты, наевшиеся сметаны. Они выиграли джек-пот. Выиграли друг друга.       Оказавшись дома, в своей уютной и тёплой квартирке, парнишки бегут под согревающий напор воды – в душ. И только тогда, уже через какое-то время, довольные выходят на балкон с кружечкой горячего чая. Дождь ещё не торопился прекращаться, радуя их тем самым.       Жить... Жизнь ещё не прекращается на одном лишь моменте, который может раздавить, растоптать и стереть в пыль. Это не конец, она продолжает идти своим чередом спокойненько напевая себе под нос «это ещё не конец».       Эти двое тоже не планируют так всё заканчивать. Быть может сейчас они попытаются и не пожалеют, всё же мы ведь не знаем какие карты уготовила для нас наша спутница?       По утру обязательно будут возмущения, жалобы. Да, надо было думать, но это не важно. Ладонь любимого оказывается на спине, лёгкими поглаживаниями, и вся боль отступает. Словно пряча все следы зимой во время метели.       Сонный зевок, поцелуй в висок и крепкие объятия. Они уже не помнят как вчера уснули, но знают, что любят друг друга. Вчерашний день исцелил их, осторожно касаясь струн внутри и натягивая до такого предела, когда звук будет идеальным.       И снова об инструментах...