поцарапанная ладошка

вы сидите у него дома, в полутёмной комнате на кровати. он решает на компе свои задачи по геометрии, а ты лежишь головой у него на плече и тебе просто больно. просто без причины. тебе так часто просто больно. хочется рыдать, скулить и хныкать, как трёхлетний неловко упавший на попу ребёнок, хочется чтобы пожалели и приласкали. и ты тихо зовёшь его по имени, надеясь, что ребёнку сейчас вытрут слёзы, поцелуют в поцарапанную ладошку, и боль пройдёт. - что такое? - словно чувствуя твоё настроение, мягко спрашивает он, смотря тебе в глаза своими родными, добрыми и усталыми глазами. - поцелуй меня - шёпотом, будто боясь, что это нельзя произносить вслух. и он целует. тихо, нежно, потому что он знает, каково тебе. ему тоже бывает больно. ты отвечаешь, воровато, словно не до конца веря. проводишь дрожащей рукой по тёплой скуле, медленно переползаешь на него, не отрываясь. потому что это не может быть правдой. тебя не могут любить. даже если это действительно правда, то тебе так страшно это упустить. он убирает ноут куда-то в сторону и осторожно кладёт руки на твоё тело, успокаивая, залечивая раны. словно дуя на царапину. ты чувствуешь его тепло, его губы, его руки, его понимание и тебе так хорошо и так плохо. потому что неужели тебя любят. потому что так чертовски больно и страшно. ты целуешь его, обводишь дрожащими руками его лицо и не можешь насытится. кажется, что слёзы текут по твоим щекам, и ты вся трясёшься. а может быть не кажется. а он тихонько водит по твоему телу руками. он всё понимает. и вот ты отрываешься от его губ. судорожно хватаешь воздух покрасневшими губами и пытаешься успокоиться. он кладёт тебя обмякшим тельцем на себя и поглаживает, укачивает. ребёнок крепко засыпает, посапывая заложенным от слёз носом, на руках родителя. он спокоен. его любят.