Это не повод для шуток, Северус

      – Северус! – прокричала Макгонагалл, ворвавшись в его кабинет после краткого стука. – Неслыханно, чтобы боггарт ученика принимал облик одного из профессоров. Как бы ты ни недолюбливал гриффиндорцев, всему должен быть предел!       Северус встретил старшую коллегу невежливым молчанием. У него раскалывалась голова, и настроение было безвозвратно испорчено на послеобеденном учительском собрании, когда Ремус, мать его, Люпин рассказывал всем о случае на уроке третьего курса. Северус ненадолго почувствовал себя снова слабым подростком, против которого ополчились главные любимчики школы.       – Северус!       Он наконец поднял взгляд от эссе, на котором вымещал скопившуюся злобу. Кончик его пера блестел от чернил.       – Да, Минерва?       – По-твоему, это нормально? Бедный мальчик боится тебя!       Северус кисло усмехнулся.       – Если какой-то мягкотелый недоросль предпочитает бояться меня, а не Беллатрису Лестрейндж, то кто я такой, чтобы это менять? – медленно проговорил он. – Я на твоём месте радовался бы его детскому страху. Это не труп дедушки, как у Паркинсон, не собственная копия, пытающаяся выколоть себе глаза, как у Корнера, и даже не чёртов жирный магл. На которого, кстати, я советую тебе обратить особое внимание.       – Значит… – Макгонагалл откашлялась. – Ты уже слышал про мистера Поттера?       – Весь Хогвартс слышал, – проворчал Северус и откинулся на спинку кресла.       Кто бы мог подумать, что мальчишка за храбростью и напускной безрассудностью скрывал страх и застарелые эмоциональные травмы. Северусу пришлось признать, что он не распознал никаких знаков не потому, что не видел их, а потому что не хотел видеть. Он был слеп. Опасно слеп. Клятва могла взять своё, а он бы даже не понял, за что. Но теперь у него была первая крупица информации.       – И что ты предлагаешь делать? – спросила глава Гриффиндора неожиданно тихо.       Северус удивлённо вскинул брови. Он не ожидал, что Макгонагалл начнёт развивать эту тему с ним – из всех людей.       – Проведите собственное расследование, пообщайтесь с этими, – Северус презрительно скривил губы, – маглами. Изучите его дом, опросите соседей. Если всё действительно так, как мы думаем… придётся обратиться в Совет попечителей. – Он предостерегающе поднял руку, когда его коллега попыталась вставить слово. – У них есть опыт в разрешении подобных ситуаций, Минерва, с волшебными семьями и магловскими. Смею предположить, что ты до сих пор не сталкивалась с этим, потому что большая часть учеников с нестабильной обстановкой дома не поступает на твой факультет. Радуйся, что ли. Твои львы в полном порядке. Кроме одного.       Женщина несдержанно фыркнула.       – Это не повод для шуток, Северус.       Северус оскалился, ничуть не скрывая вспышки гнева.       – А я и не шучу. Только на первом курсе у меня сейчас три змеи, которыми нужен дополнительный присмотр. – Его голос тревожно понизился, когда он продолжил говорить: – Должен ли я напомнить, что во время моего обучения в Хогвартсе подобные вещи игнорировались?       Макгонагалл помрачнела, но не посмела возразить. Северус был прав в этом – и, к сожалению, он был лучшим доказательством собственной правоты.       – Если ситуация Поттера хуже, чем все считали, ему понадобится новый опекун. Желательно, бездетный.       – Что? – Макгонагалл по-совиному моргнула. – Уверена, семья Уизли…       – Да, перспектива стать одним из целого выводка, жить в тесноте и скромности – самое то для него. Ребёнок должен чувствовать себя приоритетом, иначе из него вырастет такой же раздолбай, как младший Уизли. Поттер и так слабо сосредоточен на учёбе. – Северус задумчиво покрутил перо между пальцев. – Займи его дополнительными уроками по какому-нибудь предмету, в котором он сильно отстаёт, пусть профессор аккуратно расспросит его о делах дома. После пары индивидуальных уроков уже может выстроиться доверие.       – Не пожалей о своём совете, Северус Снейп, – сказала Макгонагалл, прежде чем покинуть его кабинет.       Северус оставил в покое перо и чьё-то несчастное эссе. Он злился на мальчика за то, что он так долго молчал о своей домашней жизни, на Макгонагалл и Дамблдора, которые должны были заметить, но не заметили. Больше всего он злился на себя, он имел массу возможностей и ни одной не воспользовался.       Однако он не был чёртовым праведником, совсем нет.       Перспектива уроков один на один с отродьем Джеймса Поттера только усилила его головную боль. Но Северус не мог промолчать. Он должен был что-то сделать, даже если для этого ему придётся переступить через себя.