Heartbreaker

Какое-то время они молча шли рядом, изредка поглядывая друг на друга и отводя глаза. — Значит, говоришь, писатель? Так, а почему ты работаешь тренером? А не… где-там можно? Журналистом, например, — наконец, не выдержал молчания Юнги. — Я бы очень хотел поработать в какой-нибудь газете, и обязательно попробую позже, но сейчас мне нужно время и деньги. Работа журналиста потребует полной занятости и я не смогу дописать свой роман. — Что за роман? Давно ты пишешь его? — Фэнтези. Да, наверное, всю свою сознательную жизнь. — Что? — Мин скептически хмыкнул. — Просто, главный герой пришёл мне в голову ещё в детстве. Я часто придумывал всякие истории с ним. Когда стал подростком, начал записывать. Но всё это как-то не складывалось в единую картину. Мне не хватало опыта, да, и элементарно времени. В универе я выиграл гранд на обучение в колледже письменности в Санта-Барбаре, там мне вообще было не до этого, а вернувшись в Корею, решил, что обязательно должен написать свою историю. Она просто не даёт мне покоя. — Увлечённые люди двигают мир. Я бы тоже хотел побывать за границей, посмотреть другие страны. Я пока нигде не был. — Куда бы ты поехал в первую очередь? — Рим. Я давно мечтаю…да, нет. Ну, нет же! — Мин резко остановился и спрятался за спиной Гука. — Что происходит? Что нужно делать? — Чон непонимающе пытался заглянуть себе за спину. — Тихо ты, не дёргайся! Короче, видишь там впереди парень стоит в чёрном пальто? Гук посмотрел, куда сказали и тут же натянул кепку пониже. «Твою мать, Сокджин-то какого хера тут?» — пронеслось у него в голове. — Да. Ты его знаешь? — Короче, мой подъезд напротив, код 538, верхний этаж, квартира 174, от неё код такой же. Ты сейчас идешь вперёд и заходишь один. Я приду минут через десять, надеюсь. Всё понятно? — Ни хрена непонятно, но ок. — Давай. Достав из кармана маску, Гук быстро надел её, наклонил голову пониже и быстро пошёл вперёд. Мин подождал, когда он зайдет в дом, тяжело вздохнул и как на каторгу шагнул по направлению к бывшему любовнику, который уже заметил его и не сводил печальных щенячьих глаз. Подойдя, Юнги молча встал напротив, тоскливо ожидая очередную сцену. Джин осторожно взял его за руку: — Ты сменил код? Зачем? — Давай сразу к делу. Я не вернусь, всё кончено. Мин выдернул ладонь и направился к двери, не веря, что так быстро отделался от неприятного разговора. Его радость была недолгой, как только он набрал код, Джин оказался за его спиной. Придерживая дверь, он толкнул Юнги внутрь и зашёл за ним следом. — Какого чёрта ты твори… Ким не дал ему возможности сказать, всё что он думает. Прижав Юнги к двери, он закрыл ему рот поцелуем. Мин никак не отвечал и даже не пытался оттолкнуть Джина, замерев как статуя. — Юни, перестань делать вид, что тебе это не нравится. Я знаю, что ты хочешь меня. Чувства не могли исчезнуть за один день. — прошептал Джин ему на ухо, опуская руки на задницу, мягко поглаживая и целуя в шею. - Ну, же, перестань ломаться, ты же всё равно вернёшся, как и всегда. Мин недовольно поморщился и попытался освободится: — Джин, забудь про меня. — Как? Каким образом? — он зло ударил ладонью о дверь рядом с головой Юнги. — Ты думаешь я не старался? Но ты везде, в каждом встречном лице я ищу твои черты. Я не могу спать. Твой голос постоянно в моей голове. Ты! Ты повсюду. У меня нет сил выдернуть эту любовь из своего сердца. Юнги вздохнул, оттолкнул Джина, освобождаясь от его объятий, подошёл к лестнице и сел на ступеньку, хлопая ладонью по месту рядом. Ким послушно подошёл и сел. — Прости меня, — начал Юнги, — я знал, что так будет, но позволил тогда подняться в квартиру. Твой отец лишь подтолкнул то, что всё равно бы случилось. У нас не было шанса, ни единого. — Это неправда. Я бы всё равно тебя добился. — Я больше не хочу делать тебе больно. — Я не верю, что ты спишь с Намом. Он же вообще не твой тип, я знаю тебя. Зачем была эта сцена утром? — Это всё не имеет значения. Джин, пойми, у нас нет будущего. - Юнги повернулся к нему лицом и погладил по щеке. - Я буду скучать по твоим дурацким шуткам. Я ни с кем так не смеялся. Ты потрясающе красивый. Наши безумные ночи... мне не забыть их никогда. Но твой отец слишком влиятельный человек. Он легко может испортить мне жизнь. Я не хочу неприятностей. — Я смогу защитить тебя. — Нет, Джин, не сможешь. Ты полностью зависишь от него. Я должен думать о себе. Мне нужен партнёр, поддержка и опора. Ты не можешь мне этого дать. Давай разойдёмся по-хорошему. Пожалуйста. Мне тоже больно. Ким молчал, низко повесив голову и смотря себе под ноги. Мин встал и направился к лифту. — Шлюха! — выкрикнул Джин ему в спину. — Тебе от меня нужны были только деньги, как только я сказал, что отец прижал меня, ты сразу свинтил, чтобы лечь под Намджуна. Не поворачиваясь, Мин нажал кнопку лифта и ничего не отвечал. — Что ты молчишь? Я прав! Хочешь я подыщу тебе папика побогаче, чем Нам? У отца полно друзей. Правда он будет лет на тридцать старше, но для тебя же это неважно. Так ведь, Мин? Какая разница, перед кем стоять на коленях, если он богат? Юнги продолжал молчать, сжимая кулаки и морщась, как от боли. Так и не обернувшись, он вошёл в лифт, оставляя Джина сидеть, скорчившись на ступеньках.

***

Зайдя в квартиру, Мин прямиком направился к холодильнику, достал из него бутылку соджу и выпил сразу половину. Последние слова Джина больно задели его. «Чёртов папенькин сынок! Всё, Мин, выкинули из головы это ничтожество. Он того не стоит. Сука!» Он прошлёпал в свою комнату, переоделся и плюхнулся в кровать. «Твою ж мать! А Гук-то, где? Бля, как я забыл то про него? Джин-сука ебливая, всё из-за тебя!» Подскочив с кровати, он ломанулся искать парня, который обнаружился в мастерской, стоя перед мольбертом с незаконченной работой. Подкравшись к нему на цыпочках, Юнги резко ткнул его двумя пальцами под ребра, Гук подпрыгнул чуть ли не до потолка, смешно крякнув и вытаращив на него испуганные глаза. — Вот, же ты негодяй. Я чуть кирпичей не наложил, — Гук схватился за сердце и протяжно выдохнул, успокаиваясь. — Теперь мы квиты, — хмыкнул Мин. — Ты не сказал, что художник. — Ну, как-то к слову не пришлось. Как тебе? — Они цепляют. Хочется смотреть и смотреть, хотя я вообще далёк от живописи. Кто этот парень? — Гук ткнул на картину с портретом Чимина. — Его образ на многих твоих картинах. — Это Чимин, мой сосед, который съехал. — И который оставил тебе засосы? — С чего ты взял? — В зале ты сказал, что Чимин тебя сегодня подставляет. — А всё-то он подмечает. Ты, наверное, неплохой писатель, дашь почитать свой текст? — А ты неплохо уходишь от ответа, научишь? Мин фыркнул и повернулся к двери: — Если согласишься жить тут, могу дать парочку уроков. Ты голодный? — Да. — Пошли, в холодильнике там есть что-то, Чимка меня голодным бы не бросил. Ты, кстати, готовишь? —Рамён варю профессионально. — Значит и рис варить научишься. — В смысле? Я должен буду готовить? — А кто? Я что ли? — Хотелось бы равноправия в этом вопросе, — Гук облокатился на столешницу, оглядываясь по сторонам. Квартира ему очень понравилась. Гостиная совмещенная с кухней, две довольно просторные спальни и мастерская Юнги. Мебели было по минимуму и никаких мелочей для уюта, но это было и понятно. Парни явно не заморачивались такой ерундой. — Таааак, чего тут у нас? — пробубнил Мин, засовывая голову в холодильник. — В жопу демократию, я тиран, сразу предупреждаю. — А выглядишь, как пупсик. — Внешность обманчива. Опачки! Говядинка и рис, так, кимчи… Чима, я тебя обожаю. Ща, всё будет, Гуки, папочка тебя накормит. — Даже не мечтай, что я буду тебя так называть. Сколько тебе, кстати лет? — 23. Малыш, если бы я захотел, ты бы умолял позволить называть меня так. — Не слишком ли у тебя большое самомнение? — Нормальное, жить не мешает. Так, на держи, неси на стол. А тебе сколько лет? — Мы ровесники. Через полчаса, выпив еще бутылку, сытый и довольный Мин разглядывал весёлое и такое же хмельное лицо Чонгука: — Так и что, ты ответишь на моё предложение? Или мне на одно колено нужно встать? — Твои эти шуточки двусмысленные… — Нравятся тебе, я вижу, не трынди. Что тебя смущает? Мне кажется, мы с тобой поладим. — Я согласен. Когда можно привезти вещи? Мин довольно улыбнулся: — Смотри сам. — Да мне чем, раньше, чем лучше, за гостиницу, чтобы не переплачивать. Я завтра во второй половине дня работаю, с утра тогда привезу. Юн, можно пару вопросов? — Ну? — Юнги нахмурился. — Тот парень.. — Следующий вопрос. По ледяному тону Юнги, Гук понял, что лучше не настаивать: — Ок. Я понимаю. Тогда может ответишь, почему ты сказал, что я тебя не интересую, ну, в качестве… ты понимаешь. — Чего? Самолюбие задело? - Мин сразу расслабился. — Может и так. — Не комплексуй, я, как художник могу тебе ответственно заявить, что у тебя шикарные данные. Даже, больше, ты обязательно должен будешь мне позировать. — Должен? — Угу. — Ты опять не ответил. Изворотливый, как уж. — Я довольно гибкий, ты прав. — Да, блять, Юнги! Мин ухмыльнулся: — Ладно, если мы уж с тобой теперь соседи. Дело в том, что я зарёкся связываться с бедными несостоявшимися парнями и мажорами. Гук замолчал и уткнулся в тарелку, собирая палочками зернышки риса: — Ты чего? Только не говори, что обиделся. — Нет, конечно. Я же говорил, что не по вашей части. Меня девушки возбуждают. — Почему ты один? Или ты предпочитаешь разовые связи? — Нет. Я вообще, довольно романтичный. — Гук нахмурился. — У меня была девушка в Штатах, но мы расстались перед моим отъездом. Она не захотела поехать со мной, я не мог там оставаться. А в отношения на расстоянии я не верю. — Печально, — Мин зевнул и потянулся, — поздно уже. — Да, правда. Мы засиделись. Я поеду, пожалуй. — Останься, — предложил Юнги, — раз уж ты всё-равно завтра переезжаешь, чего мотаться туда-сюда? У меня полно футболок оверсайз, думаю с трудом, но налезут на тебя. Гук закатил глаза и фыркнул: — Уговорил. Я честно, устал, чтобы мотаться на другой конец города. — Вот, и правильно. Чистые полотенца в шкафчике в ванной. Постельное бельё? Принесу тебе. Иди в душ, я пока посуду помою. — Спасибо. — В следующий раз ты моешь. — Я не про посуду. Мин удивлённо посмотрел и улыбнулся своей восхитительной улыбкой, от которой у Гука, почему-то ёкнуло сердечко: — Натурой отблагодаришь. — Ой, всё! — Гук резко встал из-за стола. Мин посмеиваясь, помыл посуду, после чего отправился к себе, чтобы найти для Гука футболку и бельё. Зайдя в комнату Чимина, его на секунду охватила тоска. Обведя взглядом пустую комнату, он вздохнул, но сразу одёрнул себя: «К чёрту! Нужно начинать новую жизнь.» Он положил бельё на матрас и развернулся к двери, уткнувшись взглядом в обнаженную грудь Чонгука. Тот стоял в двери в одном, вашу мать, полотенце. Мин замер, восхищённо разглядывая каждую накачанную мышцу на его теле. — Мин, ты меня в краску вгоняешь, ну, нельзя так откровенно пялится. — Да, пошёл ты! Для чего ты качался, как не для того, чтобы тебя поедали глазами? — он подошёл почти вплотную, покусывая губы и щурясь, как кот, того и гляди замурчит. — Мин, ну серьёзно, — Гук уже начинал нервничать и прикрыл грудь ладонями. — Да успокойся ты! У меня чисто профессиональный интерес, — он обошёл его, встал за спиной и мягко толкнул ладонями, заставляя пройти в комнату. Гук почувствовал странное возбуждение. Сам не зная, почему, он вдруг представил, как Мин прижимается к нему со спины, так чтобы его член упирался ему между половинок и целует в шею, шепча что-то грязное и откровенно пошлое. По венам на руках пробежал ток, Чон тяжело сглотнул, опуская глаза на вздыбившееся полотенце. — Спокойной ночи, Гуки, — услышал он, разочарованно.