Как я тебя узнаю

Солнце зашло, окрасив небо и воду нежным сиреневым цветом. Продолговатые гладкие камешки целиком устилали пляж и хрустели под ногами. — А можно нам тут немного посидеть? — Думаю, да. Конечно. Думаешь? Нет, Снейп. Ты абсолютно не думаешь. Потому что если бы ты думал, ну хоть сколько-нибудь, хоть самую малость, то ни за что бы не стал разгуливать по берегу с долбанным Гарри Поттером. Они подошли к воде почти вплотную, только чтоб не намокнуть от набегающих волн и опустились на камни. Северус достал из сумки начатый кальвадос и два стакана, поставил их на землю, после чего наполнил на треть. — Берите. — Спасибо. — Слишком быстро не пейте. Крепкий. — Постараюсь, — как-то мрачно ответил Поттер и взяв стакан, медленно сделал большой глоток, а потом обхватив себя за плечи, опустил голову. Снейп смотрел изучающе. — Вас что, расстроило море? — Не море, нет. Мысли. — Гарри поднял голову. — Здесь так хорошо. Слишком хорошо. От этого кажется, что здесь не умирают. — Это обманчивое ощущение. Умирают везде. — Да, я понимаю. Просто… Вам когда-нибудь приходилось… Закончить предложение Гарри не решился. Он ведь видел Бернара впервые в жизни, в конце концов. — Приходилось что? — Приходилось терять кого-то близкого? Снейп не ответил. С минуту они посидели молча. — Извините, я не должен был спрашивать, — опомнился Гарри. Порывы ветра трепали его непослушные волосы, а лицо было бледным. — Приходилось. — И как вы справились? — Я не уверен, что справился. Так что не думаю, что смогу предложить готовый рецепт. — А… простите ещё раз, что спросил. Это так неуместно. К тому же вы друг профессора Макгонагалл. То есть директора. То есть… простите. Гарри поставил пустой стакан рядом с собой. — Новый я вам наливать не стану, до тех пор пока не допью свой. Гарри слабо улыбнулся: — Вы правы. Просто я тоже… не справляюсь. Совсем. После войны. Видимо, мальчишка действительно проживал не лучшие времена. Но стоит ли продолжать этот разговор? Снейп колебался. Рассчитывал силы. Сделав глоток, он, наконец, решился: — Война, Гарри, это не то, что заканчивается сразу после победы и праздничного фейерверка. К сожалению. Пока идёт война, у человека есть цель, ради которой он готов идти на жертвы. Есть цель и нет времени ее осмыслять. Многое происходит на природных инстинктах, на желании выжить. Но после опасности проходит время и человека догоняет понимание пустоты. Вопросов как жить дальше. Куда двигаться. Война очень травмирует и отравляет. В этом ее суть. — Отравляет — согласился Гарри. — как зелье… Как ядовитая змея. Снейп слегка дернулся. — Примерно. Но у большинства таких зелий есть противоядия. Ровно, кстати, как и у змей. — Противоядия у змей? — Насколько мне известна ваша история мистер Поттер, вам удалось выжить после укуса Василиска. Гарри закрыл лицо руками и шумно вдохнул: — Я никогда себя не прощу. Никогда себя не прощу. Я бы мог спасти его. Найти способ. А вместо этого… Он больше не мог говорить. Он вдруг разрыдался. На мгновение Снейпу показалось, что его поразили заклятием «остолбеней». Невозможно пошевелиться. Невозможно произнести ни слова. Что происходит? Что происходит? Что делать? Его надо сейчас оставить одного? Нет, его нельзя оставлять одного. Но что тогда? Снейп занёс руку над плечом Гарри, но на мгновение замер. Черт. Отдернул руку. — К сожалению, я не представляю, чем могу вам помочь… у меня дома есть успокоительное. Если хотите. Гарри?.. Вместо ответа он отрицательно покачал головой. Мордред, почему с этим мальчишкой всегда так сложно. — А маховика времени у вас дома нет случайно? — Вы что шутите?.. впрочем, вижу что нет. Маховика нет специально. Больше ни у кого. Поверьте, я знаю, о чем говорю. Зачем вам вообще понадобился маховик? — Вернуться в прошлое. — Вы и так немного потерялись в нем, насколько я могу судить. — Чтобы спасти Северуса Снейпа. — Что?.. — Вы допили. Нальёте мне ещё? — Чтобы спасти кого? — Северуса Снейпа. Вы что… Вы его знали? Он не мог ответить. Он не знал как ответить. Он наливал в стаканы кальвадос. На этот раз по половине. Мордред, Люциус говорил правду? — Знали? — настойчиво повторил Гарри. Переведи тему. Задай какой-нибудь вопрос. — Почему именно его? — Потому что, — голос Гарри дрогнул. — потому что он был самым смелым из всех людей. Самым смелым и самым лучшим. — Думаю, немногие бы с вами согласились. — Да плевать я хотел на многих. Что они вообще понимают? — Вы были с ним друзьями? — Нет. К несчастью. Я был полным идиотом. То есть, вы все-таки его знали? — Да, я... был знаком. Глаза Гарри, блестевшие от слез странным образом просияли. — Как думаете, он мог спастись? — Спастись? Неужели вы полагаете, что будь он жив, не нашёл бы способа с вами связаться? — Я же сказал, мы не были друзьями. Я доставлял ему кучу неприятностей и проблем. Он ни за что не стал бы в здравом уме искать общения. Это понятно. Но я не могу перестать надеяться, что он выжил. Мордред! Потому что если он все-таки мёртв, то я в этой жизни вообще не вижу никакого смысла. Гарри снова закрыл лицо руками, и его плечи задрожали. Это было невыносимо. Снейп отвернулся, чтобы не видеть. Недостаточно. Тогда он поднялся с земли и отошёл на несколько шагов. Потом попытался снова приблизиться. И снова отошел. Так мечется зверь, пойманный в клетку. Это просто нерешаемая задача. Блядь, блядь! Что будет, если сказать ему правду? Как просчитать наперёд к чему его приведёт это признание? Нет, конечно, в Поттере, можно не сомневаться, он ни за что не выдаст тайну общественности, очевидно, национальный герой сам сыт ею по горло. Но к чему это приведёт… между ними? А к чему ты хочешь, чтобы это привело? Неважно. Неважно. Важно сказать ему правду. Правду. Серьезно? Видишь ли, дорогой Гарри Поттер, пока ты тут самобичуешься, сажаешь печень и оплакиваешь профессора, он на самом деле жив-здоров, наслаждается жизнью в уютном домике на берегу моря. Не сомневайся, я это знаю наверняка, потому что он — это я. Ты же ни капли не удивлен, правда? Нет. Он не может сказать ему правду. Мордред, который час, скоро закончится действие оборотного, чем ты только думал?.. А, ты не думал, мы ведь это уже выяснили. Главное было прихватить кальвадос с собой, а остальное приложится, правда? Снейп откашлялся: — Я должен вернуться домой. Если хотите, можете пойти со мной. Гарри попытался вытереть слезы: — Нет, что вы. Я... Мне очень стыдно, что я так... Простите. Слишком не в себе в последнее время. Вот, вылил на вас все эти... откровения. — Я не в обиде. Пойдемте со мной. — Спасибо. Ценю вашу отзывчивость, но не буду ей злоупотреблять. Мне будет полезно побыть одному. Пойду, поднимусь на скалы. Там, наверное, здорово. — Что ж, как хотите. Правда, скоро совсем стемнеет. — Тем лучше. Подождите, — быстрыми глотками Гарри допил кальвадос, — вот, не забудьте ваш стакан. Спасибо за все. Всего доброго. — Всего доброго, — машинально отозвался Снейп, забирая стакан из рук Гарри, стараясь не задеть его пальцы. После чего развернулся и буквально кинулся в сторону дома. Сбежал? Молодец. Ты же у нас "самый смелый".