Heartbeat For Two

Начался новый день. У большинства сейчас учёба и свои заботы. В палату открылась дверь и я услышала шаги к своей койке. — Доктор, она не очнулась. Прошу сделайте, хоть что-нибудь, — сказала мама, вставая со стула. Она всю ночь с отцом находилась рядом со мной. Несмотря на то, что у них работа и их ждал мой брат. — Сейчас посмотрим, — сказал врач и подошёл к приборам. Он начал что-то себе записывать и сверяться с часами. — Так, ну дела обстоят так… Внутреннее кровоизлияние было успешно остановлено, но придётся восстанавливать силы. Странно, что она не может очнуться… Снотворное уже не действует. Тогда вывод один — это шоковое состояние и организм пытается восстановиться. Вам результаты не очень понравятся… Придется купить лекарства восстанавливающие кровообращение, а также ей некоторое время придётся сидеть дома. Категорически ей запрещено стрессовать. Видно у нее и до этого были трудности в школе. Она, вам ничего не говорила? — спросил врач, смотря на родителей. — Нет. Она говорила, что с ней всё хорошо, — сказал папа, обнимая маму. — Я ей выписал направление к психологу. Не хочу, вас огорчать, но ваша дочь врала вам. На теле наблюдаются многочисленные побои, а также нервы мозга некоторые разрушены из-за сильного стресса. Но отдам ей должное, здоровьем она сильная, — сказал врач, показывая старые побои на моей руке и шеи. Мама прикрыла рот руками и начала плакать, папа же ещё сильнее её обнял. Родители были в шоке от того, как выглядело моё тело. — Вы можете идти. Я позвоню вам, как она очнётся, — сказал врач, садясь рядом со мной. — Хорошо… Сколько будет стоить лечение? — сказал папа, помогая маме встать. — Цену вам скажу позже, но точно примерно 100.000 иен, — сказал врач, смотря на родителей. — Я Вас понял. Сделайте все возможное в Ваших силах, — сказал папа, выходя с мамой у которой была истерика в коридор. Тем временем в школе всё было как обычно. Начался урок и в класс зашёл учитель литературы. — Так, ребята. Доброе утро. У нас не очень приятные новости. Мэй Хироко сейчас в больнице в тяжёлом состоянии. Вчера после уроков, кто-то избил её. К нам в школу приедет полиция, поэтому если кто-то что-то видео то говорите лучше сразу, — сказал учитель. Класс молча выслушал. Найрайо от злости сломал карандаш в руках. Вакатоши и Тендо уже начали думать кто это мог быть. Урок кончился и все вышли на перемену. — Вакатоши, как думаешь кто это мог быть? — спросил Сатори, смотря на Вакатоши, который готовился к урокам. — Есть предположения, но нет доказательств. В любом случае полиция докопается до правды, — сказал Вакатоши и посмотрел в окно. — Бедная Мэй-чан… Мне её очень жалко, — сказал Сатори, смотря грустно в тетрадь. — Я обещал за ней присматривать… И в результате не уследил, — сказал Вакатоши, посмотрев на Сатори. В коридоре туда-сюда бегали школьники. В самом дальнем коридоре стоял Найрайо и Ямаути. — Ты хотел поговорить? — спросила Ямаути, держа в руках телефон. — Да. Что ты сделала с Хироко? — спросил Найрайо, смотря злобно на Ямаути. — Да, так ничего. Просто поговорила с ней, — сказала Ямаути усмехнувшись. Найрайо тут же схватил Ямаути и поднял над полом, держа за воротник. — Я тебя просил её припугнуть, но не бить, — сказал Найрайо, сжимая воротник. — Пусти… У меня на неё свои планы, — сказала Ямаути, пытаясь выбраться. — Ты должна была слушать меня. Теперь нас двоих повяжут менты, — сказал Найрайо и отпустил Ямаути. — Нет… Повяжут тебя одного. Я скажу, что ты мне угрожал и мне ничего не оставалось, как послушаться тебя. Вот доказательства, — сказала Ямаути и включила запись разговора Найрайо. — Сволочь ты, — сказал Найрайо и выбил телефон Ямаути с рук, что он разбился, — Что теперь скажешь? — Кретин! — крикнула Ямаути и прописала ему леща. Найрайо лишь усмехнулся, взявшись за щеку. Он облизал палец руки и посмотрел хитрым взглядом на злую Ямаути. — Если, ты думаешь, что самая умная, то ты глубоко ошибаешься. Ничтожество, — сказал Найрайо и толкнул плечом Ямаути. — Тебе ничто не поможет!!! С тебя телефон!!! — крикнула Ямаути вслед. — Иди валерьянки выпей. Ведь сегодня ты вылетишь из этой школы, как пробка, — сказал Найрайо, ехидно улыбаясь ей. В мой класс пришла полиция и начала всех допрашивать. Найрайо сказал, что ничего не видел и не знал. В нашем кабинете была найдена одна зацепка. От туфли отлетела пряжка. Она была небольшая золотистого цвета. Полиция обошла все парты, смотря на ботинки учащихся, но они не нашли ученика без недостающей пряжки. — Как думаешь Вакатоши, Найрайо имеет тут дело? — спросил Сатори, смотря на Найрайо, который спал на парте. — Есть подозрения. В любом случае полиция всё скажет. Мне кажется Найрайо частично тут причастен, — сказал Вакатоши, смотря на него злым взглядом. После этого полиция пошла к директору. Там они пообщались и тогда директор собрал главных хулиганов школы в том числе и Ямаути. Найрайо не стали трогать, ведь его папа крупная шишка в Токио и он неприкосновенен. В кабинете директора устроили допрос. — Опрос окончен. А теперь попрошу девушку с хвостиками подойти сюда, — сказал полицейский, сидя на столе записывая протокол. Девушка робко вышла к офицеру. — Да? — спросила она, не подавая виду, что ей страшно. — Где, Вы вчера были после уроков? — спросил полицейский, опустив фуражку на глаза. — Я сразу домой пошла, — сказала она, смотря на полицейского. — Понятно. На Вашем ботинке нет одной пряжки, — сказал полицейский, смотря на ботинки девушки. Она опустила вниз глаза и увидела, что на правой ноге не хватало пряжки. — Камнем, наверное, отбило, — сказала она и взглотнула слюну. — У Вас на пути был валун? Что ж не стоит пинать камни в следующий раз, — сказал полицейский и улыбнулся. — Та, да… Просто… — начала она и тут же полицейский положил пряжку на стол, так громко, что чуть стол не луснул. — Она была в кабинете… В дальнем углу. Где Вы там камни нашли непонятно. А вот пятна крови на ней, пыли и грязи говорят обратное. Теперь говорите правду, — сказал полицейский, смотря на нее. Девушка тут же побледнела. — Я жду, — сказал полицейский, смотря на испуганную девушку. — Простите!!! Я больше так не буду!!! — крикнула девушка и начала плакать. — А, больше и не надо. Мне что так в протоколе и написать: Простите я больше так не буду? — спросил полицейский, усмехаясь. — Это всё не я! Это Ямаути заставила нас! — крикнула девушка. — Вот значит как… Позовите сюда эту подозреваемую, — сказал полицейский, жестикулируя рукой. Ямаути зашла в кабинет и со злостью смотрела на всех. — Ямаути Йоко, что Вы можете рассказать? Все стрелки указывают на Вас… Вот свидетель, — сказал полицейский, вертя ручку. — Она врёт всё, — сказала коротко Ямаути, сжимая кулаки. — Есть ещё кто может это подтвердить? — спросил полицейский, переведя взгляд на девушку с хвостиками. — Да, девушка с кучерявыми волосами и одна девочка в очках, — сказала девушка с хвостиками. — Предательница! — крикнула Ямаути и ударила её. — Ямаути, угомонитесь. Вы ухудшает положение себе же, — сказал полицейский. В кабинет вошли, оставшиеся девочки. Их стали допрашивать и они всё рассказали. — Один вопрос: Зачем вы её избили? Вы понимаете, что вы испортили себе этим поступком не только свое будущее, но и будущее этой девушки, которая сейчас в больнице по вашей вине? — спросил полицейский, смотря на девушек. — Вы нас не сможете посадить. По крайней мере меня точно. Мой папа важная шишка в городе, — сказала Ямаути, смотря на свои ногти. — Перед законом все равны. И Вы сядете по полной программе. Год тюрьмы и штраф, вам не помешают. Забирайте из в отделение и приводите сюда Найрайо, — сказал полицейский, положив фуражку на стол. Девушек взяли и вывели из школы, садя в машину. — Вакатоши, смотри! — крикнул Сатори, указывая на полицейских, которые вели девушек. Вакатоши глянул туда, куда указывал Сатори. Глаза Вакатоши загорелись огнём ярости к ним. — Идиотки, — сказал Сатори. — Да, — сказал Вакатоши. Они пошли в столовую. Найрайо привели к полицейскому. — Так, ну а теперь к делу. Джиро, зачем ты тронул её? — спросил полицейский. — Давно не виделись Охиро!!! Что как жизнь?!!! — спросил Найрайо, развалившись в стуле. — Во-первых вопросы тут задаю я, а во-вторых для тебя товарищ полицейский. Ответь на мой вопрос, — сказал полицейский, грозно смотря на Найрайо. — Оправдываться не вижу смысла, но скажу… Она мне отказала, так что я решил её припугнуть, но без телесных повреждений, — сказал Найрайо, надувная жвачку, осматривая всё вокруг. — Ты понимаешь, что это статья? — спросил полицейский, положив ручку на стол и замкнув руки в замок. — Давай ближе к делу. Просто скажи сколько, — сказал Найрайо, выкинув жвачку в мусорку. — При всём уважении к Твоему отцу, но не к тебе обойдёмся штрафом и полной оплатой лечения девушки. В следующий раз загремишь в тюрьму и я не буду выгораживать, — сказал полицейский, вставая с места. Директор зашёл в кабинет и они договорились в полицейским, что о Найрайо никто не узнает, а также не будет вестись против него дело. Полиция уехала, а Найрайо вернулся в класс. Уроки окончились и сразу после их окончания Вакатоши и Сатори поехали ко мне в больницу. Больница находилась в центральном районе. — Слушай, давай что-то купим ей, — предложил Сатори, смотря на Вакатоши. — Не думаю, что она будет в состоянии есть что-либо, — сказал Вакатоши, смотря на время в телефоне. — Я не про еду. Я знаю она любит милые игрушки, пошли купим. Ей в этой больнице ещё неделю валяться, — сказал Сатори. Он быстро нашел магазин с милыми игрушками. Здесь так и чувствовалась атмосфера ванили. Не хватало фенечки, единорога и радуги. Вакатоши уставился на розового медведя. Он был больших размеров, почти как я ростом. — Вакатоши, ты чего? — спросил Сатори, неся игрушки. — Да, нет ничего, — сказал Вакатоши, смотря на Сатори. — Так, насколько я помню Мэй не любит розовый. Я тут нашёл прикольного кота, похожего на ее кота. Как думаешь? — спросил Сатори, держа в руках игрушку рыжего котёнка. — Может ещё посмотрим, — предложил Вакатоши, скривив недовольное лицо. — Ну, давай, — сказал Сатори и положил игрушку на место. Тут они оба подошли к игрушке милого осьминога. — Точно она любит осьминогов! — крикнул Сатори, достав осьминога. Он был красного цвета, среднего размера с большими, чёрными, выразительными глазами. — Ну, тогда берём. Специфические у нее вкусы, — сказал Вакатоши с непониманием, смотря на эту игрушку. — Да, поэтому она моя подруга, — сказал Сатори, неся игрушку на кассу. — Я не удивлён, — сказал Вакатоши, смотря на довольного Сатори, который уже нацепил на голову осьминога. Вакатоши молча шёл и наблюдал как его друг сходит с ума от мысли, что этот подарок очень понравится мне. По приходу в больницу они сразу направились в регистратуру, дабы всё узнать. Вначале их не хотели впускать, но потом пришел мой врач и провёл их ко мне. Дверь в мою палату открылась. — Проходите. Она всё слышит и понимает. Я так понимаю… — начал врач. — Мы её друзья и одноклассники. Директор должен был предупредить Вас, — протараторил Сатори, садясь рядом со мной. — Да, меня предупредили. Если что-то произойдет, нажмите вот эту кнопку. Не буду мешать, — сказал врач и вышел. Сатори сразу изменился в лице, осматривая меня. Он осмотрел мои руки и ноги которые были в синяках и ссадинах. Моё лицо было спокойным. На нём была маска, которая помогала мне дышать, а также ко мне были проведены капельницы. Сатори посадил на столик осьминога и взял меня за руку. — Мэй-чан, прости, что нас не было рядом. Только очнись, прошу… Ты моя единственная подруга, — сказал Сатори, держа мою руку. Его глаза наполнились слезами, а на лице пропала его сияющая улыбка. Вакатоши же стиснул зубы и поставил рядом стул со мной. — Это я виноват. Я обещал ее защищать, но не сдержал своё слово, — сказал Вакатоши, смотря на меня. Я же также лежала, как овощ на койке и не шевелилась. — Как думаешь она очнётся? — спросил Сатори, смотря на меня. Он гладил мою руку и посматривал на приборы. — Да, просто это займёт время. Она сможет, — сказал Вакатоши и слегка улыбнулся. — Она же такая хорошая. Когда она появилась в моей жизни, то я наконец почувствовал себя нужным. Она единственная кто выслушивал меня и единственная кто согласилась посмотреть со мной фильм… Мне не хочется её терять, — сказал Сатори и заплакал. — Сатори, она сможет всё. Теперь уж я точно её не оставлю и буду защищать, — сказал Вакатоши и похлопал по плечу Сатори. — С-а-т-о-р-и… — произнесла я по буквам, еле слышно. Тут наступила тишина. — Мэй!!! Ты меня слышала!!! Ура!!! — крикнул Сатори, подорвавшись с места так, что стул его упал на пол. Вакатоши был в шоке. Его лицо отображало и шок, и радость одновременно. Я еле открыла глаза и увидела Сатори, который стоял надо мной и Вакатоши. Они тут же вызвали врача. — Ого, та вы прям заставили ее очнуться. Жизненные показатели в норме, но она по-прежнему пока не в состоянии, — сказал врача, смотря на меня. — Что со мной? — спросила очень тихо я, смотря на врача. — У Вас было внутреннее кровотечение почки, а также многочисленные ушибы. Вы потеряли кровь, это не смертельно, но всё же. Как Ваше самочувствие? — спросил врач, сев рядом со мной. — Не знаю… Голова кружится и бок болит с животом, — сказала я, еле слышно. — Понятно. Сейчас я Вас подготовлю к осмотру и попрошу, чтоб Вас покормили. Так, парни можете ещё минут 10 с ней поговорить, а потом я должен провести осмотр, — сказал врач, щёлкнув ручкой, записывая в блокнот все мои жалобы. — Хорошо, — сказал Вакатоши. Врач вышел. Парни же сели рядом со мной. — Мэй, прости, что мы не оказались рядом… Были б мы рядом, — начал Сатори, смотря на мои едва открытые глаза. — Вы не виноваты… Всё хорошо… Я не злюсь, — сказала я и улыбнулась, смотря на парней. — Мы тут принесли деньги от всей нашей команды тебе на лечение. Выздоравливай, если что-то надо будет говори, — сказал Вакатоши и положил на мой стол деньги в конверте. — Спасибо, но мне не надо… — сказала я, смотря на конверт. — Возьми, это от чистого сердца, — сказал Вакатоши. По его взгляду можно было понять, что я не в положении им командовать. — Кстати, это тебе, — сказал Сатори и протянул мне осьминога красного цвета. — Спасибо… Мне очень приятно, — сказала я, смотря на подарок. Сатори его опять положил на стол. В палату вошёл врач. — Так, время вышло. Хироко, Ваши родители уже в курсе и через час будут тут, — сказал врач, смотря на меня. — Хорошо… Ребят, передайте всем привет и большое спасибо за помощь… Я ваша должница, — сказала я и улыбнулась. — Нам ничего не надо. Хотя надо… Чтоб ты выздоровела скорее. Я скучаю по тебе… — сказал Сатори и взял меня за руку. — Хорошо… Как только я поправлюсь, то обязательно сходим на аттракционы, — сказала я и еле улыбнулась. — Выздоравливай и береги себя. Если что звони, — сказал Вакатоши с серьезным лицом, но даже по этому лицу можно было понять, что он переживал за меня. — Спасибо… Увидимся, — сказала я. Меня вывезли из палаты, а парни пошли домой. Через час ко мне в больницу приехали родители. Они настолько были рады, что опять расплакались. Ну, конечно это состояние куда лучше, чем состояние овоща. Оказывается они были в полиции. Там они разговаривали с Ямаути и ее родителями. Родители Ямаути выплатили штраф, а саму Ямаути отправили в тюрьму. Родители купили мне много фруктов, овощей, таблеток и много чего полезного. Также они оплатили всё моё дальнейшее лечение здесь. Я была очень рада их видеть и мы немного пообщались. После их ухода мне стало одиноко очень. Я тогда начала вспоминать, что со мной произошло. — Мэй, встать и идти… Ради родителей, ради клуба, ради друзей, — думала я про себя. Моё тело болело, голова тоже. Как-будто меня оглушили и я как в тумане. Все мои мысли переплетались и мне было трудно найти золотую середину среди всего этого, но всё же я пришла к решению… — Мэй с этого дня и до конца ты должна уметь за себя постоять… Ради родителей, ради друзей, ради себя… Ты нужна им, а иначе так я не доживу до старости. Ты сильная, тем более как говорил Вакатоши: «Я могу не быть жертвой». Ты сильная и всё сможешь, — подумала я, засыпая. На улице было тепло, но облачно. Я по-прежнему была подключена к капельницам и это создавало некоторые неудобства в отношении сна… Вакатоши сидел дома и размышлял над всей этой ситуацией, тренируя передачи, сделав руки корзинкой набрасывая мяч над собой, лёжа в диване. Он очень сильно хотел отомстить обидчику. Он понимал, что тут задействована не только Ямаути, но и ещё кто-то, но кто… Вакатоши всегда вёл себя спокойно, но эта ситуация… — Я лично удушу этого человека, — сказал Вакатоши и положил мяч в угол комнаты. Сатори же пытался отвлечься, смотря кино, но на него нахлынули воспоминания, когда мы смотрели фильм вместе. Он тут же выключил телевизор и лёг в кровать, смотря в стену. Сатор очень добрый человек, но если кто-то посмеет обидеть его друзей, то он становится очень злым и прибьёт любого. В доме ж Найрайо ничего не происходило. Найрайо сидел и читал комикс, лёжа в кровати. — Надо будет к ней наведаться, — сказал парень и положил комикс на стол, — Я не хотел этого… Всё равно я добьюсь своего. У меня есть методы…