Питер Паркер: Спайдер-Хелпер

Глава 139: Жестокая реальность обычного человека

      Видимо адреналин начал отпускать моё тело и то, как я добрался до больницы, почти не помню. Всё прошло как в неком тумане, как будто проходная сцена в кино или сериале во время которой ты отвлекаешься на экран смартфона.       Единственное, что удерживало моё сознание от коллапса — лицо Авы. Оно было напугано, обеспокоенно, напрочь забыло о любых обидах на меня. Я мог думать лишь о том, что должен как-нибудь загладить свою вину перед ней.       Дальше меня завезли в операционную. Сразу. Что было не хорошим знаком. Разумеется на этом моменте, мы расстались с Авой, девушку оставили в коридоре.       Врачи собрались надо мной, вроде мне дали снотворное или обезболивающее, но впечатление создалось, будто моё сознание лишь прояснилось. Видимо вкололи анестетик.       Халаты врачей быстро окрасились кровью, пока своими приборами возились во мне. Запах крови ударил в нос, как и сладковатый, запах мёртвой кожи. Уже на нем, я всё же погрузился в сон.       В этот раз, сон обошёлся без Лиз. Да и был прерван знакомым врачом, что смотрел на меня не то с раздражением, на то с разочарованием, будто на собственного сына. — Ааагхх!..       Ещё до того, как зрение сфокусировалось, я услышал глухой плач женщины. За спиной врача, на полу задыхалась в слезах Тётя Мэй в объятьях дяди Бена. — Ты доигрался. — почти выплюнул фразу врач. — Следуя протоколу, я должен сообщить о том, что единственный способ спасти твою жизнь — ампутация. Твои дядя с тетей уже подписали разрешение.       В миг моё мутное, полусонное сознание, бросившееся думать об Аве, Тифозной Мэри, Нормане, Октавиусе, Штромме, Стилвелле, Гаргане, просветлело и почти не моим голосом из меня вышло: — Хорошо.       На мою фразу, доктор сжал руки на борту кровати, от чего раздался скрип чуть ли не громче, чем все другие звуки будь то: сорвавший голос плач тёти Мэй, глухие слёзы дяди Бена державшего жену, немая паника на лице Авы или же оставившие мою голову любые мысли о будущем и злодеях с их трагичными судьбами.

.....

— Сжать и разжать...       С момента операции прошли дни, чуда не случилось и я потерял руку. Однако я до сих чувствую её, как будто она полностью здоровая и на месте. Я буквально могу чувствовать как сжимаю и разжимаю пальцы, дрожь, будто на неё село насекомое.       Что же касается Тифозной Мэри — Анжела схватила её. Да, так просто злодейка была остановлена героиней. Со слов Авы, её племянница даже не пострадала... — Вот она какая разница между героями и спасёнными?..       Продолжая сжимать и разжимать призрачную руку, я не мог побороть мысли, что это я должен был остановить Тифозную Мэри. Что вместо того, чтобы закончить калекой, я должен был стать одним из главных героев Нью-Йорка.       А теперь я даже не могу повлиять на судьбы Октавиуса, Озборна и всех других мразей, чьи жизни так трудно спасти, ибо они не могут просто принять помощь!       Я заперт в больнице ещё как минимум на полтора месяца, до начала последнего учебного года.       Успею ли я на что-то повлиять, хоть кому-то, мать его, помочь?! — Зачем я вообще переродился?!       Я не смог никого спасти!       Не смог никому помочь!       Всё всё равно сводится к каноничным событиям моего мира! — Хаа... — даже мой вздох вышел дрожащим под давлением рвущегося из груди сердца. — Я знал, чем всё может кончиться... Знал... Так что это нормально... Это нормаль-Но...       И как обычно, пытаясь совладать с эмоциями, смотреть на светлую сторону, в мою кисть врезаются иглы, заставляющие вновь взглянуть на культю. — ...Я должен был пожертвовать Синди, и сделать всё, чтобы стать Человеком-пауком.       И моя голова вновь находит повод, чтобы сначала разозлиться, а следом и разозлиться на себя за подобные мысли. — Кгх!.. Всё будет нормально Питер, соберись. — и что остаётся так это хватать, да бить себя по голове до ряби в глазах в надежде, что приду в чувства.

—Две недели спустя —

— Как вы себя чувствуете? — Отлично. — Ага... Если будете мне врать, господин Паркер, ваша выписка произойдёт не через месяц, а через три. — Я не против, если вы выпишите меня завтра. Лечение всё равно обходится дороговато. — на удивление от моей фразы лишь лицо медсестры скривилось, врач сохранил хладнокровие. — Культя заживает хорошо, лучше ожидаемого. —да продолжил выполнять свою работу. — Даже несмотря на то, что кому-то всё равно не сидится на месте. — А?! Я прохожу реабилитацию и только. —Да, вот только медсестры сообщали, что ты на ней слишком стараешься. Пару раз чуть травму не получил. — Я просто пытаюсь поскорее вернуться к нормальной жизни. У вас что, работы мало, что за каждым моим чихом следите? — У тебя не будет нормальной жизни, смирись. — спокойно произнёс врач, пока медсестра бинтовала остаток моей руки. — Если же не поймёшь, что с этого дня инвалид и не перестанешь попадать в неприятности, то и дальнейшая твоя жизнь может стать куда хуже, и не долго продлиться.       Врач собирался на выход, но остановился лишь на мгновение, чтобы произнести: — Пулевое ранение, кома от взаимодействия с мутантом, падение с небоскрёба и поимка серийной убийцей... Мальчик, ты даже не понимаешь, насколько ты счастливый человек, что у тебя всё ещё есть шансы на то, чтобы иметь, может, не нормальную, но полноценную жизнь.

.....

— Может сфотографируйте уже? — А?.. — даже обычно готовая сорваться на ссору Лиз внезапно замялась, от моей реплики. — Что пялиться нехорошо — не учили? — однако бог, или дьявол, или кто бы не заставил меня переживать мою чёртову жизнь заново, мне свидетель, как я устал от этих взглядов. — Я не пялилась. Я просто смотрела- — Большая разница. — с попыткой в свою привычную шутливость произнёс я. — Смотрела на тебя, придурок. — уводя взгляд, Лиз зачесала белокурые волосы, да присела на стул. — Пит, в последнее время в паршивом настроении, Лиз, не обращай внимания. — попробовала успокоить Ава подругу. — Да нет, ничего. Он имеет право- — Хоть одна радость в судьбе калеки. — какого чёрта я говорю вещи, о которых в следующий момент начинаю жалеть? Словно и головой стал подростком... — Прости... Я просила родителей, но... Ты знаешь, как они к тебе относятся, а меня саму отправлять не хотели... — с почти подступившими слезами на глазах, неспособная оторвать взгляда от перебинтованной части тела, Лиз положила руку на моё колено. — ...Прости, но я ещё зол. Можешь пока меня не навещать? — сдерживая ярость разбил в её глазах сердце. — Л-Ладно. — сглотнув, держа марку, Лиз встала и спокойно попрощалась. — Питер, ты чего?! — резко взъерепенилась Ава. — Да, Тигр... Это было слишком. — ожидаемо Эм-Джей попыталась сгладить углы, словами поддержав подругу, а робким голосом смягчить меня. — Ав, насколько я помню, ты на меня обиделась, так? — А?! — аж до широко раскрытого рта удивилась латиноамериканка. — Какое это сейчас имеет отношение к- — Давай ты и дальше будешь на меня обиженной.       Сначала лицо Авы замерло в шоке, следом покраснело от ярости, еще секундой после слёзы подкатились к глазам, а в итоге обернулось: — Не буду это терпеть. Придёшь в себя, напиши. — тем, что Ава с попыткой в спокойный тон, ломающимся голосом распрощалась.       Четыре пары глаз в тотчас упали на меня, но прежде чем кто-либо смог решиться что-либо произнести: — Эм-Джей, тебе следует её догнать. — я исполнил финальную часть плана. — Х-Хорошо.       Позволявшую мне остаться наедине с Синди, Гвен и Джессикой — Питер, зачем- — Чем вы занимаетесь?! — и, наконец, я позволил своему гневу выйти наружу на его источник. — Вам что, заняться не чём, как по больницам почти каждый день шляться?!! — Шиз?.. — Вы что, не понимаете, какая на ваших плечах ответственность?! Не понимаете, чем должны заниматься?! — Мы и так стараемся! — попробовала в протест Стейси. — Чего ты хочешь, чтобы мы пожертвовали своими жизнями?! — Королева драмы, пока ты тут “живёшь”, навещая меня, что меня не только раздражает, но и отвлекает от реабилитации, ты хоть понимаешь сколько ещё подобных случаев происходит?! — Так это я виновата, что вместо того, чтобы встречаться с одной из нас, кто тебе признался в любви, ты пошёл трахаться с маньячкой?! — Р-Ребят, давайте успокоимся? — встала межу нами Джессика, отвернувшись от меня, как обычно, неспособная смотреть на мою культю. — Вы даже не представляете, как бы я хотел, чтобы мог пожертвовать рукой не так, а как ими можете сделать вы. — сам не зная, что несу, в яростном угаре произнёс. — Ты нам завидуешь? Серьёзно? — чем заставил Гвен заслужено разочароваться во мне судя по тону, да вскинутой вверх губе. — Пойдём, хорошо? — ну а Джессика, не изменяя своему спокойному голосу, не изменила себе и в том, что увела подругу так и не повернувшись на меня.       Когда же они ушли, то наступила тишина, я с болью сжал кулаки, не понимая, как моя отрепетированная беззаботная просьба превратилась в нечто столь мерзкое, но... Взглянув на свои кулаки, я заметил только один. — Почему ты всё ещё здесь?.. — и с опущенной головой, чувствуя боль из прошлого мира, которая должна была достаться этой руке, я заговорил с сидящей в углу Синди.       Девушка лишь сильнее сжала шею в плечи, да крепче обняла колени. — Может уже уйдёшь, если боишься? — глядя на неё, я не мог поверить, что решил спасти её, пожертвовал укусом паука.       “Быть может пытки Озкорпа и одиночество — это то, что и сделало её героиней? Может своими действиями я лишил мир двух героев?..“ — как бы я не мечтал об обратном, но эти мысли пронеслись в моей голове. Мысли от которых хотелось разбить вторую руку в мясо о ближайшую стену в наказание такому дураку.       Несмотря на дрожь и бледную маску страха от моего крика, Синди не сдвинулась с места, а лишь прошептала: — Часы посещения ещё не прошли...       Чуть позже в палату вернулась Мери Джейн, да они просидели с Синди ещё час у меня, разговаривая между собой, пытаясь меня не трогать.       Слышать их голоса, да небольшие смешки после ответов на всякие вопросы было... Приятно.

.....

      Дни смеялись, как бинты на культе, растягиваясь в вечность, а я продолжал делать всё, чтобы поскорее выписаться... Хотя врач поступил мерзко, рассказав о моём усердии дяди с тётей, что обернулось тем, что тётя Мэй упала передо мной на колени с мольбой прекратить, как перед каким-то суперзлодеем.       Дядя Бен так же был в шаге от того, чтобы расплакаться, прося меня поберечь себя.       Нехотя, я прислушался. Хоть здесь желая сделать что-нибудь правильно.       Девочки продолжают меня навещать, но хотя бы делают это реже и по одной. Разумеется, я бы предпочёл, чтобы они сосредоточились на чем-то поважнее, будь то деятельность супергероев, мечты об экране Эм-Джей, или брат Лиз, которому нужна поддержка после попадания в школу для мутантов.       Хорошо, хоть их визиты стали короче... *скрип двери* — А? Меня же уже навещали сегодня, напутали в расписании чего? — пытаясь вспомнить всех мелких злодеев, заодно тренируя письмо левой рукой, я даже не поднял голову на пришедшего ко мне посетителя. — А я думала, ты хотел меня увидеть, Чудила. — однако стоило услышать её голос, как по моему телу пробежала молния. — Анна-Мари?! — и в шоке уставился на беглянку. — Мило, что не забыл обо мне, но... Разве в прошлом мире, ты меня так называл? Кажется, имя Роуг было для тебя куда привычнее, не правда ли?..