Эхо потерянной мелодии

Солнце только начинало подниматься из-за горизонта, и на улице было еще прохладно. Дул легкий ветерок. Вокруг стоял тихий гам прохожих, а женский голос периодически вещал о приближающемся транспорте. Сигаретный дым смешался с вокзальными запахами, и с прикрытыми глазами я стояла и впитывала атмосферу этого утра, прислонившись к холодной стене с потертой табличкой «место для курения». Мельком взглянув на часы, я выбросила окурок в урну и вернулась к пирону. – Скоро уже приедет. Я присела на скамейку рядом с Лерой и тетей Оксаной и стала ждать. Волосы немного покачивались на ветру, а я рассматривала дорогу у себя под ногами. Мы правда делаем это? Правда уезжаем? Интересно, что сказали бы родители увидь они меня сейчас здесь? Приближающееся гудение поезда и стук колес о рельсы отвлекли от мыслей. Вот он. Билет в новую жизнь. Мы встали и подняли с земли сумки, как-то уместив в руках еще и клетку с Лериными питомцами. Прощание с ее мамой. Долгие объятья и напутственные слова. Протянутые старушке билеты. И вот мы уже поднимаемся в вагон и идем к своим местам. Тяжелые сумки на полу и кроватях. Неторопливые метания немного встревоженных крыс. Приоткрытое окно и гудение поезда. Суматоха людей вокруг. – Пару часов – и мы будет в совершенно новом месте. С улыбкой я достала из сумки воду. Сделала пару глотков и протянула бутылку ей. Она достала книгу. А я следом блокнот. – Почитаешь вслух? – Ну конечно, не могу же я допустить, чтобы ты пропустила что-то важное в сюжете. Я улыбнулась и начала точить карандаши. Поезд ринулся в путь, а за окном стали проноситься размытые, постепенно сменяющиеся картины. Я приступила к рисованию. Ее голос успокаивал, но одновременно нагонял сон. А монотонные движения поезда только больше способствовали этому желанию. Да и не такой я жаворонок, привыкший к ранним подъемам, как она. – Если хочется спать, то поспи. – Да я... Зевок и потирание сонных глаз. – Ну ладно. Разбудишь же меня потом? – Ты что, зачем мне это? Сама выйду и пойду на поиск приключений без тебя. Я улыбнулась и прикрыла глаза. – Как скажешь. Мне что-то снилось. Это было похоже на просмотр старого пленочного кино. Только в ярких желтых тонах. Ненадолго задержавшись передо мной, кадры стремительно сменялись друг другом в попытках показать мне фильм моей жизни. И я смотрела его, в надежде уловить хоть что-то. Бессвязные картины, которые никак не хотели оставаться в моей памяти, так и сохранившись просто быстрым желтым мельканием. Она легонько коснулась моего плеча. В висках завибрировала боль. Не стоило мне идти на поводу у своего желания. Порой лучше ходить уставшей, чем переживать то состояние, когда тебя будят после непродолжительного сна. – Уже выходим? – Да, следующая станция наша. Я потянулась и, прикрывая рот рукой, громко зевнула. Что же мне снималось? Что это могло бы значить? Поезд остановился, и с чемоданами и сумками мы встали со своих мест. Суматоха. Выход на платформу. Толпы людей вокруг, свежий воздух и палящее солнце. Я помню, как я огляделась по сторонам. Вот она, новая жизнь, так незаметно подкравшаяся и окутавшая нас с ног до головы.