Выживший не может быть одинок

Последние солнечные лучи медленно догорали на западе, пока с юга к ним подкрадывались тяжёлые тучи, за которые деревья, раскачиваемые беспокойным ветром, пытались ухватится, чтобы не сломиться под гнётом стихии. Так и уставший командир Синих полосок из последних сил сдерживался, стараясь невозмутимо вернуться в свой кабинет. Заперев дверь своей тёмной каморки, Роше тяжело выдохнул и потянулся к мешочку с табаком. Вдруг в комнате кто-то шумно чихнул. Командир выхватил клинок из ножен и отпрянул к двери, гулко стукнувшись затылком. Он попытался вглядеться в фыркающую тьму, которая, как на зло, только ещё больше сгустилась. —Это я, dh'oine. Услышав знакомый голос Роше вернул меч в ножны и, пытаясь отдышаться, сплюнул колкое ругательство, потирая затылок, снятым шапероном. Он понял, что эльфское лицо недовольно сморщилось, как это всегда бывает, когда до острых ушей долетает крепкое словцо, но в этот раз остроухий сам виноват. —Я же просил тебя выбросить эту гадость,— в подтверждение предыдущей мысли, в свете только что зажённой свечи блеснул недовольно сощуренный глаз и рука, демонстративно прикрывающая нос. —Ты, вообще, в курсе что творишь,— обессиленный человек опустился на стул, — ты влез в королевский замок, в кабинет командира специального секретного подразделения, находясь в статусе самого разыскиваемого преступника на Севере. —Я услышал, что папочка зол, и решил, что тебе нужна поддержка. —Не зови его так. Ты хоть понимаешь, что твоя дурья башка сегодня же болталась бы в петле, если бы кто-то тебя заметил? —Не заметил же,— невинно пожал плечами эльф. Вернон рыкнул что-то невнятное и откинулся на спинку стула, принимая удобное положение, и сомкнул веки. Да уж, час от часу не легче... —Кхм-кхм... Так что сказал Фольтест,— перегнувшись через стол, усыпанный документами прошептал эльф. —Иорвет,— сделал паузу человек, собираясь с мыслями,— подай трубку. У двери уронил. Иорвет ещё немного посмотрел на Вернона, соображая, что важнее и послушно принёс объект своей неприязни. —Иди сюда,— Роше чуть приулыбнулся и запустил руку под платок. Эльф пристроил свою задницу на стол, на карту Нильфгаарда. Иорвету не нравились моменты, когда он выглядел, по своему мнению, как ручной пёсик, хоть подобные неожиданные порывы нежности не считал неприятными. —Фольтест, он,— сделал нервную затяжку Роше, — он подозревает, что мы... что я, в общем, а, да к чёрту. —Роше. —Догадывается он, что я по лесам столько лет нет по службе бегаю. —Аргх! Если этот bloede amadan решит тебя отстранить я его- —Блять, да не отстранит он меня. Если ты продолжишь вот так врываться сюда — кончу я на плахе. Последняя фраза больно кольнула где-то в груди и заставила эльфа дёрнуться. —Иорвет? Эльф молчал. В полумраке, чуть развеянном свечой было сложно угадать, что изображало изувеченное лицо. Тогда человек отложил трубку и приглашающе хлопнул по собственному колену: —Caemm a me. Броня зашуршала. Иорвет встрепенулся, однако двинуться не решился. Наверное, опять пытался показать свой гордый нрав. —Повторяю дважды только новобранцам. —Разговариваешь с подчинёнными на Старшей речи? А я думал, что особенный... —Caemm a me, mo Iorre. —Вернон... Эльф осторожно взобрался на предложенное место. Роше показалось, что всегда невозмутимый командир скоя'таэлей оказался смущён этой ситуацией. И будто в доказательство этих мыслей — неловко поёрзал устраиваясь поудобней. —От тебя пахнет кровью,— Вернон положил голову на грудь эльфа. —Мы охотились, когда я узнал, что у тебя проблемы. —Твои дикари, наверное, уже заждались. —Это последнее о чём тебе стоит переживать,— усмехнулся Иорвет.— Ноги не устали? —Нет, — зевнул Роше, — лучше расскажи мне... как ты узнал о Фольтесте? —О, да уж старому ли псу темерской разведки не знать о трюке с монеткой? Размеренное дыхание человека не выдало никакой реакции на шутку. Только туча, проплывавшая мимо, расплакалась проливным дождём. —Роше... Давай сбежим? —Иорвет, ты сдурел? —Только подумай! Dh'oine ведь такие жестокие. Тебя казнят, а ты и пальцем шевельнуть не сможешь! Потому что что? Потому что ты однажды назвал кого-то из них "другом"?— Иорвет сжал руку уставшего командира,— Роше, я прошу тебя, идём со мной. —Хороший план. Только вот, как только твои лучники завидят нас — стрелу в лоб. Ты же не бросишь их? —Да, но... —Вот и у меня "но". Ни я не могу оставить своих ребят, ни ты своих,— Роше провел тыльной стороной ладони по изуродованной щеке,— не думал я, что мне придётся сказать это... Иорвет, один из нас неизбежно умрёт. Эльф всегда задвигал эту мысль подальше, даже когда попрекал пустой тратой времени, но сейчас осознание дало гулкую пощёчину, именно туда, где ласкала родная рука. —Ты не можешь просто взять и привести в свой лагерь своего злейшего врага — белки отвернуться от тебя. Все до единого. Выживший не может остаться один. —Вернон,— прошептал Иорвет, в ужасе смотря на любовника, — Я... Пусть лучше меня убьют вместе с тобой! —Слышал что говорят дворяшки? «Вернон Роше настолько уёбок, что в могилу ему бросят лопату, чтобы закопался сам». —Folie amadan,— шипел Иорвет,— что ты такое говоришь? Грянул гром, заставивший обоих вздрогнуть и покоситься на окно, в котором ослепительная молния прорезала небеса. И враз все стихло. Только дождь постукивал по стёклам, каменному подоконнику и старенькой черепице. Умолкли и любовники. Лишь сердца постукивали, аккомпанируя ливню. Иорвет встал и тихо подошёл к окну: —Мне пора, dh'oine. —Даже не поцелуешь на прощание? —Довольно, Роше,— серьезно ответил эльф,— береги себя. Кто знает, когда мне придётся всадить тебе стрелу в лоб? —Да уж не раньше, чем я перережу твою глотку. —Va'fail. Вернон не успел ответить, как Иорвет ловко шмыгнул в окно и скрылся за подоконником. Оставшись в полном одиночестве, он заново набил трубку, и начал заполнять комнату клубами дыма. Мысли человека всецело поглотило будущее: «будет ли Бьянка справляться одна первое время?», «кем заменит меня Фольтест?», «нужно ли написать распоряжения на случай моей смерти?». Роше и раньше приходилось откидывать мысли о Иорвете куда подальше, но сейчас... Сейчас мысли о нём вызывали лишь скорбь и отчаянную, с желанием повеситься на ближайшем суку тоску. Как? Как можно оставить его совсем одного? После всего того, что они прошли вместе? Как можно пятнадцать лет гоняясь по лесам за своим бельчонком исчезнуть, раствориться в болоте среди крови и трупов, оставить его нести свой крест в одиночку? Повеяло сыростью из оставленного Иорветом открытым окна. Вместе с запахом дождя, в прокуренном кабинете запахло свежескошенной травой, еловой смолой, костром и кровью. Бесцеремонно ворвавшийся лес обнял офицера за широкие плечи и задул дребезжащее пламя растаявшей свечи.