Ледяная Звезда. Покоритель Зари.

      К полудню мы были почти у Темного Острова. Когда я вышла на палубу, вся команда, словно пчелы в улье, загнанно насилась, пытаясь привести себя в боевую готовность.       Увидев меня, Эд тут же подошел, коротко поцеловал в щеку и быстро-быстро заговорил: — Скоро может начаться что-то плохое. Давай хоть в этот раз ты будешь хоршей девочкой и посидишь в каюте? — он крепко держал меня за плечи, словно ждал, что я начну вырываться. — Ты будешь здесь. И я буду. — коротко хмыкнула я. Певенси закатил глаза. — Чего-то такого я и ждал. Эсти, мы не знаем, что нас ждет. Я не хочу вновь переживать то, что испытал при попытки штурма замка Мираза. — устало вздохнул он. — Мне будет проще и спокойней, если я буду знать, что ты в безопасности. — Ты мне вечно будешь тот случай припоминать? — спросила я, вскидывая бровь. — Я, вообще-то, спасла добрую сотню нарнийцев в тот раз. К тому же… — но договорить мне не дали. Эд заткнул меня довольно грубым поцелуем. — Эстер, ты сидишь в каюте. — отстранившись, сказал он. На нас глазели все, но его это, видимо, не волновало. — И это не вопрос. И если я увижу тебя на палубе без необходимости… — То? — я скрестила руки на груди, смотря на парня исподлобья. — То буду очень переживать. Пожалуйста. Я не хочу ссориться, тем более на глазах у всей команды.       Я выдохнула, опуская взгляд. — Ладно, хорошо. Я буду сидеть в каюте. — он чуть улыбнулся, целуя меня в уголок губ. — Умничка. — и потрепав меня по голове, развернулся, поднимаясь на капитанский мостик под ошарашенными взглядами членов экипажа. Я же, угрюмо поплелась назад в каюту, перед этим стащив с кухни немного еды.       За окнами сгущался мутный зеленый туман. Я не находила себе места от страха за тех, кто был наверху… Кай, Эд, Люси и Каспиан… Смириться с мыслью, что мои дни сочтены — нетрудно. Но осознавать, что больше не увижу кого-то из них — было невыносимо. Руки сильно тряслись, освещая голубым светом мрачную каюту. Желудок сводило от дурного предчувствия, но я дала слово себе и Эду, что на палубу подниматься не стану, поэтому, наворачивая очередной круг по комнате, я кусала губы, заламывала пальцы и молилась, чтобы Аслан уберег нас. Всех нас. Каждого, кто находиться на Покорителе, каждого, кто является членом команды. Всех до единого. Я боялась за каждого из них.       Туман пробирался даже сквозь доски корабля. Я заметила это не сразу, но он, словно вода, протискивался даже через самые узкие щели, через створки окон и под дверью, он медленно заполнял комнату, клубясь и принимая различные формы.       В зеленых клубах тумана показалось лицо Джадис. — Дорогая моя… Эстер… — звала меня она. Я забралась на кровать, затыкая руками уши. — Как посмела ты предать меня? Я ведь дала тебе все! Тело… Силу… Власть… — она кружила вокруг меня, изводя и мороча голову. — Я заботилась о тебе… И чем ты мне отплатила? Предала меня! Ради какого-то мальчишки! — Кольдунья так пронзительно закричала, что я вздрогнула, чувствуя, как по моим щекам градом стекают слезы. — Он ведь даже не любит тебя! — продолжала Джадис. От ее слов меня трясло. Я твердила себе, что все это ложь, но морок был сильнее. — Ты не нужна ему. Была бы нужна, он бы не оставил тебя одну в пустой каюте! Не ушел бы в самый первый раз!       Трясущимися руками я заматалась в одеяло, качаясь из стороны в сторону. — Она лишь плод твоего воображения, Эстер, — шептала я, обнимая себя. — Не слушай ее. Она не реальна. — О, нет, дорогая моя, я реальней, чем все на этой посудине! — вскричал туман, меняя форму. — Эстер, открой глаза. — послышался знакомый голос. Я приоткрыла веки, встречаясь взглядом с зелеными, мутными, полупрозрачными глазами Эда. Он гадко усмехнулся. — Какая ты наивная, Эстер. Ты поверила? Поверила мне, когда я сказал, что люблю тебя? — он расхохотался. — Ты холодная. Холодная, как и твоя мать. И ты никому не нужна. И умрешь ты в одиночестве. — злобно ухмылялся Эдмунд. Я утирала трясущимися руками слезы с щек, пытаясь успокоиться, но все последние события так сильно вымотали меня. С моих губ сорвался громкий пронзительный крик. Всю комнату озарил яркий голубой свет, и этот свет был последним, что я увидела…       Меня поглотила темнота. Я ничего не чувствовала, вокруг была звенящая тишина… Не знаю, сколько времени прошло… И прошло ли? Было ли время в этом пожирающем все мраке? Кажется, я умерла… И если так, то почему я не в Стране Аслана…? Попадают ли Звезды в Страну Аслана после смерти?.. Умирают ли Звезды?       Пока я задавалась тысячей и одним вопросом, я не обратила внимания, что в темноте я была не одна. Повсюду вокруг меня стали загораться миллионы маленьких огоньков, мигающих во тьме, словно… Звезды… — Твоя правда, Эстер, ты вновь на своем месте, — послышался вдруг знакомый низкий голос. — Аслан? — спросила я, словно в пустоту, но зная, что он услышит. — Мы ведь…? — Они успели. Короли и Королева. Ты нет. — в басе Льва слышалась легкая грусть. Но я, что странно, не почувствовала ничего. — Я умерла, да? — Сожалею, Эстер. Я не хотел этого. — рыкнул Истинный Король Нарнии. — Твое тело не выдержало, слишком долго оно боролось с таящейся в нем силой. — Грустно… — как-то бесцветно заметила я. Лев фыркнул. — Я мог бы вернуть тебя. — словно невзначай заметил Он. — Мне не подвластна была магия Колдуньи, но теперь, когда от ее чар не осталось и следа, в моих силах даровать тебе человеческую жизнь. Простого человека. Ни магии, ни небесных сил. Ты получишь то, о чем всегда мечтала. Сможешь уйти вместе с детьми в людской мир. Навсегда, если пожелаешь… — я задумалась. Перед глазами, словно старое кино, пронеслись все воспоминания, все улыбки, все объятья, все лица и морды, всё… И родные карие глаза… — Скажи, Аслан… — тихо сказала я. Эмоции просыпались во мне, медленно, но ощутимо. — Да, Эстер… — в голосе Великого Льва слышалась улыбка. — Если я вернусь… Я буду счастлива?       Вновь повисла тишина, и я уже было решила, что Аслан передумал, но… Внезапно тьма рассеялась. Я оказалась на песчаном берегу, яркий солнечный свет ослепил меня, а эмоции огромной волной нахлынули, стремясь потопить в своем водовороте. — Будешь, Эстер. — послышался наконец голос Льва. Через силу продрав глаза, я увидела большие янтарные глаза, сверкающие теплотой и спокойствием. — А теперь вставай, скоро прибудут наши Короли и Королева.       Я поднялась с колен, чувствуя себя, на удивление, восхитительно. Песок перекатывался под босыми ногами, приятно грея и щекоча кожу. Легкое белое платье колыхалось от ветра, а русые, что несколько удивило меня, волосы, спадали волнами на плечи.       Мы были на острове, если этот клочок земли можно было так назвать. Песчаная отмель была окружена со всех сторон водой, только вот с одной — волны поднимались вверх, создавая большую стену.       Прошептав заклинание и не увидев эффекта, я радостно подпрыгнула, хлопая в ладоши. За последнее время магия стала для меня скорее проклятьем, чем даром, и я рада была избавиться от него.       Мимо нас прошли шесть фигур. Четыре мужских, женская и мышь, бегущая с ними рядом. Аслан кивнул, указывая на них, и мы присоединились к их шествию. Юстас заметил нас. Он снова был человеком, что не могло не радовать. — Аслан? — выдохнул мальчишка, останавливаясь и разглядывая нас, Льва — восхищенно, меня — непонимающе. Все резко остановились, оборачиваясь. — Здравствуйте дети. — кивнул Лев. — Добро пожаловать. Вы славно потрудились, — мы остановились перед ними, и на меня уставилось несколько пар удивленных глаз. — Вы долго шли, теперь ваш путь окончен.       Эд вдруг резко сорвался с места, втягивая меня в объятья. Я пораженно хлопала глазами (да и не только я), обвив руками плечи парня. — Эстер… — тихо выдохнул он, и я чуть улыбнулась. — Как ты узнал меня? — шепотом спросила я, на что парень тихо и немного грустно усмехнулся. — Глаза. Я всегда узнаю твои глаза. — я тихо хихикнула, прижимаясь к парню сильнее. Кай тоже подошел, присоединяясь к объятьям, потом Люси, Каспиан, и даже Юстас. Мы негромко смеялись, радуясь, что мы прошли и остались живы. И это могло бы длиться еще долго, но Лев тактично покашлял, привлекая наше внимание. — Аслан, это твоя страна? — спросила вдруг Лу, продолжая держать меня за руку. — Нет, моя страна дальше. — ответил Он, кивая в сторону стены из воды. Каспиан резко поменялся в лице, хмурясь и поджимая тонкие губы. — Мой отец… В твоей стране? — спросил Король. — Это ты узнаешь только там, сын мой. — ответил Лев. Кай положил руку на плечо друга, поддерживая. — Но если ты отправишься туда, то не вернешься. Каспиан бросил короткий взгляд на моего брата, чуть улыбаясь и кивая. — Обещаю, всё будет в лучшем виде, — усмехнулся Кай, понимая взгляд Короля без слов, а после уже серьезней добавил. — Я присмотрю за страной.       Десятый кивнул, сглатывая, и уверенным шагом направился к стене. Стоило ему коснуться водной толщи, как та стала расступаться, пропуская его руку. Задумался. Обернулся на нас. В черных глазах юноши стояли слезы. — Ты не идешь? — спросил Эд, немного удивленно. — Обрадуется ли отец, узнав, что я бросил все, ради чего он умер? — возвращаясь к нам, грустно заметил Каспиан. По впалой щеке Десятого скатилась слеза, срываясь с подбородка и падая в белый песок. — Я думал о том, что потерял, а не о том, что получил. Я получил Страну… Народ… Клянусь стать лучшим Королем… — подходя к Аслану, выдохнул он. — Ты уже стал. — кивнул Царь Зверей, чуть улыбаясь своей кошачьей улыбкой. Кай подошел к Каспиану, хлопая его по плечу и приобнимая. Кажется, Стране достался и лучший Король, и лучший главнокомандующий… Аслан обернулся на нас. — Дети… — Кажется, Люси, нам и правда пора домой. — грустно вздохнул Эд, отпуская мою ладонь. — Тебе же тут нравилось… — печально протянула младшая Певенси. — Очень. — кивнул Справедливый, кидая на меня полный боли взгляд. — Но у нас есть дом… У нас есть… наши близкие… — Юстас грустно сверлил взглядом песок, Люси едва сдерживала слезы. Видимо для Певенси это действительно последнее путешествие в Нарнию… — И мы им нужны…       Рипичип, до этого хранивший молчание, подошел к Аслану, кланяясь. — Ваше Величество… Сколько я себя помню, я мечтал увидеть Вашу Страну… Я пережил так много приключений, но ничто не утолило мою жажду… Я знаю, что недостоин, но… Если позволите… Я готов даже сложить меч, чтобы своими глазами… увидеть Вашу Страну… — в голосе мышонка было столько мольбы и раскаяния, что сердце разрывалось. Наверное, за всю свою жизнь я не встречала никого смелее, веселее и достойней, чем этот крошечный рыцарь. — Моя Страна для таких чистых сердец, как ты, — кивнул Аслан. — Как бы малы они не были. — Рипичип благодарно поклонился, и крошечную мордочку его осветила улыбка. — Вот уж кто заслужил, — усмехнулся Каспиан. Эдмунд склонил голову перед малышом-рыцарем, а я подошла ближе, садясь на колени перед ним, и тихо попросила. — Если встретишь там волка по имени Грейрон… Передай ему… Передай, что я скучаю. — стирая скатившуюся по щеке слезу, шепнула я. — Обязательно, миледи, — склонился мышь. Я поклонилась в ответ.       Люси подошла, садясь рядом. — Можно? — спросила она, чуть улыбаясь. — Что ж, наверное, — словно нехотя, согласился Рипичип, кивая. Королева обняла его, поглаживая по мягкой серой шерстке. Он обнял ее в ответ, кладя маленькие лапки на ее плечи. Я же подошла к Каю, продолжая вытирать скатывающиеся по моим щеками соленые капли. — Я ухожу… — тихо сказала я, боясь поднять взгляд. Брат притянул меня к себе, крепко прижимая, и тихо хохоча. — Я знал, что так и будет. — отпуская меня, сказал он, бросая короткий взгляд сначала на Льва, потом на Эда. — С самого начала знал. И я рад, что ты счастлива. — улыбнулся он, отчего на щеках его появились ямочки. — Я люблю тебя, братец… — хмыкнула носом я. Он утер слезу с моего лица. — Не плачь, Звездочка. Все так, как и должно было быть. — брат щелкнул меня по носу, а после, уже серьезней, добавил. — Я тоже тебя люблю. И это не измениться.       Все эти прощания выбивали на слезы, а их уже и так было пролито достаточно. Рипичип отправился вверх по волне, исчезая в салюте из брызг. Я приобняла плачущего Юстаса, и он, что удивительно, не оттолкнул меня, утыкаясь мне в плечо и тихо всхлипывая. — Мы сюда больше не вернемся? — спросила Лу. Эд положил руку ей на плечо, пытаясь поддержать. Для Люси Нарния стала больше, чем интересным приключением или сказкой. — Нет, — ответил Лев. — Ты выросла, моя милая. Как Питер и Сьюзен. — Певенси подошла к Аслану, касаясь шелковой гривы Льва. Тот едва слышно замурчал, прикрывая янтарные глаза. — А ты будешь нас навещать? — чуть не плача, спросила Королева, убирая одной рукой лезущие в лицо волосы. — Я буду с вами. Всегда. — кивнул Великий Лев. — Как? — В вашем мире я зовусь иначе. Научитесь узнавать меня там. — Царь улыбался. Эд поджал губы, кидая на меня короткий взгляд. — Для этого вы и бывали в Нарнии. Чтобы, узнав меня здесь, лучше узнавать там. — Мы встретимся? — Аслан смотрел на Люси, как отец смотрит на ребенка перед тем, как отпустить во взрослую жизнь. — Да, милая. В свой час. — Лев кивнул и, повернувшись к волне, громогласно зарычал. Вода расступилась, образовывая проход. Как иронично, с воды все началось, водой и закончилось. Мы подошли к стоящему чуть в стороне Каспиану, глаза которого покраснели от пролитых слез. — Вы самые близкие мне люди. Включая тебя, Юстас. — улыбнулся старший из Королей, кладя руку на плечо мальчишки. — Хах… Спасибо… — улыбнулся он. Веснушчатые щеки его чуть зарделись от смущения, блестя солеными дорожками слез на солнце.       Каспиан притянул Эда, порывисто его обнимая. Они действительно стали как братья, несмотря на кучу разногласий и различий. Люси тоже кинулась обнимать Десятого. Осознание, что, возможно, мы больше никогда его не увидим, разрывало сердце. Этот человек сделал очень многое и для нас, и для Нарнии, он стал частью нашей семьи. Поэтому, когда настала моя очередь, я крепко обняла Короля, утыкаясь носом в его плечо и тихо всхлипывая. Короткая борода неприятно кололась, и я не смогла удержаться и не пошутить. — Похож на ершик для чистки доспехов. — хмыкнула я, на что Каспиан хохотнул. — Я учту. — улыбнулся он, выпуская меня из объятий. — Пока, Светлячок. — Береги этого оболтуса. — кивая на брата, попросила я. — Обязательно.       Эд поклонился Льву, Люси, не удержавшись, обняла Его, зарываясь носом в густую гриву, возможно, в последний раз, а я, подойдя, тихо поблагодарила Его. Он дал мне жизнь. Дважды. — Иди, дитя. Твое место теперь там. — улыбнулся Лев, кивая в сторону прохода. Взявшись с Эдом и Люси за руки, мы прошли к стене из воды, и лишь Юстас замер, оборачиваясь на Аслана. — А я вернусь? — спросил он, на что Лев кивнул. — Возможно, что и вернешься. — Вред кивнул, догоняя нас. Огромная волна блестела, играя солнечными бликами, а мне не верилось, что я навсегда покидаю это место. Теперь мой дом там, в мире людей, рядом с Певенси. И возможно, так и должно было быть. Аслан ошибок не делает. Он всегда знает, что правильно… Значит не о чем волноваться.       Мы прошли в свод из воды, оборачиваясь на три фигуры, стоящие на пустом пляже. И мы смотрели на них, пока вода затягивала нас, перекрывая нам пути для возвращения. Я прижалась к Эду и Люси, чувствуя, как горячие слезы обожгли щеки. Если в прошлый раз во мне горело желание узнать, что меня ждет, то теперь в груди разливалось теплое чувство, как когда после долгого пути возвращаешься домой. Было грустно, что и это, возможно, последнее наше путешествие, закончилось, но в тоже время, я была счастлива. — Готова? — тихо спросил Эд, сжимая мою ладонь. Я киванула. — Теперь, да.       Вода поглотила нас, но на этот раз, это был не холодный соленый океан, а теплое море. Внезапно мы оказались в комнате Юстаса, сидя на тех же местах и в той же одежде, что и в самом начале. Сухие и счастливые. А рядом с нами лежала та самая картина в белой раме, но корабля на ней уже не было.       С первого этажа дома раздался голос тети Альберты, и он уже не казался мне таким противным, как до этого. Эд и Лу переглянулись с кузеном, а тот неловко улыбнулся. — Возможно, мне стоит извиниться… — протянул он, на что Эдмунд усмехнулся. — Возможно, — кивнул Справедливый, за что получил от меня локтем в плечо. — Ай! Мы рассмеялись.       Юстас потом часто спрашивал нас о Нарнии. Порой приставал ко мне с вопросами о говорящих животных или минотаврах. Эда он замучил настолько, что Король часто прятался за мной, со смехом умоляя спасти его. Потом война закончилась. И мы вернулись. Я все так же жила у Певенси, и мы почти не говорили о последнем путешествии на Покорители Зари. Лишь иногда, посреди ночи, Эд приходил в нашу с Лу комнату, ложился ко мне и, крепко сжимая в объятьях, отчего я сразу же просыпалась, шептал: — Мне опять приснилось, что тебя нет… — и я отвечала на его объятья, также шепча: — Я здесь, Эд. И никуда уже не денусь.       И он успокаивался, медленно засыпая, а я лежала смотрела, как он дышит, слушала как стучит его сердце, мысленно возвращаясь в ту самую ночь в каюте на корабле…