Четыре дня

      Зи уже понял, что чем больше он сопротивлялся, тем хуже всё оборачивалось. Эту мысль он уже додумывал, когда за обе руки его приковали в его комнате, защёлкнув какой-то сложный механизм браслетов. Это было что-то современное и технологичное лишь с отсылкой к средневековым пыткам.       - Если тебе надо в туалет - позови. Кто-нибудь обязательно будет за дверью. Босс сказал, чтобы ты здесь… подумал.       - А нельзя мне подумать в более приятном месте?       - Босс считает, что здесь тебе придут правильные мысли.       - А это для чего? - Зи кивнул на несколько вещей, которые лежали на кровати.       - Ещё успеешь узнать, вот поэтому тебе надо подумать: ты горячишься и дерзишь.       Зи решил, что охрана здесь какая-то неправильная, уж не первый раз он удивлялся, что ведёт она себя с ним, не как он привык себе это представлять, к примеру, грубо и молчаливо, а наоборот, принимает участие в его жизни, размышляя о нём, его поведении, осуждая его, если он расстроил их босса. Хотя много ли он знает об охране такого уровня, и какой она бывает, охране, которая следит неусыпно за каждым шагом в этом доме, и сколько она знает о преступлениях, которые тут совершаются.       Четверо конвоиров покинули комнату. Зи подёргал цепи: зажимы на запястьях сидели вроде неплотно, но любое активное движение рукой словно сильнее сжимало кольцо браслетов, наверное, так и было задумано. Если от обычных наручников ещё можно было избавиться, например, сломав себе палец, то эти современные кандалы можно было снять, вероятно, только через ампутацию.       Первые двадцать минут Зи провёл, осознавая положение, в котором оказался. Он думал, что всё глубже проваливается в эту кроличью нору, и его сопротивление делает это падение только более болезненным, он вспомнил трёхклятое мороженое, и его передернуло. Зи вдруг подумал, что свободное падение может быть и приятным, ведь может же?       Остаток часа у него в голове свербила только одна мысль: желание посадить куда-нибудь свою задницу, а лучше лечь. Глядя на кровать напротив, он понял логику дизайнеров этой уютной пыточной. Кровать напоминает, что ты здесь в цепях, а она там такая манящая горизонтальная, удобная, желанная. И тогда напрашивается вопрос, какого хрена я здесь в кандалах, как сделать так, чтобы больше здесь не оказаться?       Ещё через час, когда у него затекло всё, что можно, он начал проклинать современные технологии, понимая, что будь он в тяжёлых средневековых кандалах, то смог бы, наверное, хотя бы повиснуть в них и хоть немного расслабить тело, здесь это было просто невозможно, в этих навороченных браслетах можно было только стоять и при малейшем желании расслабиться и повиснуть, они сжимали и давили так, что выбор был очевиден - стоять только на своих двоих, контролируя своё тело, бороться с усталостью. Зи был тренированным выносливым человеком, но он понимал, что любое тело через какое-то время просто перестаёт подчиняться, например, проваливаясь в сон, или мышцы начинают предательски дрожать, просто у него произойдет это чуть позже, но произойдет. Почему-то он подумал, что эти браслеты способны сломать кости или это была только игра его воображения из-за неумолимо накатывающей усталости.       Охранник вошёл неожиданно. Не глядя на Зи, он подошёл к кровати и взял два предмета. Зи не успел задать вопрос, как у него во рту оказался кляп — чёрный шарик с кожаными лентами по краям, которые охранник, не церемонясь, жёстко закрепил, обойдя Зи сзади. Потом на глазах Зи оказалась маска, он видел только черноту, затем почувствовал, как охранник подошёл к каждому браслету и что-то сделал с ними, натянув цепи сильнее. В кандалах также оказались ноги Зи. Охранник подошёл вплотную к Зи и тихо добавил:       - Теперь ты можешь расслабиться.       Зи попытался это сделать, но это оказалось невозможным: он не мог больше пошевелить ни руками, ни ногами. Стало ещё хуже, чем было. Охранник, видя попытки Зи, заржал и, наверное, вышел. Зи больше ничего не услышал, даже звук закрываемой двери. На Зи давила тишина, темнота, бесил чёртов шарик во рту, а ещё из-за отсутствия полного контроля над телом, он чувствовал невыносимую беспомощность.       Зи мог ещё понять, что в связи с тем, что он наговорил Тени, его могли вот так профилактически приковать, но эти элементы БДСМ, он даже мысли не допускал, что кто-то может применить к нему подобное. Конечно, он имел некоторое представление об этом, как-то забрёл на один сайт, где были очень красноречивые картинки, и он понимал, то, что у него во рту кляп, а глаза завязаны, да ещё и эти цепи, - всё это пустяки по сравнению со всякими чудовищными приспособлениями, включая скальпели для порезов с антисептиком в комплекте, какая забота о партнере. Из-за этой черноты перед глазами картинки так и мелькали: расширители уретры и ещё чего-нибудь, всякие болезненные зажимы, Зи не мог заставить мозг прекратить показывать ему этот диафильм боли и наслаждения, ведь это так удобно, когда свет в «кинотеатре» выключен.       Сердце бешено билось, ему казалось, что он задыхается. Зи знал про панические атаки, но с ним раньше никогда такого не происходило. Кляп по рту не позволял вдохнуть полной грудью. Дыхание стало судорожным. Вдруг Зи почувствовал, что кто-то его обнимает сзади и горячо шепчет:       - Дыши, дыши медленно через нос.       А руки скользили по его телу: по плечам, забираясь под шёлк рубашки, по рукам, по спине, груди. Кто-то расстёгивал рубашку, целовал его грудь, вылизывая, посасывая соски, покусывая. Он не знал, в какой момент к нему прикоснуться руки, как, где, насколько сильно, это было необычно и… возбуждающе. Теперь он чувствовал мягкие губы на спине под рубашкой, руки обнимали, словно обволакивали его тело, губы целовали шею, покусывая нежную кожу. Он ощутил холод металла, кто-то быстро раздевал его ножницами.       Каждый миллиметр его прекрасной груди и спины был зацелован, язык скользил по груди, извиваясь на сосках, он чувствовал страстные поцелуи в живот и… хотел большего, но ниже пояса к нему не прикасались. Просить о чем-то ещё, нет, даже уже умолять об этом, он не мог из-за проклятого кляпа.       Возбуждённый член мучительно давил на джинсы изнутри. И тут рука прошлась по выпуклости на джинсах. Он весь поддался вперед от этого внезапного прикосновения. Ему гладили член через ткань и, одновременно, он чувствовал, расстегивали ширинку. Чужая рука высвободила головку, ему спустили джинсы, эта беспомощность, темнота, невозможность говорить, обнажение его тела, он испытывал сильное возбуждение, ему хотелось стонать и толкаться в эту руку. Но рука была жестока и перехватила член у основания, не давая возбуждению нарастать. А потом рука прошлась между ног, лаская яички и анус. Зи снова почувствовал нарастающее возбуждение. Внезапно Зи ощутил на головке горячие губы. Чей-то рот принял его член полностью, до основания, а потом всё прекратилось. Губы отпустили его измученный возбуждением член, таинственный соблазнитель просто перестал что-либо делать. Зи застонал от перевозбуждения, выдыхая через кляп во рту, шумно вдыхая через нос, пытаясь уменьшить мучительное состояние. Его просто бросили вот так, сгорающим от возбуждения и нетерпения, со спущенными штанами в изрезанной рубашке, которая прохладными шёлковыми лохмотьями свисала с его рук. Если бы не кляп, то он бы попросил продолжить, он бы умолял…       Он провёл, казалось, долгое время в попытке унять распалённую воображением и ощущениями плоть, а может прошла всего минута. Зи почувствовал, что ему становится немного легче, но неудовлетворенность неприятно ощущалась внизу живота, хотя возбуждение уже немного спало. Он услышал шум и голоса, кто-то резко открыл дверь. Ему показалось, что вошло несколько человек. Почему-то все резко замолчали. Он понял, что они смотрели на него.       - Говори, - это резкий властный голос Тени.       К кому он, чёрт бы его побрал, обращается? Опять я стою перед ним со вставшим членом, второй раз за день. О том, что на него пялится кто-то ещё, он не думал. Все его мысли были заняты Тенью.       - Судя по датчикам браслетов, у него началась паническая атака, надо было его переключить, хм... в другое русло.       - Я вижу успешно.       Зи был уверен, что все - сколько их там - смотрели на его успешно стоящий член.       - Снимите повязку.       Кто-то подошёл к Зи и снял повязку. Глаза не сразу после черноты привыкли к свету комнаты, сфокусировались на стоящих. С Тенью было два человека, они с полуулыбками взирали на него.       -Я позову вас.       Двое вышли.       Тень сидел на принесённом откуда-то кресле в очень свободной расслабленной позе и смотрел на Зи.       Что ему сейчас-то надо? Стою здесь больше двух часов, униженный дальше некуда.       - Значит так, - сказал Тень. - Когда ты оказался здесь и принял решение занять место своего, хм… друга, то дал обещание. Обещание стать моим развлечением на ближайшие четыре дня. К сожалению, ведёшь ты себя дерзко, не оказывая должного уважения той ситуации, в которой ты оказался. Единственное, что тебя оправдывает, что ты ещё не разобрался, что к чему. Наверное, тебя мало напугать, чтобы ты подчинялся, тебе надо почувствовать, что такое подчинение и действительное унижение. Я понимаю, что ты уже начинаешь кипеть от гнева, но я тебе сказал, что приручу твой грязный язычок. Тебе придётся помолчать и потерпеть.       То, что он со спущенными штанами, распятый, с кляпом во рту стоял перед Тенью, вызывало в нём прилив злости и чувство стыда одновременно.       - За каждый твой проступок сегодня ты будешь наказан, но я смягчу немного твоё наказание, хотя, вероятно, для тебя это тоже будет унизительно. Но ты здесь, чтобы отдуваться за своего приятеля, хотя никто тебя об этом не просил, поэтому не обессудь.       Тень сделал приглашающий знак, и те двое зашли в комнату. Они подошли к кровати и взяли оттуда два предмета. Зи совсем не нравилось то, что было у них в руках. Они обошли его и встали за спиной. Зи задёргался.       - Не дёргайся и не сжимайся, а то будет больнее. Это просто секс-игрушка, тебе не дрель в задницу вставят.       Зи попытался от всего этого отрешиться и закрыть глаза.       - Смотри на меня, если не хочешь, чтобы тебе вставили это без смазки.       Зи разлепил свои тёмные ресницы и с максимальной ненавистью в глазах, на какую был способен, уставился на Тень. Тень слегка кивнул. Зи почувствовал как его анус густо мажут чем-то прохладным, а потом как раздвигают ему ягодицы.       - Дыши глубже.       Ему стали очень медленно, один за другим вводить шарики. Зи сосредоточился на дыхании, его слегка потряхивало от волнения. Было странно и болезненно, когда входил очередной шарик, казалось, что это никогда не кончится, но боль проходила, наступало секундное облегчение и снова накатывал страх, что очередная боль будет долгой. Господин-сука наблюдал за каждой его эмоцией. Зи старался расслабиться, как мог. Всё усложнялось тем, что возбуждение от этого процесса не скатилось до нуля, а, наоборот, усилилось. Зи подумал: болезненное унижение, от которого у меня стоит, да что со мной не так? Вероятно, люди Тени всё закончили и даже проверили выполненную работу, чуть потянув за колечко бусы, от чего Зи вздрогнул. Он испытывал необычные ощущения и смешанные чувства, наполненность шариками казалась ему почти естественной.       - Выпороть.       Что, блять? - Зи не мог в это поверить, но, вспомнив тело Сэйнта, рефлекторно с силой потянул цепи. Тень молчал, глядя на жалкие попытки Зи. Двое проследовали к кровати и принесли две плети, которые выглядели как узкие палочки, на концах которых венчиками свисали узкие полоски кожи. Тень остановил их жестом.       - Я передумал, - глядя на Зи, - холодно улыбнулся Тень.       Зи испытал секундное облегчение, но Тень продолжил:       - Мальчик провинился сильно, значит, и наказать его придётся получше. Он повернулся и что-то негромко сказал своим людям. Те положили плети и вышли.       Тень встал и, глядя в глаза Зи, выдернул ремень из своих брюк.       - Я тебя сам выпорю.       Подойдя к Зи, он шепнул ему на ухо:       - Вижу, что твой член не согласен с твоей позицией несчастного и униженного.       Голос почему-то показался немного другим, что-то в нём.., но Зи был слишком напряжён, чтобы поразмыслить над этим. Охранники появились через минуту. Они внесли в комнату большое зеркало и поставили напротив Зи. И он себя увидел. Сексуально накрашенное лицо с кляпом во рту, красивый торс в шёлковых лохмотьях чёрной рубашки, спущенные джинсы и член, уже почти готовый к спермофейерверку.       Тень встал рядом с Зи, оба смотрели в зеркало. Он приобнял Зи и сказал:       - Ты считаешь себя неотразимым, полагаю. Наверное, так бы себя и трахнул. Сейчас в каком-то смысле тебе представится такая возможность. Люди на половину состоят из рефлексов, и как бы ты не хотел спрятаться от ремня и пытаться, например, расслабиться, медитировать или заниматься ещё чем-то подобным, организм будет реагировать. Ты от удара будешь сжиматься, доставляя себе удовольствие, благодаря тому, что сейчас внутри тебя. Но а боль... боль это дополнительный бонус. Дыши медленно.       Зи видел себя в зеркале целиком, а ещё он видел Тень, который сворачивал ремень пополам. Это ожидание первого удара мучило и возбуждало одновременно. И всё же ощущения были сильными, обжигающе острыми, и после задница не сразу отходила, ощущение горения полосы оставалось некоторое время, и как Зи не пытался бороться со своим телом, он всё же рефлекторно сжимался, усиливая ощущение от шариков внутри. Зи старался не стонать, а просто дышать. Но дыхание вырывалось со стоном, раз за разом. Он тяжело дышал, переживая очередную полосу боли. Он потерял счет ударам в самом конце, и когда Тень прекратил, ещё раз болезненно сжался.       Тень подошёл вплотную к Зи и, глядя через его плечо в зеркало, сказал:       - Полагаю, что раньше в тебя никогда ничего не засовывали, - он усмехнулся.       И ремнём, блять, не ебашили, - зло подумал Зи.       - Я сейчас освобожу тебе одну руку, не глупи только.       Тень подошёл к Зи справа и после некоторых манипуляций снял браслет. Зи сразу же попытался вынуть кляп, содрать с головы ремни. Это оказалось невыполнимым.       Тень засмеялся:       - Стой спокойно. Рука тебе сейчас понадобится не для этого. Тень взял смазку, заботливо оставленную его людьми и выдавил на ладонь, потом зашёл за спину Зи и добавил смазки, слегка введя внутрь палец, от чего Зи, конечно, здорово дёрнулся, пытаясь освобождённой рукой это прекратить.       - Зи, хватит меня злить, СТОЙ СПОКОЙНО. Сейчас сам всё поймешь. Удовольствие от шариков, когда их вытаскивают, а не вставляют, - сказал Тень и тихонько потянул за колечко.       До Зи, наконец, дошло, зачем ему освободили руку. Внутренне он продолжал сопротивляться, но рука сама тянулась к изнывающему члену. Колечко мышц выпускало шарик за шариком, возбуждение накатывало волной, несмотря на избитую задницу. Он обхватил свой член рукой и вдохновенно, на всё наплевав, завершил начатое, кончив до выхода последнего шарика. И это было прекрасно, он получил полное удовлетворение... с обеих сторон. Шарик во рту тоже сыграл свою роль, его в экстазе захотелось облизывать языком словно это был чей-то рот или... эту мысль измученный и опустошенный Зи уже не додумал. Он просто дышал.       - Я сейчас выну кляп, и ты скажешь, что должен.       Когда Тень расстегнул замочки кляпа, Зи сказал, глядя на Тень в зеркало:       - Да, мой господин, как прикажете, мой господин.       Тень встал перед Зи и, глядя в глаза, натянул ему джинсы, застегнув на молнию. Улыбнулся краем губ и вышел.