Что, опять?

– Ты должно быть зол, раз уж пришел сюда. Йеннифер деловито закидывает ногу за ногу, и совершенно не меняясь в лице наливает заявившемуся к ней Геральту немного виски в старый дрянной стакан. Действительно, в таком виде Геральт приходит к ней, только чтобы позлиться. Вон, глаза ходуном ходят, венка на виске пульсирует, а челюсть... Ну, что же. Челюсть вообще живет своей жизнью, и говорит о ситуации куда больше, чем мог сказать бы сам господин-кремень когда его отпустит. Его контроль, разумеется, великолепен. В пору вручить медаль за стойкость. Но и у таких людей бывает неизбежный перегруз терпения（особенно с такими парнями в отношениях), и именно для этого у Йеннифер есть доброе бухло прямо под столиком. Ну, не только для этого, честно. Там много причин, но эта одна из. – Лютик？– ехидно спрашивает она, чуть разваливаясь в кресле, и предвещая охуительную историю из разряда "этих двоих". А потом слушает, чуть зажмурившись, о том, как Лютик, зараза, себя не бережет. И ведь знает, что где-то примерно через неделю с подобным же запросом и желанием выговориться к ней завалится уже сам пресловутый, что б ему, жопа такая, Лютик. Для него у нее всегда найдется бутылка красного вина и пара дамских, приторных сигарет. В конце концов, у этих двоих посменно какая-то дичь, а ей навеки вечные уготована роль бесплатного и слегка паршивого семейного психотерапевта.