Двое вдребезги разбитые

Сама. Я сама вытащила себя из этой ёбаной ямы ненависти страха и горя. Сама. Сама внедрила себе, что лучшая, что все смогу. И мне никто не помог. Я сама. Одна, наперегонки со временем и жизнью, сквозь слезы и отчаянный крик пыталась жадно глотнуть хоть немного воздуха. И я смогла. Я снова, как и раньше ровно задышала. Засмеялась, залюбила. Залюбила себя, залюбила эту жизнь. Поднялась на ноги, отряхнулась и пошла дальше, скрывая под кофтой шрамы на сердце. Раны зажили. Не вся кровь утекла. И её стало больше. Я стала сильнее. Я стала лучше. Лучше для себя, в то время, пока весь мир считал меня гнусной идиоткой, вечно летающей в облаках и не умеющей любить. А я умела. Я умела любить, да ещё как! Я любила жизнь, любила свободу... Но я все также хожу по тонкой грани. Сколько бы времени не прошло, этого не изменится. Шаг влево, шаг вправо - и вниз. И ветер из предательств мне этому мешал. Я за спиной держала тех, кому доверяла. Семью, близких друзей... Тех самых единиц, которые не ушли тогда, когда ушли все. Точнее, искусно солгали, что не ушли. На деле же они и никогда не были рядом. Это лишь иллюзия. Чёртова тень, не умеющая говорить, чувствовать и любить. Толчок в спину. О да, я не ожидала. Я не успела схватиться руками за них, чтобы также утянуть вниз. Я разбилась вдребезги. Снова. Показать бы им хоть раз, каково это быть там - в самом низу, на моей нижней высоте. Чертовы осколки сердца, души и остатка любви разлетелись в самые дальние уголки нижней высоты. Ох... Я не смогла. Уже уверенно идя, я не обернулась назад. А стоило. Ведь оттуда и прилетел смсмертоносный удар. Им показалось, что это так - дружеские хлопки по плечу, а я все равно упала вниз. Как же так, спросят они... Если, конечно, заметят моё отсутствие Но время шло. Силы возвращались. Потихоньку, помаленьку, но возвращались. Склеились двое осколков. Затем ещё один в добавок. И ещё, и ещё... И вот, я пытаюсь сложить себя в одну мозаику. Уже даже понимаю, что надо подниматься. Но не могу. Осколки закончились, а идти ещё не могу. Я из вижу, но теперь недостижимы... Прямо как звезды... И мне остаётся догнивать тут остаток дней своих в этом чертовски пугающем мраке сидя в куче чужих осколочков уже дохлых людей и разлагаться вплоть до пыли... Что? Кто это? Размывчивый силуэт медленно идёт в мою сторону. Ох, это лицо... Я помню его. Всю жизнь пройти нога в ногу, чтобы просто резко забыть друг про друга. А сейчас... Спустя толщу времени оказаться снова рядом. Такой же разбитый, как и я... Такой же. На той же, самой низкой высоте. Но это неважно, он ведь тоже был из тех, кто толкнул сюда в первый раз. Я не прощу. - Прости. Теперь я знаю, что ты тогда чувствовала. И все. А больше и ничего не надо. Но... Я ведь не прощу?.. Бросил однажды, бросит и дважды, ведь так? Он поднимает осколок и протягивает мне. Да нет, не просто протягивает! Он его бережно приклеивает к другим. Берёт ещё один и снова также приклеивает. А я... Я молчу. Мне нечего сказать. Он пришёл, после стольких ужасных слов друг другу. Он вернулся. Вернулся именно ко мне. Поднимаю осколок. Его осколок. И также присоединяю к нему. Словно пазлы собираем себя по кусочкам. Два огонька, загорающихся все ярче с каждым осколочком. Вдвоём, даём все больше света в темноте. Поднимаюсь на ноги. Сколько мы уже тут? Неважно. Беру его за руку. Еще не до конца собранные, но уже живые, не гниющие. - Идём, нам пора. Веду его за собой по уже некогда проложенной тропе. Её почти не видно, идём на ощупь, все крепче сжимая ладони, чтобы не потеряться... Чтобы не потерять друг друга. Медленно, но уверенно поднимаемся. И с каждым шагом, отдающийся эхом от пустоты, мы набираем скорость. Не нужны слова. Мы знаем, что рядом. Этого достаточно. И вот, уже бежим. Свет! Вот он, совсем рядом! Ещё чуть-чуть! Раз, два, три, прыжок! Прыгаем. Нет, не прыгаем. Взлетаем. Взлетаем наверх. В небо. Откуда толкнуть уже нельзя, лишь подстрелить. Но и это ведь сложно. Опытных стрелков слишком мало. За спиной белые, огромные крылья. И у него тоже. Переплетает пальцы. Не отпускаем. Ловим новые порывы тёплого ветра и взлетаем выше. Голубое небо. А вот и облака. Такие пушистые и мягкие... Садимся на одно из них. Садимся и смотрим друг на друга. Я тебя люблю - что за грёбанные три слова? То же самое что сказать - Ложь, сарказм и издевательство. Их говорят все, они звучат из каждого утюга и холодильника. - Ты мне очень важен. Произношу я. Нет, это не признание. - И ты мне тоже. Мы любим друг друга? Мы друзья. Хотя нет. Лучшие. Просто лучшие. И плевать как обозначить - пара, друзья... Любовь или дружба? Какая разница, если ты знаешь, что вы друг другу важны? Этого достаточно. Никто из нас ведь и не хочет разбираться в этом. Мы рядом, нам хорошо. Мы на той высоте, куда бы не добрались в одиночку. Вечно латая крылья друг друга, отныне живём тут. Когда двое вдребезги разбитые теперь лишь носим еле видные шрамы под одеждой. Нет, они не исчезнут. Они навсегда на нашей коже. Но не приносят боли, а значит служат лишь редким воспоминанием, как мы были в самом низу. Теперь же, здесь, на высшей высоте, это неважно. У нас есть крылья, мы не упадём.