.
9 сентября 2022 г., 00:00
Не пытайтесь мне что-то объяснить. Я вам не поверю. Не поверю в то что Габриэль мог умереть, а я нечего не мог с этим поделать. Не поверю в то что мог просто смотреть как тот умирает. И в то что не остановил в тот момент время. Во всё это я тоже поверить не могу. Ненавижу бессилие.
Габриэль со мной. Но не здесь, на улице, спит в тени деревьев. Умиротворение ему к лицу.
А я здесь, в доме, с Леджер. Сегодня она была молодой девушкой. Мы пришли к ней час назад. И в честь моего дня рождения, она сделала мне подарок.
Предложила рассмотреть одну из параллельных реальностей. Самую, более вероятную, параллельную реальность.
Глупая затея, я ей об этом говорю. Она говорит что я могу и отказаться.
Не хочу отказаться от такой возможности. Я даже повеселел предвещая что-то веселое. Пока не увидел.
Мы с ней стояли посреди гостиной взявшись за руки. Она сказала закрыть глаза. Следующая минуту, и я не чувствую пол под ногами.
Открывая глаза обнаруживаю что вешу в воздухе. Без использования какого либо Дара. Леджер всё ещё со мной. Она просит меня не двигаться, и молча смотреть.
Вариант последней битвы над Соулом. Я убил Соула, спас Анна-Лизу, и потерял Габриэля, такова была эта реальность.
Я пытался его спасти, закрыть от пуль. Но рикошет, и пули всё равно долетали к цели. Почему нет тех кто разбирается в медицине? Где все кто мог бы помочь Габриэлю? Он умирает у меня на руках. А я не могу ничего сделать. Не смог помочь.
Слёзы лились из моих глаз. В груди было до жути больно.
– Ты можешь показать мне дальше? – всё о чём я мог попросить её.
И как в фильмах, в ускоренной съёмке, кадры сменялись один за другим.
Могила Габриэля. Она должна была быть лучше, ведь в ней бы лежало два человека. Я это знаю. Не смотря в какой параллели, я бы умер в тот же момент как лишился Габриэля. Я видел себя рядом с этой могилой. Жил рядом с ней. День за днём не отходил от неё.
Иногда появлялся Аарон. Не всегда один, иногда с девушкой. Ходил возле меня, лечил. Разве можно такое вылечить? Разве хоть одно зелье вернуло бы мне Габриэля?
Моя жизнь без Габриеля наверное такая и есть. Мрачная, тоскливая, без вкусная.
Появилась Селия. Дом, огород, я с ней разговариваю. Рисую, и отдаю ей рисунки, на них портреты. Так себе нарисовано, не схоже с реальностью, мне наверняка не нравится. Селия их забирает и говорит мне что-то.
Дальше я становлюсь деревом. Деревом на могиле Габриеля. Я дуб, с множеством увечий. Увечья – мои шрамы. Остаюсь на его могиле. Ко мне приходит Селия, и читает.
Я понял что это конец, дальше уже не будет. И этот «я», в этой вселенной поступил правильно.
Вытераю слёзы, и прошу Леджер вернуть нас.
За секунду мы опять в гостиной. Я обязательно попрошу у неё подробности и разъяснения. Не сегодня, потом. Сейчас нужно увидеть Габриэля. Ничего не говоря Леджер, выхожу из дома.
Хочу как можно быстрее найти Габриэля.
Он сам меня находит. Услышав звук открывающейся двери вскочил на ноги. Дерево под которым тот спал встрепенулось. Он тепло улыбается мне, пока не замечает моих слёз.
Я обратно плачу? Думаю да, хотя и не замечаю этого. Я вытер слёзы рукавом, а когда опять поднимаю глаза он уже рядом.
– Что случилось?
Молча открываю руки для объятий. Ни секунды не колеблясь, он кидается меня обнимать. Чувствую его тепло. Родной запах. Его волосы щекочут нос. Запах кофе. Он что-то шепчет на французском. Это успокаивает. Я не считаю времени, мы стоим так довольно долго. У меня занимели руки и ноги. Но я счастлив.
– Натан?
– Хочу домой.
– Хорошо, как хочешь.
Мы шли молча, держась за руки.
Я себя накрутил, ведь Габриэль жив. Со мной рядом, в моей вселенной.
Да, его ранили. Те пули, они конечно, были. И Габриэль был в плохом состоянии. Но у меня, в отличие от другой параллели, получилось его спасти.
Я остановил время только для него. Больше у меня этот трюк никогда не получался, хотя я множество раз пытался его повторить. Габриэля спасли примчавшиеся на мой крик две девушки, знающиеся на медицине. Помочь ему было затруднительно, так как и он, и все органы замерли. С ним замерли и пули, вот это помогло. И пока Габриэль поправлялся, проходила вся суматоха. В это время мне его жутко не хватало.
Меня, как и было задумано, судили. Но никто не задумался возникать, ведь я убил для них Соула. Это радовало. Я остался на свободе. И совершил свое последнее, и одно из самых желанных убийств – убил Джессику. Она просто не могла остаться в живых после причиненного Габриэлю.
После судили Анна-Лизу. Мне, честно говоря, был интересен только ребенок. Моего ребенка, она использовала во всю, как «смягчающее обстоятельство». Смешно. Всё равно дали год.
А спустя два месяца она родила. Выйдя, забрала ребенка, в целом не запрещая мне с ним видеться. Пока что он слишком мал, что б я смог с ним общаться. И как подрастёт я буду стараться меньше с ним общаться. Ради себя, Габриэль, и его самого.
Габриэль выздоровел, и мы немедля поехали в Уэльс. Живём в глуши леса, у реки. Вдали от цивилизации, и шума. Нам выплатили деньги, такие что б хватило до конца жизни. Мы путешествовали. Всегда где-то разъезжаем, возвращаясь сюда.
Наш дом уютней многих, ведь мы ни в чём друг другу не отказываем. Мы ни чуть не надоели друг друга даже с прошедшими двумя годами. Каждый день мы просыпаемся с тем же чувствами, что и раньше, они никогда не угасают.
У меня нет новых шрамов. Габриэль этому рад. Он учит меня писать, и читать. Ему это нравится. Учить читать и писать. Мыть мне голову, и спину. Кофе. Разные виды сладкого. Говорить о всём на свете. Облегающая одежда. Дождь ночью. Белых котов, у нас есть одна, везде таскаем ее с собой. Кольца, у нас парные. Красивую посуду, которую чаще всего моет не он. Кресла, и пледы на них. Спать со мной в обнимку. Когда я трогаю его волосы, грудь, уши. Раз за разом слушать истории моих шрамов, хотя он сам помнит про каждый. Объятия, и держатся за руки где бы то ни было. Мои рисунки. Спать днём на подоконнике. Свой зелёный походный рюкзак набитый всем чем только можно. Мою ревность, и собственнические замашки. Шляпы. Газировку. Поезда. Лимоны. Грибы. Цветы в горшках по всему дому. Дерево рядом с нашим домом, и качели на нем.
Я не хочу верить что где-то этого всего нет. Не хочу верить что где-то мир лишился Габриэля. Не хочу верить что где-то я, лишился его.
Меня трясёт мелкой дрожью. Надо поговорить с Габриэлем. Он просил меня с ним разговаривать когда меня что-то волнует. И я пообещал что буду говорить. Буду, но позже, сейчас хочу что б он молчал. И я хочу молчать рядом с ним. Мы молча едем в поезде, нам ещё долго ехать.
Мой панический страх понемногу отпускает. Прошу Габриэля лечь рядом со мной. Он соглашается, и ложиться так что б я уткнулся носом в его грудь. Люблю быть настолько слабым, и нежным рядом с ним. И он это любит, я это знаю.
За окном вечереет. Теплая зима выдалась. Успели много куда съездить, и подняться на одиннадцать гор. Наша кошка спит на противоположном сидении в этом широком и тёплом купе.
Мирель, звали эту избалованную девицу. Кличку придумал Габриэль. Собрав её из двух имён «Маркус» и «Мишель». Она названа в честь двух дорогих нам людей, которые не с нами. У неё черные глаза – как у нас с Маркусом, и она была пушистая и белая – это напоминало о Мишель. Она даже не пугалась моего второго облика, удивительное создание.
Мирель спала свернувшись клубочком, брала с меня пример. Я тоже свернулся клубочком спал у Габриэля на груди. Я своего рода, тоже кот. Или, если быть точнее, могу в него превращаться.
Перед тем как уснуть целую Габриэля. В другой вселенной я целовал его, делающего последний вздох.
Габриэль помогает мне про это забыть. Мой Габриэль превосходно целуется, успокаивающее и нежно. Кусает меня за нижнюю губу, приказывает спать. Я слушаюсь.
Засыпаю под биение сердца Габриэля.
Не хочу знать другие реальности.
Меня устраивает моя.
Моя реальность та где есть счастливый Габриэль. Здесь нет войн, преследования, избиения. Здесь мы можем спокойно сидеть в парке на лавочке, ходить по магазинам, на пляж. Я могу спокойно говорить, хоть и не так громко как Габриэль. Кричу я только в кровали с Габриэлем. Нож я беру только когда что-то режу из еды. Пробежки не ради выживания, или рутины, а ради поддержки здорового организма. Дерусь я только с теми кто лезет к Габриэлю. Здесь черные и белые ведьмы и ведьмаки могут не прятаться ото всех. Никто не умирает не получив свой дар.
Мне до чёртиков нравится моя реальность.
Утром я еле-еле сажусь, не выспался. Габриэль любит рано вставать. Потому, по всему купк уже во всю пахнет чаем и булочками с вишней. Мирель ещё спит, счастливое создание. Я молча любуюсь имеющейся картиной.
– Ты как-то сам на себя не похож, как подменили. – говорит мне хриплым ото сна голосом.
– Да?
– Хах! – он ставит передо мной кружку чая, заговорщически блестя глазами, хитро улыбаясь. – Тебя долго не было. Где ты пропал?
– Я пропал, но не на всегда. – почти смеясь отвечаю я.
Меня ещё раз целуют, теперь уже в нос.
Я никуда не пропаду Габриэль, и ты не пропадай.
