Соблазнительный враг

      Минхо очнулся на диванчике в комнате ожидания, на котором провел последние несколько часов. Перед ним присел врач его супруги.       — Господин Ли, как себя чувствуете? Голова кружится?       — Нет. Я в норме. Скажите мне причину смерти Черен?       — Она захлебнулась кровью. У неё поражение лёгких было уже на семьдесят процентов. Я удивлён, как она вообще ещё была жива. Я говорил вашей супруге, что нужно лечь в стационар намного раньше. Вы и правда её любили?       — Доктор, я понимаю, что у нас была огромная разница в возрасте, но наши чувства взаимны. Я люблю свою супругу. Она — самое лучшее, что со мной случилось.       — Я вижу вашу искренность, Минхо. Крепитесь!       Хо встал с диванчика и побрел вниз. Его Черен больше нет. Она никогда больше не улыбнётся ему, никогда не обнимет, не будет больше ворчать, что Минхо ходит по дому в одних носках, и не будет забывать заправить машину. Хо почувствовал себя брошенным. По щекам текли непрошенные слезы. Он сидел в машине и не мог заставить себя завести движок. Кружили редкие снежинки, ветер носил их в разные стороны, Минхо смотрел на них, лёжа на руле, и не мог успокоиться. Позвонил секретарь Черен. Хо вытер слезы тыльной стороной ладони и принял вызов.       — Господин Ли, я не могу дозвониться до госпожи, нужно срочно согласовать встречи на следующую неделю. И у Вас через час встреча с пиар отделом, потом рекламщики.       — Чанбин, на сегодня все отмени. Я буду завтра. И я жду тебя через час у нас дома.       — Я Вас понял. Уже лечу.       Хо прогрел двигатель и поехал в резиденцию. Мрачные мысли одолевали его голову. Нужно срочно вызвать Ликса домой. Он имеет право попрощаться с матерью. Мужчина не помнил, как доехал до дома. Очнулся только тогда, когда дворецкий начал снимать с него пальто.       — Господин, Вы еле стоите на ногах! Как госпожа? Что сказали врачи?       — Кихен, её больше нет. Она умерла меньше получаса назад, покинула нас. — голос Хо был безжизненным.       Он поднялся в кабинет, скинул пиджак, плеснул себе виски в бокал, взятый с полки, и залез в любимое кресло, поджав ноги. Ему было так одиноко. Нужно позвонить сыну. В Сеуле сейчас около полудня, а значит в Нью-Йорке около одиннадцати вечера. Хо вытащил смартфон, нашёл в списке контактов номер Ликса и нажал кнопку вызова. Гудки шли и никто не хотел отвечать. Наконец раздался сонный голос младшего.       — Да, пап.       — Ликси, я разбудил тебя? Прости, пожалуйста.       — Ничего страшного. Что-то случилось?       — Феликс, ты должен срочно вернуться домой. Мама умерла.       — Минхо, надеюсь ты так глупо пошутил?       — Я бы всем сердцем хотел, чтобы это было всего лишь шуткой, Ликси. Я только из больницы. Черен больше нет с нами. У неё был рак, а она никому не сказала. Я сейчас направлю письмо на почту твоего колледжа. Скажи, ты после похорон вернёшься или останешься в Сеуле?       — Я останусь с тобой, пап.       — Спасибо тебе, родной.       Разговор был окончен. Зная Феликса, уже завтра к вечеру он будет в Корее. В дверь постучали.       — Входите! — разрешил Хо.        В кабинет вошёл Со Чанбин. Этот юноша был на год младше самого Минхо. Он сочетал в себе превосходные качества, необходимые для своей должности. Парень был отличным помощником, помогал в командировках, мог быстро найти что-то в интернете, выяснить все обо всем. Он осторожно прошёл к столу с портфелем, сразу доставая из него ежедневник и карандаш.       — Господин Ли, я перенёс все встречи на завтра. Госпожа сама будет присутствовать, или вы проведёте?       — Чанбин, Черен умерла. Её больше нет. Пока не вскроют завещание — управлять буду я. И давай на «ты». Так будет нам обоим проще.       — Минхо, мне так жаль. — голос Бина дрогнул.       — Мне тоже. Я люблю её. Не знаю как теперь буду.       — Сыну сообщил?       — Да. Я думаю, что Феликс будет тут уже завтра.       — Когда похороны?       — В пятницу.       Они углубились в решение рабочих вопросов. Их прервал звонок личного поверенного Черен. Он уточнил срок приезда сына госпожи и настоял, чтобы они оба присутствовали на похоронах и последующим после этого вскрытии завещания. Осталось дождаться возвращения сына. ___________________________       Ликс сидел на постели и смотрел на потухший экран смартфон. Минхо сейчас просто выбил почву из-под ног и лишил воздуха. Мамы больше нет? Как так? Сколько себя помнил — мама была сильной и смелой. Она была примером для подражания. Она храбро шла против системы и постоянно работала, обеспечивая единственного сына. А потом в её жизни появился Минхо. Феликсу тогда было всего тринадцать. И вдруг кто-то начал претендовать на её внимание, на её время. Ликс бунтовал, устраивал пакости, сбегал из дома. Но потом понял, что Хо её любит, искренне и нежно, их чувства друг к другу настоящие. Это не наигранно. И Ликс принял это. Смирился, все больше присматриваясь к отчиму. В шутку начал звать папой, что потом так и осталось. Только говорилось это сейчас с искренней нежностью. Между ними было десять лет разницы. Они очень сдружились за эти несколько лет и теперь остались вдвоём.       Парень взмахнул головой и вынырнул из своих мыслей. Он открыл приложение на телефоне, проверяя ближайшие билеты на самолёт до Кореи. Ближайший рейс был через два часа с пересадкой в Далласе. Да и пофиг. Зато через 22 часа он будет дома. Ликс купил билет и сразу прошёл на него электронную регистрацию. Подросток вызвал такси и сразу кинулся собирать чемодан. У него есть 20 минут до приезда машины. Он не стал что-то складывать. Раскрыл чемодан прямо на полу и закидал туда основные вещи. В рюкзак отправилась сменная футболка и джинсы, ноутбук, зарядка, документы, бумажник и телефон. Ликс попрощался с комнатой, закрыл её и пошёл по коридору. На выходе сдал ключ и попрощался, выходя из здания.       Путь до аэропорта занял около сорока минут. Ликс прибыл на место когда уже объявили посадку на рейс. Он получил посадочный талон и зарегистрировал багаж, прошел паспортный контроль и прошел на посадку. Он поднялся по трапу и улыбчивый стюард поприветствовал его и подсказал его место в первом классе. Как ни странно Ликс провалился в сон сразу же, как только включились турбины. Ему снилась мама, когда она провожала его на учебу. Разбудил его все тот же милый стюард, объявив, что самолет заходит на посадку в Далласе. Местное время показывало почти шесть утра, а значит в Сеуле почти десять вечера. Минхо еще не должен спать. Он позвонил папе по видеосвязи, и тот взял трубку буквально со второго гудка.       — Добрый вечер, пап.       — Доброе утро, сынок. Ты как?       — Я ещё наверное не осознал, даже не плакал пока.       — Ты уже в аэропорту?       — Да. Только я уже в Далласе, хён. Ещё два часа ожидания трансфера и завтра к полудню я буду в Сеуле. Встретишь?       — Конечно встречу. — заулыбался Минхо. — Напиши мне только номер рейса, пожалуйста.       — Хорошо, пап. А ты чего такой бледный?       — Не спал всю прошлую ночь, и пришлось все встречи переносить.       — Поспи, пожалуйста.       — Не могу уснуть, перед глазами Черен.       — Я люблю тебя, пап.       — И я тебя, Ликси.