Большой город

Дрожь в её ногах заставляет меня переместить ладони с задней панели чуть выше, до икр, чтобы они не скатились с плеч. Чувствую, что это очень нравится моей спутнице. Она простонала, обнажив изгиб грудного шарнира. Ещё один стон, когда я медленно вхожу, сжимая пальцы на разгорячённом корпусе. В ушах Misfits — Die Die My Darling, гипнотизирует, помогая справится со всем этим, впрочем, забавные звуки тела подо мной прекрасно сочетаются с песней, будто бэк-вокал. Ещё немного, и блядские импульсы перестанут управлять телом, да, скоро. Её руки расслабленно лежат над головой, словно знак сдачи врагу. Наклонив голову, она упёрлась в предплечье, издала томное шипение. Хорошо, в такие моменты, готов признаться, я почти люблю эту глупышку. Клементина. Прелестное имя, прямо для настоящей принцессы. Но не обманывайтесь, за нежным образом скрывается сильное волей создание. Догадалась бы о моих планах, давно скормила б тем мутировавшим бактериям. Всегда знал, что органическая жизнь — отстой. Это подтверждает и тот, из-за кого планы пришлось существенно изменить. Её «рекрут», как выразилась Клем, надеюсь, не доставит слишком много проблем, говорят, он довольно смышлёный, хоть и мелкий. Да, не все книги судят по обложке, но Клементине, похоже, это не знакомо. Интересно, они все там внизу такие наивные? Без разницы. В конце концов, она спасла меня когда-то, укрыв от стражи в своей якобы заброшенной квартире. А теперь я собираюсь её предать. Нечестно? Наверное. Но нужно было думать, когда оставляешь у себя незнакомца. Даже если сильно влюбилась. Ускоряю темп, чтобы всё поскорее закончилось. Слышу скрежет металла, это Клеа тонкими пальцами царапает обшивку моих бёдер, той рукой, на которой по-английски написана просьба «поцелуй меня». На сколько им там было нечем заняться, что докопались до человеческих записей? Признаться, я этой беспечности даже немного завидую. Жизнь в Мидтауне слишком быстрая. Свободной рукой она резко хватает меня за цепи. Да, я не снимаю их даже во время секса, они приятно постукивают о корпус в такт. От этого действия я даже немного подался вперёд, впрочем, не сбивая ритма. Клем не сможет кончить. Обычно прерывать нас приходится мне, но сегодня всё затянулось. И это имеет последствия. Давление внутри станет таким сильным, что клапаны повылетают и она опять зальёт маслом весь плед. В такие моменты заметно затемнение у краёв экрана, вот, как сейчас. Плавно останавливаюсь, осознавая, что на сегодня хватит, видно, это совпало с её циклом, ведь, Клеа выглядит вполне удовлетворённой. Руки расслабленно опускаются, она поглаживает себя, впрочем, дальнейших действий я уже не замечаю. Укладываюсь рядом, издавая притворный стон, она тоже что-то мурлычет и утыкается головой в мою шею. Когда-то я правда наслаждался каждым мгновением, будучи запертым в этой уютной квартирке, обставленной растениями и всяким хламом. И эти лампочки, светяшки, подушки, разговоры об аутсайде, медитации, правда вдохновляли. Раньше. Теперь я чувствую лишь обязанность, что не так утомительно, как может показаться, но иногда раздражает. Отчасти, поэтому я согласился сдать её, хотя, первопричиной, в любом случае, являются деньги. Нужно бежать, но хочется ненадолго задержаться. Слишком Клеа меня расслабила, до сих пор не унимаясь, обводила узоры на теле, задевая звенящие цепи. Да, она сегодня такая прелесть, ластиться с самого утра, это даже не слишком заёбывает. Наоборот, я усомнился в собственных намерениях, но быстро отогнал эти мысли. Хотя, всё ещё, смотря в её экран, я не ощущаю отвращения. Никогда не ощущал. Ох, снова… глупые мысли. Очнись, пути назад нет. Нащупываю рукой её кепку, валяющуюся рядом, и прикрываю экран, а то огни, как никогда, сводят с ума датчики. Не знаю, что вдруг на меня нашло, к чёрту, наверняка я не должен за это оправдываться. Скрипя шарнирами я, вдруг, повернулся на бок и крепко обнял Клем. Кепка упала с экрана, я слегка, случайно, подвинул её пальцами, когда устраивал руку немного удобнее. Милашка, даже не осознаёт, что это в последний раз, не понимает, что будет ненавидеть каждый совместно проведённый день. Неспеша кладу её на спину и тут мы почти касаемся мониторами. Разряд статики будоражит. Дёрнувшись, всё-таки притрагиваюсь к тонкому стеклу и, наконец, сажусь рядом, готовый свалить. Но Клем преграждает путь ногой. Зря я это начал. — Останься ещё ненадолго. — Просит она, поглаживая стопой моё колено. — Извини, сегодня полно дел. — Провожу от внутренней стороны бедра к внешней. — Не скучай одна, солнышко. Она легонько толкнула меня ногой в плечо, будто обижено, но при этом улыбаясь. Я взглянул в ту сторону последний раз и, взяв джинсы с курткой, слез со шкафа, чуть нахер не убившись. Вот места будто мало, что обязательно было делать псевдо-мансарду на ебучих… не важно, опять отвлекаюсь. Клементина говорила, что им понадобится атомная батарея. Придётся ошиваться около завода, я ж ей проболтался, что раньше там работал и система меня знает. Ещё этот кот. Пока пусть думают, что я с ними, тем более, двоих сразу вряд ли удастся так просто обезвредить. Огни города сегодня бледнее обычного, или меня до сих пор кумарит. Если всё пойдёт как надо, кот будет отвлечён кражей атомной батареи, я веду Клем в клубешник и жду его. — Эй, парень, полегче. — Сам смотри куда прёшь. В меня врезался какой-то тип, ну или я в него, какая разница? Подворотня, газета. Почему их ещё печатают? Слышал, люди любили запах типографии и прочих ностальгических для них вещей. Этот город вовсе построен на поклонении 1990-м. Почему мы вообще не можем развивать собственную культуру, писать свою историю? Возможно, роботы без людей, в целом, ничего из себя не представляли бы. Но разве не люди нас такими сделали? Трусливые органические создания. Сквозь вой боевых дронов мне, вдруг, почудился писк самого обычного. Переведя на него взгляд замечаю, что он левитирует возле кота, возможно того, кто мне и нужен. Буду игнорить его, пока не зайдёт к Клем, нечего болтать с кем попало. — Я занят. Чего ты хочешь? Видно, ничего, раз ушёл. Странные они оба. Этот дрон, кажется, не просто для коммуникации, он обладает отдельным сознанием. Что ж, это вряд ли помешает, но тоже повод насторожиться. Спустя время они вернулись с запиской от Клем. Другое дело, малыш, теперь она знает, что ты уже здесь. Пока впрягу его добыть каску и форму рабочего, пусть побегает. Главное, чтобы за воровство не пришили, деньги-то у него вряд ли есть, ну ничего, коты довольно проворные. Может, сгонять в резиденцию? Нет, вряд ли успею, ещё один участник плана вернётся слишком быстро. Интересно, у него есть имя? Не то, чтобы я собирался пользоваться этой информацией, просто, возвращаясь к теме идентичности, мы, роботы, зовём друг друга выдуманной комбинацией символов, хоть и довольно звучной. Каждое мыслящее существо, состоящее в неком обществе, взаимодействуя с себе подобными, носит имя. Оно не имеет большого значения, просто позволяя отличать представителей одного вида друг от друга. Получается, это не пережиток прошлого, а необходимость? Отнюдь. Роботы не нуждаются в общении, в познании и в прочих вещах, что делал человек. Делает ли робот человеческие вещи из-за кода или собственной воли? Есть ли у нас воля, ведь, мы просто эволюционировавшие компаньоны? Что ж, есть эволюция, значит, есть отличия от тех роботов, что служили людям, уже хорошо. Всё равно это не стоит ничего. Ни-че-го. Ведь, предательство — тоже людской термин. Котик принёс всё, что нужно, теперь дело за малым — пройти через охранную систему завода и благополучно оттуда выйти, когда рыжее существо уже будет вне зоны видимости. У них тут сыро. Чувак, с которым я разговорился, прикрывает пятно ржавчины и постоянно озирается по сторонам. Клементина рассказывала, что их труд бесполезен, чего не знал даже я, хоть и работал здесь. Они просто сбрасывают отсортированный мусор в одну кучу и кидают на нижний уровень. Корпорация NECO дурила народ ещё задолго до людского вымирания. Населяющим трущобы пришлось довольно несладко, может, как раз из-за гниющих отходов и перенаселённости чума так быстро распространилась даже в пределах купола. Наши предки никогда не учились на ошибках. Хочется закурить, сильно нервничаю. Как оказалось, не зря. Выйдя из закоулка на главную площадь, с ужасом отшатнулся назад, увидев вход в резиденцию. Всех, кто там был, выставили за забор, территорию прочёсывают дроны. Клементины среди протестующих не замечаю. Пока я в шоке и растерянности размышляю, что делать, кто-то хватает меня за предплечье и успевает оттащить на пару шагов назад. — Теперь в клуб, верно? Оборачиваюсь на голос. Клеа, твою ж… Бросило в дрожь, стараюсь это скрыть, ещё больше трясёт, впрочем, видно, ей не до моего самочувствия. — Что ты устроила там, чёрт возьми? — Позволяю лишние эмоции, нет сил себя контролировать. — Я не специально. Ох, просто пойдём, ладно? — Дроны на взводе, они, блять, летают везде. Как ты собираешься пройти? — Придумаем. Стоило Клем отпустить меня и развернуться, силуэт её обрёл ядовито-зелёный, а затем сразу же ярко-красный контур. — О, нет. — Только и успела произнести девушка, прежде чем летательный аппарат открыл огонь и мы уже мчались по главной улице, собирая за собой ещё больше врагов. Я мало соображал в те секунды, это ненадолго откинуло в то время, когда пришлось так же бегать по этажам резиденции. Когда умение здраво размышлять вернулось, в голову тут же пришла очевидная мысль: Нас же двое. Мы бы легко могли запутать боевых дронов, если б один из нас взял удар на себя. — Сверни за угол. — Скомандовал я, отбегая в сторону, тем самым, уводя за собой противников. Клем окинула взглядом подворотню и исчезла в её тусклом свете, вряд ли даже до конца поняв совершённое. Почти теряю равновесие, но восстанавливаюсь, потеряв такое необходимое расстояние. Впрочем, резкий поворот вогнал дронов в больший ступор. Нельзя вести их дальше, впереди виднеется прямая улица, они могут заметить Клем. Вот бы как тот котик просто спрятаться в коробке. Точно. Спрятаться. Любой страж порядка решил бы эту задачку, но не чёртовы дроны. Прячусь за автоматом со снеками, параллельно открывая крышку мусорного бака. Как и предполагалось, они облетают препятствие со всех сторон, но не могут увидеть ничего подозрительного за грёбаной тенью. Да тому, кто их проектировал любой преступник поставил бы памятник. Зелёный ещё никогда не был таким успокаивающим. Можно покидать укрытие, они слиняли. Каждая секунда на счету, но ноги не несут совсем, будто отключились вовсе, всё-таки не предназначены они для бега, внутренности точно были против такой встряски. Если б это тело умело тошнить, меня бы стошнило. Вот так, на шатающихся ногах я плёлся вперёд, ища по карманам куртки vip пропуск в ночной клуб. Тут странно пусто. Даже нет молодёжи, что тусовалась у входа. Походу, всех распугали дроны. Да уж, мы целый район подняли на уши. Почему-то от этой мысли на мониторе проявилась вымученная улыбка. Клеа появилась также неожиданно, как и в прошлый раз. Она судорожно хватается за мои цепи, ворот куртки, беспорядочно проводит руками по передней панели, будто пытается удостоверится, что я реален, в конце концов, обнимает, уткнувшись головой в грудь. Цифровые слёзы играют бледными отблесками на припылённом покрытии. Не хотелось, но руки сами потянулись утешить её. Сейчас — то время, когда мы уже должны быть в клубе и дожидаться кошака, но я не могу, зная, что придётся сделать с такой беззащитной, такой доверчивой… Клем. Моей Клем, в которой я, одно время, души не чаял. Фу, где ты этого понахватался… Блейзи. Искажённая форма собственного имени отозвалось в памяти её голосом. Клеа, Я Так Тебя Люблю. — Всё хорошо, малышка. Обнимаю буквально секунду и беру её за плечи, наклоняясь к экрану. Кажется, это привело нас обоих в чувства. Не оглядываясь, мы тихо пробрались в vip зону ночного клуба, как же хорошо, что этот вход даже банально не обставлен камерами. Всё как в тумане. Зачем. Зачем я это сделал? За ширмой дроны, только и ждут прибытия котика, а я, кажется, попал. Во что я ввязался? Во что поверил? Ещё не поздно. Один удар и… Алкоголь, как ни странно, отрезвляет. — Ты чем-то обеспокоен? — Наивно заметила Клементина, сидя за барной стойкой. Бутылка из тёмного толстого стекла даже не разбилась, когда я с размаху долбанул ею о корпус моей экс-подруги. Я ещё долго не мог разжать горлышко бутылки, так удобно устроившееся в ладони. Суть медитации в контроле эмоций с помощью якоря из реальности. Звон стекла о кафель, всё как в тумане. От быстрого к медленному, от медленного к быстрому и так, пока я не вышел из комнаты. Будто всё приснилось. Будто у меня есть вторая попытка, шанс. Котик пытается переместить железные декорации, дабы выстроить путь, смышлёный малый, умнее, чем я полагал, но не настолько, чтобы раскусить обман. Ухожу проверить, всё ли готово. Полицейские хотели видеть их живыми. Очнулась. Из перекрытого верёвкой динамика раздаётся недовольное шипение. Брыкается. Попытки ослабить верёвки не увенчались успехом, пялится на меня в неверии, может, даже надеясь на помощь. Сожалеет. Бессильно опустив монитор, на сколько позволяют оковы, тихо проклинает себя, может, меня, больше нет смысла разбирать эту болтовню. Я преподал ей важный урок, хотя, пригодится ли это теперь в одинокой тюремной жизни и вплоть до переформатирования, где такая ценная информация, увы, будет бесследно утеряна? Провожу пальцами по её плечам в последний раз, произнося пафосную речь о деньгах, даже я бы себе не поверил. Дроны подлетают ближе, как по команде, и всё для мечтателей об аутсайде погружается во тьму.