Еще один шанс

Долгое время мне было лицо ни к чему. А теперь Есть лицо у меня, чтобы быть любимым, Есть лицо у меня, чтобы быть счастливым.

Резкий толчок обжигает меня болью. Юноша продолжает и его легкие, неторопливые движения позволяют мне расслабиться и забыть о мимолетной боли. Обнимаю его и прижимаюсь изо всех сил, чувствуя, что нет никого на свете ближе, чем он. Том нежно целует меня в губы, будто извиняясь за причиненную боль. Чувствую, как его руки скользят по моему телу, горячее дыхание обжигает шею, из горла вырывается непроизвольный стон. Я только теснее прижимаюсь к нему, стараясь навсегда запечатлеть в памяти каждую черту лица… Утренний шум вырывает меня из сновидения, заставляя вспомнить, что наши желания редко исполняются в действительности. Остается лишь воспоминание о поцелуях с металлическим привкусом крови. Сон, которому не суждено сбыться: Том, встречающий меня в Норе, куда я приезжаю из Хогвартса на каникулы, тихие посиделки у камина, разговоры ни о чем, семейные ужины…Потягиваясь в кровати, осознаю, что нет никакого желания вставать и заниматься повседневными делами. Нет никаких сил каждое утро окунаться в рутину: уроки, бесконечная война с Амбридж, тренировки Отряда, усиленно готовящегося к войне. И я, как один из лидеров, обязана участвовать в этом. Совсем не так я представляла себе шестой курс. Все что я делаю сейчас – ради моей семьи. У меня нет желания идти против режима Волдеморта, а тем более, сражаться с ним, но, слава Мерлину, от меня этого и не требуется, честь сия выпала Поттеру.У меня нет желания ни жить, ни воевать… Даже дышать бывает тяжело и хочется остановиться. В глубине моей души борются два чувства: давняя, совершенно детская, привязанность к милому мальчику из дневника - Тому Риддлу, которого больше нет и отвращение к Темному Лорду. Если бы я могла, то разделила бы эти две сущности. А сейчас… Сейчас у меня нет сил ни влюбиться вновь, ни быть счастливой своей призрачной любовью. Все делится на «до» и «после». Я даже увлеклась темной магией, сама не знаю почему. Наверно мне хотелось забыться, или понять, понять хоть чуть-чуть, что двигает тем человеком, которого я люблю, не смотря ни на что. Ах, милая крошка Джинни увлеклась темной магией! Мне даже страшно представить, что скажет моя семья, если узнает об этом… Некоторое время спустя. Я очнулась оттого, что какой-то сердобольный пятикурсник снял с меня заклятье оцепенения, которым в меня попали в самом начале битвы. И почему не добили? Я поднимаюсь с земли и осторожно иду к толпе людей, в которой перемешались и орденовцы Дамблдора и пожиратели смерти, не обращающие друг на друга никакого внимания; все они были заняты более важным делом. На поляне, вокруг которой столпились маги, шла дуэль между Лордом Судеб Волдемортом и Надеждой всего магического мира. Даже сейчас видно, что исход сражения будет не в пользу первого. Вокруг стоит такая тишина, что, кажется, будто биение моего сердца слышно всем, кто здесь собрался. Лучи проклятий летают со страшной скоростью, то и дело, разбиваясь о поднятые кем-то из орденцев щиты. Но всякое действие имеет тенденцию заканчиваться, закончилась и дуэль между двумя великими магами столетия. В тишине раздался чей-то недоверчивый шепот: «Мы победили?!». И словно начался всеобщий психоз: кто-то кого-то обнимал, кто-то плакал, наконец появившиеся авроры во главе с очередным идиотом - Министром арестовывали не успевших аппарировать во всей этой суете пожирателей, вся остальная толпа суетилась вокруг Поттера, залечивая боевые ранения героя. А я, незамеченная, подхожу к поверженному врагу всего магического мира. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что непобедимый и почти бессмертный Темный Лорд – вот-вот расстанется с жизнью. Но можно ведь попытаться воплотить в жизнь мой план? Встав рядом с ним на колени, пытаюсь заглянуть в угасающие глаза. Мое появление так удивило его, что даже вечная безразличная маска спала с его лица, видимо, я была последней, кого он ожидал здесь увидеть. Я улыбаюсь и, склоняясь к нему, шепчу: - У тебя есть единственный шанс остаться в живых. Ты хочешь жить? Змеиные глаза расширяются в удивлении, но он молчит. -У тебя всего пара минут, - тихо говорю я, - Хочешь или нет? Он кивнул, хотя я была уверена, что не поверил мне. Я достаю из кармана перочинный нож, прошептав заклинанье, надрезаю себе запястье и, поднеся рану к губам, делаю небольшой глоток крови. Металлический привкус мешает сосредоточиться. Мои губы накрывают холодные губы Темного Лорда и я заставляю его выпить мою кровь. Целую его, и с каждой каплей привязываю к себе, вливая в него частичку своей жизни. Его змеиный язык пробегает по моей нижней губе, почти нежно, и он вгрызается в нее зубами. В следующее мгновение меня ослепил яркий свет, а открыв глаза, я увидела сидящего перед собой черноволосого юношу на пару лет старше меня. Вспышка, сопровождающая трансформацию, к сожалению, привлекла к нам ненужное внимание. Дружелюбным здесь выглядел только Дамблдор, загадочно улыбающийся в густую бороду. Я улыбнулась, подавая руку: - Привет, Том. - Здравствуй, Джинни, - он склонил голову, ощущая мое превосходство. - Мой Том, - шепчу я. - Наконец-то я снова просто Том, - тихо произносит он. Впрочем, долго разговаривать нам не дали: сюда уже спешат авроры во главе с Поттером, Грейнджер и моим братом, мы, переглянувшись, аппарируем. Выкинуло нас во Франции, в маленькой деревушке под названием Luberon. Позднее мы приняли решение остаться здесь, ведь не зря же нас забросила сюда случайная аппартация. К несчастью, а может, наоборот, к счастью, Том не мог больше колдовать - после возвращения он стал сквибом. Цена за жизнь, так сказать. Не собираясь изнывать от безделья, Том пошел учиться на врача, в обычный маггловский колледж. К тому времени мы смогли заработать на обучение. Продав свои драгоценности, я открыла маленький паб, наняв впоследствии нескольких помощников. Конечно, мы сменили имена. После падения Темного Лорда министерство стало умнее и теперь ищет преступников и в магловском мире, а мы, по меркам министерства, несомненно, являемся преступниками. Через несколько лет после нашего «побега» я вышла замуж и родила Тому прелестную дочку, которую мы назвали Меропой, в честь матери мужа. Старые связи я сейчас не поддерживаю, только изредка приходят посылки от Дамблдора, взявшего на себя труд пересылать письма матери и немного денег, которые нам очень помогают. Закончив колледж и проходя практику в местной больнице, Томас смирился, что не в состоянии применять волшебство. Теперь он разрывается между двумя своими ценностями: семьей и работой. А я просто, по-человечески счастлива.