Неизбежность

Монотонный стук колес успокаивал, заполнял собой все пространство, огораживая от мира. Мягкий воздух будто обнимал, баюкая в покачивании поезда, напевая тихую песенку через свист ветра. Хотелось бесконечно наслаждаться перманентным спокойствием. Но не вышло. Он проснулся в вагоне с комфортным креслами, среди мирной тишины дроги, от неприятного тычка. Тычок на самом деле был не один, но именно последний оказался самым ощутимым. Над парнем, еще сонным, с растрепанными рыжими волосами, нависла проводница. -Молодой человек, почему вы заняли не свое место? -Простите? - не до конца осознавая происходящее, протянул рыжеволосый. - Что значит не свое? Но проводница лишь молча ткнула ему в лицо продолговатой формы картонку с огромной надписью: “БИЛЕТ” посередине, а рядом чуть меньшей - “Плацкартный вагон”. Рыжеволосый прищурившись дважды перечитал надпись на “билете”, но так и не понял, как это к нему относится? О чем и спросил у проводницы. Женщина в ответ уставилась на парня как на идиота и ткнула пальцем в левый нижний угол билета, который гласил емкое, но оттого еще более размытое - “Сергей”. -Почему вы решили, что Сергей - это я? - неуверенно спросил парень протягивая билет проводнице. -Потому что ты - это Сергей. - ответила проводница. - Хватит прохлаждаться. Идем. Проводница всучила рыжеволосому картонку и потянула за собой. -Зачем мне эта бумажка? -Без бумажки ты букашка - со знанием дела ответила проводница. - Тебе без нее теперь никуда. Потеряешь - высадят. -Новые правила РЖД? - пытаясь найти еще хоть какую-то информацию на билетике, спросил рыжеволосый -Старые правила жизни. - хохотнув ответила проводница. Разглядывая картинку и пытаясь вытрясти из проводницы еще хоть что-то, рыжеволосый не заметил, как светлый просторный вагон с далеко стоящими креслами, похожий больше на борт самолета, сменился узким и аутентично пахнущим плацкартом. С запахом пришел и шум, разбивающий умиротворяющую тишину, проводница громко хлопнула дверью, через которую, рыжий был уверен они не проходили. - Шпана, - это Сергей, Сергей - это шпана. Удачи. И быстрее чем, все таки Сергей, успел что-то ответить проводница растворилась в воздухе. Вместе с дверью. С плацкартом он остался один на один. Сергей опустил взгляд на бумажку зажатую в ладони с немым вопросом. Она ему не ответила. Не успела. Кто-то толкнул в плечо и таинственный билет вылетев из ладони понесся вперед по узкой тропинке между боковушками и порталами купе. Сергей повинуясь сиюминутному порыву рванул за билетом. Но пол в вагоне был каким-то не таким и ноги вдруг стали короче, что ли, да и торчащие отовсюду руки-ноги-головы (нужное подчеркнуть) цеплялись за волосы и больно тянули, хватались за одежду смыкаясь будто тисками, тянули на себя до треска рвущейся ткани. Но Сергей упрямо бежал за билетом. Сам не понимая на кой черт он ему сдался. А вагон все не кончался, то ли бесконечно удлиняясь, то ли повторяясь на манер петли. А руки-ноги-головы становились все больше, крепче, цепче и длиннее. Сергей сам не заметил, как костлявая ладонь, больше напоминающая наглядное анатомическое пособие для изучения костей пястья, схватила его не за порядком потрепанную штанину, а за щиколотку. И рванула на себя с силой, не присущей скелету. Пол вагона подлетел вверх, обрекая Сергея на участь прикроватного коврика. Участь скажем так незавидная. Он мог бы встать, отряхнуть дырявые джинсы и побежать дальше, но билет был проебан. Окончательно и бесповоротно. А какой тогда смысл вставать? Никакого. И это казалось Сергею удивительно здравой мыслью, видимо, первой за последнее время. От попыток рассчитать время, Сергея отвлекли ноги. Точнее ступни. Непропорционально длинные, подростковые, в потрепанных кедах с разными шнурками. Ноги остановились в паре сантиметров от лица Сергея и спросили. -Это какая-то игра? - Судя по выдерданной паузе ноги ждале ответа. К ступням присоединились колени. Видимо их хозяин присел. - Ты живой? - что-то шершаво-теплое коснулось макушки Сергея. - Я ж вижу что живой. Харе прикидываться. - шершавое и теплое переместилось Сереже на лицо и приподняла за подбородок. Только тогда Серый понял, что непонятное ощущение плавающее по лицу было болью, перманентно заполнивший все пространство от левой скулы, на которой он лежал, до носа и губ. - Кто тебя так? - ноги негодовали. Точнее не ноги, а вполне себе целый человек. Парень-подросток. Сергей где-то внутри себя знал, что они ровесники и что парень этот оказался в плацкартном вагоне совсем недавно. А Серый пробыл тут уже четверть вечность, минимум. Новенький недовольно поморщился, сунул что-то в карман своей огромной выцветшей ветровки и одним рывком поднял Сергея на ноги. Новенький был выше. Совсем немного. На сантиметр максимум, и ощутимо крепче. Под глазом у него красовался огромный задиристый синяк. Но глаза, темные, почти черные, смотрели на Сергея спокойно. Без жалости. -Идем Сергея поволокли по коридору вперед, отмахиваясь от чужих конечностей. Новенький притащил Серого а последнее купе, через стенку от туалета, оно было пустым. Даже боковушки никто не занял. Окно открытое не иначе как магией свистело свежим ветром и Новенький плюхнувшись на сиденье, приглашающе распахнул, отнятую видимо у великана куртку, сверкнув футболкой со всратым волком. Сергей боязливо доверился. И провалился в полудрему. Было тепло надежно, временами немного неудобно, но светло, до щемящей радости светло. А потом вагон тряхнуло и сергей остался один. Он среагировал моментально, резко подорвался с сиденья, но чуть не упал назад, налетев на стол. Вокруг царил полумрак от опушенных плотных бархатных штор. Пахнуло пылью, кофе и пролитым энергетиком. В руках Сергей сжимал две бумажки. На обез было написано "Билет", только на одной вместо знакомого Сергей чернело, почему-то греющее душу "Волк". "Волк" - и паренек в огромной куртке сам возник перед глазами. Его волк. Ушел. Но билет оставил. Вернется? Сергей не знал. Но он должен был идти. Его ждали. Серый не знаю кто и зачем. Но ждали. Он вылез из-за стола. Осмотрелся. И быстрее, чем он успел хоть что-то понять, ослепляющие софиты ударили ему в глаза. Раздались овации. Ему аплодировали. Кто-то даже стоя. Сергей был в этом уверен. Его любили. Значит он это заслужил. Несомненно заслужил. Значит ему дозволено. С каждой секундой уверенность накатывала как штормовые волны, сметая гальку сомнений. Нож приятной тяжестью тянул руку и скользил по ладони описывая круг. Сергею виднее. Он идет на сцену. Среди белого пятна пожирающего вагон-ресторан Сергей разобрал одну единственную надпись прямо на авансцене. Или не надпись. Точно. Это просто цветы. Заляпанные кровью. Кровью преступников. И Сергея. Он понял это слишком поздно. Свет дрогнул и колеса поезда заскрежетал вслед за вспышкой, как гром раздается вслед за молнией, а на груди Сергея расцвел шрам. "Граждане! Граждане!" Громогласно разносилось по вагону пока Сергей разглядывал мужчину с росчерком молний пересекающем брови. Это он рассек грудь Сергея. Он мешает. Он враг. Толпа задавит его. И Сергей, ощущая превосходство громогласно тянет. -Граждане И серая толпа смерчем сметает громогласно фигуру. Сергей к нему еще вернется. Раздавит до конца. Да раздавит. Вагон тонет в красном мареве, но чтобы через секунду вернуться с четкими гранями и оглушенным громогласным верзилой. -Ты! - басист верзила. Хотя не такой уж он и неотесанный. Сергей ухмыляется, достоинства мужчины поражают. А что насчет интеллекта? Но проверить догадку ему не дают. Руки связывает что-то невидимое крепкое. В глазах темнеет. Слух царапает скрежет металла.

***

Холодно, мерзко, страшно. Сергей ничего не видит, бредет в непроглядном мраке, натыкаясь на людей, холодные стены, железные прутья и, пугающие до заходящегося сердца, мягкие перья. Перья которых становится все больше и больше, словно они заменяют собой все пространство, закрывают Сергея от всего мира - бетонных стен, тяжелых взглядов, железных прутьев и скрипучего голоса пытающегося проникнуть прямо в голову, в душу.

***

Дверь отезжает почти беззвучно и Сергей заходит в уютное купе. Обычное на самом деле, разве что обивка на сиденьях качественная и мягкая, а столик и бортики полок не облезлые или сколотые, да и окно чистое, чуть приоткрытое, хлопнуло вслед за дверью, взвизгнув сквозняком. Ветер лениво прошелся по легким штоками и алому каре единственной пассажирки этого купе. Девушка оторвалась от сосредоточенно созерцания шахматной доски, с незавершенной партией, и посмотрела на Сергея -Я мы раньше не встречались? Кто ты? -Я, Сергей. Кажется. - неуверенно протянул он. Красноволосая ослепительно улыбнулась, сверкая изумрудными глазами. Ее взгляд вдруг метнулся чуть в сторону. -Сергей говоришь? - мягко пропела красноволосая. Ее рука легла на грудь, медленно поднимаясь к шее. - А я думала Червовая королева. Ну, голову с плеч! - заливисто рассмеялась девушка, стискивает горло пальцами. Сергей застыл на месте, распахнутыми глазами уставившись на стискивающую свое горло девушку. Красноволосая все смеялась с надрывом и свистом, даваясь воздухом и чуть заметно дергаясь всем телом. К ее смехе постепенно добавлялось что-то еще. Писк. Как от бомб в фильмах. Этот звук, будто гвозди, Сергею в голову вбивался, раздражал. Выбил из колеи. Сергея накрыло всепоглощающим страхом и осознанием. Красноволосая умрет. -Нет. - Сергей дернулся вперед, протягивая руки. Он слишком быстро полетел к девушке, будто она не была в другом конце купе. Сергей схватил ее за запястье и дернул руки на себя. Ему в лицо брызнуло что-то горячее и густое, настолько что глаз не продрать. Девушка мгновенно притихла и стала неприподъемный тяжёлой. Ее запястья выскользнули из пальцев Сергея и раздался грохот, больше похожий на взрыв. Едва слушающимися пальцами Сергей содрал липкую жижу с глаз, открывая их с болью в слипшихся ресницах Купе стало раз в десять больше. Сергей не мог окинуть все помещение взглядом, по углам оно тонуло в непроглядной, отливающей багряным, тени. Сергей вдохнул. И тут же закашлялся. Тяжёлый воздух оседал металлическим привкусом крови на языке. Сергей дернулся и под его ногой раздался противно хлюпающий звук. Сглотнув он опустил взгляд. Весть пол был залит чем-то красно-бордовым и вязким. Тем же чем заляпаны руки Сергея. И шея, и лицо, и грудь красноволосой. Девушка лежала в луже собственной крови широко раскинув руки и распахнув глаза. Будто Это произошло неожиданно. Точно. Она не того ожидала. Голову с плеч Голову с плеч Голову с плеч Раскатом грома понеслось по купе, звучат одновременно из ниоткуда и отовсюду. Сергей зажал уши руками, его взгляд забегал по купе ища выход. Но все что он видел тела людей. Парень в свитере. Девушка с короткими волосами. Бугай с дредами. Тела. Тела. И у всех разорванные глотки. Только взгляды одинаково обречённые. Голову с плеч… Голову с плеч… Дверь в самом дальнем углу появляется будто в насмешку над Сергеем тут же пропадая. Где-то рядом совсем рядом раздается звон разбитого стекла и Сергею физически больно его слышать, словно осколки ему в лицо влетели, вместе с тяжелым кулаком. Сергей почти падает на пол прямо в кровавую жижу от сильного порыва ветра. Жмуриться, закрывает лицо руками, а когда ветер стихает он снова в том маленьком купе. Только фигуры на доске кто-то сдвинул, а красноволосая полулежит, откинувшись на спинку, спрятав лицо за волосами. Сергей окликает, но она мочит. Тогда рыжий тянет руку, не имело касаясь плеча. Пальцы сначала касаются гладкой кожи, а потом. Крови. Поезд сбивается с такта и купе потряхивает и красные волосы обнажили лицо с пустыми глазами застывшими в немом вопросе и шею разорванную изнутри. Сергей отшатывается, брезгливо дергает рукой, стряхивая кровь. Его пугает не смерть незнакомки, а собственное безразличие и болезненное удовлетворение. Следующий ход. Сергей хотел было бросить взгляд на расположение фигур, но поезд снова ведет в сторону и доска сваливается со стола. Черная королева и слон с глухим стуком бьются о кроссовки Сергея. Нет смысла стоять на месте. Ведь даже после мата игра продолжается.