Teach me how to love

      На дворе уже конец мая. Все давно сменили пальто на более легкие вещи, а деревья вновь украсились приятной зеленой листвой. Улочки ожили, теперь в их районе все чаще виднелись студенты и подростки, что одевались в пестрые наряды и громко гудели допоздна.       Йеджи уже привыкла к своему расписанию, но увы, так и не смогла подняться выше по карьерной лестнице. Они с Рюджин продолжали жить вдвоем. Рён со своей девушкой часто захаживали к ним в гости, чему Шин была не особо и рада, но и против слова не говорила.       Домашних животных девушки пока не заводили, хотя Йеджи очень настаивала. Шин пообещала, что к лету, когда она разберется с программой, то обязательно подумает над этим вопросом. Йеджи была согласна, а потому, когда на календаре уже на следующем листке виднелся июнь, девушка была готова прыгать от счастья.       К тому же, в прошлом месяце они прекрасно провели день рождения Рюджин. Младшая долго отнекивалась от подобного мероприятия, но когда старшая сожгла очередные коржи, все-таки пришла на помощь. Йеджи, словно ребенок, перепачкалась ванильным кремом, пока Шин лишь хихикала, вертя головой и дразня старшую. Но в итоге, расплата настигла и ее, ведь шатенка просто подошла вплотную, нагинаясь и целуя, от чего крем с щек и носа попал на Рюджин. Хван как сейчас помнила все те ворчания, что услышала в тот момент.       Приходя с работы, Йеджи снимает с себя кроссовки, оглядываясь. В квартире царит полумрак. Слишком рано, чтобы Рюджин ложилась спать. Да и с утра она была вся на нервах. Хван осторожно проходит на кухню, но там пусто. Обычно на столе стоит ужин, но сегодня даже на плите ничего нет.       Паника начинает охватывать девушку. Она быстро разворачивается на пятках, идя в гостинную. И тут, включается свет, слышится хлопок. Йеджи испуганно вздрагивает, но тут же попадает в объятия.       — Тише-тише, котёнок, — Рюджин тепло улыбается. Она придерживает ее за талию, осторожно целуя в тыльную сторону шеи. Йеджи изумленно вертит головой, не понимая что происходит. Черён стоит в колпаке и рядом с ней разместилась Хэсу. — Думала, я забыла о том, что ты именинница?       — Рюджин-и, — девушка оборачивается, прижимаясь к блондинке. Карэ Рюджин чуть отросло, так, что теперь она собирала его в небольшой хвостик. В ее глазах читается искренняя любовь, и Йеджи почти плачет.       — Погоди плакать, еще не время, — фыркает Шин.       — Так говоришь, будто сейчас ее доведешь, — саркастично подмечает Рён, на что старшая лишь пожимает плечами, все еще находясь в теплых объятиях. — Я могу выносить?       — Впускай ракету, — разрешает Рюджин. Ли улыбается и кивает, видя растерянное лицо подруги. Та пытается прочесть на лицах других, что сейчас будет, но, видимо, так ничего и не понимает. Рён открывает дверцу в комнату и оттуда пулей вылетает что-то маленькое и пушистое. Йеджи чуть было не падает на колени, если бы не Рюджин, что вовремя ухватывает ее за талию. — Ну, ты чего, тише-тише, — она успокаивает девушку, что несмотря на поддержку, все равно довольно болезненно упала на колени, перед носящимся туда-сюда зверьком. Маленький рыжий той-пудель, виляя своим хвостиком, наконец, подбегает к Йеджи, что рыдает уже навзрыд. Шин сидит рядом с ней, прижимаясь к боку и стараясь хоть немного успокоить. — Ну, куда ты так, сейчас из-за слез ничего не увидишь. Смотри, какая ракета. На тебя похож.       Йеджи не отвечает ничего, она осторожно протягивает вперед руки, и щенок неумело на них заваливается. Стоит его чуть приподнять, щенок начинает активно оглядываться, а после энергично облизывать мокрые щеки старшей. Та смеется, прячась в объятиях Рюджин и крепко прижимая к груди щенка.       — Семейное фото прям, — довольно улыбается Рён, делая снимки. Шин закатывает глаза, но продолжает тихо шептать Йеджи на ухо. Та немного успокаивается, почесывая волнистую шерстку, и наблюдая, как малыш довольно облизывает новых хозяек. Шин чуть морщится, когда мокрый язык проходится у нее по щеке.       — Я не твоя мама, — ворчит она, морща нос. На что Йеджи смеется, прячась ото всех в плече. Щенок довольно продолжает изучать лицо младшей, пока Рюджин ворчит. — Вот свою маму ешь заживо, а я не вкусная.       — А ты ему нравишься, — смеется Хэсу. Шин остается лишь вздохнуть. Все-таки, ради того, чтобы увидеть такую реакцию, стоило заморачиваться с заводчиками и искать щенка.       — Хонсам, — тихо произносит Йеджи, и песик громко гавкает. Она усмехается и начинает чесать его за ушками. — Так ты Хонсам, я правильно подобрала? — Ее искренняя детская улыбка может растопить любое сердце, даже Шин замирает, не в силах оторвать взгляд от девушки.       — Какой у Рюджин взгляд, — комментирует Ли, глядя на получившийся снимок. Шин лишь садится вполоборота, глядя в темные заплаканные глаза. Они чуть опухли и теперь выглядели еще меньше, что умиляло. Осторожно целует Хван в переносицу, перед этим чуть было не столкнувшись с песиком. Он был чрезмерно любвеобильным.       — Точно твоя копия, — бурчит Шин, когда Хонсам, довольно вертя головой и ударяя хвостом по руке младшей, облизывал хозяек. — Он нас съест.       — Он милашка, я люблю тебя, — прижимая к груди щенка произносит девушка. Шин усмехается, ведь они с этим той-пуделем и впрямь, как две капельки воды. Она не ошиблась с выбором, это радует.       — Конечно, а обнимаешь его, — ворчит младшая, но после, Хван осторожно опускает щенка, притягивая к себе Шин. Обвив ее шею руками, она тянет на себя, вовлекая в поцелуй. Но Хонсам явно недоволен, а потому забирается по их ногам, между девушками, щекоча шею. — Ты маленький гад, тебя и так зацеловали всего, поимей совесть, — бубнит Шин, под смех остальных.       Празднование проходит на ура, и когда гости уходят, Рюджин осторожно подбирается к Йеджи, что возится с псом. Она вытягивает из-за спины папку, что обернута красивой подарочной лентой.       — Папка? Боже, мне стоит бояться? — Йеджи отрывается от рыжего пушистика, осторожно касаясь пальцами подарка. Шин садится перед ней на диван, а Хонсам тут же стремится к ней, играясь с пальцами и чуть их покусывая. Она ждет, пока старшая вчитается в подарок, а после видит на лице неподдельный шок смешанный с восторгом. — Это… Правда?       — Да, так что, любовь моя, завтра будет веселый день. — Шин подмигивает, пока Йеджи кидается ей на шею с визгом.

***

      Рюджин довольно оглядывает Йеджи, что выбрала довольно строгое, но яркое платье. Она поправляет волосы и, дождавшись Шин, выходит.       Звоночек над головой оповещает о приходе посетителей. Персонал вмиг замирает. Шин в костюме грозно осматривается, но найдя наконец того, кто ей нужен, ехидно усмехается. Они проходят к столику, усаживаясь. К ним тут же подлетает Гадюка. Кенсук почти горит, ее глаз дергается, а наигранная улыбка видна издалека.       — Какого черта такие отбросы, как вы, забыли здесь? — Очень любезно интересуется она. Йеджи затихает, и уверенность начинает тлеть на глаза, но Шин непоколебима. Она берет руку старшей, ободряюще сжимая.       — Закрой рот, мы не к тебе, — холодно бросает Шин, и Йеджи на миг вспоминает их первые дни. Хотя сейчас, в темных глазах уже не та пустота, сейчас там можно разглядеть то, о чем раньше и мечтать было трудно.       — Извините, Мисс Шин, — бывший босс Хван появляется тут как тут. — Вчера был занят, появились некоторые личные проблемы. Но уверен, вы и сами сможете представить персоналу нового хозяина заведения. К тому же, сейчас раннее утро и кроме них тут никого.       — Будьте уж так любезны, — в голосе слышатся стальные оттенки, и мужчина сглатывает. Кажется, его знатно жизнь потрепала. Под глазами залегли большие круги, да и эта тревожность и дерганность явно не делали образ более здоровым.       — Уважаемые работники, — он хлопает руками. — Минутка вашего внимания, с этого дня вашим боссом является эта девушка. — Он указывает руками на Йеджи. Та еще робко оглядывается, но Рюджин рядом осторожно сжимает руку сильнее.       — У нее есть имя, — грубо напоминает блондинка.       — Хван Йеджи новый владелец этого кафе и непосредственно ваш начальник. Прошу любить и жаловать. — Он бегло осматривается и после, получив удовлетворительный кивок от Шин, сбегает. Сейчас он больше напоминает облезлую крысу, что стремится сбежать. Но что же его так пугает?       — Так вот, Кенсук, спать с Йеджи ради работы ты не будешь, а потому, мы с тобой прощаемся. — наигранно улыбается Шин, но веет от нее убийственной аурой. Кенсук хочет что-то сказать, но в итоге, замолкает. Краснеет, а пульсирующая вена на лбу лишь сильнее показывает ее гнев.       — Так это ты выложила то…       — Не знаю, о чем ты, — пожимает плечами Шин. Она манит ее пальцем и стоит девушке подойти, как Шин нагибается и что-то тихо произносит. В это время официантки налетают на Йеджи с объятиями, радуясь тому, что их подруга вернулась. Хван и сама счастлива, ведь как бы не хотела этого отрицать, это кафе стало для нее родным домом.       Кенсук резко выпрямляется, после чего, сжав кулаки, срывает с себя фартук. Она, быстро сбегав за сумкой, удаляется не говоря ни слова. Йеджи вопросительно смотрит на Рюджин, но та лишь улыбается.       — Думаю, стоит сделать тут ремонт и сменить все в кабинете, — предлагает Шин. — Я видела твои наброски на бумаге, можем попробовать воплотить это в жизнь, — добавляет она, когда они с Хван остаются одни в кабинете. Девушка льнет к ней ближе, осторожно цепляя за галстук и притягивая. Шин не против, улыбается и мягко сминает чужие губы. На них еще остался легкий привкус вишневой жвачки, и младшая довольно усмехается перемещая руки на талию.       — Что ты сказала Кенсук и как ты все это провернула? — Спрашивает Хван, стоит только отстранится. Блондинка цокает языком.       — Ну, если кратко, то это тайна. — подмигивает, но вскоре улыбается, показывая, что всего лишь дразнила старшую, чтобы та мило наморщила носик. — Ладно, с говнюком все было просто, я все выслала полиции, и, конечно, на него вышли. Ему нужны деньги, чтобы покрыть адвоката, и я выкупила у него кафе. Он был не против. Но даже это ему не поможет, ведь сегодня на почту полиции с анонимного аккаунта придет информация по делу, которая будет явно не в пользу этого урода. С гадюкой проще, напомнила ей некоторые прошлые ошибки жизни. Ей хватило этого позора, что она получила в своем инстаграме. Поэтому, о ней можешь забыть. Как и о той глупой работе. Давай лучше подумаем, что сделаем с этой кучей усохших суккулентов. Ты вроде хотела переделать кафе?       — Ага, были наметки. — Кивает Йеджи. — Знаешь, Рюджин, ты изменила мою жизнь так кардинально, что я даже не знаю, что могу сделать взамен. — Она обнимает младшую.       — Ты ничего не должна мне, Йеддон, ты вернула меня к жизни, а это стоит всего в этом мире. Но больше этого всего, я люблю тебя и твою улыбку.       — А Хонсама? — Улыбаясь спрашивает Йеджи. Шин фыркает.       — А твоего говнюка, маленького и тявкающего, я на дух не переношу. — С сарказмом произносит блондинка. Но Йеджи начинает смеяться. — М?       — Я видела, как ты целовала его в лоб, пока думала, что я в душе. Как ты осторожно взяла его и начала целовать, а тот был в шоке, но после начал облизывать твое лицо и ты смутилась. — Видя, как краснеют щеки младшей, Йеджи смеется и вновь тянется за поцелуем. — Я рада, что мы вместе прошли через это все и справились.       — В будущем, уверена, мы преодолеем все преграды, но пожалуйста, больше не пытайся готовить торты без меня, иначе я проснусь посреди пожара. Вы с Хонсамом два сапога пара, он, кажется, ей богу твой сын. Копия.       — Ага, и вредничает также как ты, — Хван громко смеется, пока Шин корчит рожицы, начиная бубнить и плеваться сарказмом.       — Работай, начальница, теперь у нас есть семейный бизнес. И ты наконец будешь дома, а не впахивать за копейки.       — И куплю вторую собаку!       — Йеджи, нет! — возмущается Шин, на что Йеджи показывает ей язык.       — Йеджи- да! — Объявляет старшая и смеется, обнимая младшую, что недовольно бухтит на ухо, но все еще крепко обвивает ее талию, показывая, что она будет рядом и не оставит одну. Конец.