Если бы не было тебя

Зайдя в комнату с кружкой чая с мятой, Света увидела Диану читающей что-то в телефоне. У Сургановой никогда не было привычки не то что лазить к ней в телефон, но даже подсматривать из-за спины. Судя по всему, Арбенина была очень увлечена чтением, и Света осторожно присела рядом. - Попей, мята успокаивает. Господи, как тебя трясет… Диана молчала. Сказать была явно нечего. Взяла дрожащими руками кружку и взглядом напуганного щенка посмотрела на женщину, которая была мудрее, старше, сдержаннее. «Чего я добилась? Поставила очередную галочку в своем блокноте, соблазнив очередную фанатку? Я могла позволить себе такое, когда была не в отношениях, но сейчас Света со мной и, кажется, любит. Ну посмотри же на меня, любимая...». А Света смотрела на нее и молчала, размышляя о том, что Диана — это ее крест. Все хорошо у них было только в моменты близости, даже тогда, когда Диана заявляла, что эта встреча была последней. Света никогда не верила тому, что больше никогда не почувствует запах ее кожи и обжигающее горячее дыхание, не содрогнется в оргазме, когда сильные, наглые руки будут делать свое дело… Она готова была прощать Диану снова и снова, потому что не могла без нее. Это как наркотик, привыкание к которому происходит сразу же, с первого раза. И отказаться потом практически невозможно. Да, мужиковатые повадки, жесты, походка. Казалось бы: чем она так может зацепить? Тем же, чем и других. В постели Диане нет равных. Чувствуя малейший импульс, она моментально угадывала, как двигаться, чему стоит уделить наибольшее внимание. Она знала Светино тело наизусть — каждую эрогенную зону. Только с ней Сургановой было так хорошо. Даже Элла, жившая с ней который год, практически не чувствовала ее. Она делала все механически, как на задании. Без доли чувственности. «Будь что будет. Удержаться — выше моих сил», - Сурганова сама потянулась за поцелуем. Диана никак не ожидала такого, но на поцелуй ответила. Ответила, а потом начала яростно сдергивать со Светы одежду, как будто торопясь куда-то. «Девочка моя, ты для меня все, ты же знаешь, что это навсегда. Расслабься, отдайся мне...» - Диана полушепотом повторяла эти слова, пока не почувствовала, что Света окончательно обмякла и позволит делать с собой все, что угодно Арбениной. «Какая же ты сладкая… Какая красивая… Ключицы — просто совершенство». Добравшись до груди, Диана начала жадно прикусывать и ласкать ее губами, языком, руками, доводя Свету до исступления. Чувствуя, что та уже просто не в силах ждать, начала поглаживать то место, куда Диана с самого начала мечтала добраться. Она практически ничего не чувствовала из-за обилия влаги, поэтому пулей спустилась вниз и пустила в ход язык. Рваные стоны наполнили комнату; казалось, Света сейчас просто взорвется. Язык путешествовал по всему жаркому лону, периодически отвлекая, пытаясь продлить удовольствие до наступления оргазма. Когда он вырисовывал там, внизу, восьмерку, Света немного возвращалась в реальность, но потом, когда он вновь сосредоточивался на клиторе, Сурганова снова начинала метаться по всей кровати и издавать громкие звуки. Конечно, с такой любовницей, как Диана, никого надолго не хватит. Войдя на всю глубину, Арбенина почувствовала, как задрожали Светины ноги, а это означало, что вот-вот — и она испустит последний крик и обмякнет под ней. Но сама Диана обожала, когда любимая громко кончает. И сейчас, глядя в помутневшие глаза Светы, чувствуя сбившееся дыхание, она безмерно радовалась. - Диана Сергеевна, вы знаете, сколько мне лет? Меня так и инфаркт хватит. Не могли бы вы умерить свой пыл? Это в молодости мы могли заниматься любовью всю ночь, не боясь последствий. - Родная, ты же знаешь, что я не могу сдерживаться, глядя на тебя. Совершенная фигура, безумно красивый профиль, строгие, но чувственные губы… Ты мой идеал. Света скромно потупилась. Комплексы не давали ей без стеснения слышать комплименты, а ими ее буквально засыпали ежедневно — коллеги, фанаты, женщины, мечтающие оказаться хотя бы просто рядом. А по-настоящему она хотела слышать их только от любимой — той, которая сейчас сидит напротив, гладит ее грудь и мечтает о прощении. Света молча потянулась за поцелуем, начала легонько приставать. «Малыш, у меня эти дни. Чувствительность ослаблена. Правда, ничего не хочется». Света разочарованно вздохнула, коротко поцеловала своего несносного подростка и тихонько легла рядом.