Школа №20

      -Молодой человек, Вы вообще адекватный? — тяжело вздохнул полицейский, поднимая уставший взгляд на Нурлана. -Я? Очень даже, а вот она — нет! — воскликнул Сабуров, хлопнув руками по столу, — И если вы ничего с этим не сделаете, — он кивнул на странные записки, — То я обращусь в вышестоящие инстанции. Как думаете, что будет с Вашим отделом? — -Ладно-ладно, молодой человек, поможем мы Вам, угомонитесь только! — закатил глаза страж правопорядка, — Как говорите её зовут? — он взялся за ручку. -Ангелина Коваленко, — холодно произнёс казах, скрестив руки на груди.       Мда, воронежский МВД как-всегда радует своими высококвалифицированными кадрами. Почти сорок минут Нурлан разбирался с полицейскими, которые не хотели, чтобы на девушку писали заявление. Понятное дело, что дядьки были непростые, иначе, угроза с вышестоящими инстанциями сработала бы гораздо раньше. Сабуров сумел выведать, что Коваленко — далеко не обычная фамилия. Борис Коваленко — это какой-то очень известный в узких кругах предприниматель, а Ангелина Коваленко его дочка. Теперь-то всё начинает вставать на свои места.       А в школе номер двадцать тем временем пытаются хоть чем-нибудь заткнуть туалеты. Директриса сначала шутила про то, что скоро они будут передвигаться на плотах, а теперь сама буквально плывёт к женскому туалету вместе с работниками спец.служб. Благо, они отреагировали быстро. -Сколько по времени вы будете чинить эту поломку? — спросила Ирина Владимировна, чуть не поскользнувшись. -Не знаем мы, — резко ответил дедок, с бородой до Казахстана, — Но, уверяем Вас, наша служба приложит все силы на ремонт! Что там насчёт предоплаты? —       Этот вопрос уже в печёнках сидит, ей Богу! За весь день Сакоренко устала его слышать. Если бы не эти восьмиклассники, она бы сейчас уже давно сидела дома и пила чай с ромашкой! Так и прибила бы их.       Восьмью часами ранее. -Да ничё не будет, просто туалет чище станет, — гортанно смеялся мальчик из восьмого «А» класса — Игорь Веретяников, да, тот самый, которого настиг опрос по химии во время дистанта. -Ладно, но в случае чего я не причём! — боязливо воскликнул Владислав Самойлов — лучший друг Игоря. -Э, так нечестно! Ты мне друг или как? А то я расскажу Светке, — -Ладно-ладно! Причём я буду, причём, только Светку не впутывай, — закатил глаза Влад. -То-то же, ладно, пойдём отсюда. Не нравится мне этот женский туалет, кроме зеркала ничего прикольного нет. Не то что у нас, в мужском, — деловито ухмыльнулся Игорь, выходя из последней кабинки без муки.       Именно эти два героя освободили от очной учёбы всю школу, пожертвовав своей репутацией. Но кто ж знал, что директриса догадается организовать дистант на две недели? Вот сучка крашеная нехорошая женщина!

***

      Двадцать первое ноября встречает воронежцев жутчайшим снегопадом. В прошлом году снега не было вплоть до конца декабря, а в этом уже в ноябре сугробы по колено! А также сегодня ученики и учителя наконец вернутся в свою родную двадцатку, потому что работники спец.служб закончили с починкой туалетов. Разве это не прекрасно?       Вот и Арсений, выбираясь из тёплого подъезда, такого же мнения. Быстро выпив водочки для храбрости, он усаживается в такси к таджику. Обычно, химик пьёт исключительно после работы, а не перед, но сегодня особый случай. Выход в люди же считается за особый случай, верно? Но что сделано, то сделано, и теперь Попов вообще не переживает насчёт этого вторника. И зря.       Нурлан бежит к своему товарищу прямо посреди урока, потому что у него появились сверхновые, супер-важные сплетни! Дарья Сергеевна, оказывается, беременна вторым, и это срочно нужно рассказать Арсению. Ну, а ещё нужно подписать документы на закупку оборудования в двадцать четвёртый и двадцатый кабинеты, поэтому это тоже повод зайти к другу посреди урока.       Удивительно, но когда Сабуров заглядывает в кабинет, химика в нём не оказывается. -Он там? — спросил казах у полного класса детей, указывая на лаборантскую, на что они кивнули.       Мимолётно пожав плечами, Нурлан проходит к лаборантской и у него буквально вырывается из уст: -Ой, Господи, —       Дети тихонько захихикали и начали с интересом высматривать что же такого там увидел Сабуров. Но вместо чего-то весёлого, из лаборантской донеслось: -Медсестру зовите, живо! —       Толпа восьмиклассников мигом сорвалась с мест и побежала на первый этаж в сторону мед.кабинета. Пока остальная часть класса повставала с мест и подошла к лаборантской. -Не на что здесь смотреть, по местам! — рявкнул казах, прикрывая дверь, — И угораздило же тебя так, Арс, — обеспокоенно нахмурился он, смотря на своего товарища в бессознательном состоянии.       -Жить, конечно, будет, но вы всё-таки последите за тем, в каких дозах он принимает спиртное. В его возрасте это не шутки, так и в могилу попасть можно, — нахмурился врач, черкая что-то у себя в блокноте, — Могу порекомендовать Вам одного хорошего нарколога, который работает как раз с такими случаями, — чуть смягчился он, смотря на нервного Нурлана. -Хорошо, давайте. Скажите, доктор, вообще есть шанс, что он избавится от этой зависимости? — спросил Сабуров, нервно теребя край медицинского одноразового халата. -Шанс есть всегда, вот только вопрос: Воспользуется ли этот молодой человек им? — задал риторический вопрос медицинский работник, протягивая визитку, — Вот номер нарколога, лучше не затягивайте с визитом. Всего доброго, — кивнул он, уходя в сторону лестницы. -До свиданья! — сказал ему вдогонку казах, тупо смотря на визитку, — Арс, твою мать, — сквозь зубы произнёс он, опираясь на дверь в палату.       Двадцать первого ноября, в десять тридцать утра, Попов Арсений Сергеевич попал в Воронежскую больницу для взрослых под номером три с циррозом печени (вторая стадия).       

***

      Прошла неделя с момента попадания Арсения в больницу. Нурлан почти каждый день приезжал к нему после работы и пытался уговорить того пойти к наркологу или, хотя бы, психологу, но химик отказывался. Ещё через неделю его должны выписать, а пока Сабуров работает на износ, заменяя уроки химии своими.       Очередной вторник встретил девятый «В» сравнительно хорошей новостью, вместо химии будет информатика, которую проведёт никто иной как Нурлан. Приезжать в восемь утра ради этого класса это, конечно, то ещё удовольствие, но чего не сделаешь ради Антона, который буквально умолял его провести этот злосчастный урок. Как выяснилось на месте, у этого класса информатика у девочек и мальчиков проходит отдельно, поэтому мучения Сабурова растягиваются на начало рабочего дня и середину.       -Здравствуйте, Нурлан Алибекович, — кивнула Василиса, отрываясь от телефона. -Здравствуй, Василиса. А где остальные? — спросил Нурлан, открывая двадцать первый кабинет. -Да нас всегда примерно столько и приходит на информатику, — пожала плечами девочка, окидывая взглядом ещё двух одноклассниц, — Катя ещё должна прийти, вроде, — сказала она, проходя внутрь.       Мда, три калеки две чумы, и ради этого Антон буквально на коленях упрашивал Сабурова не отменять этот урок? -Нурланчик, родненький, но у них же совсем нет оценок! Бога ради, проведи этот урок. Хочешь, на колени встану? А шаурму хочешь? Может, кофе? Что угодно сделаю, только проведи у моего класса информатику! - звучал в голове голос молодого учителя.       Спустя двадцать минут после начала урока, в кабинет ворвались ещё две девочки, и на этом радости жизни закончились. Диана и Катя расселись по разным концам кабинета, но это не мешало Василисе общаться с каждой из них практически одновременно. -Ой, господи, я думала там голос Арсения Сергеевича или Никифорова, — вздрогнула Резниченко, услышав голос мальчика из девятого «Б» в коридоре. -Я думала ты скажешь, что спутала его голос с голосом Евы, ты же о ней недавно говорила, просто, — усмехнулась отличница, не отрываясь от написания конспекта.       В пед.составе и узком круге девочек бытует шип Ситниковой с Арсением, поэтому Нурлан просто не смог упустить возможности подколоть её. -Кто-то думает о Никифорове, — ехидно ухмыльнулся Сабуров, смотря на Диану, — А кто-то об Арсении Сергеевиче, — повернулся он на Василису.       Вы бы видели как она выпучила глаза. От кого от кого, а от учителя она явно не ожидала подобной шутки. -Ой, не! Я думаю о шаурме, — попыталась выкрутиться отличница, на мгновение отрываясь от конспекта.       В остальном, на уроке не было ничего интересного, что очень сильно опечалило и без того печального казаха.       Сегодня у Антона методический день, поэтому это отличный шанс вновь сходить к психологу. Елена живёт на левом берегу города Воронеж, из-за чего молодой учитель несколько раз откладывал поездку к ней. На Остужева пробки круглосуточно, а после приёма у психолога хочется попасть домой не в час ночи, а хотя бы в девять вечера, знаете ли.       Шастун садится на «34», которых по всему Воронежу катается МАКСИМУМ две штучки. Это большая удача, что он сумел поехать именно на нём, потому что одна из остановок в маршруте этого автобуса находится прямо перед её домом. Елена с недавних пор уволилась из небезызвестной клиники города и теперь работает на себя. Соответственно и кабинет находится в другом месте, а именно в одной из комнат её трёшки. Удобное место для работы, не находите?       -Как-то так, — немного неловко пожал плечами Антон, завершив свой рассказ про Альберта. -Так, что ты чувствуешь на этот счёт? Не зря же ты приехал ко мне с другого конца Воронежа, — добродушно улыбнулась Елена, пододвигая чашку с чаем поближе к молодому учителю. -Честно говоря, я очень сильно беспокоюсь, что всё может повториться. Ты же знаешь, что я уже полтора года обхожусь без «острых ощущений», — показал кавычки Шастун, не обращая внимания на пододвинутый к нему чай, — А что, если я снова вернусь в Питер всё повторится? — -Антон, давай вспомним что мы с тобой уже проходили на прошлых консультациях. Как мы справляемся со страхами? — вкрадчивым тоном проговорила психолог. -Экологично, выплёскивая их на бумагу, — выудил из памяти один из способов восстановить спокойствие Антон. -Правильно, ты не пробовал этот способ прежде, чем приехал ко мне? — поинтересовалась Звягинцева, делая глоток китайского чая. -Пробовал, и исписал почти весь свой блокнот. Не помогло, — тяжело вздохнул молодой учитель, всё-таки попробовав чай из огромной кружки, — И другие способы попробовал, даже успокоительные пил, но всё безрезультатно. Я не знаю что мне делать, — схватился за голову он. -Всё хорошо, Антон? — Елена мягко положила свою руку ему на плечо, — Ты можешь мне довериться, —       -Давай я тебе выпишу направление к психиатру, Антон? Мне кажется, что он поможет тебе лучше, чем я, — всё также мягко сказала Елена, наливая третью кружку чая подряд. -Хорошо, ты уверена, что это поможет? — обеспокоенно спросил Антон, выпивая половину только что налитого чая. -Ну, каких-то гарантий я давать не могу, — по-доброму усмехнулась психолог, — Но могу предположить, что после сеанса у психотерапевта тебе станет гораздо легче, —       Воцарила тишина, и для молодого учителя она впервые была настолько неловкой. Звягинцева знала о Шастуне очень много, но свои переживания по поводу любви, работы и Альберта он не доверял никому, даже ей. Ощущение, будто кто-то окатил его ледяной водой посреди солнечного дня. Неприятно. -Думаю, на сегодня мы можем закругляться, — улыбнулась Елена, смотря на сжавшегося Антона, — Повторюсь, это нормально, что ты доверил мне свои переживания. Я бы даже сказала, что это великолепно. Постарайся относиться к этому полегче, как мы с тобой учились до этого, хорошо? — -Хорошо, — кивнул молодой учитель, вставая с удобного кресла, — До новых встреч! — он махнул рукой и вышел из кабинета.       Эта встреча запомнится ему надолго, очень надолго. Минимум из-за того, что он впервые за всю жизнь рассказал кому-то свои переживания. Не написал их, не завуалировал, не мельком упомянул в диалоге, а именно рассказал. Да, предстоит ещё много работы, но Шастун точно знает, что он на верном пути исправления.

***

      Арсений лежит на полу, он не чувствует своего тела. Кто-то посторонний кричит ему что-то, но он не может разобрать ни слова. Огромная рука резко поднимает его наверх, такое ощущение, что химик находится на высоте Бурдж-Халифа, не меньше. Не успев насладиться этим видом, он уже быстро летит вниз.       Ветер буквально на пару секунд овладевает им, а после Попов погружается в тьму. Вновь до жути знакомый голос, но на этот раз ему удаётся разобрать слова: -Сделайте уже с ним что-нибудь! Мой сын не может быть алкоголиком! — кричала мать.       Арсений тяжело вздохнул и попытался двинуться, но что-то придавило его к земле. Даже просто не двигаться становится тяжело, кости скоро сломаются под этой тяжестью. -Женщина, успокойтесь и постарайтесь принять, что недоглядели за сыном. Алкоголизм в подростковом возрасте очень распространён, поэтому Вы должны бороться с этой проблемой, а не закрывать на неё глаза, — устало проговорил врач.       Химик тихо усмехнулся, да, он помнит как мать решила бороться с этой проблемой. Сначала интернат, потом жизнь у отца в Москве. Да такая, что комнатушка в Воронежской квартире с дедом на соседней койке казалась сказкой.       Послышался резкий хруст, и Попов буквально распластался на полу. Кости всё-таки сломались. -Ты мне больше не сын! Поповы никогда не были алкоголиками, позор семьи, — процедил отец где-то над ухом. -Арсюш, ну, ты же изначально должен был понимать, что я не буду встречаться с алкоголиком на полном серьёзе, — закатил глаза парень в яркой одежде — Славик.       Первая любовь, первое разочарование. Но ничего не поделаешь, Арсений ещё с юного возраста слишком увлёкся спиртным. -Ты же говорил, что завязал, — потерянно выдал дедушка, смотря на бутылки у ног внука.       В тот день химик напился прямо в квартире на кухне. До этого он не позволял себе такой наглости, но именно в тот день Попова бросил Славик. Он просто не знал как справится с проблемой по-другому.       Вдруг Арсению удалось разлепить глаза, он оказался на своей старенькой кровати в комнатушке квартиры деда. -Господи, — схватился за голову он, садясь на постели, — Это всё был сон? — -Не ожидал я, конечно, внучок, что ты из этих. Но ничего, главное, чтобы ты был счастлив, — вошёл в комнату Геннадий Аркадьевич. -А ещё главное, чтобы после твоей смерти любимой маме досталось побольше деньжат, — послышался мерзкий голос где-то над ухом. -И про папку не забудь! Это же именно ты ушёл к своему ненаглядному дедуле, тебя никто не выгонял, — услышал химик над другим. -Да, это ты сам виноват, что я тебя бросил. Поэтому мне нужна компенсация! — чётко со спины сказал кто-то.       Арсений резко садится на койке и тут же чувствует сильную боль в правом боку, цирроз печени даёт о себе знать. Как и постоянные кошмары по ночам, из-за которых под глазами химика образовались мешки на зависть всем торгашкам картошкой с рынка. -Твою мать, — схватился за голову Попов, вновь ложась на больничную койку.       Благо, у Арсения одиночная палата, поэтому можно не переживать, что его сквернословия услышит кто-то посторонний. Но от этого не легче. На душе всё также гадко, перед глазами всё тот же Славик с родителями на пару. Ладно, как говорится, утро вечером мудренее, и плевать, что уже обед.