Still my brother

Те, кто нас любят, никогда не оставляют нас. Ты всегда можешь найти их здесь. ©

*** You are still my brother Till the end of time Когда я кричу тебе в лицо: «Ты мне больше не брат!!!» ─ эти ядовитые, острые, обжигающие язык и горло слова, ─ ты знаешь… в этот миг я думаю: «Ты всегда будешь моим братом. После стольких лет ─ всегда.» Надеюсь, ты думаешь то же. Но надежда эта так призрачна, что мы расходимся, ненавидя друг друга с прежней силой. И ужасные слова становятся нашим с тобой кредо ─ одним на двоих. Навсегда. Я отрекаюсь от него, когда сжигаю так и не отправленное письмо. Тебе. Ты… вспомнишь обо мне завтра, когда я исчезну?

Я отрекаюсь от него, когда в сердце что-то рвется, а на следующий день я узнаю, что ты исчез. Отрекаюсь десятки и сотни раз ─ за все сказанное и нет, ─ когда топлю неизбывную боль в огневиски. In vino veritas, говорили древние: истина в вине. Не в том вине, что горит в моей крови ─ а она у нас одна на двоих, ─ а в той, что стынет в сердце. Истина оказывается здесь, над пустой могилой, усыпанной дурацкими пушистыми астрами, и в этой проклятой всепоглощающей вине.

Не уберег.

Ты никогда не думал, что больнее тем, кто остался?

Слишком поздно понимаю, что это о тебе — не обо мне. Ведь это ты остался, когда я ушел, бросив тебя одного…

Завтра я скажу своему брату ─ названому ─ что ненавижу тебя — брата родного. Сегодня я, как дурак, наколдую чертовы астры и завою, как оборотень на Луну, раздирая когтями сырую землю. Твоя звезда будет гореть надо мной до рассвета.

You and I we lost our way Differences of mind Till the end of time Наши пути разошлись задолго до того, как ты хлопнул дверью, а я подставил Ему свою руку. Может, в тот момент, когда ты оделся в ало-золотой, а я остался в холодном и мрачном доме? Иногда мне кажется, что нам это было суждено: уж слишком мы были разными, Гриффиндор и Слизерин. Это в десять я верил, что Шляпа просто ошиблась ─ в одиннадцать понял, наблюдая исподтишка за тобой и твоими друзьями, что ошибся я. Ошибся в тебе. Нам говорили: «Вместе вы сила!» ─ по одиночке мы сбились с пути. А, может, сбился только я: ты ведь всегда был на правильной стороне. Жаль, я понял это так поздно. Listen to me Brother I can't take your place Послушай! Если бы я мог, я бы занял твое место. Как я хотел иметь таких друзей, как я мечтал обрести свободу! Как бы я хотел не убивать и не пытать, не оттирать с белой кожи копоть и кровь. Не идти на бессмысленную смерть в неполные восемнадцать...

А я бы занял твое место, брат, чтобы тебе не пришлось страдать. Но ты никогда не просил меня о помощи.

No one else can wear your face That's the work of grace                                                                           И не попросил бы. Честь не позволяет умолять предателей крови, даже если это мой родной брат. Даже, если хочется на коленях просить... прощения? Честь и долг ─ единственное, что осталось у меня за дверью, которую ты захлопнул с таким облегчением. Тебя ими не заменить ─ тебя не заменить ничем. А тебе удалось. Ты ведь с такой легкостью променял меня, родного брата. Если бы я не был слизеринцем и достойным сыном рода Блэк, я бы до крови избил этого тупицу и неряху, которого ты звал братом вместо меня. Но ─ чистота крови превыше всего. И так будет всегда. And here is my problem Hey, I think you got me wrong I am sorry for the riches that I found I didn't mean no harm Прости меня, брат. Я виноват. Прости, что показал тебе недосягаемую свободу. Прости, что забыл подарить её тебе. Прости, что звал братом другого. Но, знаешь... я бы не променял их, мою свободу и друзей, даже на самое большое богатство в мире. Даже на чертову Старшую палочку, которой ты одно время грезил. Но я не знал ничего о тебе. Я позволил себе поверить в эту взращенную нами ненависть. Ведь ты никогда не жаловался. Ты никому не жаловался ─ не только мне. Я думал, что ненавидишь. Ты думаешь, мне легко было вернуться в ненавистный (хотя тогда я еще пытался любить его ─ мы были братьями) дом? Легко увидеть твои ледяные осуждающие глаза? Тебе было десять, а мне только одиннадцать; как я мог разглядеть жгучую обиду за стальной завесой в твоих глазах? Наверное, я понял это лишь в промерзшей клетке посреди моря. Когда впервые увидел тебя в своих мыслях вместо них. Думал, что всё же рехнулся, но ты заговорил. А я всё понял. На двери твоей комнаты — следы моих когтей. Разодрал бы и проклятую табличку, да высоко. Под ногтями занозы. Мне всё равно. So tell me where you're bound You're welcome in my town But if you try to force my compass 'round I'm gonna stand you down

Когда я увидел клеймо на твоей руке, я был разочарован. Но ненавидеть тебя не мог ─ ненавидел я тех, кто начал все это. И тех, что толкали тебя во мрак. Я хотел, я верил, что не сегодня-завтра ты придешь ко мне за помощью. Ты извинишься, может, позволишь себе разреветься… Тебе было едва шестнадцать, и из тебя сделали убийцу. Я думал, тебя заставили. Я был готов протянуть тебе руку, тебе стоило только попросить. Но никогда, слышишь, никогда не отказался бы от моих взглядов.

Ты никогда меня не понимал. После того, как ты предал меня в последний раз, сбежав из дома, я бы никогда, слышишь, никогда не заговорил с тобой снова. А я хотел по-детски реветь, уткнувшись тебе в плечо, которое в пять лет казалось таким надежным. Ты не понимал, что я сам протянул Ему руку и сам произнес такую возвышенную, как казалось тогда, присягу. Может быть, я и ошибался, но тогда для меня это был единственный выход сохранить честь семьи. Я не хотел признаваться, что поступок мой был продиктован жгучей обидой. Ты ведь сам сказал, мне было только шестнадцать. И, как бы я не злился, ты все еще оставался моим невыносимым старшим братом. Даже если я получал второе Непростительное за то, что опускал палочку, когда требовалось ударить тебя первым.   You are still my brother Till the end of time No one else can take your place Difference is divine Иногда я думаю, что она ошибалась, когда называла меня «истинным Блэком». Это всегда был ты. Знаешь, брат, ты был для меня всем. Никто не мог занять твое место. Я восхищался тобой. Смелостью, умом, красотой (мне она досталась, как и остальное, по остаточному принципу). Ты мог перечить родителям, дразнить кузину Беллу, посылать самого Лорда, на глазах у всей школы целовать маглорожденных девушек, получать лучшие оценки, даже не стараясь, и выписывать на метле пируэты, от которых даже у меня, ловца, замирало сердце. Тебя любили все. Я же для всех был только твоим братом.   Hey, I think you got me wrong I am sorry for the riches I took homе

Может, мы ошибались, и все было напрасно, наша жизнь была ошибкой, что не принесла нам счастья. Мне жаль, что все так сложилось.

I know I crossed a line

Мы оба нарушили наши детские клятвы,

и ещё с десяток заповедей,

But show me what you've found You're welcome in my town But if you try to force my compass 'round I'm gonna stand you down

Вернись. Но не пытайся переубедить меня, брат: нам было суждено стать врагами в жизни. Может, там, за Завесой, мы снова станем братьями?

  Till the end of time

 На этот раз навсегда.