Положение дел

— Они мне лгали, — заявил Чайлд, ввалившись в комнату. Скарамучча поднял на него взгляд: судя по блеску в глазах и раскрасневшемуся лицу, Чайлд прилично надрался. — Кто лгал? — уточнил Скарамучча и откинулся в кресле. Чайлд всегда приходил к нему навеселе, и всегда такие встречи заканчивались примерно одним и тем же: они трахались и разбегались по углам. Но сейчас Чайлд, похоже, хотел не только этого: ему нужно было выговориться, а Скарамучча терпеть не мог разговоры с ним. Он вообще терпеть не мог Чайлда. Жалкий, слабый в своей вечной показной веселости; от его смеха у Скарамуччи начиналась головная боль. Наверное, именно поэтому он соглашался на секс: так Чайлд затыкался и позволял делать с собой все, что Скарамучче вздумается, а вздумывалось ему много чего разнообразного. Он получал удовольствие не столько от оргазма, сколько от ощущения власти. — Синьора и Моракс, — пояснил Чайлд и плюхнулся на диван. Откинул голову и уставился в потолок. — Эти две скотины сговорились и выставили меня на посмешище. — Ты и есть посмешище, — заметил Скарамучча. — Ты хоть не начинай. — Тогда не рассказывай о своих проблемах. Не хочу это слушать. — Я знаю, — вздохнул Чайлд. Он забрался с ногами на диван и развернулся, чтобы вытянуть их. Закинул руки за голову. — Может, я за этим и пришел. Выбесить тебя. — Тебе для этого не надо приходить. Ты меня и без своего присутствия бесишь. Чайлд рассмеялся, будто Скарамучча удачно пошутил, хотя он был совершенно серьезен. Впрочем, в смехе была какая-то слабая нотка уязвленности, и это грело душу. Скарамучча прикрыл глаза на секунду и посмотрел в пространство через глаз бога. От Чайлда исходили практически осязаемые волны гнева, и на этом можно было удачно сыграть. Он поднялся из-за стола и шагнул к дивану. Упер руки в бока и посмотрел на Чайлда сверху. — Ты жалок, — произнес Скарамучча. — Синьора отлично это знает, как и все мы. — Если продолжишь так и дальше, я уйду. — Мы оба знаем, что ты не уйдешь. Принимай третью форму. Чайлд усмехнулся и, так и не встав с дивана, сдвинул маску на лицо. Волны гнева стали еще ощутимее, и Скарамучча жадно наблюдал, как Чайлд перевоплощается. Ткань одежды едва не затрещала на выросших мышцах, и сам Скарамучча казался рядом с ним совсем маленьким и беспомощным. Но они оба знали, что это не так. Чайлд согнул ноги в коленях, и Скарамучча сел на диван рядом. Протянул руку и пробежался пальцами по напрягшимся мышцам пресса. — Пойдет, — почти удовлетворенно ответил он. — Скажи уж правду, — глухо заметил Чайлд, — ты в восторге от меня. — Если восторгом можно назвать бесконечное презрение. — Ну-ну. Скарамучча поморщился: теперь помимо волн гнева от Чайлда исходило еще и нерушимое превосходство. Это стоило исправить здесь и сейчас: меньше всего Скарамучча хотел, чтобы тот начал задаваться или думать, что их встречи для него, Скарамуччи, важны. Нет, все было совсем не так. Он делал большое одолжение Чайлду, вообще обращая на него внимание. А что он сам получал от их близости то, до чего был жаден — так это всего лишь приятный бонус щедрости. Только и всего. — Тут, — спесиво произнес он, вновь касаясь кончиками пальцев пресса, — у тебя все замечательно. Но здесь, — он навис над Чайлдом и дотронулся до его виска, — изрядно не хватает ума. Синьора, конечно, сама не блещет, но отлично сыграла на твоей слабости. Так что я совсем не удивлен. Чайлд хмыкнул и совершенно неожиданно обхватил Скарамуччу руками за талию. И притянул к себе. Тот дернулся в крепких объятиях и уперся ладонями ему в грудь. Скарамучча терпеть не мог, когда Чайлд начинал своевольничать, но это почему-то происходило все чаще. Что неизменно и регулярно раздражало до зубовного скрежета. — Не вредничай, — снисходительно попросил Чайлд. — Это ты не вредничай, — огрызнулся Скарамучча. — Немедленно отпусти меня! — Неа. Скарамучча тяжело вздохнул и вновь попытался вырваться. Неудачно — физически тягаться с Чайлдом в третьей форме было в принципе бесполезно и бессмысленно, чем тот и пользовался. Ублюдок. — Тарталья. — А ты попроси. Скарамучча едва не поперхнулся — этого еще не хватало. Чайлд, похоже, совсем обнаглел и потерял всякий стыд. — Хочешь, чтобы не только Синьора тебя на посмешище выставила? — с легкой угрозой поинтересовался он. — Как страшно. Скарамучча крепко сжал зубы. Лезть в драку ему не хотелось, а Чайлд так явно на нее напрашивался… Может, это и была его цель? Тогда точно не стоило так поступать. Поэтому Скарамучча сделал единственное, что ему оставалось: обмяк в чужих объятиях, словно превратился в сломанную куклу. Даже голову устроил у Чайлда на груди — и услышал, как бешено колотится у того сердце, перегоняя кровь по венам. Волновался? Или это влияние третьей формы духа? — Так-то лучше, — похвалил Чайлд и потрепал Скарамуччу по голове. — Хороший мальчик. Скарамучча длинно выдохнул, пытаясь успокоиться. Чайлд явно его провоцировал, и поддаваться точно не стоило. Может, попробовать его переключить? — Давай займемся делом уже, — с деланным равнодушием предложил Скарамучча. — Давай, — неожиданно легко согласился Чайлд. Скарамучча даже рта раскрыть не успел, как Чайлд одним ловким движением перевернулся вместе с ним и выпустил его. И навис сверху, упершись ладонями по обе стороны от головы. — Даже не думай, — предупредил Скарамучча. — Да ладно, — рассмеялся Чайлд. — Не все же тебе самоутверждаться за мой счет. — По иерархии… — начал Скарамучча, но договорить не успел — Чайлд крепко вжал бедро ему между ног, отчего у Скарамуччи сбилось дыхание. Член дернулся от грубой стимуляции, и, несмотря на унизительное положение, Скарамучча ощутил волну возбуждения, прокатившуюся по всему телу. — Помолчи уж. — В голосе Чайлда явно слышалась усмешка. — И не собираюсь, — огрызнулся Скарамучча. Такое положение дел ему совсем не нравилось, но стоило начать сопротивляться, как Чайлд снова вжал бедро в его пах и, словно этого было мало, еще и потерся о член. Скарамучча поперхнулся заготовленной язвительной отповедью и застыл. А Чайлд, явно пользуясь моментом, провел ладонью по его щеке. Коснулся губ кончиками пальцев и надавил на нижнюю, заставляя раскрыть рот. Скарамучча крепко сжал зубы — поддаваться он по-прежнему не собирался. — Не упрямься. Скарамучча мотнул головой и снова уперся ладонями в грудь Чайлда, отчего тот тихо рассмеялся. — Ладно, — мягко произнес он и сел. Скарамучча приподнялся, опираясь на локти, и посмотрел на него, вложив во взгляд все свое презрение. Но Чайлд этого, похоже, даже не заметил — вместо этого он одним движением сдернул со Скарамуччи шорты. Тот дернулся и ударил пяткой по колену Чайлда, но в ответ услышал лишь тихий смех. — Перестань, — приказал Скарамучча. — Немедленно! — Так боишься за себя? — Вовсе нет. — А стоило бы, — хмыкнул Чайлд, расстегивая ширинку. В следующую секунду он за лодыжки притянул к себе Скарамуччу так, что тот спиной проехался по дивану. Это бесило, как бесило всегда, когда что-то шло не по плану. Возможно, Скарамучча был бы и не против смены позиции — но исключительно на своих условиях. — Я не собираюсь… — начал он и задохнулся, потому что в тот же момент Чайлд обхватил ладонью его член и с силой провел по нему. Очередная волна возбуждения прокатилась по всему телу, и Скарамучча на секунду прикрыл глаза. Чтобы ощутить, как Чайлд, взяв его за щиколотки, заставил согнуть ноги в коленях и прижать к груди. — Я же сказал, нет! — А я прекрасно слышу «да» в твоем голосе. На дырку капнуло прохладой, и Скарамучча инстинктивно сжался. Впрочем, все это было довольно странно — потому что сам он никогда не заморачивался ни смазкой, ни комфортом Чайлда. А тот провел пальцами по ложбинке между ягодицами, растирая смазку. Надавил на дырку пальцем, и Скарамучча зашипел, не в силах больше сдерживать ярость. — Расслабься, — приглушенно посоветовал Чайлд. Расслабляться Скарамучча не собирался ни в коем случае, но палец, пусть и с трудом, все равно проник в дырку. Скарамучча длинно выдохнул и упер стопу в грудь Чайлда. — Потерпи, — отозвался тот и вогнал палец глубже. — Ублюдок, — выдохнул Скарамучча. — Какой есть, — ответил Чайлд и вогнал в дырку второй палец. Ощущение натяжения было несколько неприятным и — Скарамучча очень не хотел в этом признаваться — возбуждающим. Еще более возбуждающим было то, что Чайлд так и продолжал второй рукой дрочить ему, и это несколько скрашивало неприглядную ситуацию. — Ты такой тугой, — поделился Чайлд. — Не знаю даже, выдержишь ли ты меня. Скарамучча фыркнул и надавил стопой, пытаясь отстранить Чайлда от себя. Бесполезно — тот продолжал двигать пальцами внутри, растягивая дырку. — Пожалуй, хватит, — решил Чайлд, и Скарамучча зажмурился, лишь бы не смотреть на то, как Чайлд буквально искрит самодовольством. И почувствовал, как член сначала прижался к дырке, а затем аккуратно начал проникать внутрь. Месть. Обязательно нужно будет отомстить ему за неподобающее поведение, наглость и своевольничество. — Расслабься, — снова посоветовал Чайлд, входя миллиметр за миллиметром. В третьей фазе формы член у него был огромным, и Скарамучча сжал зубы, стараясь не реагировать на неприятные ощущения. Войдя до основания, Чайлд застыл, словно милостиво давал привыкнуть к новому положению дел. Скарамучча открыл глаза — и даже сквозь маску заметил, как внимательно смотрит на него Чайлд. — Ты… — произнес он, но договорить не успел — Чайлд качнулся назад, вытаскивая член, а затем резко подался вперед, выбивая из Скарамуччи дыхание. — Я, — усмехнулся Чайлд. — И что? Разговаривать, похоже, было бесполезно, и Скарамучча не стал попусту тратить силы. Вместо этого он закрыл глаза и скрестил руки на груди, и о том, что Чайлд сейчас его трахает, говорило лишь сбитое дыхание. — Если ты думаешь закрыть глаза и думать о Снежной, то у тебя ничего не выйдет, — со смехом заметил Чайлд и ускорил темп. Дышать стало совсем тяжело, и Скарамучча приоткрыл рот, пытаясь восстановить дыхание. И практически в тот же момент ощутил, как к его губам прижались чужие губы. Он в удивлении распахнул глаза — Чайлд сдвинул маску вверх и действительно пытался его целовать. Нежностей Скарамучча не любил — и отвечать на поцелуй не собирался, пока не ощутил болезненный щипок в бок. — Я вижу, что тебе все нравится, — прошептал ему Чайлд в губы, — так что не притворяйся сломанной куклой. Скарамучча фыркнул, но больше никак реагировать не стал. Он видел, как по самолюбию Чайлда били его равнодушие и бездействие — и собирался продолжать в том же духе. А в том, что Чайлд сейчас оказался прав на все сто процентов, он не собирался признаваться даже себе. Ладонь так и водила по члену, и вместе с ощущением какой-то странно приятной заполненности даровала наслаждение, мурашками пробивающее по всему телу. Восстановить дыхание так и не вышло, и Скарамучча часто выдыхал, с трудом заставляя себя сдерживаться и не реагировать. Чайлд от него не дождется даже самого тихого стона. Проблема была в том, что эрекция выдавала его. Удовольствие достигало своего пика, и член начал часто пульсировать, готовясь излиться. Скарамучча одновременно и хотел, и не хотел получить оргазм, и чувство противоречия едва не раздирало его на части. И все же он кончил в ладонь Чайлда. Оргазм приливом прошелся по каждой клеточке тела, заставляя Скарамуччу дрожать и сжиматься на члене Чайлда до тех пор, пока он не ощутил внутри чужое семя. — Славный мальчик, — шепнул ему на ухо Чайлд и сдвинул маску набок, одновременно выходя из Скарамуччи. Теперь он вернулся к своему обычному состоянию. Скарамучча лениво проследил, как Чайлд приводит себя в порядок и без лишних слов выходит за дверь, и только после этого сел, чувствуя разливающуюся по мышцам посторгазменную слабость. Секс безусловно был неплох, но Чайлда следовало поставить на место. И в следующий раз Скарамучча обязательно этим займется, и придумает тонкую, изящную и восхитительную месть. Потому что сегодня Чайлд это заслужил.