Чёрная чайка

      Антон в полусне почувствовал, как кто-то стукнул ему по козырьку кепки. Вынырнув из дремоты, бурча, он стал её поправлять. Он уже слышал как недовольно Дима нравоучал дочь за «хулиганство».       - Ты можешь спокойно посидеть? Ты же слышала, сейчас пойдём на посадку, пристегивайся давай, а не прыгай.       - Антон спит! Я хотела разбудить! Он тут в самолете и останется? – продолжала протестовать дочь.       - Антон разберется, вот сюда ремень…да посиди же смирно. – Ещё немного посуетившись Дима таки пристегнул активную дочь к креслу и недовольно повернулся к жене, которая совершенно безмятежно смотрела в окно самолёта, чуть поглаживая спящего малыша на руках. Он было хотел отпустить едкую шуточку о том, что с «попутчиком» ей повезло больше, но наткнувшись на умиротворенный взгляд жены не стал нагнетать атмосферу. Вместо этого он заглянул назад, таки оценить без сомнения «разбитое» состояние Антона.       - Ну что, писюн, как дела? – ухмыляясь, спросил Дима.       - Ага, как сажа бела… - нахмурившись и задиристо ответил Антон. В бесполезных попытках он пытался разогнуть колени, затекшие ноги предательски ныли, а телу безумно хотелось принять более-менее «человеческую» позу.       - Ого, цитируем Бодровскую классику, видать совсем всё плохо, - посмеиваясь, ответил Дима и вернулся к шуму исходящему от кресла дочери, кажется, она вновь пыталась вырваться из «пут».       Антон продолжал кряхтеть, ерзая в кресле, но спустя секунду бессильно развалился в кресле, ожидая долгожданной посадки. Он немного окунулся в размышления о смысле и нужности данной поездки. Когда ещё в Москве Дима предложил Антону поехать развеется в Барселону со всем семейством Позовых, Антон всерьез задумался, что идея не так уж и плоха. Уже несколько месяцев он пребывал в некотором унынии. Работа, которая всегда заряжала Антона и была островом его абсолютной уверенности, вдруг стала пресной, будничный поток только отбирал силы и не давал ничего взамен. Сказался и старый разрыв отношений, который прошел под эгидой целой череды схождений и расставаний.       Последний раз объект его былых обожаний плеснула холодным кофе ему в лицо на парковке торгового центра. Там же состоялся их по-настоящему последний скандал, когда уже никто из них не стеснялся в словах и выражениях. Казалось бы, сколько раз было подобное, но в тот, наверное, вскрылись самые больные раны, тогда они провели окончательную черту между друг другом. В очередной раз причиной стала необъятная ревность его подруги. Они встречались пару лет, и всё было не так плохо, пока Антон не вдавался в подробности его прошлых романтический увлечений. Он всё ещё не был готов открыться миру и не рискнул заводить серьезные отношения с мужчиной в прошлом, но в его памяти по-прежнему оставались нежные воспоминания о человеке и встречах, которые открыли ему нового себя. Однажды в одном из модных столичных пабов они встретили старого «знакомого» Антона. Тот самый человек из прошлого, который помогал Антону пройти путь принятия себя, но в последствии их пути разошлись, к счастью, на весьма позитивной ноте. Тогда Антон был безумно рад его увидеть, уже несколько лет он только мельком замечал нечастые посты в инстаграме его «наставника» и ничего о его дальнейшем пути толком не знал. На эмоциях от встречи, после обсуждений подробностей новой жизни его старого «знакомого», собирая удивленные взгляды своей подруги, Антон рассказал ей некоторые подробности своего бурного прошлого. Он тогда посчитал, что это станет символом его абсолютного к ней доверия, но дальше стало только хуже. Эта часть его жизни значительно повлияла на их отношения. Если раньше её ревность проявлялась ненавязчиво, даже в шутку, сейчас всё больше оборачивалось катастрофой, к концу их отношений скандалы на фоне «флирта», «взглядов» и «заигрываний» буквально со всеми окружающими перешли все границы. Самообманом было бы думать, что Антон не давал поводов. Давал. В последнее время и вовсе делал это нарочно, до конца не осознавая причин своего поведения. Собственными руками руша эти и без того хрупкие отношения, просто потому что боялся признаться себе, что сам желал их разрушить - перекладывая вину за собственные сомнения на другого человека.       С Димой же Антон дружил уже очень много лет, они вместе работали в ивент-агентстве, вместе проходили трудности и также поддерживали друг друга в различных жизненных ситуациях. И в этот период Дима как всегда решил попробовать поддержать друга. Он видел, как тухнет и загибается неиссякаемый (как казалось ранее) оптимизм Антона. Поэтому и было принято решение позвать его с собой в Испанию, чтобы наконец растрясти и после тюленьего отдыха у моря подвести его к какому-то новому старту жизни. Антон, конечно же, поначалу упирался, сетуя, что может помешать семейной идиллии, но в семье его давно принимали как родного и после недолгих размышлений он согласился улететь с четой Позовых к испанским берегам средиземного моря.       Самолет чуть тряхнуло, почувствовалась его тяжесть и вибрирующий звук шасси. Антон вернулся из мыслей в реальный мир, ощущая радостное предвкушение наконец покинуть такой неуютный для его двухметрового тела салон. ***       Барселона встретила семейство палящим солнцем. После пусть и недолгого ожидания хозяина апартаментов, которые они сняли в городе, путешественники буквально мечтали поскорее оказаться в машине с животворящим кондиционером. Антон топтался на месте став фонарным столбом, вокруг которого как ни в чем небывало устроили догонялки дети Димы. Спустя несколько минут к месту их ожидания подъехал черный «сеат», откуда вышел поджарый мужчина лет 40. Он тут же широко улыбнулся, надел черные очки и быстро устремился к путешественникам. Антон отметил весьма стильный облик их нового знакомого. Смольно черные волосы негусто пробивала седина, они были зачёсаны назад и собраны в гульку на затылке, в светлых шортах, идеально белоснежной майке и кроссовках на фоне загорелого тела он выглядел как миллионер на прогулке. Серхио был испанским домовладельцем много лет женатый на русской эмигрантке, откуда, по рассказам Димы, неплохо знал русский язык.       - Добро пожаловать в Барселона! – с уверенным акцентом вскрикнул хозяин машины и в приглашающей позе раскинул руки в стороны. – Я, Серхио Матинес! - театрально продолжил испанец. Ребята тут же забыв об истязающей жаре расплылись в улыбке и засмеялись.       - Очень приятно. Я Дима, это Антон, моя жена Катя.. – Дима протянул руку в горячее рукопожатие Серхио. Тот в свою очередь, крепко пожав всем руки, пошел на второй круг уже с объятьями.       - Серхио, забирайте нас поскорее с этого пекла, – шутливо заканючила Катя.       Серхио Матинес всё ещё театрально запрокинул голову назад и понимающе пригласил гостей в машину. Загрузившись, машина тронулась в самый красочный город, Антон завороженно вглядывался в окно, рассматривая людей, местную природу, богатую архитектуру, улицы. Путь до апартаментов занял менее часа, и он почти не заметил, как пролетело время. В душе загорался маленький, но бойкий огонек хорошего предчувствия, оно было почти неосязаемо и отдавало приятным трепетом перед предстоящими несколькими неделями отпуска.       Их новым домом оказалась просторная квартира с большой открытой столовой-террасой, двумя спальнями и стильной кухней-гостиной в привычных для этих мест оттенках белого, голубого, песочного и оранжевого. Пока Серхио прохаживался по квартире, рассказывая семейству про виды и самые доступные в окрестности развлечения, Антон с интересом заглядывал в спальни, намереваясь оценить, что он потерял. Спальни, очевидно, распределятся среди семейства Позовых. Побродив по комнатам, Антон пришел к мысли, что гостиная как нельзя лучше отвечает всем его требованиям. Куча места, 24-часовой доступ к холодильнику и два дивана на выбор. Его внимание больше всего привлек тот, что был в дальнем углу гостиной около второго выхода на террасу. Там красовался оранжевый диван с резными деревянными ножками. Антон с прыжка плюхнулся в обилие подушек и, подложив под голову руки, оценил открывающийся вид на домашнюю террасу сквозь развивающиеся на ветру полупрозрачные хлопковые шторы. «Шик блеск» - подумал Антон и, улыбнувшись, закрыл глаза. Он внезапно почувствовал навалившуюся от переездов усталость, под легкий ветерок с террасы и фоновые звуки общения Позовых с Серхио он стал медленно проваливаться в дневную дремоту.