It's called love
9 сентября 2022 г., 09:14
Примечания:
Приятного прочтения❤️🩹☕️
Вильгельм не любит зиму. Не любит весь этот холод, который проникает под куртку и морозит всё тело. Не любит высокие снежные сугробы, в которые можно провалиться и застрять, после чего сильно простудиться. И как же ему «повезло» родиться в северной стране Европы, в которой зимой температура воздуха может опуститься до -25. А ещё ему очень «повезло» заболеть, именно перед зимними каникулами, когда в электронном дневнике поставлено большое количество тестов, которые надо написать на отлично, чтоб получить высокий балл, но Вильгельм, сидя в своей комнате в общежитии Хиллерски, пропускает всю важную программу, которую потом после каникул обязательно надо будет наверстать, что будет даваться ему очень тяжело. Температура его тела составляет 38.5, но его все равно бросает в холод. Даже три слоя самых тёплых одеял в Интернате все никак не могут спасти ситуацию. Отопление в общежитии хорошее, но и этого тоже не хватает, чтоб окончательно согреться. Сейчас Вильгельм лежит на кровати, прижимая плюшевую игрушку и укутавшись с ног до головы одеялом, шмыгает носом и трясётся от холода, желая, чтоб зима поскорее закончилась, а простуда от него отстала.
Заледеневшие пальцы сжимаются на мягкой игрушке. В мыслях сразу всплывает образ Симона — веселого, тёплого, смеющегося над тем, что недовольное выражение мордочки этого плюшевого слонёнка якобы похоже на Вилле. Вильгельм тогда только окинул жизнерадостного мальчика угрюмым взглядом, но слоника принял. И сейчас при взгляде на него становится чуть теплее, хотя навалившаяся апатия всё же не проходит.
Глаза паренька открываются, когда он слышит топот за дверью комнаты и голоса. Взгляд от стенки устремляется на настенные часы, которые показывают пол третьего, что означает, что занятия уже закончились, и ученики Хиллерски идут отдыхать. Слабое тело Вильгельма не позволяет ему даже сесть, из-за чего он продолжает лежать в все ещё холодной постели, которая даже за пару часов не смогла нагреться под телом мальчика. Через пару минут тишины, за дверью снова слышатся приближающиеся шаги, а потом три стука в дверь. Три стука означают, что пришёл Симон. Открыв рот в надежде что-то сказать, Вилле начинает кашлять. Ручка двери поворачивается, открывая дверь и впуская яркий свет из коридора, а после и самого Симме. Откашлявшись, взгляд Вильгельма устремляется на гостя, уголки губ поднимаются, а в комнате становится на градус теплее.
— Привет. Я принёс тебе мандаринки! — улыбчиво произносит кудрявый мальчик, поднимает руку, в которой держит мешочек ярко-оранжевых фруктов, — Как ты себя чувствуешь?
Симон подходит к письменному столу у окна, ставит на него мандаринки и садится на край кровати, сцепляя его и ладонь Вилле вместе, переплетая пальцы.
— Спасибо, за мандарины. Мое состояние улучшилось, как только ты вошёл в комнату. — смотрит в глаза его мальчика и продолжает тянуть губы вверх от понимания того, что о нем действительно заботятся.
Симон гладит большим пальцем косточки руки Вилле, преподнося к своим губам и тихонечко целует. Им хочется прикоснуться губами друг к другу, почувствовать, но они знают, что если это случится, то есть вероятность того, что им обоим придётся навёрстывать всю программу по математике от нуля до эксперта, лёжа в разных кроватях, разных местах, далеко друг от друга
— Ты очень горячий. — подчеркивает Симон.
— Спасибо за комплимент, ты мне часто об этом говоришь.
— Я серьезно, Вилле. У тебя высокая температура? — губами Симон дотрагивается до лба Вилле, оставляя поцелуй и резко отдёргивается, — Вильгельм! Почему ты не попросил у Малин жаропонижающее? — с возмущением — но некой нежностью в глазах — спрашивает Симон, вставая, чтоб подойти к двери и позвать телохранителя Вильгельма принести нужное лекарство
***
Лекарство сработало, а мандаринки, которые Симон скормил Вилле, улучшили настроение больного. Сейчас, когда они оба лежат в постели, накрыты только одним одеялом, Симон сжимает в крепких объятьях Вильгельма, одной рукой осторожно гладит по спине, а другой делает массаж головы, чтоб избавить Вилле от легкой и внезапной головной боли.
— Симме, а я тебя люблю. — шёпотом произносит Вильгельм куда-то в грудь Симона.
— Я тебя тоже, Вилле, я тоже. Только пожалуйста, в следующий раз не проваливайся в сугробы.
Комнату заполнили тихие смешки мальчиков.
Примечания:
Надеюсь, что вам понравилось!
