Social life and endrils/Общажная жизнь и эндрилы

      Эндрю заботится о Ниле. По крайней мере старается не выдать себя, но получается, честно говоря, не очень.       После ночных тренировок с Кевином он садится за учебники и частенько задерживается допоздна. Эндрю применял много способов его отвлечь от этого, чтобы Джостен мог чуть дольше поспать. Иногда просто приносил ему перекус, чтобы восполнить недостающую энергию.       Ночные тренировки пришлось сократить до трех раз в неделю, чем Кевин был явно не доволен, но предложить Эндрю что-то лучше он не смог — пришлось играть по правилам Миньярда.       Психология сложная штука, даже поверхностные задания даются порой сложно. А Нил и психология человека — несовместимые вещи. Почти так же, как высшая математика и Эндрю. Они помогают друг другу в учебе, изредка.       Все как обычно, время за полночь, а Нил за конспектами. Эндрю постарался бесшумно спуститься с кровати и прошмыгнуть на кухню. Теперь в их холодильнике всегда находятся разные фрукты, за что надо должным образом поблагодарить Рене за такую заботу.       Блондин вытащил из холодильника пару яблок и апельсины. Нил любит апельсины, это он узнал на третий год пребывания рыжего недоразумения в семье. И это стало небольшим крючком для маленького удовольствия Нила, как и удовольствия Эндрю, потому что поцелуи с привкусом апельсина довольно… Пропустим.       Нарезав фрукты на небольшие дольки, Эндрю налил в стакан воды и понес это добро Нилу. Бесшумно подойдя сзади, Миньярд поставил тарелку на тетрадь Нила, призывая на импровизированный перерыв.       Джостен моргнул и поднял взгляд на Эндрю. Тот молча указал на тарелку и развернулся к кровати, но Джостен ловко развернулся на кресле и пальцами зацепился за край футболки блондина.       — Спасибо, Дрю, — сказал Нил, потянув за футболку Эндрю, поэтому Миньярд подошел ближе, достаточно, чтобы Джостен смог обнять его за талию и зарыться лицом в его тело.       — Как только съешь фрукты, идешь спать, — произнес Эндрю, на что Нил что-то пробормотал ему в живот и после благодарно посмотрел. — Все, отвянь.