Ковен

      Кассиопея передала мне кинжал. Моя сестра надеялась, что этим кинжалом я закончу очередную битву с Морскими. Однако, когда мы увидели, кто стоит во главе вражеского войска, наши надежды обратились в прах. В воздух взлетела Эллисон, глава клана Тауэлл, магов Орудия, что означало лишь одно, одна из Морских, залезла к ней в разум, а заодно и ко всем магам Тауэлл. И это значительно усложнило нам задачу, мы не можем убивать своих, а их задача, наоборот, убить, как можно больше людей.              Я начала пробираться через лес, чтобы найти место из которого могла бы выстрелить из лука в Элиссон. Если мы чувствуем сильную боль мы можем проснуться от чар Морских. Свою магию использовать я не могла. Из всей семьи именно мне не посчастливилось иметь поистине отвратную силу. Магия Луны принуждает людей проживать свои самые сокровенные страхи и самые мерзкие воспоминания. Если люди будут подвергаться силе Луны долгое время, их сердце может не выдержать, и они могут умереть. Поэтому мне приходится ее сдерживать и Аруло Галладон, наш Глава Магии сотворил для меня особый амулет, который не дает мне использовать мою силу. Ведь именно из-за нее, моя мать чуть не умерла, при моем рождении, но ей повезло, и она лишь лишилась своей силы. За всю небольшую историю Новых Людей, лишь тринадцать человек добровольно отказывались от силы. Чаще всего они это делали при смерти.       До десяти лет, дети не могут контролировать свои способности и нередко, они вообще не проявляются. И только по маленькой точке на лице мы можем узнать, что мы маги. Изначально это лишь точка, но чем больше маги колдуют, тем больше отметин появляются на всем теле. И именно благодаря этой точке, отмеченные дети посещают ритуал, где Глава вместе с Королем проводят ритуал получения силы.       В нашем королевстве существует лишь одна девушка без каких-либо врожденных сил.       Пока я шла по лесу за Эллисон, я видела, как Кассиопея призывала силы Солнца, чтобы ослепить противников; как мой отец - король, Джерард, отбрасывал псевдоврагов на несколько метров лучами из своих рук и как остальные воины из оставшихся кланов сражались с Тауэллами.       Наконец найдя подходящее место я натянула тетиву и прицелилась в руку Эллисон, так как мне приходилось жить без способностей, я прекрасно освоила навыки стрельбы из лука. Опустив тетиву стрела устремилась к цели, но так и не достигла до нее. Сила Эллисон заключалась в том, что у нее был обостренный слух и ее крик мог разрушать все на своем пути, так она и поступила с моей стрелой и направилась в мою сторону. Мне ничего не оставалось, кроме как бежать. Что мои стрелы сделают против магии. Именно поэтому "умом" в нашей семье обладала не я, а моя старшая сестра. Крик которой я услышала и обернулась в ее сторону. Она сражалась рядом с магами из Ковена Иврит, поэтому казалось, что она находится в центре апокалипсиса. Деревья оживали, молнии ударяли рядом с воинами противников отбрасывая их от наших союзников, животные пытались отгонять мертвых, которых призвал маг из клана Тауэлл, а песчаная буря ломала все стрелы, которые летели в их сторону. Но после крика Кассиопеи, казалось вся битва окончена. Все вмиг замолчали и смотрели кто куда невидящим взором. Так как песчаная буря успокоилась я смогла увидеть двух парней, чья сила состояла в том, что они могли заставить людей не видеть и потерять голос. Эллисон приближалась ко мне летя с помощью своего крика.       Обернувшись в другую сторону, я надеялась, что у моего отца и других кланов дела идут получше. Но до них добрались мертвые, которых теперь животные не сдерживали. Казалось, что это конец. И в этот момент я решила снять амулет и попытаться помочь своему народу. Сосредоточившись на всех из клана Тауэлл, кто был поблизости, я заставляла их переживать все самое ужасное, что с ними могло произойти. Воины Тауэлла начали падать на землю, кто-то упал на колени, кто-то упал на спину и не пытался встать. Эллисон же начала стремительно падать, но почти у самой земли ее поймал парень с способностью телепортации, он аккуратно положил ее на землю и тут же исчез, чтобы мои силы не воздействовали на него. Кто-то кричал, кто-то рыдал.       Вскоре, мои силы почти иссякли и на земле больше никто не двигался. Я подобрала амулет и начала идти в сторону моей семьи, как вдруг меня кто-то окликнул.       — Лулу! — прокричал мое имя парень, который мог призвать мертвых.       Повернувшись, я ужаснулась. Не все из клана Тауэллов лежали на земле, передо мной стоял парень, который казалось был выше всех в нашем Королевстве, его спутанные кудри развивались на ветру, пока глаза глядели на меня только с одним желанием: убить. Роберт и еще одна девушка смогли спастись от моей магии, с помощью своей. Она могла создавать защитный купол, чем она очевидно и успела воспользоваться, и защитила она не только себя, но и правую руку Эллисон.       Я развернулась и кинулась прочь, пытаясь петлять между деревьями. Бежала так быстро, как только могла. Вижу парня с телепортацией, который то появляется, то исчезает по пути ко мне, вижу Кассиопею, которая уже вскинула руки в сторону Робберта.       И вот наконец, прямо перед собой я вижу Оливера, готового телепортировать меня подальше от парня, но вдруг я чувствую, что что-то теплое и липкое, начинает разливаться по моей руке.       — Святое солнце! — успела промычать я до того, как потеряла сознание.       Очередную битву я так и не закончила.

***

      — Как ты смеешь говорить так! — мой отец резко встал из-за стола и начал ходить из стороны в сторону, сжимая кулаки. — Это из-за тебя, — он посмотрел на меня и указал на меня пальцем, — Эмелин, моя дорогая Эмелин, осталась без магии и чуть не умерла. Если бы ты никогда не родилась, то и проблем бы никогда не было, — наконец, остановился он, — убирайся, с глаз моих.       — Но, папочка, я просто хотела помочь, пожалуйста, — я начала подходить к нему, не в силах успокоить свои беспокойные пальцы, — позволь мне помочь, моя магия может спасти сотни животных в том лесу, прошу! Если я только … —       — Я сказал, убирайся, — отчеканил он стальным голосом, — и не называй меня так, ты мне не дочь.

***

      Проснулась я от того, что Андромеда тихо, как она думала спорила с Робертом, Генералом армии отца.       Было удивительно, как такой молодой парень, которому было всего двадцать четыре года уже стал Генералом, но он, как бы мне не хотелось этого признавать, заслужил это место. И не только тем, что он сын Главы клана Тауэллов, и обладает возможностью повелевать мертвыми. У него присутствуют все качества, чтобы быть отличным лидером и прекрасным стратегом.       Было бы намного проще его ненавидеть, если бы всего этого не было. Но, мой отец, наш король, помогает мне в этом. Представьте, что вас ненавидит собственный отец, игнорирует вас и предпочитает, чтобы вас и вовсе не было. Уже жить не хочется. И вдруг, к нему на службу приходит парень, в котором он души не чает, называет его своим вторым сыном, гордится им и постоянно ставит его в пример. Отвратное чувство.       — Напомни мне, почему я одна не могу пройти к моей сестре?       — Потому что она ранена, и не мне объяснять тебе, как работают наши силы, когда нам больно; особенно ее силы.       — И как, позволь мне спросить, ты можешь мне помочь? Мы в замке. Тут нет мертвых, которых ты можешь оживить. И к тому же, тебе самому нужна помощь после того, как Люйтен использовала свои силы на тебе и твоем клане.       — Да, но на меня ее сила не успела подействовать и я все еще сильнее вас обеих, вместе взятых, так что, принцесса, прошу не спорить и дать мне делать мою работу, — быстро проговорил парень и открыл дверь в мою комнату.       — Лу, ты очнулась! — воскликнула моя сестра.       Младшая в семействе, Андромеда, казалось собрала самые лучшие качества из всех нас. Как внешние, так и внутренние. Глаза цвета изумруда она, как и все дети нашего семейства, кроме меня, получила от Эмелин, нашей матери. Также, от нее Андромеде досталась доброта, от отца Джерарда, ей перешло неимоверное чувство справедливости; от старшей сестры Кассиопеи — щедрость, которой позавидуют все люди в нашем королевстве; от Наоса, нашего брата, ей досталось прямота.       От меня же, ей не досталось ничего, чему каждый день восторгается наш отец.       — От ваших разговоров только мертвый не проснется. Хотя с тобой, Берт, и мертвые проснутся, — я попыталась принять сидячее положение, но Андромеда быстро подошла ко мне и жестом приказала не вставать.       — Как же приятно, видеть тебя в здравии, Лулу, — проговорил Роберт, улыбаясь уж слишком наигранно.       — Особенно после того, как ты попытался меня убить, Берт и здесь нет никакой Лулу, — прошипела я, пока моя сестра, осматривала рану.        — Если есть Берт, значит есть и Лулу, — присел на стул Роберт, полностью игнорируя первую часть предложения — Лулу.       — Я, конечно, очень рада, что у вас появились такие милые прозвища, но не могли бы вы помолчать, чтобы я сосредоточилась, чтобы у Люйтен не осталось уродливого шрама, — Андромеда накрыла мою рану своими руками, из которых полился золотой цвет. Мою руку обожгло приятным теплом, и я почувствовала, как рана начала зарастать.       — Как все закончилось, после того, как я потеряла сознание? Кто-нибудь еще ранен? — спросила я, осматривая превосходную работу сестры.       — Кассиопея оглушила оставшихся воинов Тауэлла, а когда все пришли в себя, сила Морской ослабла, и они могли контролировать собой. Не считая тебя, никто не получил серьезных ранений, ты никому не причинила вреда, — успокоила меня Меда.       — И как бы мне не хотелось говорить этих слов, но из-за тебя, мы смогли поймать ту Морскую, которая нами управляла, — Роберт встал со своего стула и отошел к окну, будто бы не хотел признавать, что я чем-то могла помочь.       — Это у тебя вместо извинений? - после сна я все еще помнила, кто пустил ту стрелу.       — Он имел ввиду, благодаря тебе, а не из-за тебя, — поправила его Меда.       — Но как?       — Из-за того, что ты направила свои силы на всех людей, которыми управляла Сариэль, твоя сила начала действовать и на нее, — начала объяснять девушка. — Она тоже потеряла сознание. А после того, как Роберт и Лианна, которая поставила защитный щит были оглушены, папа отправил людей на поиск Морских. Так они и нашли Сариэль, все благодаря тебе.       — И в честь того, что мы наконец захватили Морскую, королева решила устроить бал, — Роберт наконец повернулся к нам, — и вам пора уже собираться, поэтому, Андромеда, мне необходимо тебя сопроводить в твою комнату.       — Из комнаты в комнату то зачем? — возмутилась она. — Ладно, к тебе сейчас придут служанки, чтобы помочь собраться, с рукой все прекрасно, но не нагружай ее сегодня, хорошо? — обратилась она ко мне.       — Конечно, спасибо тебе большое! — искренне улыбнулась я.       Андромеда ответила мне такой же искренней улыбкой и ушла собираться на бал, Роберт же даже не взглянул на меня и просто вышел.

***

      Служанки покинули мою комнату после того, как помогли мне одеться и привели мои темные, вьющиеся волосы в надлежащий вид. За столько лет служения мне и нашему королю, они никак не могут прийти к соглашению, когда им приходится красить мои глаза. Одни говорят, что тени должны быть зелеными как мой правый глаз, другие, что коричневыми, как мой левый глаз, третьи же утверждают, что тени должны быть темными, под стать моей силе.       Но в этот раз все они решили подчеркнуть мою силу, которая помогла в сражении, поэтому мои глаза были украшены темными стрелками и таким же темным цветом губ.       Никогда бы не подумала, что буду завидовать своим сёстрам даже в макияже. Их всегда красят золотыми блёстками и рисуют на лицах маленькие солнца и звёзды. Что всегда вызывает миллион комплиментов. А моя темнота вызывает лишь желание быстрее отвернуться.       Я люблю моих сестёр, но иногда кажется, что жизнь может быть несправедливой, даже, если ты дочь короля.       Даже местоположение наших покоев различается. Комнаты моей старшей сестры, Кассиопеи и моего брата, Наоса, находятся рядом с покоями нашей матушки. Комната же Андромеды рядом с покоями нашего отца. Моя же комната находится в башне, далеко от покоев хоть кого-либо из моей семьи. Будто я принцесса из башни из старых сказок, которых спасли в книжных бункерах.

***

      Подходя к Бальному залу, музыку можно было услышать и за морем “Бронте”, названным в честь старинной писательницы. Зал, как и почти все комнаты королевского дворца были украшены картинами различных созвездий. Сверху были видны созвездия «Кассиопея», «Люйтен», «Андромеда» и «Наос», в честь которых и были названы мы.       В середине зала, танцевали король с королевой, Кассиопея с парнем из клана Тауэлл, за которого она должна будет выйти замуж в скором времени; Андромеда общалась с сестрой будущего мужа Кассиопеи; Наос же общался с близнецами Джеком и Эллеей Ломин. Джек – высокий парень среднего телосложения с бронзовой кожей, который силой мысли подал своей сестре и Наосу напитки. Эллея же девушка необычайной красоты, с кожей такого же цвета, как и у ее брата, а волосами, цвета травы майским вечером, возвышалась над своим и моим братом на голову. Увидев меня, повелительница животных улыбнулась, наклоняя голову.       Ко мне подошёл Тео Сирион, парень, за которого должна была выйти я, через несколько лет.       — Сколько тебя можно ждать? — парень с темными волосами схватил меня за руку и потянул к центру зала. — Бал начался уже полчаса назад, я уже успел соскучиться, — обворожительно улыбнулся он и закружил меня в танце.       — Поэтому тогда ты меня даже не навещал? — не верилось мне.       — Я навещал своего брата, ему неплохо так досталось от тебя. Я бы зашел к тебе, но он из-за тебя не в силах встать уже который день, — проговорил Тео, чуть сильнее сжимая руку, которая покоилась на моей талии.       — Но мне сказали, что никто не пострадал… — задумалась я и опустила голову, — подожди, ты хотел навестить своего брата? — я сделала акцент на слове “своего”, всю жизнь, что я знаю Тео, он недолюбливал младшего брата, по непонятным мне причинам.       — Ну, не каждый день, на него нападет темная и не каждый день, им управляет Морская.       — А где был ты, когда на меня напали?       — Твой отец приказал мне уносить раненых в замок. Я бы попросту не успел за тобой прибежать.       — Это немного смешно слышать от парня, который способен бежать быстрее молний.       — Так я отличный шутник, если ты не забыла, моя будущая женушка.       От этих слов мне стало так же тошно, как в целом от любого разговора с Тео.       Я поспешила присоединиться к своему брату, близнецам Ломин и напиткам, которые, как я надеялась, скрасят этот вечер.       — Что, милый Тео, опять оказался не таким уж и милым? — спросила Эллея, обнажая свои белоснежные зубы в улыбке.       — Даже говорить о нем не хочу. — Сказала я, сделав глоток из бокала, который любезно мне передал Джек, и спросила интересующий меня вопрос. — Мне сказали, что я не единственная, кто пострадал после того сражения, кто еще находится в госпитале?       — Никто, ну, никто, кроме тебя и Оливера, но он сломал ногу, потому что просто не заметил ямы, когда телепортировался к тебе. Но Андромеда его быстро подлечила, — ответил ей Джек, закидывая себе в рот ягоды.       — То есть, с Маэглином все в порядке? — уточнила я.       — С братом Тео? — повернулся ко мне мой брат. — Конечно с ним все в порядке, он одним из первых проснулся от твоей магии, — сказал он и замолчал на секунду, размышляя, о чем то, — он сказал, что Маэглин пострадал?       — Да, — тихо ответила я.       Близнецы переглянулись с моим братом, будто мысленно решая, что делать. Мне очень нравились друзья Наоса и нравилось проводить с ними время, но такой связи, как есть у этих троих, нет, как мне кажется, ни у кого в нашем Мире. Хоть они и были из трех разных ковенов, их дружба не прекращалась ни на миг.       Их мысленное размышление прервал король, с очередной речью о его и его армии превосходства. Король и королева вышли пьедестал перед танцующими парами.       — Я неимоверно благодарен каждому, кто сейчас находится в этом зале. Без вас и без нашей безошибочной работы армии, мы бы не смогли найти и поймать одну из опаснейших Морских, Сариэль!       В этот момент дверь за отцом открылась и Сариэль вели за наручники офицеры Короля. И пока все смотрели на Морскую, я смотрела на двух близняшек из ковена Иврит, те, которые могли призвать песчаную бурю. Они были не единственными, кто не выглядел счастливыми, но только в их глазах читалось разочарование. Мне был знаком их взгляд, ведь также, как они сейчас смотрят на свою мать, я смотрю на своего отца.       — Да, прямо перед вами находится именно та женщина, из-за которой пострадал целый клан на прошлой неделе. Но, не стоит переживать, Глава Магии и я, наложили заклятие на целый замок. И, в ближайшем будущем, магия клана Шейдс не будет действовать, покуда они находятся в моем доме.       Четверо человек, принадлежащие к клану Шейдс, переглянулись.       — Прошу меня простить, Шава, за такое решение, но я обязан обеспечить безопасность всем гостям нашего королевства.       Глава Шейдс, молодая девушка с чрезвычайно бледной кожей и необычайно фиолетовыми волосами, приподняла свою голову, смотря будто мимо Короля.       — Не стоит переживать, мой дорогой Король, мы знали, куда мы идем и знали, что вы так поступите.       Джерард криво улыбнулся и подошел к Морской.       — Не хочешь ли ты сказать что-нибудь до того, как тебя запрут в темнице, Сариэль?       — Да здравствует Королева! — сказала молодая женщина, не глядя на короля.       Джерард приказал увести женщину, а сам повернулся к толпе.       — Давайте же отпразднуем наш успех, — произнес король и поднял бокал вверх, за ним бокал подняла королева, а затем и все остальные.       — За Корону! За Единство! — прокричали все и осушили свои бокалы.       Пока все продолжили праздновать, я искала Маэглина, хотела своими собственными глазами удостоверится, что с моим лучшим другом все в порядке, а Близнецы Ломин и Наос решали чем они займутся, перед тем как они разъедутся по своим Ковенам.       — Я думаю, что… — начал предлагать Наос, как вдруг его глаза потемнели и по всей коже начали появляться темные линии.       — Наос! — прокричали близнецы и подбежали к нему, когда он начал падать.       — Наос… — прошептала я, не в силах сдвинуться с места.       — Разойдитесь! Живо! — кричал король, несясь к своему сыну.       — Андромеда! — звала свою дочь королева, которая оказалась у сына быстрее всех.       Прибежав к брату, Андромеда упала на колени и склонилась над ним, поднимая свои руки над его телом. Пытаясь найти источник боли и пытаясь вылечить его.       — Мальчик мой, — прошептал король, падая на колени около своих детей.       Королева не смогла сдержать слёз и отвернулась от изуродованного лица своего единственного сына.       Однако руки Андромеды не озарялись ярким светом.       — Моя магия… Она не работает! — младшая сестра посмотрела на отца, — почему она не работает? — впервые в жизни она повысила свой голос, обращаясь к отцу.       — Что? — затуманенный взгляд отца обратился от Андромеды на меня, будто виня меня и в этом.       Все действия, которые сейчас происходили длились будто вечность. На острых высоких скулах Наоса, его прямом носу, зеленых открытых глазах и узком подбородке, по его длинных и худых пальцах, по рукам и ногам, везде лились темные линии, которые будто выкачивали всю его жизнь.       Близнецы Ломин стояли около Наоса, Эллея прижимала руки ко рту, тихо всхлипывая, Джек приобнимал свою сестру, чтобы она не упала.       Все остальные гости замка тихо наблюдали за трагедией.       Музыканты, игравшие весь вечер, замолкли.       Быстро оценив ситуацию, Кассиопея начала командовать.       — Оливер, немедленно переноси Наоса и Андромеду за пределы замка, потом возвращайся за нами. — Оливер согласно кивнул, дотронулся до Наоса и Меды и вместе они исчезли. — Стража, запереть все входы и выходы, никому не покидать замок. Тот, кто это сделал все еще среди нас. — стража кивнула и начала выполнять приказ.       Я наблюдала как Оливер то появлялся, то исчезал с оставшимися членами моей семьи. За мной он вернулся последним.       Перенесясь, я вижу, что руки Меды горят ярким пламенем, будто пытаясь исцелить все его тело сразу. Моя старшая сестра держалась за руки с мамой. Отец стоял чуть поодаль, молча наблюдая за своими детьми. Наос лежал без каких-либо признаков жизни.       — Он… — произнесла Андромеда, — он умер.       Я наконец отвела свой взгляд от брата и взглянула на нее.

***

      Позднее в кабинете короля собралась вся моя семья, Генерал армии, Роберт, и Глава Магии и брат короля, Аруло Галладон.       — Как так произошло, что запрет на магию распространился на мою дочь, целительницу, а на того, кто убил моего сына, запрет не действовал? — взревел отец, обращаясь к Главе, стоя, облокотившись кулаками на свой стол.       — Этого не должно было произойти, — спокойно ответил Аруло, — и, если честно, у меня нет этому объяснения. Тот, кто совершил убийство, спланировал его, учитывая все непредвиденные ситуации. Может, у Морских каким-то образом есть доброжелатели, которые тоже могут контролировать магию, но это невозможно, только мне подвластно эта магия.       — Не стоит говорить то, что я уже знаю. — Взглянул на него отец. — Только ты мог это подстроить, может у тебя помутнение рассудка, может на тебе сработала магия темной, — указал он на меня рукой, — и ты все спутал. А ты, — подходя ко мне через всю комнату, — ты не имела права снимать амулет на той битве, из-за тебя могли погибнуть мои солдаты, и я уверен, из-за тебя погиб Наос, — от его крика казалось дрожала вся комната.       После двойного обвинения замолчали все, смотря то на меня, то на Главу, то на короля.       — Роберт, уведи Главу в клетку, пусть он там подумает о том, как сделать амулет темной неснимаемым, а всех глав Ковенов приведи ко мне на допрос, Эмелин, — обратился он к своей жене, — займись похоронами, и чтоб ноги этой, — взглянул он на меня, — не было.       — Но отец… — вскрикнули я и Кассиопея одновременно.       — Молчать! И выполнять мои приказы. — Сел он на свой стул как бы говоря, что разговор окончен.       Роберт повернулся к Аруло, ведя его к выходу.       — Здесь лежит лишь твоя вина, – заговорила королева. — Не смей винить ни нашу дочь, ни Аруло. — Говорила она, подходя к королю. — Виноват лишь ты. Ты привёл сюда Морскую. Ты провёл ритуал с запретом на магию. Ты постоянно оскорбляешь глав других ковенов, говоря о том, что они не важны, ведь ты у нас король. — Все смотрели на нее не веря, одна лишь Андромеда смотрела все это время на пол, склоня голову. — Девочки, собирайте вещи, после похорон, мы уезжаем.       — Что ты несешь, женщина, куда вы поедете? — спросил отец.       — Подальше от тебя, чтобы сохранить жизни оставшихся детей.       Андромеда всхлипнула и выбежала из кабинета.       — Вы никуда не поедете! — взревел отец, вставая со стула.       — Ты не можешь мне запретить. И вообще, ты управляешь нашим королевством, только потому что я тебе это позволила. Отныне, я провозглашаю себя главой королевства, чтобы защитить семью и само королевство. Ты с этим, очевидно, не справляешься, — смотрела королева на короля свысока.       — Женщина, у тебя голова уже совсем поехала? За тобой никто не пойдет. Даже не потому что ты женщина, хотя поэтому тоже, но ты же ничего не смыслишь в том, как править. — Все, кто остался в кабинете молча наблюдали за ссорой людей, которые для народа были идеальной парой. — Да ты никто, и, если бы мы не поженились, тебя бы тоже выгнали вместе с Морскими. Хорошо, что ты потеряла свою силу, а то я бы уже подумал, что ты мной управляешь.       — Потеряла я сына, а силу я добровольно отдала, чтобы выжить. И сделала бы это еще раз. Ты сгниешь в этом дворце, я тебе обещаю.       Королева вышла из кабинета, за ней поспешили Кассиопея и я.

***

      Находясь в своей комнате, я не могла собрать свои вещи, каждые пять минут взгляд касался вещей, которые напоминают мне о Наосе. Около кровати висела маленькая картина с моим созвездием, нарисованная им на мое восемнадцатилетие. На тумбе с вещами стояла маленькая и будем честны, не совсем красивая, но сделанная самим Наосом, кукла. Ее он мне подарил после очередной ссоры с отцом, чтобы ободрить меня. И жемчужина моей маленькой коллекции, книга, написанная еще старыми людьми, которую Наос украл у отца.       Все еще не могу поверить, что это произошло. Казалось, что это его очередная шутка и скоро он зайдет и громко посмеется над тем, что мы все поверили. А мы бы простили ему эту глупую шутку, главное, что он был бы жив.       Мои мысли прервал звук музыки, льющейся из нашего сада, где проходила похоронная церемония.       Не сумев сдержать свои слезы, я быстро кинула все, что мне было необходимо, как я думала, в рюкзак. Последней вещью была книга от Наоса. Завязав его, чтобы ничего не выпало, я выбежала из комнаты и начала спускаться в подвал, там не должно быть слышно ничего, что происходит снаружи.       Роб нашел меня, сидящую в одиночестве в темноте около кухни.       — Ну наконец-то, — подошел он ко мне и взглянул как на сумасшедшую. — Королева тебя ищет, а ты сидишь тут, как крыса. Она уже начала думать, что тебя тоже могли убить. Вставай, — он взял мой рюкзак, — вы уезжаете.       — Почему ты подчиняешься королеве? — встала я и поплелась следом за ним.       — Я подчиняюсь королю, он сказал, чтобы бы вы уехали как можно скорее.       — Как похороны? — желчно спросила я, ведь даже он попал на них, а мне запретили там явится.       — Это была красивая церемония, и мне жаль, что тебе не разрешили присутствовать. — Казалось он впервые говорил со мной не свысока.       Остаток нашего пути прошел молча.

***

      С каждой минутой наша карета была все дальше и дальше от замка Короля. Погода будто оплакивала утрату Наоса вместе с нами. Дождь лил, не переставая с самого утра. Капли дождя заглушили бы наш разговор, если бы у нас были силы разговаривать. Моя мама сидела напротив нас с Кассиопеей, смотрела в окно и, надеялась, что мы не замечаем, как она украдкой утирает слезы своим черным кружевным платком. Моя старшая сестра, сидит рядом и ее взор упал на ее руки. Она их рассматривает так, будто на них изображена очередная картина Старых Людей. А я просто пытаюсь не расплакаться вновь, рассматривая то, что осталось от нашей семьи.       Андромеда, виня себя, не смогла покинуть замок, и, если быть уж совсем честной, она и слова не могла вымолвить после смерти Наоса. Поэтому мы не знаем наверняка, почему она не присоединилась к нам.              — Вы должны пообещать мне, что вы ни за что не оставите друг друга, — обратилась к нам матушка.       Кассиопея и я посмотрела друг на друга в недоумении.       — Я с вами не поеду, мне нужно навестить родителей, ваших бабушку и дедушку. А вам необходимо найти людей, которым вы можете доверить свои жизни. Грядут темные времена, не думаю, что ваш отец простит моё предательство, и вас вместе со мной. И Морские не успокоятся пока не убьют всех глав.       — О чем ты говоришь, матушка? — спросила Касси.       — Скоро начнется война, Кассиопея, но я не хочу, чтобы вы пострадали, поэтому вам нужно найти людей, которые вас защитят, от отца или от морских. И я хочу, чтобы вы нашли убийцу Наоса. Нашли и привели его ко мне. Очевидно кто-то из глав совершил это убийство, чтобы ослабить нашу семью. А ваш отец, видно сошел с ума и отпустил всех глав домой. Поэтому вы должны посетить каждый замок и найти того, кто решил безнаказанно лишить меня моего мальчика.       — Почему… почему отец всех отпустил? — Не могла поверить я, это было очень непохоже на отца. — И как ты об этом узнала?       — Кто-то отпустил Морскую, и король видимо не чувствовал себя безопасно рядом с предателями, — объяснила королева, — и хоть мы и уехали из нашего замка, у меня все еще остались друзья там, которые сообщают мне о всем, что там происходит.       — Но кто? — поинтересовалась старшая сестра.       — Девочки мои, я не могу вам этого сказать, чтобы не подвергать этого человека опасности, — ответила мама и отвернулась к окну, показывая, что разговор окончен.       Это был первый раз, когда мама нам что-то не рассказала.       Наша карета начала замедляться, хотя до конечной точки нашего путешествия ехать еще полдня, и снаружи звук копыт и ржания лошадей усилился. Кассиопея выглянула в окно, чтобы посмотреть, что происходит, как вдруг карета остановилась и незнакомый голос проревел.       — Люйтен Сэнт, вы обвиняетесь в убийстве своего брата, принца Наоса Сэнта, а также в темной древней магии управления разумом своей матери, королевы Эмелин Сэнт и сестры, принцессы Кассиопеи Сэнт. Король, Джерард Сэнт приговорил вас к изгнанию.