For Salvation Of The Soul

— Эй, не хочешь прогуляться вместе со мной? Сходим за овощами, например, — прямо перед лицом Сяо Син Чэна появился его дорогой друг, с которым они жили уже несколько лет вместе. В это время сам Син Чэн подтачивал свой меч перед очередной ночной охотой, на которые он, казалось, так давно не ходил, а тут внезапно проявил желание проникнуться атмосферой ночей прошлых лет. — Нет, лучше пойдём со мной! — малышка А-Цин во всю подозревала в чем-то их «друга», который до сих пор и имени своего не назвал. Девчушка всячески пыталась уменьшить времяпрепровождение Сяо Син Чэна с столь подозрительной личностью, чтобы огородить «братца» от какой-то мнимой опасности. Сяо Син Чэн чуть склонил голову, раздумывая над ответом какое-то время. А после спокойно улыбнулся, а его глаза, будь они на месте, сверкнули бы доброй искренностью. — Наш милый друг первый вызвался пойти вместе. А-Цин, я думаю, что будет справедливее мне пойти именно с ним, — он потрепал девушку по голове, а та причудливо насупилась, — но не переживай. Мы с тобой обязательно сходим прогуляемся вместе в следующий раз, хорошо? — Хорошо-хорошо, — обиженно фыркнула она, а ее белые глазки заметили, как из безымянный друг показывает ей язык. Не вспыльнуть на него было сложно, но А-Цин сдержала себя в руках, чтобы не выдать свою зрячесть. Сяо Син Чэн оправил свои одежды и встал с низкого стула, на котором прежде сидел. Он вставил острый, заточенный, меч в ножны и направился к выходу. Безымянный устремился за ним с веселой ухмылкой. «Слепышка» же провожала их отнюдь не самым приветливым взглядом. Она нахмурилась и понурила голову, возвращаясь к своим делам по дому, которые на неё положил даочжан. Двое друзей же вышли из хибары, которая, кстати говоря, за время их проживания там, приняла более-менее сносный вид. — Куда бы ты хотел пойти? — складываясь пополам и пряча руки за спиной, как-то скверно улыбался, словно в его планах было опорочить честь Син Чэна. Тот же приложил два пальца к подбородку, задумавшись, а после решительно покивал головой. — Я слышал журчание реки недалеко от города И. Пойдём туда, я хотел бы, чтобы ты описал мне вид тех мест. Наверное, они действительно красивы, — в ответ на это он получил хлопок сначала в ладоши, а после пару по бёдрам. — Раз плюнуть! Пошли! — голос безымянного действительно звучал достаточно весело. Он ринулся вперёд к реке, а Син Чэн лишь неторопливо пошёл за ним, стараясь не спешить, чтобы не врезаться ни во что. Но его вдруг взяли за нежную руку и настойчиво потянули вперёд. — Давай побыстрее! Иначе мы дойдём до реки только к вечеру, а тебе ещё на охоту спешить! Кстати, не откажешь мне пойти с тобой? Я помогу тебе, даочжан! — раздался звук бьющихся небольших клычков о нижние зубы, который улыбнул заклинателя, и он безмолвно согласился. Они заметно ускорили шаг. «Друг» же чуть ли не в припляс стремился вперёд, видимо пребывая в прекрасном расположении духа. Его ладонь тёплой оболочкой легла на холодные руки Сяо Син Чэна, от чего последний чувствовал себя настолько уютно, что только сейчас понял, что сроднился с этим человеком, хотя даже не знает его имени. Мужчины очень скоро подоспели к лесной речке, у которой словно специально их поджидали два гладких продольных камня, находившихся прямо напротив друг друга. Безымянный направил даочжана к его месту, а сам плюхнулся на свой камень. Он поправил причёску с видом, будто заботился о своей внешности, а после устремил взгляд на Сяо Син Чэна. Он же присел следом, раскладывая свои одежды так, чтобы те легли аккуратно на землю. — Что ты видишь? — с любопытством спросил он. Заклинатель любил слушать описания природы из уст своего друга, хотя тот был совсем не красноречив. — Ну… Тут очень светло! Деревьев много, они буквально словно загнали нас в клетку и всеми силами не отпускают. А ещё река… ну, она бежит так… так плавно. О! И вода! Вода в ней такая… такая прям голубая! Она не мутная, а… чёрт! — он оборвал сам себя, ведь ему в глаз попала капля, упавшая с неба, — как не вовремя он начался! — капли только начинали падать с удвоенной силой, и вскоре разразился самый настоящий ливень. Мужчина без пальца на левой руке стал тихо ругаться себе под нос, впопыхах поднимаясь на ноги. Но почему-то Сяо Син Чэн сидел на месте — Эй! даочжан, ты чего сидишь? Пойдём же, намокнем сейчас! — заклинатель не шелохнулся. Он промок до нитки и нахмурился, а на его повязке, повязанной вокруг глаз, выступили пара бледных кровавых пятен. Наверное, он сильно волновался. — Слушай, друг, — казалось бы, дружелюбно начал мужчина, — мы знакомы с тобой уже несколько лет и хорошо уживаемся вместе. Я никогда не спрашивал твоего имени, так как не видел в этом смысла, ведь сам ты не поднимал эту тему. Но теперь, после стольких лет, я хотел бы знать, как обращаться к тебе? Каково твоё имя? — последовало молчание. Безымянный стоял в немом шоке от ситуации. Он, конечно же, понимал, что однажды даочжан спросит подобное и узнает его главных секрет. Заклинатель негромко усмехнулся и поставил одну руку в бок, запрокинул голову назад. — Ты так хочешь знать это? Ну хорошо, я отвечу тебе. Люди называют меня… — он резко замолчал, а после грозно захохотал, представляя выражение лица Син Чэна, — Сюэ Чэн Мэй, — отчеканил каждое слово, параллельно цокая языком. Он не ошибся, Сяо Син Чэн приобрёл совсем иной оттенок в выражении. Его лицо побледнело, а после ещё и посерело, а на повязке образовались уже более яркие кровавые пятна, струйка бордового цвета потекла по щеке. Он вскочил с камня и быстрыми большими шагами в момент оказался прямо перед Сюэ Яном и схватил его за руки. Действительно, мужчина нащупал только девять пальцев. Следующим желанием мужчины было швырнуть Сяо Син Чэна в реку, но тот пнул ещё не до конца промокший песок, который ударил Сюэ Яна прямо в глаза. Тот отступил и схватился за свои глаза, жмурясь и старался избавиться от сыпучей боли. Среди грозных туч стало проявляться неестественно яркое солнце, которое жгло кожу заклинателя и раздражало его с каждой секундой все сильнее и сильнее. Он убрал руку от лица, его глаза покраснели от грязи. Ян только начинал изучать азы Темного Пути, поэтому его ладонь мгновенно загорелась красным, как и Цзян Цзай. Чэн Мэй направил его на Сяо Син Чэна, но раздался лязг железа. Шуан Хуа тоже не дремал ни секунды. — Темный путь? — мужчина вскинул брови удивлённо, а Сюэ Ян улыбнулся, обнажая свои милые маленькие клычки — Ага. Именно он, — Цзян Цзяй вернулся ему в руку, Чэн Мэй стал крутить его в руках — Ты решил подвергнуться земному аду, потому что он намного легче в освоении, не так ли? — Ага, а ещё он спасёт мою душу, в отличии от вашего Светлого Пути, — подбросил меч и сразу же поймал его, а после вновь ринулся в атаку, наивно надеясь на что-то, но лишь ледяной звук Шуан Хуа просто отбросил его хорошо в строну. Не поднимаясь, он решил притвориться несчастный юношей. Сюэ Ян сгорбился, закрывая голову руками и начиная негромко скулить, как ребёнок. Сяо Син Чэн подошёл к нему поближе, занося над головой меч и чуть склонил голову. — Тебя, как последователя Старейшины Илин, с распростертыми объятиями ждёт восток, не забывай об этом, — уже собираясь сделать рубящее движение руками, не свойственное владельцу меча, заклинатель хотел разбить тело своего злейшего врага на пару кусков, но тот лишь вскрикнул. — Стой! — голос Сюэ Яна звучал настолько жалостливо, что даже твёрдое сердце Сяо Син Чэна сжалось до размером лимона, и он убрал меч в ножны, но все равно был готов, если что, опять броситься в бой. — Ну что? — тембр сменился с горячо злого на мягкий, — что ты ещё можешь мне сказать? — Я хотел сказать тебе! Хотел! Послушай меня, даочжан! — чуть ли не обливаясь слезами, мужчина впился руками в одежды своего злейшего врага, — ты… Ты единственный, кто относился ко мне так добро! Ты заботился обо мне! Никто и никогда в жизни не поступал со мной так, как делал это ты! Прошу, даочжан! Давай вместе вернёмся к слепышке А-Цин домой? — он знал, что Син Чэн не видит его коварного взгляда, а только слышит фальшивые всхлипы. Рука заклинателя, лежавшая на Шуан Хуа, невольно дрогнула, и он протянул её же Сюэ Чэн Мэю. Тот взялся за неё ладонью, на которой не было одного пальца, вызывая к себе двойную жалость. Син Чэн на мгновение даже забыл, что когда-то этот человек вырезал целый клан. — Пожалуйста, вернись со мной вместе домой! Ведь если ты убьешь меня, то… то я не смогу больше отведать вкусных конфет, которые ты приносишь каждый день! — моментально Сяо Син Чэн окончательно растаял и притянул к себе Сюэ Яна, поднимая того. — Тогда прими тамплиера, Сюэ Ян. Иначе ты долго не выживешь в этом мире. Особенно со мной в одном доме, — мужчина сжал его руку. Но, внезапно, Чэн Мэй выхватил свой меч и прямо поднёс его к тонкой коже шеи своего «друга», а тот выхватил Шуан Хуа и вонзил его в спину заклинателя, чудом не задев жизненно важных органов, и отошёл на приличное расстояние. Сюэ Ян прямо в лицо Син Чэна плюнул кровью, а тот отер себя белым рукавом одеяний. Шуан Хуа вернулся в ножны своего хозяина, а Сюэ Ян даже не пошатнулся, но Цзян Цзяя опустил — Знаешь, я даже поверил тебе изначально, — Сяо Син Чэн стал подходить кругом к своему врагу, а тот по похожей траектории отходил. Они были похожи на двух тигров, борющихся насмерть. — В настоящей реальности, в которой мы живем уже сколько лет, кровь так часто льётся, но она всё равно по цене и рядом не стоит с водой. Обычный глоток воды сейчас будет дороже даже любого вина, — промолвил Сюэ Ян сквозь почти закрытые губы. Его взгляд был направлен на промокшую от воды и оных жидкостей повязку даочжана. Кровь давно просочилась сквозь эту несчастную тряпку. Полы белых одежд все были истоптаны, оттого невероятно грязны. — К чему ты толкаешь подобные красноречивые речи? — Шуан Хуа немного обнажился из ножен, но пока никак не пригодился — И даже наш любезный Саладин, хотя и владеет многочисленной сильной армией, но не смог прикончить какого-то жалкого разгильдяя, — очевидно, говорил он о себе, — хотя орден Лань Лин Цзинь так интересовался моими способностями восстановить Стигийскую Тигриную печать, они решили расправиться со мной столь жестокими способами. Странно, что они не использовали линчи, чтобы добить меня… — Стигийскую Тигриную печать?! — Сяо Син Чэн отступил назад сам. По его лбу незаметно протекла капелька пота, — что все это значит?! — Да какая разница? — коротко и сухо отрезал Сюэ Ян, — да, не мной тот бой с ней был начат. Да и не закончен будет мной… — негромко проговорил он и уже спокойно подошёл к мужчине, раздался лязг Цзян Цзяя о землю. Чэн Мэй приблизился к нему и взял его за руку, прислонил к своей груди, зажимая пальцы на одежде, — Спаси меня, даочжан, — сжал его запястье, — убей. Избавь меня от всех мирских забот! — сорвался на крик, а после склонил голову, — ты же так жаждал моей смерти все годы. Так сделай же это. Давай, возьми Шуан Хуа и вонзи мне его прямо в сердце. А после смерти я стану злым духом и нападу на тебя… — Сюэ Ян… — Син Чэн обращался к нему на имя, данное при рождении. Его губы дрожали, как будто он уже убил кого-то непременно важного, — мы же были такими друзьями несколько лет… почему сейчас ты просишь меня себя убить?! — выкрикнул заклинатель и, покрепче схватив чужой воротник, сделал шаг к реке, а после резко повернулся. Сюэ Ян нависал над бурным течением, отпусти его Сяо Син Чэн, то заклинатель упал бы в воду и, вероятно, утонул или захлебнулся, а может, и все сразу же. — Разве стена из наших добрых отношений что-то значит для тебя, Спаситель мой? — последовало угрюмое молчание. Оно длилось совсем недолго, хотя угнетало и давило сильнее любой опасности — Так что же случилось с тем мальчиком, о котором ты вёл рассказ? — а удивление мягко спросил Син Чэн. Солнце стало прогонять тучи, довольно быстро распогодилось. Лучи показали милую улыбку мужчины, а по контуру он тоже светился, словно был самим ангелом. Правда, сильно истоптанным и грязным ангелом. — Тебе резко стало интересно, что с ним стало? — злой оскал и стук зубов, — ну хорошо. Я расскажу тебе, если ты так этого хочешь. Бедный маленький мальчик всё же нашёл мужчину. Но тот прыгнул в повозку и быстро умчался. Но ребёнок так хотел сладостей! Он побежал за экипажем, но, по стечению обстоятельств, колёса переехали его руку и размололи ему кость. Мальчик кричал от боли и рыдал, но к нему так никто и не подошёл. Люди жестоки, не правда ли? — Ты прав, — подкрепил свой ответ кивком, а после прижал острие Шуан Хуа к груди Сюэ Яна. Тот же осмотрел меч повнимательней, вскинул брови и ойкнул, словно забыл что-то. — Сяо Син Чэнь! Одолжи мне одну конфету на прощание, — улыбнулся он, а меч был убран от его груди. Заклинатель запустил руку в карман и вытащил сладость, а после раскрыл фантик и положил ее в рот Чэн Мэя. А тот, чуть не подавившись, стал пережёвывать ее и хрустеть. Но, не успел Сюэ Ян дожевать, мужчина напротив вонзил меч в его грудь. Последний стук зубов прозвучал через секунду. Син Чэн вытащил Шуан Хуа и, протерев его от крови об подол халата, стал медленно уходить. Мертвая туша упала в реку, окрасив голубую воду в ярко-алый цвет. Дождь совсем закончился, а солнце, пошпарив всего пару минут, стало медленно заходить. Бордово-красный закат, цвета крови Сюэ Яна, освещал город И, в который быстро вернулся Сяо Син Чэн. Войдя на порог дома, где его уже поджидала А-Цин, он поздоровался с ней, улыбаясь, как ни в чем не бывало. Девушка пришла в ужасающий испуг от его вида, но не пискнула, зажимая себе ладонями рот, а после постаралась спокойно выдохнуть. — А где наш друг, братец? — полюбопытствовала она, а мужчина прошёл в свою каморку, чтобы переодеться. Выйдя оттуда, он взял А-Цин за руку и стал поглаживать ее ладонь. — Лучше не вспоминай его больше, хорошо? Сюэ Яна не существует больше в нашей жизни. — Сюэ… Яна? Его так звали? — но ее вопрос остался не раскрытый. Сяо Син Чэн отошёл к входной двери и позвал девчушку. — Пойдём отсюда, А-Цин. Нам нет смысла больше сидеть в этом доме. Мы пойдём искать моего друга, Сун Ланя, — спокойным голосом проговорил он, кривя губы несильно. Девушка же схватила свой бамбуковый шест и ринулась за даочжаном. Они вышли из хибары и направились в противоположном направлении от лесной речки. — Помнишь, несколько лет назад ты хотела, чтобы я понёс тебя на спине? Хочешь сейчас? — произнес заклинатель, а А-Цин захлопала в ладоши и затопала ногами. — Хочу! Хочу! Хочу! Хочу! — счастливая, девчушка запрыгнула на спину своего мужчины, пока тот присел на одно колено. Сяо Син Чэн встал и медленно пошёл навстречу закату, напевая какую-то мелодию себе под нос. — Сюэ Ян был отвратительным человеком, А-Цин, — словно поучал мужчина на пути, — и если он хотел следовать земному аду, то должен был знать последствия своих действий.