застывая с занесённой рукой

      итэр в последний момент убирает руку с ручки двери, закрывая глаза и поджимая губы.       нет.       он не хотел видеть тронутые временем книги и дневники, пожелтевшие края бумаги его рисунков, почти отклеившиеся обои и поеденное молью одеяло.       ему казалось, что он знает, как будет выглядеть его детская.       по ощущениям его не было здесь долгие века. но на самом деле, всего десять лет, успевшие сломать и избить светлого ребёнка, которым он когда-то был, превратив в существующее сейчас нечто.       итэр не был тут с момента, когда они с сестрой застрелили заразившихся родителей по их собственной просьбе.       тогда была суматоха. все бежали из кроватей, не понимая, что случилось. «неужели война?» думали люди и в страхе хватали свои вещи, убегая как можно дальше.       всё было хуже.       и бежать было некуда. вирус поражал воздух, людей и животных. всё вокруг было пропитано непонятной эпидемией и…       итэр не был уверен благодарен он ей или нет.       ведь из его жизни ушло слишком много близких людей, статус и местоположение которых он не знал и знать физически не мог. во всех смыслах.       люмин держалась рядом с ним дольше всех, но в итоге и она сбежала по утру. не оставив и простой записки.       но благодаря этой потери он обрёл намного больше.       например, человека бесшумно подошедшего сзади.       — так ты заходишь? — его голос казался слегка недовольным.       итэр открывает глаза и приподнимает уголок губ.       — я передумал, — он разворачивается, встречаясь усталым взглядом с бесподобными аметистами чужих глаз.       скарамучча озабоченно хмурит брови, ища что-то в медовой радужке.       — всё хорошо? — из его голоса пропадают какие-либо раздражительные нотки.       итэр тихонько смеётся и тянется вперёд, оставляя сухое касание на чужих губах своими.       — думаю, да.       его спутник тушуется, облизывая поцелованное место.       скарамучча берёт чужую ладонь и целует её, после прижимая к своей щеке, ластясь.       — надеюсь, — тихо шепчет он.       — будь уверен, — итэр ещё раз отпечатывает поцелуй на чужих губах, успокаивая слегка разволновавшегося юношу. — по лошадям?       — да, по лошадям, — скарамучча выпускает прохладную ладонь из своей хватки и сразу отходит к животным, чтобы случайно не продолжить нежничать на пороге заброшенного дома.       итэр выдыхает через рот, сбрасывая напряжение, заставляющее пальцы трястись и идёт за скарамуччей.       «всё хорошо.»