Снег в океане

Я в глазах твоих видел снег в океане. Этим снегом с тобой никогда мы не станем…

Это случилось в начале лета. Егор просто забежал в кофейню с утра и случайно врезался в проходящую мимо девушку. Латте в её руках выпал и разлился по асфальту светло — коричневым пятном. Она раздражённо уставилась на виновника, пока тот горячо извинялся и предлагал купить новый напиток за его счёт. Внезапно глаза девушки недоумённо сузились и она внимательнее вгляделась в лицо блондина. — Егор? — Да. Слушай, давай тогда бесплатный кофе и фоточку со мной, устроит? — Ты не помнишь меня? — Прости, но я не помню всех своих фанаток. — Мы с тобой учились вместе. В Пензе. Я пробыла там две четверти, а потом уехала и потеряла твой номер. И только после этого парень вспомнил про милую скромную девочку в девятом классе, с которой сидел за одной партой и гулял вместе после школы. У неё были русые волосы с неаккуратной короткой стрижкой, слегка полные черты лица и пронзительные синие глаза. Сейчас же перед ним стояла сногсшибательная брюнетка с длинными волосами, острыми скулами, но все теми же глазами. — Вика… С этого момента Вика и Егор начали активно общаться. Они часто созванивались и переписывались. Зависали друг у друга дома, болтая о всяком разном и выпивая. Иногда брюнетка даже светилась на его стримах. Тогда им нравилось просто дружить. Проводить вместе дни напролёт, смеяться над глупыми роликами в ТикТоке, обсуждать кино и музыку, говорить о жизни. Никто и не задумывался о чем-то большем. Осень. Стало как-то больше прикосновений. Якобы случайные касания рук, заправление упавших на лицо прядей волос за ухо, а приветственные и прощальные объятия стали затягиваться на несколько минут. Затем он стал засматриваться на её тело. Сам не понял, как это получилось и с чем было связано. К друзьям обычно не чувствуют сексуального влечения, и блондин начал опасаться, как бы ему ненароком не оборвать их общение. Знал бы Егор, что девушка чувствовала то же самое. Один раз, будучи у него в гостях, она увидела парня выходящим из душа. Полотенце было завязано на массивных бёдрах, открывая вид на верхнюю часть тела, и она буквально забыла как дышать. Списала все на тот факт, что у неё просто давно не было мужчины. Приходилось потом заставлять себя смотреть ему в глаза при встречах, а не на то, как одежда обтягивает рельефные мышцы. Ей безумно хотелось прикоснуться к нему. А потом однажды, в середине зимы, в полупьяном бреду их губы вдруг соприкоснулись. Вышла вся недосказанность, всё то, что они копили в себе так долго. Благодаря алкоголю оба стали смелее, и вот их одежда уже отброшена куда-то на пол. Губы мягко исследуют чужие тела, стоны удовольствия растворяются в прохладном ночном воздухе. Он нежен и аккуратен с ней, словно боится спугнуть. Она полностью отдаётся ему и на короткое мгновение думает о том, что это уже мало похоже на дружбу. А потом чувство заполненности внизу вытесняет все мысли. И когда на следующее утро девушка просыпается в его постели, в его рубашке, прижатая к его оголённой груди, она вдруг все понимает. И не жалеет. Так все и закрутилось. В сети ни о чем не догадывались, а они не спешили о чем — либо говорить. Никто из них не обсуждал произошедшее, словно так и должно было случиться. В принципе, в их общении почти ничего не поменялось, разве что теперь он может целовать её в любое время и не бояться быть отверженным, а она имеет право таскать его вещи, ведь они большие и тёплые, как сам Егор. Кажется, они воспринимали свои отношения в качестве «курортного романа». Временное помутнение рассудка или лёгкая симпатия, которая развеется со временем, и они снова пойдут разными путями. Но почему — то от таких мыслей становилось больно. Недавно он подарил ей белого плюшевого мишку. Банально, да, но теперь она каждую ночь засыпает, крепко прижимая к себе игрушку, словно в ней есть частичка его тепла. Словно он с ней, рядом. Она скучает по нему каждую секунду. В её сердце трепетала нежная тоска, стоило только подумать о парне. Один раз мама, приехавшая погостить на выходные, сказала, что она выглядит так, будто ей разбили сердце. Вика грустно улыбнулась в ответ. Ведь все совсем наоборот. Его обволокли чем-то горячим, уютным, чтобы уберечь. Она не знала, похоже ли это на любовь, и часто размышляла на подобную тему. Что будет, когда им надоест, когда они наиграются? Будет ли больно отпускать? И если будет, то насколько сильно… Они часто сидят на полу его квартиры, укутанные в плед. По телевизору идёт какой-то фильм, громкость на нуле, но им она и не нужна. Она прижимается щекой к широкой груди, пока он обнимает за талию. Его руки мягко поглаживают обнажённые бедра и тонкие женские пальчики. Губы изредка встречаются в ленивом поцелуе. Она с благоговением слушает стук его сердца. Это убаюкивает. Поэтому уже через час брюнетка тихонько дремлет в крепких руках, окутанная его теплом. Он обожает смотреть, как она спит. Как мило морщится её носик, стоит только легонько провести подушечками пальцев по щеке, как тёплое дыхание касается шеи и слабеет хватка рук вокруг его торса. В понятии Егора способность засыпать рядом с другим человеком означает доверие, и это доверие нужно оправдать в полной мере. А её доверие для него бесценно. Обычно он перекладывает спящую девушку на кровать и несколько часов, лёжа рядом, рассматривает лицо, гладит волосы, легонько проводит по векам, словно не верит, что она здесь, с ним, настоящая. Внутри становится горячо и спокойно. Хочется забрать её себе навсегда и рвать на куски любого, кто посмеет отнять. Хочется заботиться о ней настолько, насколько он это умеет. Хочется каждую ночь охранять её сон, ведь ему удалось выяснить, что он у неё довольно чуткий. Хочется, чтобы эти секунды, когда они находятся рядом, никогда не заканчивались. Его брутальность окончательно тает, когда она находится так близко. Ласковая и мягкая, девушка способна подчинить его себе одним взглядом. И почему-то его совершенно не беспокоит, что она имеет над ним такую власть. Буквально неделю назад он пригласил её на свидание. Самое настоящее свидание, с цветами и романтическим ужином при свечах. Он явился к ней на работу поздно вечером и буквально заставил оторваться от ноутбука, что подпортило настроение брюнетке. Потом посадил к себе в машину и попутно отругал за то, что она «совсем не думает о себе и вообще нужно прекращать столько пахать». Всю дорогу девушка хмурилась и молчала, отвернувшись к окну. И не сразу заметила, что едут они вовсе не к ней домой. И даже не к нему. Да и вообще она как-то даже не подумала, что обычно он не забирает её с работы. А тут приехал. Она подозрительно уставилась на водителя, а Егор лишь легко улыбнулся, предвкушая её реакцию. Спустя несколько минут они вышли у подножия какого-то огромного стеклянного здания. Блики далёких фонарей отражались в его окнах, и Вика задрала голову, пытаясь разглядеть верхушку, но тщетно. Блондин коснулся её плеч и повёл ко входу. Они долго поднимались на лифте, где заинтересованная Виктория пыталась хоть что-то выяснить, но парень продолжал сохранять интригу, и вышли на самую крышу. Ветер сразу начал раздувать волосы и одежду, мороз щипал кожу. Здесь, наверху, было гораздо холоднее, ветреней, и Вика посильнее закуталась в чёрное пальто. Егор молча потянул девушку ближе к краю и остановил возле ограды, чуть робко обнимая её сзади. В самом низу перед ними расстилались тёмные многоэтажки и небоскрёбы, укутанные россыпью огней, медленно плыли по заснеженным дорогам автомобили и автобусы, а над головой покоилось небо, не имеющее начала и конца. Вика пораженно выдохнула, уставившись вверх, и поежилась от ледяного порыва ветра. От увиденной картины и высоты она невольно сжала руки парня на себе в качестве поддержки. — Скажешь что-нибудь? — осторожно спросил Егор, встревоженный её молчанием. Брюнетка немного помолчала, подбирая слова, а затем растянула обветренные губы в улыбке и немного повернула голову назад, дотягиваясь до его щеки и оставляя там мягкий поцелуй. — Спасибо, — прошептала она подрагивающим голосом. Он тоже улыбается, проводя кончиком носа по её, отчего Вика мило морщится. Они ужинали на той же крыше при свете фонариков на телефоне, потому что порывы ветра непрестанно задували свечи. Еда быстро остыла, и в лицо все время сыпал недавно появившийся снег, подгоняемый потоком воздуха, а букет белых роз наполовину замёрз, как и сама Вика. Но она никогда бы не посмела даже подумать о том, что свидание не удалось. Наоборот, она чувствовала себя нелепо счастливой, будто ей 16, и это её первые серьёзные отношения. Ей было плевать на освещение и вкус еды, Егор осторожно растирал ей плечи, согревал дыханием окоченевшие пальцы, а после отдал свои перчатки. Снежные хлопья попадали в рот при разговоре, и Крид то и дело хохотал над тупостью ситуации, отчего сама девушка заливалась смехом. А потом, когда ветер немного стих, они танцевали под холодным чёрным небом, над сияющими огнями ночного города. Хотя сложно было назвать это танцем, ведь по сути они просто обнимались, медленно покачиваясь под музыку. Но несмотря на все неполадки и отрицательные факторы, они оба сошлись во мнении, что это был самый потрясающий вечер за долгое время. День ото дня между ними росли чувства, крепла связь, появлялось что-то такое… незримое, но невероятно важное, и оба это ощущали. Сегодня 12 февраля, суббота, вечер. Егор находится у себя дома и умиротворенно листает тренды Ютуба. На улице снегопад: большие пушистые снежинки витают в воздухе, укутывая землю в белоснежное одеяние. Изумительное зрелище. Внезапно его идиллию прерывает звонок в дверь, и парень движется в коридор, оставляя недопитый какао на столе. На пороге его ждала Вика. Булаткин застывает, рассматривая девушку: в красных от мороза руках зажата сумочка, на голове капюшон, темные, покрытые снежными хлопьями волосы волнами ложатся до груди. Она похожа на ледяную королеву, но в отличие от той, сердце Виктории пульсирует теплом. — Привет. Я тут по делам шла неподалёку… А потом холодно стало… Согреешь? Брюнетка почти прошептывает последнее слово. Он молча притягивает к себе маленькую фигурку и прячет в медвежьих объятиях. Она слегка дрожит, привыкая к теплу, пока он прижимается губами к её лицу и легонько отчитывает за отсутствие шапки. Потом они по традиции идут на кухню за чаем с лакрицей и кардамоном, лучшим средством для согрева. Егор заботливо укрывает блондинку своей большой кофтой и наблюдает за тем, как девушка греет пальцы над горячим паром из кружки. Он не раз замечал за ней такую привычку. И эта была одна из тех вещей, которая источала в нем блаженный трепет. Когда чашки опустели, а девушка немного отогрелась, они переместились в спальню. Вика о чем-то увлечённо рассказывала, поджав к себе колени, а он только кивал головой, улавливая взглядом каждое её движение. А потом Егор прервал поток слов лёгким, как крылья мотылька, поцелуем — мимолетное касание губ, и только. Но она поняла намёк, и её тут же охватил трепет. Снова поцелуй, но уже более чувственный, более огненный. Парень медленно убрал волосы с шеи брюнетки, он чувствовал её ответное желание, видел доверие в васильковых глазах. Провел носом от скулы до виска и сжал губами мочку уха, получая в ответ громкий вдох. — Егор… — Тшш… Мягкие поцелуи в шею, аккуратные поглаживания и тепло, исходящее от парня, помутнили рассудок. Волны мурашек пробегали одна за другой, и она доверчиво откинула вбок голову, позволяя оставлять влажные следы. Его руки пробираются под толстовку и находят застежку бюстгальтера. Её пальцы нервно, слегка подрагивая, тянут вверх его ненужную футболку. Скоро на них не остаётся ничего, кроме нижнего белья, но оно тоже отлетает в сторону. Он выцеловывает каждый миллиметр её спины, плечей и ключиц, и она млеет от тепла и нежности его губ. Руки упираются в грудь, идеальные ноготочки медленно проводят вниз, царапая кожу. Она сладко поскуливает от удовольствия, когда он ласкает грудь, спускается к животу и оставляет там мокрую дорожку. Тёплое дыхание приятно опаляет и щекочет кожу, она снова покрывается мурашками. Блондин закидывает одну ногу девушки к себе на спину и накрывает губами эпицентр её возбуждения. В лёгкие вливается сладкий аромат её кожи, что ещё больше разжигает огонь в груди, и это чувство ошеломляет. Он не спеша целует там, мурлыкая от наслаждения. Она с глубоким стоном выгибает спину и кладёт руки на затылок, прижимая ближе. Нежно проводит пальцами по светлым волосам и слегка тянет, когда он прикусывает клитор. Внизу все полыхало, тело казалось раскаленным пламенем, но ради такого точно не жалко сгореть дотла. Он останавливается лишь когда она стонет его имя и умоляет войти. Они не медлят ни секунды. Он скользит внутрь, и мышцы влагалища начинают сокращаться, плотно обхватывая половой орган, когда он упирается в неё. Парень тяжело выдыхает ей в шею, а она впивается пальцами в простыни, сжимая их. Спустя пару секунд привыкания он начинает неспеша двигаться в ней. Мышцы его предплечий и спины напряжены, и девушка кайфует от ощущения такой силы под ладонями. А она под ним, такая податливая, хрупкая. И ей впервые хочется подчиняться, а не вести. Когда они вошли во вкус, движения стали быстрее и глубже, он заполнял её полностью, а она кусала губы от кайфа. На лбу начал проступать пот, воздуха не хватало, возбуждение все нарастало и нарастало, уверенно доходя до точки возврата. Так влажно, сладко и горячо. На её ресницах выступили слезы от переполняющих эмоций. И вот, пару минут спустя, тело девушки начинает вздрагивать, а сознание будто утонуло в вязком тумане, и нет сил думать о чем-либо. Она словно потерялась в реальности, но это ощущение было восхитительным. Когда Вика приходит в себя, то чувствует внутри пульсацию, а потом резкое опустошение, от чего слегка морщится. Они тяжело дышат, губами перехватывая друг у друга дыхание. Егор убирает прядь волос с её лица, большим пальцем вытирает мокрую дорожку на щеке и оставляет там успокаивающий поцелуй. Вика ловит его руку и слабо переплетает со своей. Тело становилось ватным, глаза закрывались. — Согрелась? — улыбаясь, спрашивает парень. Она лишь обвивает его шею, утыкается в неё носом и произносит короткое «угу». На улице воет ветер и бушует вьюга, а они снова засыпают в одной кровати, не отпуская друг друга даже на миллиметр. И в полусонном состоянии ей плевать, любовь это или мимолетная симпатия. Достаточно уверенности в том, что сейчас он принадлежит ей, а она ему. И неважно как долго это продлится, важно, что в этот самый миг они по — настоящему счастливы.

И так холодно пальцам Твоих мыслей касаться. Как опять не влюбляться — В тебя не влюбяться, скажи…