...
11 сентября 2022 г., 17:33
— Я… сдаюсь! — раздался измождённый голос Алисы, она почти хрипела. Её движения стали вялые и медленные, а усталые орехового цвета глаза перестали блестеть. Губы обветрились, лицо посерело, и она выпустила из рук Вострый Меч. Тот с характерным звоном ударился об камни и полетел в пропасть. Бармаглот застыл, провожая взглядом падающий меч.
Солдаты обоих королевств, услышав слова уже не Бравного и уже не Воина, перестали биться, и каждый посмотрел на свою королеву, ожидая дальнейших указаний.
Мирана пребывала в глубочайшем шоке, в её глазах застыл испуг, а уголки чёрных губ поползли вниз. Таррант разочарованно посмотрел на тяжело шагающую к ним Алису. Она бренчала доспехами и морщилась от неприятного звона металла. Вручив щит Тарранту, она повалилась на землю, глотая ртом воздух.
Даже Ирацибета, которой сейчас вообще-то нужно было начать кричать что-то про «голову с плеч ей», изумлённо замерла, переводя взгляд с Алисы на Бармаглота и обратно.
Никто ничего не понимал, в том числе и сама Алиса, которую резко покинули силы, а все мышцы и конечности заныли, призывая свою хозяйку остановиться и прекратить бегать, прыгать и размахивать тяжеленным мечом.
— Твой Бравный Воин проиграл, сестра, — подала голос Ирацибета, с презрением глядя на Алису. Презрение в её глазах мешалось с жалостью. А, нет, показалось.
— Не проиграл, а сдался. Это разное, — уклончиво ответила Мирана. Тонкий голосок дрожал.
— Какая разница, если корона остаётся при мне, при настоящей королеве, — фыркнула она, пренебрежительным взглядом смерив белую фигурку младшей сестры.
Алиса обхватила голову руками, зарываясь в золотистые волосы пальцами в доспехах. И что-то шептала про то, что невозможное оказалось невозможным. Она таки излучала боль и разочарование в самой себе.
— Бармаглот, можешь возвращаться к себе, умница, — похвалила его Ирацибета, одобрительно качнув головой.
Дракон что-то проурчал, затем взмахнул большими крыльями и полетел к своему гнезду, временно заслоняя собой серое небо.
— Что же ты будешь делать, Мирана? — поддразнила младшую сестру Красная, картавя её имя. — Кто теперь твой Бравный Воин? — издеваясь, спросила она, делая акцент на ключевом слове.
Белая молчала. И правда, какая же она королева без короны? Даже Воина своего нет. А, главное, сама-то она знала правду, прекрасно знала — почему она не истинная правительница Подземья, что это она всё напортила, но необходимо было сохранять лицо.
— Алиса остаётся со мной, — заявила Ирацибета. — Как выигравшая сторона я имею на неё право.
Совсем не Бравный и тем более не Воин подняла голову, с жуткой мольбой в глазах посмотрела на рядом стоящую Мирану.
— Я ничего не могу сделать, милая, — растерянно пролепетала Белая. — Как бы это ни было прискорбно, она… права, — выдавила Мирана.
— Хватит нюни распускать, — грубо и отрывисто бросила Ирацибета. — Ты никакая не королева, ты вообще ничего не решаешь. Как я хочу, так и будет. Она остаётся со мной! — для Алисы слова Ирацибеты были как гром среди ясного неба. Ошарашивающие и прекрасно дающие понять, что больше ничего хорошего её в Стране Чудес не ждёт. Чудеса кончились.
***
— Я долго думала, что с тобой сделать, — доложила Ирацибета, ходя взад-вперёд перед клеткой, в которой сидела Алиса. — Ты сделала достаточно, чтобы я захотела тебя казнить, — услышав это, блондинка вздрогнула. — О, не делай вид, что не понимаешь — за что, — королева, очевидно, заметила то, как погрустнела Алиса. И «погрустнела» — не то слово. — Ты изначально выдавала себя за какую-то Ам, нагло обманывая меня, ты заигрывала со Стейном, зная, что здесь всё принадлежит мне, ты украла Вострый Меч, сманила Брандашмыга на свою сторону, ты чуть не убила Бармаглота. Ты сделала слишком много преступлений, чтобы остаться в живых, — негромко сообщила Ирацибета. — Помнишь, в детстве ты красила у меня белые розы красной краской? Алиса не поняла такого резкого перехода на другую тему. Немного подумав, она кивнула. Кстати, да, а при чём здесь розы? — Они тогда погибли. Завяли, умерли, сгнили, перестали расти — я не знаю, как это называется, — напряглась Ирацибета, нервничая из-за того, что не может подобрать правильное название произошедшему тогда с её милыми розочками. — И всё из-за твоей идиотской идеи покрасить их. «— Алиса, — растягивая буквы, медленно произнесла Ирацибета. Она сверху вниз смотрела на малышку в голубом платье, смеривая ту не очень довольным взглядом. Так непривычно было сверху смотреть на кого-то. Маленькая блондинка невинно взглянула на королеву из-под ресниц. — Да, Ваше Величество? — Почему ты думаешь, что покрасить белые розы красной краской — хорошая идея? — немного задумчиво спросила Ирацибета. — Ну, они же станут красными… Ваше Величество, — вежливо объяснила малышка, чуть не забыв в конце прибавить обращение к королеве. — Почему бы не отрубить головы прежним садовникам и не высадить новые кусты с уже красными розами, вместо того, чтобы красить белые в нужный цвет? — мрачновато спросила она, явно не понимая — зачем красить розы. — Ваше Величество, розы ещё расти долго будут, а эти можно просто покрасить, и новые кусты не нужно будет высаживать, — аккуратно заметила она, поёжившись на фразе королевы, когда та заявила, что можно просто лишить виновных голов. — Да? — оживилась Ирацибета. — Да, Ваше Величество, только, пожалуйста, не отрубайте им головы. Я Вам покрашу розы, но не надо казнить садовников, — попросила Алиса, заводя руки за спину и качаясь взад-вперёд, переваливаясь с носков на пятки и обратно. Красная Королева криво улыбнулась и кивнула на Алису. — Выдать ей кисть и банку с краской…» — Краска была ненатуральная, видимо… — тихо ответила с пола Алиса, ковыряя ногтём стену тюремной камеры. Девушка забилась куда-то в угол, наивно надеясь, что там её не достанут. — Как жаль, что ты поняла это так поздно, — осклабилась Ирацибета. — Что ж, Мрамория завоёвана мной, Мирана со своими прихвостнями отправлена в ссылку, так что, фактически, Мрамория теперь не Мрамория, а Скарлет. Да, тем местам я дала новое более подходящее название. Замок там перестраивается под вторую мою резиденцию, а вот что прикажешь делать с кустами ужасных белых роз? Вырвать с корнями кусты и посадить красные? Или всё же покрасить? — ехидно спросила Ирацибета, приблизившись к клетке с Алисой. Девушка с поднятой головой смотрела на Королеву. Ореховые глаза смотрят прямо в тёмно-шоколадные, а приоткрытые разбитые губы Алисы слегка шевелятся, беззвучно моля о пощаде. Золотистые волосы словно пакля лежали на плечах, прикрывая грязные и ободранные плечи заключённой. — Выглядишь жалко, — не впечатлилась Ирацибета, продолжив бессмысленно ходить перед клеткой. — Впрочем, скоро твои мучения закончатся. Я уже приняла решение, которое одновременно поможет мне определиться с проблемой твоего существования и проблемой белых роз. — Отпустите меня обратно домой, — всхлипнула с пола Алиса. — Нет-нет-нет, я уже всё решила, ты ничего не изменишь, — небрежно ответила Ирацибета. — Палач, на эшафот её. Подготовь ёмкость для того, чтобы собрать кровь девчонки. И чтобы ни капли не пролилось просто так, — приказала Королева, ухмыльнувшись. Откуда-то из темноты вышел человек в кожаной маске, закрывающей всё лицо. Лезвие топора в виде сердца блеснуло в редких лучах солнца, попадавших в темницу через крохотные окошки в стенах. Пришло время считать минуты до собственной смерти, Алиса.***
— Крась аккуратнее! Тоже хочешь лишиться головы? — взвизгнула Ирацибета, наблюдая то, как человек, назвавший себя художником, использует слишком много крови и совсем не экономит её, из-за чего она капает с лепестков на траву и впитывается в землю. — Я, конечно, могу использовать кровь любого другого человека, но я хочу, чтобы розы были символично покрашены кровью Алисы, благодаря которой я одержала победу и захватила территорию, принадлежащую ненаглядной сестричке. Ранее принадлежащую. А черепу неудавшейся воительницы оставалось лишь пылиться на письменном столике в кабинете Ирацибеты, раз за разом напоминая Красной Королеве о победе в Бравный День.На розовых стеблях шипы так остры,
А моя ненависть так необъятна.
Полирует с усердьем палач топоры.
Там, на розах, кровавые пятна…
