Жизнь Гермионы Грейнджер

Ночь. Улица. Фонарь. Аптека. Бессмысленный и тусклый свет Живи еще хоть четверть века Все будет так. Исхода нет А.А.Блок

Я сколько себя помню — люблю читать. А поэзия занимает в моем сердце особое место. Сонеты Шекспира и стихи Маяковского мои фавориты. Но сегодня мое настроение описывает именно Блок. В детстве я всегда была одна. Меня не привлекали обычные детские забавы. Для всех я была зубрилкой, заучкой, ботаником. В Хогвартсе — грязнокровкой и до 31 октября со мной никто не общался. А потом начались 7 безбашенных лет с Гарри и Роном. Поиски Философского камня, Тайная комната, Сириус Блэк, Турнир трех волшебников, Отдел Тайн, Вторая магическая война — это было интересно в целом. Мне необходимо было постоянно развиваться, дабы помочь Гарри, да и чтобы просто выжить. Я перечитала, наверное, практически всю библиотеку Хогвартса. Но, вот это треклятое 2 мая. Для всех это день победы. А я ненавижу этот день. Просто ненавижу. Он забрал у меня самое дорогое. Моих мальчиков. Рона и Гарри. Рон… Его поразил луч Беллы. Он закрыл собой Джинни. Джинни, Я и Полумна вели бой с любимицей Лорда. Три девчонки против самой ярой последовательницы Тома — сами понимаете, бой не равный. Чем отбросило меня и Луну я не знаю. Было трудно что-то понять. В Джинни попал Петрификус. Чертов Петрификус. Она стала легкой добычей для Беллы. Стала бы, если Рон не заметил бы это. И просто бросился на Джинни. Луч попал прямиком в него. От крика Джинни на несколько секунд остановилось все сражение. Месть была мгновенной. Заклинание Молли было настолько сильным, что от Беллы не осталось и следа. Том не оставил без внимания убийство Беллы. Да, ему была чужда любовь, но преданность он ценил. Волан-де-Морт направил палочку на Молли, но Гарри поставил нереально мощное Протего. (Да, сила заклинания напрямую зависит от эмоций. Доказано многократно). В этот момент внутри меня что-то ожило. Гарри жив. Слава Мерлину. Про дуэль Гарри и Тома говорили многие. Не хочу повторяться. Я побежала к Гарри первая. Черт, лучше бы я никогда этого не делала. Теодор Нотт. Как же я его ненавижу. Пожалуй, даже больше Тома. Тот миг до сих пор помню в мельчайших подробностях. Я подбегаю к Гарри, обнимаю его, а он прижимает меня к себе и резко разворачивает нас на 180 градусов. 1 секунда. «Я люблю тебя» срывается одновременно с наших губ. Зеленый луч. И Гарри, мой милый Гарри, обмяк в моих руках. Под тяжестью его тела и дикой душевной болью я упала. Дальше была какая-то суматоха. Но отчетливо помню крик. Мой крик. А через пару я минут отключилась. Проснулась я уже в больничном крыле. Я не сразу вспомнила, что произошло. Пару минут безмятежности. А затем осознание. Я просто сидела на кровати, обхватив колени руками и прижимая их к себе, не задумываясь о времени и прочем. Больше всего в тот момент меня радовало наличие ширмы, поскольку меньше всего я хотела постороннего внимания. Я даже надеялась, что меня просто забудут, и я умру. Но, потом… Мне пришла в голову мысль, которая заставляет меня жить и сегодня. Гарри закрыл меня собой. Отдал жизнь, чтобы я жила. Я встала с кровати, взяла палочку и вышла их своего «укрытия». — Как твое физическое состояние? — Все в порядке. Этот короткий диалог был неотъемлемой частью каждого выжившего в этой битве. Мне очень нравится точность формулировки. Ведь, вопрос «Как ты?» включает в себя и душевное состояние. И ответ «Все в порядке» был бы самой чистой ложью. У меня было несколько первостепенных задач: 1. Рассказать все тонкости событий Макгонагл. 2. Связаться с миссис Тонкс по поводу Тедди. 3. Последняя воля Гарри. 4. Последняя воля Рона. 5. Физический труд. Любой. Душевная боль оглушала. Мне повезло найти Минерву довольно быстро. — Извините, мне нужно вам рассказать ряд важных моментов, профессор. Это не может подождать. Здесь и сейчас.– Обратилась я к профессору, и не дожидаясь ответа, продолжила: — Первое. Северус Снейп всегда был на защите Хогвартса, а точнее Гарри. Подтверждения этому — воспоминания. Колба находится в Кабинете директора. Второе. Секрет Тома — крестражи. Дневник, Кольцо Мраксов, Медальон Слизерин, Чаща Пуфендуй, Диадема Когтевран, Змея Нагайна и Гарри. Все они уничтожены. Поиск и уничтожение крестражей и было нашим секретным заданием от Дамблдора. Выручай комната уничтожена адским пламенем. Третье. Гарри хотел быть похороненным в Годриковой Впадине. Подтверждение — мои воспоминания. К сожалению, официальных документов мы не писали. Четвертое. Рон хотел быть похоронен в родной деревне Оттери-Сент-Кэчпоул. Подтверждение — мои воспоминания. К сожалению, официальных документов мы не писали. Пятое. Чем я могу помочь в восстановлении замка, уборке и т.д.? — Хорошо, я тебя поняла, — устало ответила женщина, — только, было принято решение хоронить всех погибших рядом с Дамблдором. — Я буду настаивать на исполнение последней воли Рона и Гарри. Меня не интересует, кто и что решил. — Нам нужно поговорить с Кингсли. Он ВРИО Министра Магии. — Хорошо. Так, 4 пункта из 5 практически выполнены. Еще чуть-чуть. — Кингсли, — обратилась к мужчине профессор, — в похоронную процессию нужно внести изменения. — Какие? Найдены еще тела? — Темнокожий маг видимо напрягся. Услышать о гибели еще кого-то было просто невыносимо. — Нет, нет. — успокоила его Минерва, — Мисс Грейнджер сейчас вам все объяснит. Я посмотрела на Кингсли. На долю секунды у меня прокралась мысль, что я отвлекаю его ерундой. Что совершенно не важно, кто и где будет похоронен. Но, разве люди, отдавшие жизнь во имя других не заслужили исполнения их воли? Глупый вопрос. Я решительно посмотрела на Кингсли и передала последнюю просьбу моих друзей. — Гермиона, но, как же так? Они же герои и… — начал было Бруствер, но я перебила его. Сейчас было не до правил вежливости. — Вот поэтому и должно быть так, как они хотели. В случае вашего отказа я обращусь к гоблинам. А вы прекрасно знаете, чем грозит неисполнение завещаний. Не поймите меня не правильно. Гарри и Рон были самым дорогими людьми в моей жизни. Так что, я не перед чем не остановлюсь. — Хорошо.– немного подумав, ответил Кингсли. Он знал меня достаточно хорошо, чтобы понять, что я действительно добьюсь своего. — Спасибо. Не подскажите, где я могу найти Андромеду Тонкс? — У озера. Кингсли оказался прав. Андромеда действительно там. Она гуляла с Тедди. И знаете, по ней было видно, что она Блэк. Несмотря на то, что она потеряла мужа, дочь, зятя, какую-никакую сестру женщина — держала себя в руках и очень нежно улыбалась Тедди. — Здравствуйте, миссис Тонкс. — Здравствуйте, Гермиона, правильно? — Да, вы правы. Миссис Тонкс, мне нужно с вами поговорить. — Да, конечно. Я глубоко вздохнула и выпалила на одном дыхании: — Можно я буду помогать Вам с воспитанием Тедди? Для меня это очень важно. Женщина слегка удивленно посмотрела на меня, а затем тепло улыбнулась: — Милая, конечно. Дора и Ремус были о тебе очень высокого мнения. Я думаю, они были бы только рады. И да, зови меня Андромедой. Не стоит официальностей. — Хорошо, Андромеда. А можно мне подержать Тедди? — Конечно да. Самое главное придерживай голову ему. — Да, хорошо. Это было невероятное чувство. Чадо еще не могло осознать, что осталось сиротой. Но, в этот момент я поняла, что сделаю все, для его счастья. В память о его родителях, Доре и Ремусе, в память о его крестном, Гарри. — Милая, кажется, тебя ищут — обратилась ко мне Андромеда, забирая Тедди. Я обернулась. К нам бежали Фред и Джордж Уизли. — Да, вы правы, — сказала я, мысленно ругая себя за то, что совсем забыла с ними поговорить о последней воле Рона и Гарри. Фред и Джордж подбежали к нам. Вечные весельчаки были болезненно серьезны. — Гермиона, Кингсли сказал, что нам нужно с тобой поговорить. О чем? — Да, нужно. — Начала я, — вы знаете, что я, Гарри и Рон несколько месяцев странствовали в поисках крестражей. — Крестражей? — Удивлённо спросила Андромеда. — А что это? — Непонимающе спросили Фред и Джордж. — Сейчас не это главное. Рон, я и Гарри рассказали друг другу свою последнюю волю. Если кратко, сделали что-то вроде словесных завещаний. Так вот, Рон просил похоронить его в Оттери-Сент-Кэчпоул. Гарри в Годриковой Впадине. Министр дал свое согласие на это. — Вот как. И как тебе удалось убедить министра? Особенно по поводу Гарри? — поинтересовался Фред. — Гарри и Рон — все, что у меня было. И я очень решительно настроена. Ну, и знания помогли. В случае неисполнения завещания у министра могут возникнуть большие проблемы с гоблинами. А новые потрясения сейчас никому не нужны. Вот он и согласился. Вы же не против этого? — Спросила я, хотя меня не сильно это волновало, если честно. — Конечно нет. Так даже лучше, если честно. Нужно сообщить об этом родителям. — Ответил Джордж. Фред согласно кивнул. — Если хотите, я могу это сделать. — Я предложила свою помощь в этом нелегком вопросе для того, чтобы, точно быть уверенной, что все будет так, как хотели мои мальчишки. — Если тебе не трудно. Спасибо. — К счастью, близнецы приняли её. Что ж. Попрощавшись с Тедди и Медой, я отправилась с близнецами. Разговор с Молли и Артуром дался мне трудно. Но, меня порадовало, что они согласились со мной. Похороны прошли тяжело, но это и не удивительно. Церемония проходила 4 мая. О том, что некоторых погибших хоронят не на территории Хогвартса, знали не многие. Семья Уизли, Я, Министр, Минерва Макгонагл, Андромеда, Невилл и Луна, может быть еще несколько человек. В Хогвартсе процессия должна была начаться ближе к вечеру, около 3 часов дня. Утром же мы сначала проводили в последний путь Рона. А затем и Гарри. К удивлению присутствующих Дурсли тоже были на похоронах. Я подумала, что скрывать от них смерть племянника как-то неправильно, поэтому посетила их вечером, 2 мая. — Здравствуйте, мистер и миссис Дурсль, Дадли. Я Гермиона Грейнджер. Подруга Гарри. Мне нужно с вами поговорить. Это не займет у вас много времени. И да, после нашего разговора вы сможете вернуться в ваш дом. Теперь опасности нет. Сегодня утром Волан-де-Морт проиграл пал. Ваш племянник, Гарри, смог одолеть его. — я говорила достаточно медленно, особо не вглядываясь в лица собеседников, но не смогла не заметить, что по мере того, как я все это говорила, на лице Петуньи Дурсль появлялась улыбка, а Дадли и мистер Дурсль заметно расслаблялись. — Да? Это же просто замечательно. А где же сам Гарри? Да, у нас с ним были не самые лучшие отношения, но, за последнее время мы многое переосмыслили. — Радостно произнесла Петунья. — Гарри погиб. — Погиб? — удивленно и с болью в голосе спросил Дадли. — К сожалению — произнесла я, закрыв глаза и сжав кулаки, дабы не давать воли эмоциям — А мы можем присутствовать на похоронах? — Спросил Вернон, прижимая к себе, еле сдерживающую слезы, Петунью. — Да. Только вам придется воспользоваться порталом. Все-таки расстояние большое, и я не могу вам предложить что-то не связанное с магией. — Да, да конечно. — Ответил Мистер Дурсль. — Лили и Джеймс похоронены там же, да? — шепотом спросила Петунья. — Да. Гарри будет похоронен рядом с ними. Это была его просьба. Да, забыла сказать. Похороны состоятся в 11 часов. Скорее всего я приду за вами в 10-40 или 10-45. Просто в 8 часов утра начнутся похороны Рона. Я, Рон и Гарри были очень близки, практически семьей. Поэтому, раньше не смогу вас забрать. — Не переживайте, мы все понимаем, Гермиона. Спасибо за то, что сообщила нам. — Да не за что. И, можно небольшую просьбу? — Конечно, все что угодно. — Можно я останусь у вас буквально на час. Я просто очень сильно устала. И если трансгрессирую, то не смогу избежать расщепа. — Милая, можешь остаться на ночь. Тебе нужно поспать. Наверху есть свободная спальня. Мы готовили ее для Гарри… Но, что-то мне подсказывает, что он был бы не против, чтобы ты осталась там на ночь. — Я вам очень признательна. Спасибо. — Гермиона, а можно вопрос? — Да, все что угодно. — А ты знаешь Северуса Снейпа? — Знала. Он был профессором зельеварения и двойным агентом в этой войне. Том и Дамблдор, каждый считали его своим соратником. Но, до конца он был верен Лили, Вашей сестре, миссис Дурсль и делал все, чтобы защитить Гарри. Он погиб в битве за Хогвартс. — Невероятная сила любви… Просто, эх, Северус… –Я знала еще нескольких человек. Они были друзьями Джеймса. Один раз, летом, вчетвером приезжали к Лили. Но, я не помню их имена — Сириус, Ремус и Питер. Сириус погиб 2 года назад. В битве при министерстве. Ремус погиб в битве за Хогвартс, вместе со своей супругой. У них остался сын Тедди. Ему и месяца нет еще. Питер… А Питер предатель. В 1981 г. именно он выдал Тому местоположение Лили и Джеймса Поттер, а также их сына Гарри. Он погиб несколько дней назад. — Все погибли? Это просто кошмар. — Война. В битве за Хогвартс 54 погибших. Из взрослых — это чета Люпин, Северус и два профессора Хогвартса. Все остальные — дети. — Но почему взрослые не защитили вас? Это не правильно. Так не должно быть. — Знаете, когда «главное оружие» — это ребенок, я сейчас говорю про Гарри, все идет наперекосяк. А еще, когда идет война, то ты сразу же перестаешь быть ребенком. Ты начинаешь бороться за жизнь семьи, друзей и, в последнюю очередь, за себя. Войне не важен возраст, пол, раса… — Я сделала небольшую паузу. Сил продолжать разговор больше не было. — А теперь можно я пойду? Простите, но, я очень сильно устала. — Да, да, конечно, иди, милая, отдыхай. Я поднялась в комнату, легла на кровать и моментально уснула. Я даже не раздевалась. Меня разбудила миссис Дурсль. — Гермиона, проснись, пожалуйста. Тебя ищут Невилл и Луна. Я сразу же вскочила — Невилл и Луна? О мерлин, я же никого не предупредила о том, что останусь у вас. Я даже и не подумала про это. — Тише, тише. Не переживай так. Все хорошо. Ты просто вчера была сильно уставшей. Ничего страшного не произошло. Невилл и Луна ждут тебя на кухне. Пойдем. Миссис Дурсль взяла меня за руку, и мы спустили на кухню. Петунья оставила нас одних. — Ребят, простите. Я забыла. Точнее, даже не подумала. Не знаю, просто… — Гермиона, все хорошо. Миссис Дурсль все нам объяснила. Мы сообщили в Хогвартс. Ничего страшного не произошло. Ты просто устала. Все это понимают. Слова Невилла и объятия Луны успокоили меня. — Спасибо. Нам нужно отправляться в Хогвартс? — Да. Там очень много дел. — Хорошо. Простившись с Дурслями, я, Луна и Невилл трансгрессировали в Хогвартс. Весь день мы убирались, восстанавливали то, что могли, готовились к церемонии похорон. Я приняла решение идти только на похороны Рона и Гарри. Больше я просто не вынесу. Да и во время церемонии в Хогвартсе кому-то нужно будет посидеть с Тедди. Ночь я провела у Андромеды, так как оставаться в Хогвартсе не было никакого желания. Похороны Рона и Гарри прошли тихо и можно сказать, что в узком семейном кругу. Мои мальчики были награждены посмертно Орденом Мерлина Первой степени. Меня тоже удостоили такой награды. Так как я отказалась участвовать в официальной церемонии, Министр вручил мне его вместе с орденом Гарри, на церемонии в Годриковой Впадине. По традиции, награду погибшего Героя передают родственникам, но Дурсли посчитали, что именно я должна ее получить. После я забрала Тедди у Андромеды и по приглашению Петуньи отправилась к ним. Мы пили чай и говорили. Я рассказывала им о Гарри, о войне, о Хогвартсе. Петунья же делилась историями о Лили. Вечером мы очень тепло расстались. С уверенностью могу сказать, что война изменила даже их. А дальше шла череда дней, когда мы восстанавливали Хогвартс. С помощью магии работа шла быстро, но даже с ней у нас ушел целый месяц. И все равно оставались еще множество мелких доработок и т.д. Желающим предложили сдать переводные экзамены в августе. Это было для тех, кто хотел перейти на следующий курс. Можно было попробовать сдать СОВ и ЖАБА. В случаи не сдачи — тебя зачисляли на тот курс, на котором ты должен был учиться в 1997-1998 учебном году. Я сдала ЖАБА, чтобы просто иметь законченное образование и не возвращаться в Хогвартс. А потом была Австралия. Мне удалось найти родителей. Но вот вернуть память я им не смогла. В Мунго мне объяснили, что были внесены слишком большие изменения и на достаточно длительный период. Что-то сделать просто невозможно. Что ж… Чудно. Мне кажется, если бы ни Тедди, то я бы уже сошла с ума. А еще я столкнулась с такой проблемой, что не знаю, что я хочу. Кем я хочу быть? Какую профессию выбрать? Все взвесив, я решила принять предложение Кингсли и стать его первым помощником. Общество требовало изменений. Что ж, это было в моих силах. *** И вот прошло 10 лет. Я могу сказать, что цель выполнена. Изменения коснулись абсолютно всех сфер жизни. Было полностью пересмотрено законодательство. Открылась школа для детей, страдающих ликантропией. Магические расы уравнены в правах и много многое другое. Меня называют железной леди. Общество меня уважает. Подчиненные уважают и немного боятся. Вчера я стала самым молодым министром магии в истории. Кингсли отбыл два срока на этом посту и ушел на заслуженный отдых. Все мое окружение, как мне кажется, наконец-то, смирилось с тем, что замуж я не собираюсь. Единственный «мужчина» в моей жизни, как многие шутили, — это Тедди. После того, как я вернулась из Австралии, Андромеда предложила жить у нее и я согласилась. Тедди — просто замечательный ребенок. Невероятно добрый и довольно способный. По моему настоянию он ходит в магловскую школу. И там он отличник. Я нахожусь в прекрасных отношениях с Дурслями. Даже являюсь крестной Стефани — дочки Дадли. Безусловно, я научилась жить за эти годы без Гарри и Рона. Все было не плохо. Кроме одного. Даже по прошествии десяти лет я не могу нормально спать. Кошмары — неотъемлемая часть моей жизни. Ну, и ночные истерики, в связи с чем на комнате всегда наложены заглушающие чары. Ночь я одиночество и тоска накрывают меня с ног до головы, пробираются в каждую клеточку моего тела и потихоньку медленно убивают меня. Да, рядом со мной много людей, друзей и близких. Но, всегда есть треклятое «НО». Первое время я пыталась бороться. Ходила к психологам, психиатрам, обращалась Мунго. Но особого результата не получила. Мне ничего не помогло. Абсолютно ничего. И я смирилась. Приняла как данное. Несколько раз в месяц я сплю с зельем сна без сновидений. Но, только 2-3 раза, не больше. Данная проблема — моя маленькая тайна. О ней никто не знает. Правда, мне пришлось выучить пару косметических заклинаний, чтобы убирать бледность и синяки под глазами. За все это время я ни разу не была на годовщине победы. Да и в принципе светские мероприятия обхожу стороной. 2 мая утром я сначала отправляюсь в Оттери-Сент-Кэчпоул. Посещая могилу Рона, затем навещаю семейство Уизли. Во второй половине дня я отправляюсь в Годрикову Впадину и навещаю Гарри. Я рассказываю мои мальчишкам все, что произошло с момента моего последнего посещения. Вечером я возвращаюсь домой. Обычно, к нам приходят Невилл и Луна со своими детьми. Пока дети играют, мы вспоминаем. Только в своей комнате я даю волю эмоциям. Интересная жизнь, не правда ли? Но я живу. И стараюсь сделать для мира, для Англии, для семьи что-то важное. Чтобы смерть Гарри была не напрасной. В момент, когда у меня опускаются руки, я всегда думаю о том, что мне дали шанс. И я не имею права им не воспользоваться. Джинни меня понимала в этом плане как никто другой. И знаете, сегодня — она игрок в квиддич с мировым именем. Она с головой ушла в карьеру и Молли перестала ждать от нее внуков. Пункт по поводу семьи для нас почему-то стал невыполнимым. При желании, мы могли бы освободить время на личную жизнь, но с каждым годом мы делаем все, чтобы свободного времени у нас было как можно меньше. И я, Гермиона Грейнджер, не знаю, к чему это может привести. За год в кресле министра я стала практически полностью седой. А мне всего лишь 30. Колдомедики заявили, что причина этому — практически полное отсутствие сна вот уже 11 лет. Но как решить эту проблему — они не знают. Даже консилиум международный собирали. И ничего. Хотя, нет, кое-что они мне сказали. — Мисс Грейнджер, если не найти решения данной проблемы, то… — Мистер Тренс, говорите прямо. Смерть меня не пугает. Поверьте, есть вещи намного хуже. — Вы не проживете более двух лет. Это при самом лучшем раскладе. Данные диагностики плохие. — Хорошо. Спасибо. Что ж, надо заняться подготовкой преемника. Я должна быть уверена, что оставляю «кресло» в надежные руки. — Вы не верите, что найдется решение? — Почему же. Знаете, я верю во все. Просто, нужно быть готовой ко всему. Особенно к смерти. Военная привычка. — Это многое объясняет. ¬ До свидания, мистер Тренс. — Всего доброго, Мисс Грейнджер Два года. Это много. Я увидела, как получил письмо из Хогвартса Тедди, и проводила его на платформе 9 и ¾. Хмм, если все сложиться хорошо, то я даже успею увидеть, как получит письмо и пойдет в Хогвартс моя крестница Лилиана, дочь Невилла и Полумны. Меде с Тедди помогут Лонгботомы, Уизли, Дурсли. Преемник… Вот тут проблема. Надо бы посоветоваться с Кингсли. Так, а начать стоит с завещания. Кажется, пора посетить гоблинов. Гринготс всегда казался мне привлекательно-загадочным. Это было первое волшебное место, которое я посетила в своей жизни. И оно навсегда запало мне в душу. Гоблины делают все очень быстро. Буквально 15 минут — и я уже держала в руках копию завещания. Там было всего 2 пункта. 1. Прощу похоронить меня в Годриковой Впадине рядом с Гарри Джеймсом Поттером. 2. Все мои средства, имеющиеся на счетах в Хогвартсе я прошу разделить в равных долях между Тедди Люпином, Лилианой Лонгботом и Стефанией Дурсль (примечание: она магл. Деньги следует передать Дадли Дурслю, живущему по адресу Литтл-Уингинг, Тисовая улица 4) Следующим моим пунктом был разговор с Кинглси. Мы договорились встретиться в моем кабинете. — Гермиона, что-то случилось? Ты сказала, что встретиться нужно как можно быстрее. — У меня большие проблемы со здоровьем. Врачи и колдомедики ничего не могут сделать. Пока что решения проблемы нет. Если они его не найдут, то я проживу максимум 2 года. Это при самом хорошем раскладе. Поэтому, мне бы хотелось обсудить тему приемника. Я думаю на счет Перси Уизли. Нет, конечно, лучшим вариантом были бы, но… — Стоп, подожди, как два года? Я ничего не понимаю. — Кингсли смотрел на меня полностью растерянным взглядом. — Скажем так, война не прошла для моего организма бесследно. И мне необходимо все подготовить и тут я не справлюсь без Вас. — Но, Гермиона, должен же быть какой-то выход. — Его нет. Но, меня это не пугает. И, повторюсь, я хочу хорошо подготовиться. Да, про мою болезнь никто не должен знать. Абсолютно никто. Вы поможете мне с приемником? Кингсли согласно кивнул. — Ну, вот и славно. Теперь я спокойна. Итак, что Вы думаете на счет Перси? — Да. Других вариантов я не вижу. — Хорошо. Тогда давайте начинать. Перси, войдите ко мне в кабинет (я крикнула это так сильно, как могла). — Вызывали, мисс Грейнджер? — Да. Перси. Я вижу тебя в качестве своего преемника. Я не планирую оставаться на второй срок, да скорее всего жить мне осталось не более двух лет. — Гермиона, о чем ты? Ты чем-то больна? Или на тебе какое-то проклятие? — Перси, который всегда строго следовал правилам и регламентам, упал в кресло и уставился на меня. — Последствия войны. Колдомедики и врачи не знают, как мне помочь. Да, об этом кроме вас и медицинских работников никто не знает. Это должно остаться только между нами. — Но Гермиона — Нет. Это мое решение. Я не хочу, чтобы кто-то знал. И вам бы не сказала, если бы не серьезность вопроса о моем приемнике. Пожалуйста, просто примите мое решение и все. Мне так легче. Кингсли и Перси переглянулись и медленно кивнули. — Спасибо. Что ж. Начнем подготовку, Перси. У нас много работы. Кингсли, ты в принципе можешь идти. Спасибо, что помог мне определиться. Да и просто я была рада увидеться. — Если что, я всегда готов помочь, Гермиона. Рад был увидеться. И Гермиона, я верю, что найдется способ. До свидания. Кингсли ушел. А я и Перси начали заниматься важнейшими вопросами магической Англии. Уже сегодня я поняла, что он идеально подходит на роль министра. Это меня успокоило. Англия в надежных руках. Мы освободились относительно рано, и я решила прогуляться по Лондону, чтобы детально обдумать сложившуюся ситуацию. Я определенно не хочу, чтобы кто-то знал о моей проблеме. Просто, я не хочу, чтобы за меня кто-то волновался, переживал. Не хочу доставлять близким мне людям проблемы. С помощью магии и специальных зелий я смогу поддерживать внешне-нормальное состояние до конца. В министерстве я могу положиться на Перси. Так что, все будет хорошо. И я определенно не боюсь умереть и в каком-то смысле давно готова к этому. Но мне совершенно не хочется расставаться близкими людьми. Черт, надо успокоиться. Слез никто не должен видеть. Два месяца прошли спокойно. Работа, встречи с родными. Я каждый день убеждаюсь, что, Перси будет потрясающим министром. Его работоспособность, ум, мышление поражают. Он ухватывает все налету. Ученик точно превзойдет учителя. Я с нетерпением жду Рождество. Я долго думала и решила устроить вечеринку и собрать всех близких, чтобы просто побыть вместе. Планы просто грандиозные. Самое главное — чтобы я сумела все осуществить. Последняя диагностика показала, что все идет значительно быстрее, чем предполагали медики. Они не берутся говорить о сроках. Болезнь (или что это там) прогрессирует крайне быстро. Я уже не выдерживаю прежний ритм жизни. На работе, без Перси, я бы просто не смогла. Не справилась бы. Меня трогает поддержка Кингсли и Перси. Нет, они не спрашивают каждые пять минут «Как Я», иначе бы я давно бы запустила в них Аваду. Перси следит, чтобы я не забывала есть, накладывает на меня согревающие чары, зная, что в последнее время я очень сильно мерзну. Кингсли всегда приносит горячо любимые мною пончики. Перси всегда сопровождает меня в Министерстве, объясняя это тем, что он проходит обучение и должен видеть абсолютно все мою работу. В министерстве никто не удивляются этому, ведь он мой первый помощник. Я надеюсь, что мне удастся дожить до 6 апреля. Это день рождения Лилианы. Мне невероятно хочется увидеть, как она получит письмо из Хогвартса. Проводить ее 1 сентября на платформе 9 и ¾ я уже не успею… Про 11-летие Стефани я и не думаю. Малышке всего 7 лет. Она вполне может быть волшебницей. Ее дядя и бабушка со стороны отца были очень сильными волшебниками. Мама — сквиб, а е семья достаточно старый волшебный род. А дети сквиба в большинстве случаев — волшебники. Этот вопрос я очень подробно изучила по просьбе Петуньи, когда Дадли 8 лет назад объявил о скорой женитьбе на Тессе Пруэтт (Она являлась дальней родственницей Молли Уизли) Так что у Стефани есть огромный шанс. Мне запретили трансгрессировать. В исключительных случаях — только парная трансгрессия. Но только в исключительно крайних случаев. Меня сильно огорчил этот факт. Я больше не могу посещать могилу Гарри. Но, радует, что попасть в Оттери-Сент-Кэчпоул я могу всегда. До Рождества осталось всего 13 дней. Что ж, надеюсь, все получиться. Вечеринку я организовала в доме Меды. Народу было достаточно много — трое Лонгботомов, пятеро Дурслей (Петунья, Вернон, Дадли, Тесса и малышка Стефания), Мистер и Миссис Уизли, близнецы, Перси, Кингсли, ну и конечно же Анда, Тедди и я. Когда все уселись за стол, я попросила минуту внимания. — Друзья, я безумно рада всех вас увидеть. Вы — моя семья. Мои самые дорогие люди. Я хочу сказать, что всех вас безмерно люблю и желаю вам безграничного счастья. Радуйтесь каждому мгновенью жизни и наслаждайтесь ее моментами. С Рождеством! Вверх взмыли фужеры. Все поздравляли друг друга. Краем глаза я заметила, что Перси и Кингсли смотрят на меня немного с грустью. Они понимали скрытый смысл моих слов. Два дня назад колдомедик Тренс объявил, что точка невозврата пройдена. Процесс, проходящий в моем организме, перешел в необратимую стадию. 0,01% больше нет. Зелья и магия помогают создать идеальную картинку для окружающих. Все идет слишком быстро… Но, не будем об этом. Сегодня Рождество. Невилл встал и обратился ко всем нам: — В этот прекрасный день я и Полумна хотим вам сообщить, что через шесть месяцев наша семья станет больше. Полумна беременна. Колдомедики говорят, что будет девочка. \ Все ринулись поздравлять будущих родителей. А я застыла на месте. Я никогда не увижу эту малышку. Никогда. Шесть месяцев — это слишком много. Но об этом я подумаю потом. Сейчас не время. Веселье шло полным ходом. Детвора была под «строгим» присмотром близнецов и Невилла… Главное, чтобы они не спалили дом. Все остальное быстро исправимо. Молли, Меда и Петунья разговаривали о вязании. А если быть точнее, то Молли и Андромеда учила вязать Петунью. Кингсли, Артур, Дадли и Верном обсуждали насущные мужские дела. Все были заняты, поэтому у меня появилась минута удалиться в свою комнату. Я безумно устала и замерзла. Никакое зелье не помогало мне побороть усталость. А наложить согревающие чары не было никакой возможности. Невербальная магия стала невозможной для меня. Тренс сказал, что это проявление сильного истощения организма. Зайдя в комнату, я первым делом наложила на себя их, и мне сразу стало легче. Затем была череда из различных зелий. Вуаля и картинка прекрасна. А теперь, пора идти. Вечеринка прошла очень даже хорошо. Было приятно собраться со всеми вместе. Когда все ушли, я села на кухне и просто размышляла о том, как все присутствующие сегодня люди изменились за годы жизни. В этих изменениях было много хорошего — Дурсли приняли магию, Невилл и Луна стали очень успешными и уважаемыми преподавателями. Перси стал более человечный, поменял приоритеты. Но, были и те изменения, которые пугали до дрожи. Взгляд Артура и Молли потускнел. Они очень резко постарели и стали не по-уизливски крайне серьезными. Меда всегда замирает, когда Тедди принимает облик, близкий к матери или отцу. Фред и Джордж, Луна и Невилл — да в целом на всех есть проклятый отпечаток войны. Нет, конечно, я и раньше это замечала. Просто сейчас взглянула над этим под другим углом. Черт, война не закончилась 2 мая 1998. Как бы это не звучало банально, каждый из нас ее продолжает. И будет вести до конца жизни. Видит Мерлин, мы даже военные привычки не забыли. Например сегодня, на вечеринке, в доме с мощной зашитой мы абсолютно все держали палочки при себе. В руках или в кармане — она всегда была с нами. Можно подумать, что это совпадение. Но, так происходит абсолютно на всех встречах. Где бы кто бы ни был — палочка всегда с нами. И знаете, это страшно. Столько людей не умеет жить нормально. Спокойно. Мы мечтали о мире и спокойствии. Добились его для всего магического сообщества. А сами как-то не до конца научились в нем жить. Но, я очень надеюсь, что наши дети будут лучше чем. Дети. Тедди за время каникул рассказал мне, наверное, тысячу историй о Хогвартсе. Пуфендуйцу невероятно нравилась учеба. Это не могло не радовать меня. Но и приключения находить он любил. Ну, тут ничего не поделаешь. Слишком сильное грифиндорское влияние. Каникулы пролетели незаметно и вот, мы уже стоим на перроне прощаемся. Тедди обещался приехать на пасхальные каникулы через 3 месяца. — Гермиона, увидимся через три месяца. — Прокричал из Тедди — Я на это очень надеюсь. — Сказала я, перекрестив пальцы. Три месяца это вполне реально. Наверное. Работа (+ посещение колдомедиков)-дом-семья — именно так проходили дни. Я часто гостила у Дурслей. Благо их камин был подключен к каминному сообщению. Все-таки друзей и родственников волшебников у них теперь много. Стефани, в свои семь лет, была очень красивым ребенком. Черные волосы с рыжим отливом и зеленые, изумрудно-зеленые глаза, как у мамы — Тесса была высокой, стройной женщиной с очень длинными темно-каштановыми волосами и глазами цвета изумруда. Но, Петунья иногда шутила, что Стефани пошла в Лили. Малышка любила и волшебный и не волшебный мир. От обоих она была в восторге. Меня и Тессу она просила читать ей историю магии, а своего отца — историю Англии, а после того, как научилась читать — читала их сама. Я, по просьбе Дадли, рассказывала ей истории о Гарри, Золотом Трио и наших приключениях. С родителями она посещала всевозможные музеи и выставки. Я и Тесса водили ее в Хогсмид и Косую Аллею. Ей было интересно абсолютно все. Но, как нам кажется, все-таки история была ее фаворитом. Особенно она любила сравнивать происходящее в двух мирах. Как, например, первая и вторая магическая проявлялись в мире маглов и т.д. Стефани прекрасно понимала, что может быть волшебницей, а может быть маглом. Но, она вовсе не переживала по этому поводу: «Мне же не запретят общаться с волшебниками, читать их историю? Поэтому мне все равно. Я знаю о магии — вот что круто». Она была явно умнее и рассудительнее, чем ее ровесники. И я думаю, что если она будет волшебницей — то попадет в Когтевран. Но, мы все были уверены, кем бы она ни стала — она добьется огромных успехов. Не забывала я и про Лонгботоммов. Невилл и Луна жили в Хогсмиде, поэтому посещать их я могла. Лилиана не ходила в магловскую школу. У нее очень часто происходили выбросы магии, причем достаточно сильные. И это могло в лучшем случаи привести к нарушению Статута о секретности. В худшем — к трагедии. Поэтому математике, чтению и т.д. учили ее мы все. И это же была одной из причин, почему Нев и Луна решили жить в магическом населенном пункте. Августа Лонгботом жила с ними, так как пока Нев и Луна вели занятия по ЗОТИ и уходу за магическими существами (Луна и Хагрид вели их вместе), за Лилианой нужно было кому-то присматривать. Лили росла активным и любознательным ребенком. Превосходно летала на метле (Августа говорит, что это у нее от деда, Фрэнка — отца Невилла) и не могла дождаться, когда же она пойдет в Хогвартс и будет постигать ЗОТИ (ну, это было вполне ожидаемо). Но, стоит отметить, что девочка точно знала, что морщерогий кизляк и нарглы — действительно существуют. А сливы-цепелины обладают чудодейственными свойствами. Лили невероятно добрая и понимающая. Но, если потребуется — она всегда встанет на защиту друзей. Маленькая копия Невилла и Луны. Каждый раз, когда я прихожу к ним в гости, Лилиана просит меня поведать ей истории из моей хогвартской жизни, а если быть точнее ей нравится слушать про то, как у нас проходили занятия ОД. Не менее любимой темой является квиддич. Но, тут я не могу сравниться с тем, как рассказывают близнецы или Джинни. Хотя, услышать ее рассказы случается очень и очень редко. Рыжеволосая фурия, как ее называют фанаты квиддича, все время на каких-то сборах, соревнованиях и т.д. Я старалась как можно чаще навещать Молли и Артура. Обычно мы это делали совместно с Андромедой. Молли рассказывает об успехах Чарли в выведении новых видов драконов. (Этим он занимается уже несколько лет. И в целом, довольно успешно). Говорит о том, как проходить Билла и Флер во Франции. (У Флер серьезно болеет мама и поэтому им пришлось перебраться туда, чтобы быть рядом и помогать Мистеру Делакур ухаживать за женой. Да и Габриэль нужна была помощь в воспитании дочки, так как ее супруг-аврор погиб во время ее беременности). Не забываем мы поговорить и о Джинни, которая приезжает в Англию только раз в год — либо на Рождество, либо на Пасху. Также Молли не забывает поворчать о том, что только Билл создал семью, у них с Флер двое прекрасных деток — Виктория и Луи. А остальные совершенно не обеспокоены этим вопросом. Чарли ничего не интересует кроме драконов, Джинни целиком и полностью в квиддиче. Джордж и Фред увлечены своим магазином, а Перси все время в Министерстве. Как и всегда Молли просит меня как-то повлиять на моего первого заместителя. Артур обычно немногословен. Ему больше нравиться просто слушать. Хотя, он может иногда задать пару вопросов о Министерстве и планах на развитие магической Англии. Мне очень нравиться проводить так вечера и редкие выходные. Именно в эти моменты я забываю про сильную боль по всему телу, про многочисленные кошмары, про то, что только благодаря магии и зельям я все еще хожу, да и в принципе веду довольно активный образ жизни. Забываю о том, сколько раз я уже падала в своем кабинете в Министерстве так как забыла выпить новую порцию зелий, и если бы не Перси, который все время рядом, я бы не знаю, что и делала в такой ситуации. Я много раз думала уйти с поста Министра. Но, Перси и Кингсли против этого. Наш последний разговор с Кинглси поставил точку в этом вопросе. Я остаюсь министром до конца. Перси я отпустила пораньше, так как из Румынии впервые за несколько лет приехал Чарли. Сама же осталась, чтобы доделать пару важных документов. Минут через 15 зашел Кингсли. — Здравствуйте, госпожа министр. — Здравствуйте, господин советник министра. Мы оба посмеялись. И я, и он очень «любили» такие официальные обращения Кингсли сел на диванчик и спросил: — Как дела Гермиона? — Ну, я жива и это меня определенно радует. Хотя, я все больше думаю уйти в отставку. — Гермиона, общественность будет требовать объяснений твоего ухода. Ты и сама это знаешь. Тебя не оставят в покое. Сначала будут требовать причин отставки, а после того, как они вскроются, а уж они точно вскроются, сама понимаешь, все будут только и говорить об этом. На показ «переживать» о твоем самочувствии и т.д. Никто не оставит в покое тебя, Уизли, Лонгботомов, меня, Меду. И это не самое главное. С этим мы справимся. Но, я не первый год тебя знаю и понимаю, что из-за этого ты будешь чувствовать себя ужасно и постоянно переживать, а это только усугубит положение. Кингсли выпел немного воды и продолжил: — Я и Перси поможем тебе оставаться на должности до последнего, и ты это прекрасно знаешь. В министерстве все знают, что ты готовишь Перси к посту министра, также как когда-то тебя готовил я. Никто не удивляется тому, что Перси все время с тобой, и ты поручаешь ему ряд своих обязанностей. Вспомни, я делал также, это не ново. Все понимают, что таким образом Перси будет полностью готов к Министерскому креслу и смена министра пройдет гладко и спокойно. Уверенность в завтрашнем дне не пропадает. Я была крайне удивлена услышанным, а точнее тем, что я даже не задумывалась об этом. Кингсли говорил правду. Своим уходом в отставку я спровоцирую общественно волнение — Знаешь, а я и не думала об этом. Пожалуй, да, ты прав. Придется остаться… — Мне удалось переубедить тебя? Надо определенно запомнить этот день. — Сказав это, Кинглси тепло улыбнулся. — Кингсли, я тут подумала. — Я замолчала, еще раз обдумав то, что хочу сказать. — О чем, Гермиона? — Когда мое молчание затянулось, спросил Кингсли. — А ведь моя смерть, так или иначе, породит много вопросов, да? Кингсли тяжело вздохнул. Эта тема давалась ему тяжело. — Да, скорее всего. Но, тебе это хуже уже не сделает. — Да, но вас замучают вопросами. И я должна как-то на это повлиять. Не допустить этого. Ну, или хотя бы как-то смягчить ситуацию. Но вот как… — Я замолчала. Идей у меня, к сожалению, не было. Кингсли тоже молчал. Но, было видно, что он активно думает. Прошло минут пять, когда Кингсли сказал: — Ты можешь написать письмо-обращение, где так или иначе разъяснишь ситуации и попросишь не тревожить с вопросами твоих близких. Общественность уважительно относится к тебе, да и к твоим близким. Как бы мы не хотели, никто не забыл войны и всего того, что было сделано нами. Я думаю, в той ситуации этим можно буде воспользоваться. Это письмо, я и Перси, разместим в Пророке сразу после того, как — Тут Кингсли запнулся. — Пожалуй, так и сделаем. Других вариантов я не вижу. Я напишу его в ближайшее время. Спасибо. А дни шли. И вот уже приближались пасхальные каникулы. Завтра должен приехать Тедди. Мы все-таки увидимся. Сегодня, 2 апреля, вновь собирается консилиум колдомедиков по моему вопросу. Всем им крайне интересен мой случай. Я не против этого. Пусть изучают и тогда в будущем появятся способы лечения. Единственным моим условием было держать в тайне, что объект изучения — я, никто не должен знать, что более. Колдомедики приняли мое условие, поэтому меня все устраивало. 2 часа всевозможных диагностик и измерений, и: — Гермиона, диагностика не показала ничего хорошего. Никаких улучшений. Мистер Тренс уже давно называет меня просто по имени. С ним мы видимся каждый день. И вся официальность ни к чему. — Мисс Грейнджер, — обратился ко мне вроде бы мистер Бьянк, колдомедик из США.– Все складывается не в вашу пользу. — Вы можете сказать что-то конкретное? — Спросила я, понимая, что иначе они мне так ничего и не скажут — Месяц. Не больше. Простите. — Сказал мистер Тренс, отвернувшись к окну. — Зелья и те заклинания, которые вы мне посоветовали, будут действовать до конца? — Спросила я совершенно спокойно. Для меня это было очень важно знать — Да, я вам выдам еще несколько зелий. Они помогут вам поддерживать общую картину, когда все будет совсем плохо. — Сказал мистер Тренс, все также смотря в окно — Хорошо, спасибо. — Ответила я, все также спокойно, без страха — Мисс Грейнджер, Вы удивительно сильная женщина. Так спокойно отреагировать смогут единицы — Сказала мисс Мантеро, колдомедик из Испании Я улыбнулась — Знаете, я уже много раз говорила об этом, но скажу еще раз — есть вещи страшнее смерти. И поверьте, я с ними сталкивалась, и не раз. Мне 30. Я прожила не плохую жизнь. Я узнала, что такое настоящая, крепкая дружба, когда твои друзья — твоя семья. Я познала невероятную силу дружбы и любви. Именно благодаря этой силе Волан-де-Морт был побежден. Именно благодаря этой силе выжил в 1981 г. Гарри Поттер. Выжили Я и Джинни Уизли 2 мая 1998. И я могу продолжать этот список и дальше. Я смогла, так или иначе, изменить Магическую Англию. Мне кажется, я успела выполнить жизненный план. Так почему мне стоит бояться смерти? — А Вы никогда не хотели семью, детей? — спросила мисс Мантеро. — Ох, извините за личный вопрос. Вы просто меня удивили. Я не сдержалась. Извините. — Я отвечу на Ваш вопрос. Если вам этот интересно. Тут рядом есть хорошее кофе. Давайте выпьем кафе? — О, мисс Грейнждер, мне бы очень хотелось с вами пообщаться. Я приму ваше предложение. — Хорошо. Мистер Тренс, я Вам еще нужна? Или на сегодня все? — Думаю да. Насеголня все. Завтра я жду вас как обычно, в 13:00 — Хорошо. До свидания. Я и мисс Мантеро вышли из здания и направились к кафе. — Мисс Грейнджер, — начала разговор мисс Мантеро. — Просто Гермиона. — поправила я девушку. — О, хорошо, в таком случае, я Вильма. Гермиона, а почему ты решила ответить на мой вопрос? — Ты первая, кто меня об этом спросила. — Да, но почему? — Ну, думаю, после моего рассказа, ты поймешь Мы зашли в кафе, сделали заказ и сели вглубь зала. –И так, Вильма, когда я была маленькой девочкой, я всегда считала, что у меня будет муж, обязательно, такой же, как папа, и двое детей — дочка Анна и сын Томас. А еще обязательно будет собака. — Я улыбнулась воспоминанием. Как же давно это было. — А потом я пошла в Хогвартс. Узнала и магии, встретила Гарри и Рона. И оказалась в центре борьбы с Волан-де-Мортом. Когда ты постоянно думаешь, как выжить тебе и двум балбесам, с которыми вы то и дело встреваете во что-нибудь. Нет, конечно, у нас у всех были какие-то попытки отношений, но это было так, между делом, на бегу, не что-то серьезное. Нам реально было не до этого. С каждым годом тучи сгущались. А потом несколько месяцев путешествий по Британии. Палатка и трое детей, на плечах которых лежит судьба всей Англии. Да, мы разделили ношу Гарри на троих. Ситуация усугубилась, когда Рон временно оставил нас. По пятам за тобой идет смерть. А тебе нужно спасти всю Британию. Когда тут будешь думать о чем-то кроме как планов борьбы, способов выжить и т.д. — Я сделала небольшую паузу и посмотрела в окно — Когда меня пытала Белатрисса Лестрейнджер — Я вновь сделала паузу и посмотрела на шрам. — Я пыталась заставить себя терпеть и не кричать, чтобы Рон и Гарри не решились на безрассудство. Я знала, что они пойдут на все, дабы спасти меня. Говорят, что перед смертью человек думает о том, кого любит. О том, кто является самым дорогим в его жизни. Я думала о Гарри и Роне. А потом череда событий и вот финальная битва. Я видела мертвого Гарри. Затем на моих глазах погибает Рон, закрывая собой сестру. И в это же самый момент себя обнаруживает Гарри, живой Гарри. И вот он победил Волан-де-Морта. Победа. И в этот момент внутри ломаются преграды, и ты в ту же секунду вспоминаешь про разные мелочи, важности, чувства. Я знала, что люблю его. И мы сказали друг другу об этом. А потом пустота. Он закрыл меня от смертельного заклиная. Моя история любви длиною в одну секунду. Я имею в виду осознанной и счастливой любви. Нет, конечно, я полюбила его гораздо раньше. Поэтому и шла всегда за ним. Выбирала его, даже когда выбор стоял между Роном и Гарри. Почему я думал о них обоих, когда меня пытал Белла? Тут все просто. Я любила их обоих. Просто Рона — как брат, а Гарри — как парня. Но, несмотря на это они оба были для меня самым дорогим и ценным в этом мире. Мы были именно трио. А потом ничего не осталось. В один миг. Я умерла в тот момент вместе с ними. И все это понимали. И знаешь, я ни на секунду не перестала их любить. Даже сейчас. Я добилась того, чтобы их похоронили там, где хотели они. Я постоянно посещаю. — Тут я осеклась.– Посещала их. А утешение я нашла в Тедди. Крестнике Гарри. Он потерял родителей и крестного в возрасте 3-х недель. А потом родилась Лилиана, затем Стефания. Я учувствовала и учувствую в их воспитания настолько, насколько это возможно. Параллельно я все больше и больше погружалась в работу и в 29 стала министром. Гарри и Рон навсегда в моем сердце. И это ни что не смогло изменить. А семья у меня есть. Уизли, Дурсли, Лонгботому, Меда и Тедди. Вот как-то так. — закончила я свой рассказ. — Я не знаю что на это сказать. — Растерянно произнесла Вильма. Я улыбнулась ей. — А ничего и не надо говорить. Честно говоря, я очень рада просто кому-то рассказать это. Если тебя еще что-то интересует — спрашивай. — Это было действительно так. Об этом меня до Вильмы никто не спрашивал, ведь все и так знали это ответ на вопрос. — А твои родители? — неуверенно спросила Вильма, после недолгой паузы Сделав глоток кофе, я ответила: — В 1997 я стерла из их памяти себя. Изменила им память, имена, место жительства — в общем — все жизнь. Они живут в Австралии. Изменения были слишком глубокие. Вернуть им память я ни я, ни колдомедики не смогли. Зачем я так сделала? Я спасла им жизнь. — Улыбнувшись, я закончила рассказ. — Теперь я поняла, почему ты так спокойно относишься к тому, что скоро умрешь. — Тихо, почти шепотом произнесла Вильма. — Мне было приятно поговорить с тобой. А теперь прости, мне нужно двигаться в министерство. Все-таки я Министр Магии… — Я встала из стола. — Спасибо, что рассказала. — Сказала Вильма. — Пока. — Пока. До министерства я добиралась на такси. Месяц. Целый месяц. И заканчивается он как раз в годовщину. Символично, ничего не скажешь. Кингсли и Перси знали, что сегодня будет консилиум. Поэтому, когда я зашла в кабинет, двое товарищей уже ждали меня. — Привет. Как все прошло? — взволнованно спросил Перси. Я посмотрела на них. И Кингсли, и Перси были взволнованы и напряжены. Они не так спокойно, как я воспринимали мой скорый уход, и я не могла их винить. На их месте я вела бы себя точно так же… — Месяц. Целый месяц. — Я старалась не смотреть на мужчин. — Зелья будут действовать как надо. Трест выпишет завтра еще какие-то дополнительно. Но, их нужно будет принимать когда станет совсем плохо. Поэтому, Перси, 2 мая выступать придется все-таки тебе. А давайте попьем чай. Я принесла пончики. Я начала возиться с чаем. — Гермиона, — заговорил Кингсли, но сделал небольшую пауза, после чего продолжил, — я буду зеленый. Было понятно, что сказать он хотел иное. Но, сейчас время чая. Следующие 5 дней я провела вместе с Тедди, Лилиан и Стефани. Я вызвалась быть в роли няни, чтобы все остальные могли спокойно провести время. Ведь, если бы эту роль взяли близнецы… С ребятней мы очень много гуляли (Чего мне это стоило… но, я была рада провести с ними время) по Оттери-Сент-Кэчпоул и ее окрестностям. Погода стояла просто замечательная. Но, был и печальный момент. Джинни не смогла приехать. И вроде бы ничего, все привыкли ее редко видеть. Но, для меня это была последняя возможность ее увидеть, и от этого было немного грустно. Выходные пролетели очень быстро и вот мы уже провожали на платформе Лилиан (Невилл и Полумна уехали раньше, так как им нужно было закончить ремонт дома) и Тедди. — Гермиона, а ты 2 мая будешь в Хогвартсе? — спросил меня Тедди. — Тедди, ты же знаешь, что я не посещаю в этот день мероприятия в Хогвартсе.– ответила я. Я старалась говорить спокойно, но это плохо получалось. — Но ты же теперь министр. А министр всегда присутствует там. — Тедди не отступал от этой темы. То, как проходила годовщина победы, он знал хорошо. С Медой они были на каждой. — Тедди, я не смогу. Вместо меня будет Перси. — Врать я не люблю. Но в этой фразе все было правдой. Я действительно не смогу и вместо меня будет Перси. — Эх, жаль. Значит, увидимся в конце июня только. — Грустно произнес Тедди. А у меня в горле встал ком. Летом то мы уже не увидимся. — Пока, Тедди. Люблю тебя.– Я обняла мальчишку так крепко, насколько могла. — Пока, Гермиона. Я уже скучаю. — И я…– Если бы ты знал Тедди, как я уже скучаю… Из грустных мыслей меня вывел крик: — Миона, пока. — Светловолосое чудо подбежала ко мне и обняло. — Пока, цветочек. — Я обняла ее в ответ. А в моих глазах стоят слезы. Так, взять себя в руки. Никто не должен заметить. Через час я уже сидела в своем кабинете. Работа отвлекает от всех мыслей. За 11 лет я это усвоила хорошо. Сегодня был первый день за долгое время, когда я работал одна. Кингсли простудился, а Перси был вынужден отправиться во Францию. Его срочно вызвал Билл. Честно признаться, было немного страшно. Но, работа, как я уже говорила, заставляет забыть обо всем. И я впервые за несколько месяцев просидела на работе до утра. И даже поспала 1 час. Это можно считать рекордом. Я просто настолько погрузилась в бумаги, что и не заметила когда заснула. А проснулась я от возгласа Перси: — Гермиона! Мия! Нет, нет, нет, нет. — Это был второй раз на моей памяти, когда он потерял самообладание. — Перси, я жива. Извини, что напугала. Я просто засиделась за бумагами и, кажется, уснула. Перси осел на диван. — Гермиона, Мерлин, Гермиона. Черт, я подумал, что ты умерла, извини. — Дыхание Перси постепенно выравнивалось, и голос стал более ровным, спокойным. Я попыталась встать, но, потом вспомнила, что зелья я не выпила ни в обед, ни вечером, а сейчас уж утро. — Черт, я забыла. — Я смогла лишь удариться лбом о стол. Это было все, на что способно мое тело. — Я надеюсь, не зелья выпить. — Нуууу… — Гермиона, ну так же нельзя. — Воскликнул Перси. — Где оно? Надеюсь, не дома? — Оно в сумочке. А я, я просто заработалась. Нужно было многое сделать. Напоив меня зельем, Перси оценивающе посмотрел на стол и произнес: — Ну да, недельный объем работы. Гермиона, — он помог мне подняться и лечь на диван, — так же нельзя. Ты же сама лично сократишь свой месяц. — Перси отчитывал как школьницу. — Так, вообще-то, я даже поспала. Это того стоило. — Сказала я в свое оправдание. Перси тяжело вздохнул. — Мия, ты же сама понимаешь, для того чтобы зелья действовали — их нужно принимать регулярно. — Я знаю. Прости, просто, вчера был трудный день и мне, правда, нужно было отвлечься. — Я чувствовала себя виноватой. Перси и Кингсли и так приходилось многое делать за меня. А тут я еще лишние хлопоты им доставила. — Эх, Гермиона. — Перси обнял меня. — Названная сестренка, тебя нельзя оставлять одну. Давай выпьем чай? — А давай Мой организм увядал с каждым днем все сильнее. Зелья спасали, но даже с их помощью я мало что могла делать. Министерство — дом и на этом все. Дома я практически не выходила из своей комнаты. Анде сказала, что работаю над важным проектом и она, хорошо зная меня, она не задавала лишних вопросов и не заходила в мою комнату. Но, конечно же, никакого проекта не было. Я просто лежала и читала. Этим единственное, что пока что я могла заниматься. С помощью магии можно было не держать книги, а это означало минимум физической активности — то, что мне как раз было нужно. Труднее всего стало за полторы неделю до второго мая. Пришлось перейти на усиленные зелья, но они отрицательно сказывались на зрении. Меня выручили линзы. Но, без помощи Перси я не могла их надеть, так как с мелкой моторикой все было плохо. Я минимизировала контакты со всеми. Никто не удивлялся, когда я говорила, что работаю над важным проектом, поэтому все время нахожусь в кабинете, и все встречи проводит Перси. Но был и приятный момент. Я начала спать. Это была побочка усиленных зелий. Зелья сна без сновидений не могло меня усыпить, а эти вот справились. Вы не представляете, какой кайф проспать целую ночь впервые за много лет. Без кошмаров, без панических атак и т.д. Кингсли и Перси… Мне так жаль что все это свалилось на них… За неделю до 2 мая абсолютно вся работа перешла на них. Я не могла делать даже минимум. Меня все время клонило в сон. Меда на несколько дней осталась у Уизли, и это было мне только на руку. К ним приехало семейство Делакур и а также семья Билла. И Молли пригласила Меды к ним, чтобы Меда одна не скучала. Мне становилось все хуже. «Дорогой дневник. Сегодня 1 мая 2010 г. Завтра истекает мой месяц. Кажется на этом все» Ежедневный Пророк. 2 мая 2010 г. Гермиона Джин Грейнджер, Министр Магии, Герой второй магической войны, кавалер ордена Мерлина I степени сегодня ночью скончалась. Перси Уизли и Кингсли Бруствер обратились в нашу редакцию с просьбой публикации письма Мисс Грейнджер. «Дорогие читатели Ежедневного пророка, прежде чем начать свой рассказ, я бы хотела вас попросить — пожалуйста, не приставайте с вопросами к моим близким. Я никогда не просила чего-то у магического сообщества до этого дня. Пожалуйста, оставьте их в покое. Надеюсь, я в жизни сделала все, чтобы мои просьбы были услышан. Я умерла от продолжительной болезни. О ней долгое время знали лишь колдомедики. Но, несколько месяцев назад мне сообщили, что больше двух лет я не проживу. Поэтому я была вынуждена все рассказать Перси и Кинглси, так как не хотела оставлять магическую Британию на произвол судьбы и старалась успеть подготовить себе достойную замену. Перси Уизли — прекрасный человек. И, он точно будет прекрасным Министром. Что это за болезнь? Я могу сказать лишь одно — последствия войны. Простите за все. Г. Грейнджер. Хогвартс. 2 мая 2010 г. — Здравствуйте, Минерва Макгонагл, Вы можете собрать профессоров Хогвартса, а также позвать Тедди Люпина. Очень срочно. Нужно успеть до Ежедневного Пророка. Перси Уизли появился в кабинете директора Хогвартса в 6:30 утра. Он знал, что в этот в это время он уже будет у себя. Минерва удивленно посмотрела: — Что-то случилось, Перси? — Да, случилось. Просто, пожалуйста, соберите всех как можно скорее. — Перси устало посмотрел на нее. — Да да, сейчас. Через 10 минут все уже сидели в одном из классов Хогвартса, так как это было более удобно, чем толпиться в кабинете Директора. — Здравствуйте. Извините, что пришлось вас всех потревожить. Но, мне нужно вам сказать до того, как вы прочтете это в пророке. — Перси замолчал. Говорить было тяжело. — Перси, а я то тут зачем? — Удивленно спросил Тедди, ведь он был единственным студентом здесь. — Тедди, потому что будет лучше, если ты узнаешь это от меня. — Перси, что случилось? — Взволнованно спросила Луна. Тянуть больше было нельзя. Закрыв глаза, Уизли досчитал до трех и произнес. — Сегодня ночью не стало Гермионы. Она умерла от продолжительной болезни. — К-к-кааааааааааак? — тишину пронзил крик Тедди. Перси быстро подошел к нему и обнял его так крепко, как только мог, пытаясь хоть немного перенять его душевную боль. Профессора стояли молча. Кто-то плакал. Невилл и Луна подошли к Перси и тоже обняли парня. Уизли понимал, что нужно сказать что-то еще. Поэтому, передав Тедди в руки Нева и Луны, он вновь посмотрел на преподавателей: — Она скрывала это ото всех. Причина болезни — война. В пророке выйдет письмо Гермионы. У нее было две главные просьбы. Не беспокоить нас, ее родных и близких с расспросами и также она просила похоронить ее рядом с Гарри. В это же время Кингсли транссгрессировал в Нору. На кухню он застал Флер. — Кингсли? Чем обязаны столь раннему визиту? — на чистом английском спросила немного удивленная Флер — Флер, нужно срочно всех разбудить. Есть важная новость. Она не может ждать. — Состояние Кингсли очень удивило Флер. Он был подавлен и выглядел сильно уставшим. Через 5 минут на кухни сидели Мистер и Миссис Уизли, близницы, семья Делакур, Билл и Флер, а также Андромеда. — Кингсли, что за срочность? — проворчал Фред. Кингсли решил не тянуть и сказать сразу: — Сегодня ночью не стало Гермионы. Она умерла от продолжительной болезни — это было последствие войны. –Золотое трио снова вместе. И это хорошо, — заговорил Фред, — не нужно плакать. Она этого не хотела. Мерлин, Гермиона, она ничего не сказала нам, чтобы не расстраивать и была один на один со своей проблемой долгое время… – Фред прав, — взял слово Джордж, — мы должны сделать так, как она хотела — быть счастливыми. А что было после А дальше была все-та же жизнь. 2 мая все волшебное сообщество было потрясено известием о смерти «Каменной леди». Перси Уизли принял на себя обязанности Министра Магии. В Хогвартсе прошло памятное мероприятие, приуроченное годовщине войне. Приняли решение не отменять его. Гермиона была похоронена, как и хотела, в Годриковой Впадине, рядом с Гарри. На ее надгробии короткая надпись: «Вместе. Навсегда». Магическое сообщество выполнило последнюю просьбу. Близких и родных Гермионв никто не трогал. Все приняли слова Фреда и Джорджа. Было очень больно, но каждый верил, что Гермиона встретилась с самыми важными людьми ее жизни. И от этой мысли было легче. 27 июня Луна родила прекрасную малышку. Ее назвали Мия — в честь Гермионы. Лилиана Лонгботом получила долгожданное письмо из Хогвартса, а Стефания Дурсль так и не проявила себя волшебницей. Но, это не помещало двум девушкам хорошо общаться и много лет спустя, Стефания Люпин (да, да) и Лилиана Малфой стать революционными учеными. Стефания окончила обычную школу, после чего поступила в Оксвард, на историческое направление. В короткий срок она стала доктором исторических наук. Но, на этом она не остановилась и написала общую историю Англии, объединив историю магической и не магической части. Профессор Люпин (Вела свой авторский обобщенный курс истории Англии: магическая и не магическая история как единое целое) стала первым преподавателем в Хогвартсе без магических способностей. Лилиана Малфой занималась исследованием синдрома Грейнджер. И нашла способ его лечения, а также всецело развила колдопсихиатрию и колдопсихологию, доказав, что магические способности и магическое воздействие (заклинания, зелья, чары и т.д.) оказывает уникальное влияние на психику человека. Мия Лонгботом с гордостью носила свое имя и старалась полностью ему соответствовать. Еще учась в Хогвартсе, она активно помогала Стефании в научной деятельности. А после его окончания пошла по стопам профессора Люпина — стала заниматься общей магической историей. А что же Тедди? Когда-то он мечтал стать аврором. Но, так и не стал им. Тедди Люпин — известный как в магическом, так и не в магическом мире скульптор. Его работы можно встретить повсеместно. Но, есть три главные работы, которые видели только члены семья: I — Мужчина и женщина держат на руках младенца. Эта работа сделана по единственной совместной фотографии Ремуса Люпина, Нимфадоры Тонкс и Тедди Люпина. Фото было сделано 1 мая 1998. II — В композиции обнимаются два парня и девушка. Внизу работы имеется надпись «Вместе. Навсегда». III — Хогвартс. А рядом с ним — люди, которых всегда рядом, но в тоже время всегда далеко. Нимфадора и Ремус Люпин, Лили и Джеймс Поттер, Сириус Блэк, Пандора и Ксинофилиус Лавгуд, Тед и Андромеда Тонкс, Мистер и Миссис Уизли. Чуть впереди них — Золотое Трио. Не забыл Тедди изобразить здесь и Мистера и Миссис Дурсль. Он изобразил их идущими к волшебникам. С обратной стороны, на Хогварсте выбита надпись — жить и никогда не забывать, благодаря кому ты живешь.