Громовое озеро

Странные ощущения на грани жизни и смерти. Тяжело их описать, потому что ты ничего практически не запоминаешь. Ты не можешь двинуться, а мозг, без твоего ведома и согласия, сам вплетает тебе странные картинки прошлого или чего-то еще не наступившего. Посреди темноты, что окружала, впереди появился свет. Как тот, что обычно в конце тоннеля. Но, к счастью, он оказался путем не на тот мир, а возвращением в свой. Открыв глаза, голова сразу начала гудеть и яркий свет от люстры врезался в глаза, пришлось прищуриться. В комнате никого не было. По запаху трав и неудобности кровати, можно было понять, что это больница. «Точно, Лексус с его компанией сумасшедших напали на нашу гильдию. Но почему я здесь? Этот придурок оставил меня как трофей или Нацу с Гажилом победили? Хотелось бы верить во второе.» Осмотрев свои руки, я заметила, что на них не было ран, ноги были без синяков, только болел бок. Подняв одеяло, я оказалась права. Тот удар Лексуса, что пробил насквозь, оставил шрам на теле. «Тогда я воспользовалась проклятием, но не смогла одолеть его. Черт! Надеюсь, все остались живы.» Вспомни солнышко, вот и лучик. За дверью послышались десятки голосов и через секунду все они уже стояли передо мной. Увидеть всех в целости и сохранности было счастьем. Эльза, Люси, Нацу, Гажил и остальные пришли проведать меня. Конечно, на многих были наложены бинты, но по их улыбкам и сверкающим глазам атмосфера была веселой. —Боже, Альвия. Мы так все испугались за тебя! — начала Люси, — после того, как Нацу вытащил тебя из-под уламков собора, на тебе не было живого места. Мы сразу отнесли тебя в больницу и позвали Полюшку. Она помогла вылечить тебя от ран. По ней видно было, что она сдерживает слезы и упреки за то проклятие. Они знают про него, видно по глазам, что сочувстуют. Нацу рассказал? —Не смей больше его использовать! — не выдержала Эльза. В своем репертуаре, — мы знаем, что ты хотела пожертвовать собой ради нашего спасения, но не стоит заходить так далеко. Всю неделю, что ты здесь спала, мы не находили себе места, но сегодня Полюшка сказала, что ты проснешься. Мы были рады и пришли к тебе. Так что не смей больше даже думать о смерти ради наших жизней, балда! Да, в выражении эмоций ей нет равных. Но я рада, так рада! Они все переживали обо мне и пришли как только я очнулась. Я не могла больше держать эмоции в себе и расплакалась как маленький ребенок. Перед своими друзьями это было вовсе не стыдно. Немного успокоившись, мне поведали про конец боя, который я не смогла узреть. Лексус все-таки использовал Закон Феи, но он не сработал как надо и все остались живы. —Я всегда знал, что он не такой уж и плохой парень, он не ненавидел нас, поэтому Закон не сработал. Может причиной послужило и твое проклятие и ему не хватило бы сил, — рассказывал Нацу. «Закон не сработал? Не такой уж и плохой?! Не могу поверить, что все так просто смогли простить его. Если магия не сработала, это не значит, что его чувства к нам были не такими ужасными.» —Альвия, я так переживал за тебя.- продолжил Нацу, — Когда Лексус узнал, что это ты мешала ему в использовании магии, он стал злым как черт. Нам не хватило сил его остановить. Пока он измывался над тобой, я лежал и не мог пошевелиться, прости. Я оказался безпомощным.- ему и правда было стыдно, — Но ты… ты такая храбрая. Не смотря на запреты дедули и на раны, что оставило это чертово проклятие, ты сражалась до последнего. Конечно, твои глаза выдавали немного твоего страха, хоть ты и пыталась это скрыть, но ты боролась до последнего. Только благодаря твоему упорству, я смог подняться на ноги и продолжить бороться. Ты молодец! — улыбнулся Нацу и выставил кулак и я стукнула в ответ. Похоже за сегодня мне придется не последний раз плакать. —Нацуу! Прости меня! — со слезами на глазах и обнимая его, умоляла его я, — я не смогла остановить его! Спасибо тебе и Гажилу, что вам хватило сил. Мне так было страшно, но не за себя. Когда Лексус направился к вашу сторону, я испугалась, что он причинит вред вам. Получается, мы придали сил друг другу. Мы и правда семья. —Да, ты права. Мы семья, хоть и не по крови. С улыбками на лицах, через пару минут они покинули палату по приказу Полюшки, но обещали приходить ко мне как можно чаще. Она дала мне лекарство от головы и прописала пару таблеток. —Твои раны были глубокими, но мне получилось вылечить тебя и ты осталась невредимой на сколько это было возможно. Кроме того шрама, все осталось как было. Рана была сквозной и я не смогла вылечить ее полностью, прости, — рассказала Полюшка. —Ничего. Спасибо Вам большое, что спасли меня. Этот шрам теперь часть истории и хоть он не прибавляет мне красоты, я буду помнить тот день и стану еще сильнее, чтобы таких ран больше не было ни у кого. —Я рада, что ты уже в таком хорошем настроении, но мне пора идти, — Полюшка начала собирать лекарства и глянув за дверь, кажется вспомнила, что хотела сказать еще что-то, — Кстати, за дверью стоит гость. Он ждал, пока все уйдут, поэтому оставляю вас наедине. Пару пациентов тоже ждут меня.- и она вышла из палаты. «Гость? Неужели он? Теперь он просто так разгуливает по гильдии?» Дверь распахнулась и на пороге оказался тот, кого я хотела видеть меньше всего. Он был весь в бинтах- с головы до ног. «Хах, и ему неплохо досталось.» Но не смотря на раны, Лексус выглядел все также непроницаемо. Теперь его глаза были серыми как и раньше, волосы не стояли дыбом и он был похож на человека. — Привет. Я пришел попросить прощения, насколько умею это делать.- Он пытался скрыть свою неловкость, но глаза бегали с угла в угол, никак не смотря на меня, — Меня изгнали из гильдии, пришел сообщить тебе радостную новость. Знаю, что заслужил это, ты и твои раны тому доказательство. Прости, — он умеет говорить такие слова? Удивительно, — ты не была виновата в том, что все считали меня лишь внуком мастера и в том, что я хотел мести. Я знаю, что был не прав и ты имеешь полное право злиться и бояться меня, но. — Я не боюсь тебя, не смей так думать. Люди боятся тех, кого считают сильными, а ты всего лишь трус.- под одеялом руки все равно дрожали от страха- человек, который чуть не убил меня, стоит передо мной-но он делал вид, что не видел этого. Я его боюсь, но я смогу преодолеть это, только нужно время. -Все-таки старик воспитал хороших детишек, -ухмылка расцвела на его губах, — Ладно, я ухожу. Если тебе легче ненавидеть меня, я все понимаю. Стань сильнее и в будущем победи меня с помощью своего гнева, Альвия Макклоу. «Имя, он запомнил его…» — Так и сделаю, не сомневайся. Если мы еще встретимся, я надеру тебе зад как и обещала.- эти слова я проговорила с абсолютной уверенностью. Я стану сильнее и смогу показать ему свою настоящую силу. —Буду ждать, Альвия. И он покинул комнату с ухмылкой на лице. Похоже это наша не последняя встреча. Pov Лексус «Прости, что ничего не могу сделать с твоими ранами, но надеюсь, ты скоро будешь в норме. Береги себя» — эти мысли я ни в коем случае не мог озвучить. Не то время. Да и гордость не может мне позволить когда-либо сказать ей такое. Pov Альвия Как только Лексус вышел, я вздохнула с облегчением. Конечно, я была в шоке, что этот придурок еще и улыбаться умеет, но за то, что он сделал с моей гильдией и друзьями, я не могу его простить. Похоже, Полюшка во время своего визита дала мне еще и снотворное, поэтому через пару минут после ухода Лексуса я спала как младенец на этой неудобной кровати. Когда я проснулась, на улице уже темнело. За дверью были какие-то крики из которых я могла услышать: «Пропусти, Полюшка! Я…хотя бы стукнуть разок по голове… проклятие это не шутки.!» О нет, это мастер! Теперь мне точно конец! —Ей нужен покой, Макаров. —Сейчас я с ней поговорю и пусть отдыхает сколько хочет. Дверь открылась и с грохотом ударилась об стену. Может, и меня такая участь ждет?.. Мастер все ближе подходил ко мне и начал замахиваться рукой. Зажмурившись, я уже ожидала, что Полюшке придется лечить еще и сотрясение, но на голову легонько опустилась ладонь и гладила меня по голове. — Эх, Альвия, не послушала ты старика. Теперь лежишь в больнице. —Но, мастер, я. —Знаю ты спасала своих друзей, но не стоит жизнь на это ложить. Никто не был бы рад победе, если бы за нее пришлось платить твоей жизнью.- Что-то похожее мне говорила уже Эльза, — я понял, что был неправ, запрещая тебе изучать твои силы. Как только ты выздоровеешь, поищем что-то на этот счет. Мастер наконец разрешит мне узнать больше о моих силах! Как и ожидалось, слезы снова хлынули рекой. —Мастер, вы самый-самый лучший! —Ну-ну, не плачь. Поправляйся скорее. Сидеть вот так с мастером, который стал мне как отец, успокаивало. Он помогает мне всегда и только благодаря ему моя жизнь не скучна и наполнена всякими приключениями. Конечно, случаются и такие ситуации, когда травм не избежать, но это делает нас только сильнее. Теперь я смогу узнать о том проклятии больше. Но, вдруг слова Лексуса окажутся правдой…"Лишь демоны книг Зерефа могут использовать созданные им же самим проклятия!» — вот что он сказал тогда. Наверное увидев смятение на моем лице, мастер решился спросить: —Тебя что-то беспокоит? Не хочешь поделиться? —Во время сражения с Лексусом, — неловко начала я, — он сказал, что это проклятие имеет название- Магии и Боли. Его создал Зереф и лишь демоны из его книг могут им пользоваться… —Ох уж этот Лексус. Хоть и ушел, но оставил после себя хлопоты.- тяжко вздохнул мастер, — демоны из книг Зерефа злые и у них нет друзей. Они убивают лишь ради удовольствия. Но ты же не такая. Не знаю, откуда ты узнала об этом проклятии и как научилась им пользоваться, но я здесь, чтобы выяснить это. Мы узнаем об этом вместе. Никто не бросит тебя и все придут на помощь, если ты будешь в ней нуждаться. Вот такие мы- волшебники Хвоста Феи. —Да, вы правы, в первую очередь я участница гильдии. Но Лексус…он же все равно остается вашим внуком и ваша любовь к нему никуда не исчезла, да? — мне казалось, что мастер не мог его так просто разлюбить. —Ага. Хоть он и пытался всех нас убить, та добрая часть души ему не позволила довести Закон до конца. Так что еще не все потеряно.- в его словах были проблески надежды. Мастер и правда дорожил своим внуком. Казалось, я спросила все, но один вопрос остался нерешенным. — А что с моими остальными стихиями- огнем, воздухом и землей? Он же забрал их. —Не волнуйся, Лексус отдал тебе их назад. Теперь ты снова волшебница, что владеет всеми стихиями. Вернул мне силы? Он не перестает меня удивлять. -Ладно, Альвия мне пора идти готовится к выступлению. Я знаю, что ты всегда мечтала поучаствовать в нем и в этом году должен был быть твой дебют, но твои раны еще не могут дать тебе такой возможности, прости. —Я понимаю, мастер. Удачно вам выступить. —Спасибо, Альвия. Кстати, с окна больницы очень хорошо будет все видно. Начало через час, не пропусти. Я пошел. —До свидания, мастер. Конечно, мне было безумно обидно, что вся подготовка пошла коту под хвост, но это того стоило. С какой-то стороны этот праздник теперь может проходить и с моей помощью. Час до начала фестиваля прошел в раздумьях о своих силах. Мастер обещал мне помочь больше о них узнать и благодаря этому, я стану еще сильнее. Считанные минуты оставались до начала выступления. И правда, с окна больницы все отлично видно. И вот, посередине улицы начался парад. Участники Хвоста Феи, одетые в праздничные костюмы, веселили гостей с помощью магии. Посередине стоял Нацу. Он огнем выжег «Fairy Tail», правее Эльза устраивала шоу с помощью мечей и перевооружения, Эльфман вместе с сестрами пугали своим перевоплощением, а мастер в одежде смешного котика стоял во главе всего. Все веселились и улыбались, на небе взрывались фейерверки и было много гостей. Не понимая этого, мой взгляд случайно зацепился за копну ярко- желтых волос. Они сильно выделялись среди других зрителей. Лексус. Его лицо оставалось все таким же непринужденным, за спиной была сумка с вещами, видимо еще чуть-чуть и покинет Магнолию. Он тоже наблюдал за выступлением, что подходило к концу. В завершении, все участники подняли руку вверх и выставили указательный и большой палец. Это был один из знаков Хвоста Феи- где бы каждый из нас не находился, мы всегда будем наблюдать и защищать друг друга. Не оставаясь позади, я тоже подняла руку вверх со знаком и следила за удаляющейся фигурой. Лексус, со слезами на глазах и улыбкой на губах, махал мастеру и уходил прочь. Он тоже любил своего дедулю. В какой-то степени мне было жаль его, но для прощения было слишком рано. Поэтому оставшийся вечер я посвятила веселью и наблюдением за праздником, не забивая голову проблемами остальных.