Одиноко - тебе или мне?

Удивительный сентябрь никак не хотел отпускать летнее тепло, но время брало свое. Листья шумели уже не влажной сладостью зноя, а начинающейся сухостью нового сезона. Также и родители Гука не хотели его отпускать. Но выбор есть не всегда, как известно. Они стояли рядом с такси и говорили последние наставления мальчику, который раньше не покидал дом больше, чем на одну ночевку с друзьями: – Гуки, зайчик, там очень хорошее образование. Ты будешь в безопасности, мы видели ребят оттуда, они не злые. Тебя не будут обижать. Если что-то случится, ты всегда можешь нам позвонить, мы приедем и заберем тебя, хорошо? – взволнованно проговаривала мама, почти тараторя. Было четкое ощущение, что все эти слова больше нужны были ей, чем самому мальчику. – Но забрать сможем только на выходные. Это стоит больших денег, малыш. Пожалуйста, постарайся прижиться там и не стать изгоем. Не давай себя обижать, но и первый не лезь никуда, понял? – несмотря на холодность в словах отца, по нему тоже было видно, что он очень переживает о сыне. – Все хорошо, мам, не волнуйся, я справлюсь. Пап, я тебя понял, все будет в порядке, – несмотря на юный возраст, Гук в свои пятнадцать действительно понимал родителей и сделает все, чтобы не доставлять им хлопот. – Хорошо-хорошо, но правда, если что сразу звони. Я сделаю все, чтобы ты был в самых лучших условиях! – продолжила женщина, а парень осторожно опустил ее руки со своих плеч, лишаясь теплых и таких родных объятий. Посмотрев на родителей слегка печальным, но стойким взглядом, уверенно кивнул и сел в такси. – Будет тяжело… – подытожил сам себе уже в машине, но отступать было нельзя. Чонгука ждал новый этап и пройти его он должен будет без чьей-либо помощи. Может, оно и к лучшему. Машина остановилась у эпатажной каменной лестницы, которая так и кричала о богатстве временных жителей. Гук не был на их уровне, но достаточно близок. Его отец работал в крупной фирме на достаточно высокопоставленной должности, каких-то проблем с деньгами не было. Хотя даже для них, подобное образование ощутимо давило на кошелек, но голодать родители не будут, конечно. Просто к такому пестрому окружению привычки для глаз не было. Папа очень любил дорогие вещи, по которым не видна их цена, но было очевидно, что прослужат они не один год и Гук перенял это видение. – Молодой человек, позвольте Ваш багаж, – из размышлений и воспоминаний вытянул слегка холодный тон мужчины в возрасте, видимо это был кто-то вроде дворецкого, если такая должность может быть в интернате с полным проживанием. – Да, конечно, простите, – протянул чемодан, который держал как сумку навесу, мужчине и повернулся к нему слегка неловко, – Извините, а не подскажите, куда мне нужно идти? – Вам вверх по лестнице, через центральный вход, далее уже ожидает зам. директора, – полностью игнорируя смущение юноши, ответил мужчина. – Спасибо большое, – слегка склонил голову в знак благодарности и последовал по указанному пути. Как и ожидалось, массивные двери до потолка из дорогого темного дерева весили будто тонну. Кое-как справившись с ними, парня встретил статный, но молодой мужчина в костюме, чья ткань будто свет могла отражать от своей чистоты и накрахмаленности: – Приветствую Вас, мистер Чон Чонгук, верно? Меня зовут Ли Сангхун, я заместитель директора, по любым вопросам можете обратиться к любому из учителей и также ко мне, Директора мы стараемся затрагивать в исключительных случаях. Думаю, такой вряд ли представиться. Поэтому, возможно, вы вообще его не увидите до выпуска. Такое не редкость. Сейчас, я покажу Вам основные места пребывания учеников и вашу комнату. Пройдемте, – не дожидаясь ответа, мужчина указал в сторону широкого вестибюля, откуда шли несколько коридоров, провожающие в уже закрытые кабинеты, а центром была огромная лестница. К ней и направились молодые люди. Сонбэним лаконично провел парня к его будущему классному кабинету и основным предметам. Также показал, как дойти и до директора, если это все-таки понадобится. Последней остановкой стал длинный коридор, полный очень небольших, в сравнении с предыдущими дверей, как и оказалось, это крыло было отдано комнатам воспитанников. – Несмотря на размеры, мы пришли именно к такому решению, чтобы у каждого была своя комната. Это решает некоторые проблемы и с шумом, и стрессом учащихся. После отбоя можешь спокойно закрываться, если же будешь делать это в другое время, просто не шуми сильно и не пользуйся громкими наушниками пожалуйста. Это исключительно для безопасности, если случится что-то требующее эвакуации или личного присутствия кого-либо из учащихся, нужно чтобы проблем не возникло. В остальном мы стараемся давать больше свободы во внеучебное время. Располагайся, твои вещи уже внутри, – передав ключ, такой же миниатюрный, мужчина отстранился и ожидал реакции нового воспитанника. – Спасибо. Доброй ночи… – в благодарность поклонился, а пожелание явно было лишним, но сонбэ понимающе поклонился в ответ, ничего не сказав больше и покинул юношу. Чонгука встретил свежий воздух с улицы. Кто-то предусмотрительно открыл окно, что очень обрадовало парня. Спазм в легких от волнения начал угасать, уступая сознанию, которое постепенно возвращалось. Комната была донельзя маленькой, но как по волшебству, в ней было все необходимое. В прихожей шкаф на всю стену, туда поместятся и футболки, и все рубашки, и даже куртка зимой. Что-то подсказывало, что летние каникулы также юноша будет проводить не дома. Из прихожей была арка, ведущая в основную часть, но сначала парень решил заглянуть за светлую раздвижную дверь. Соответствующе крохотная ванная: туалет в самом углу, на одной стене душ, снизу без приступка, сразу встроенный в пол, никак не закрывающийся. Хотя может в ванной это и не нужно. Везде светлая плитка и низкое освещение, создающее легкий полумрак. Раковина, почти незаметная, рядом с дверью. Закончив исследование ванной, пришло время последнего – спальня. Она же рабочее время и место для отдыха. Кровать на уровне лица, под которой идеально вписался стол со стулом ровно такой высоты, что до головы было около десяти-пятнадцати сантиметров. Но вот любимые потягушки парня сделать можно было только выехав на подвижном кресле из-под кровати достаточно далеко. Ничего, он привыкнет, так было решено почти сразу. Сам удивлялся отсутствию каких-то ярких эмоций, но парень начал просто разбирать свои вещи. Постельное застилалось будто само собой и вот после скоротечных сумерек, парень уже лежал в чуждой пока ему кровати и рассматривал небо, отсветы на потолке. Шторы, конечно, тоже были, но слишком Гук не любил чувствовать себя в коробке и желал свободы. Дома делал также. В старом доме.